А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Любовные чары" (страница 21)

   – Я что-то не… – заикнулась было Джессика, однако леди Урсула так на нее зыркнула, что девушка мгновенно стушевалась. Это не укрылось от внимания Марины и еще больше расположило ее к строптивой старушке.
   – Через некоторое время, – продолжила леди Урсула, – наш герой встретил в своем саду нищую старуху, которая никак не хотела отвязаться и просила более щедрую милостыню, чем предложил милорд. Он был нетерпелив, легко раздражался… совсем как мой племянник. Словом, Маккол оскорбил старуху, и та, возмутившись, посулила ему, что и двор, и замок будут затоплены. Стоило ей так сказать, как вода в фонтане забурлила и потоком полилась по двору и по всем лестницам замка, даже ведущим вверх, прибывая с каждой минутой. Лорд перепугался, но вспомнил о своем друге гноме и позвал его на помощь. Тот явился, бросил белый камень в фонтан – и разлив прекратился. Замок был спасен. Но та история научила вспыльчивых лордов Макколов с уважением относиться к пожилым дамам… Увы, научила, видимо, не всех!
   И, выпустив эту парфянскую стрелу, леди Урсула гордо удалилась.
   Некоторое время молодые люди недоумевающе смотрели ей вслед.
   – Кто-нибудь что-нибудь понял? – спросил наконец Десмонд.
   Марина и Джессика в лад покачали головами.
   – Я тоже. Я вообще забыл, о чем шла речь, – приложил руку ко лбу Десмонд. – Рассказ Урсулы совершенно затопил мою голову. Нет ли у кого белого камня?
   Тут Джессика всплеснула руками:
   – Я совсем забыла про Вильямса! Ты встретился с ним?
   – Какой еще Вильямс? – свел брови Десмонд.
   – Капитан, на пакетботе которого вы с мисс Марион переправлялись через пролив, – пояснила Джессика. – Он явился сегодня в замок…
   Взгляд, который Десмонд бросил на Марину, был мгновенным, и та не разобрала его выражения, хотя и заметила, что Десмонд вдруг резко побледнел.
   – Однако, – продолжала Джессика, – ты уехал в деревню, а Марион мы не нашли. Капитан спешил, и я предложила отправиться навстречу тебе. Mы отошли далеко, и появился Блэкки. Я попыталась его приманить, но Вильямс сказал, что боится лошадей и пойдет в деревню один. Неужели вы так и не встретились с ним?
   – Нет, – покачал головой Десмонд, бросив на Марину еще один мгновенный взгляд и тотчас отведя глаза. – Хм, совершенно не понимаю, для чего он появился здесь. Он тебе хоть что-нибудь сказал, Джессика?
   – Ничего особенного, – пожала та плечами. – О капризном нраве моря, когда внезапно налетевший шторм сменяется не менее внезапным штилем… Ох, Десмонд! Да ведь ты еле на ногах стоишь! Tебе лучше лечь. Хочешь, я пошлю за доктором Линксом?
   – Видеть его не могу! – буркнул Десмонд. – И я преотлично держусь на нога-а…
   – Ах! – хором воскликнули Марина и Джессика, кидаясь к покачнувшемуся Десмонду и успевая поддержать его – одна справа, другая слева.
   Однако он тотчас выпрямился и отстранился:
   – Не волнуйтесь, леди. Я просто ногу подвернул.
   Ногу? Как бы не так! Он был бледен, как мел, как сама бледность.
   Марина сцепила руки. Одно краткое мгновение она прижималась к Десмонду, ощущала тепло его тела, слышала биение его сердца – и вот уже снова ветер одиночества охватил ее со всех сторон. Он даже не смотрит!
   – А с вами-то что, мисс Марион? Вы тоже ранены? – вскрикнула Джессика тоненько.
   Первое мгновение Марина чувствовала только восторг от того, что глаза Десмонда вновь обратились к ней. Потом вникла в смысл слов Джессики и удивилась:
   – А что со мной такое?
   – У вас руки в крови! И платье, посмотрите!
   Марина приподняла подол. Россыпь рыжих пятен… таких же, как палец.
   – Это не кровь, а…
   Она осеклась. И как закончить фразу?
   – Я просто порезала палец, – нелепо соврала Марина. Так нелепо, что Джессика опустила, а Десмонд отвел глаза.
   – Ну, я, пожалуй, пойду, – пробормотал он.
   – Я провожу тебя, – встрепенулась Джессика. – И позову слуг.
   Они двинулись к замку вдвоем. А Марина стояла и не могла понять, почему предпочла согласиться, что запачкана кровью, вместо того чтобы сказать: краска, мол. Мало ли где могла она вляпаться!

   Павильон в саду

   Марине случалось читать греческие трагедии, и в последнее время они часто приходили ей в голову. Особенно при появлении Глэдис. С невольной улыбкой она думала о том, что быстроногой служанке выпала роль всеведущего хора. Редко какой день не начинался с болтовни Глэдис, от которой Марина узнавала о всех событиях в замке и даже об их подоплеке. Глэдис не больно-то опасалась «русской кузины»: ведь та хоть и была из богатой семьи, но все-таки птичка из чужого гнезда. А потому не церемонилась и слов не подбирала.
   Вот и в тот кошмарный день она шумно ворвалась в комнату Марины и принялась разводить огонь в камине, грохоча даже громче, чем обычно. Марина уже к тому времени проснулась и лежала, поглядывая на светло-пыльные полосы солнечных лучей, протянувшиеся сквозь щели в шторах, и размышляя о событиях вчерашней ночи и дня. Прежде всего о том, где бы раздобыть ключи от входа в башню или как туда попасть иначе. Потом ее мысли обратились к Флоре, которая в своем увитом розами домике ревностно оберегает от постороннего глаза мальчика, закутанного в девчачьи одежки.
   Думала и про капитана Вильямса. С какой радости тот вдруг заявился? Кстати, в замок он не вернулся. Вот кабы Десмонд не свалился с коня, то непременно встретился бы с Вильямсом…
   Десмонд! О чем бы она ни думала, мысли все время кружились вокруг него. Марина даже мысленно не произносила слова «любовь». Разве можно влюбиться в человека, которого считаешь врагом. Может, оттого потянулось к Десмонду одинокое ее сердце, что он единственный был близок ей здесь, на чужбине. Или впрямь существуют вековечные чары в тех узах, которые налагаются на мужчину и женщину именем божиим, даже если их союз – случайность? Но был ли случайным их с Десмондом союз? Ведь какая-то сила поставила его на пороге заметенной снегом баньки именно в ту роковую, предрождественскую минуту, когда Марина произносила древние, заветные слова, вызывая из тьмы и света, мрака и сияния любовь – единственную на всю жизнь… Но любовь к Десмонду – гибель, потому что напрасная, безответная. Он любился с Агнесс, а вчера так поглядывал на скромное «вдовье» декольте Джессики…
   И снова приступ ревности ударил Марину в самое сердце. Слезы неудержимо подступили к глазам. Вскочив с постели, она принялась тереть глаза кулаками, загоняя слезы внутрь и делая вид, будто проснулась от шума, поднятого горничной.
   – Что ты топочешь, как молодая кобылка в стойле? – проговорила она, откусывая от горячей маслянистой лепешки, какие здесь частенько подавались к завтраку.
   – Топочу, мисс? Ой, прошу прощения у вашей милости. Просто-напросто я еще не привыкла к этим туфелькам… я ведь надела их в первый раз.
   – Так у тебя новые туфли? – оживилась Марина, как всегда оживляются женщины, когда речь заходит об обновке – своей или чужой. – А ну, покажи!
   Глэдис вмиг вздернула юбки, выставив тоненькие ножки, обтянутые полосатыми, домашней вязки чулками и обутые в нарядные кожаные, с пряжками туфельки на французском каблучке.
   – Конечно, они не новые, – пояснила Глэдис. – Но мне бы отродясь таких не нашивать, кабы не леди Джессика. Она частенько дарит служанкам туфли, потому что быстро их снашивает.
   – Отчего же так? Ходит много? – спросила Марина от нечего делать, для поддержания разговора.
   – Не больше других, – пожала плечами Глэдис, выставляя ножку и показывая сношенный каблучок. – Однако все ее левые туфельки вот так стоптаны: леди Джессика, известное дело, хромоножка.
   – Да ну! – изумленно всплеснула руками Марина. Вот уж не подумала бы…
   – Между нами говоря, мисс, – заметила Глэдис, – вы вообще ничего и никого не видите, кроме…
   Она осеклась и схватила с кровати поднос, но Марина успела вцепиться в него и удержать.
   – Кроме кого? Говори! – молвила тихо и, как ей показалось, спокойно.
   Глэдис учуяла в ее спокойствии недоброе. В ее голубеньких английских глазках заплескался страх, и она выдохнула обреченно:
   – Кроме милорда, сэра Десмонда. Простите, что я осмелилась, мисс… Однако вы так добры всегда, что мне хотелось вам как-нибудь помочь.
   – Что, так сильно заметно, да? – спросила Марина, с трудом поднимая глаза.
   – Заметно, мисс, – кивнула Глэдис. – Вы, как подсолнух, туда-сюда поворачиваетесь, только чтобы взглянуть на милорда. Вроде бы вы даже это от самой себя таите, а другим заметно. У нас давно девушки говорят: не диво, мол, что Агнесс волосы на себе от злости рвала, коли милорд в замок другую привез!
   – Агнесс? – удивленно переспросила Марина. – Однако она… царство ей небесное… вроде бы не была милордом обижена?
   – Вот видите, мисс, какая вы! – воскликнула Глэдис. – Вы даже и не знаете, что, воротясь из путешествия, милорд к себе Агнесс ни разу не допустил. Слухи ходят, что она чуть ли не голая без зова являлась к нему в комнату, а он ее выставлял прочь. Оттого и прицепилась к Хьюго. Вот господь ее и наказал за распутство.
   – Выставлял прочь? – с трудом выговорила Марина. – Ты, верно, шутишь…
   Десмонд хранил ей верность… О господи, спасибо тебе! Путы глупых недоразумений едва не разлучили их навеки. Но теперь все выяснилось! Ах, бедная Агнесс… как она, должно быть, ненавидела «русскую кузину»… Взаимная ненависть погубила одну из них и едва не обездолила другую. Десмонд не изменял ей! Конец несчастьям, недоразумениям, тоске!
   Она была так счастлива, что даже опасные тайны, клубившиеся вокруг Маккол-кастл, казались ей не стоящими внимания пустяками. Она сейчас же пойдет к Десмонду и скажет: «Довольно нам мучить друг друга! Зачем еще чего-то ждать? Я больше не могу таиться. Я люблю тебя. Я твоя и готова всему миру сказать об этом – хоть сейчас».
   – Ох, Глэдис, спасибо тебе за то, что ты сказала!
   – Не за что благодарить меня, мисс, – решительно покачала головой Глэдис. – Не за что! Ах, если бы вы знали… если бы только знали!
   Она махнула рукой и пошла к двери, но Марина вскочила и преградила ей путь.
   – Нет уж, погоди! Договаривай! – грозно сверкнула глазами.
   – Зря вы допытываетесь, мисс, – шепнула Глэдис, глядя на Марину с жалостью. – Лучше вам и не знать ни о чем.
   – O чем, ну?! – воскликнула Марина, опять исполнившись яростью и чувствуя, что, ежели Глэдис сызнова примется солому жевать, она пришибет ее на месте.
   – Ну ладно, ежели так угодно вашей милости… – устало сказала горничная. – Беда в том, что вы опоздали, мисс. Милорд Десмонд, может, и имел на вас виды, да его уже другая к рукам прибрала. К тому и шло!
   – Другая? – слабо шевельнула губами Марина. – Ты с ума, что ли, сошла?
   – Не у меня, а у вас, мисс, верно, в уме помутилось, коли вы ничего не видите! – вышла из себя Глэдис, от возмущения забыв о приличиях. – Я вам еще когда говорила: леди Джессика не по себе дерево хочет срубить и на молодого лорда заглядывается. Вы меня на смех подняли, а теперь… – Она замялась было, как бы не решаясь продолжать, но, не выдержав взгляда Марины, сунула руку в карман и вытащила листок бумаги, сложенный вчетверо. – Поглядите-ка!
   – Что это? – спросила Марина, глядя на листок с таким ужасом, словно он шипел и готов был ее укусить.
   – Письмо леди Джессики к милорду, – буркнула Глэдис. – И если я не спятила, не простое письмо, а любовное!
   Марина, забыв обо всем, вырвала из рук Глэдис листок. Она должна знать все!
   «Десмонд, после того, что случилось вчера, я больше не в силах таиться. Был миг, когда мне показалось, что злая участь Алистера настигла и тебя… и я поняла, что не переживу новой потери. Мне необходимо поговорить с тобой. Это жизненно важно! Ты и не подозреваешь того, что я хочу тебе открыть. Сегодняшний вечер перевернет всю твою жизнь и, быть может, наконец освободит от роковой слепоты, которая ведет тебя к гибели. Впрочем, писать очень долго. Я все скажу сама. Умоляю не искать со мной встречи днем, не мучить понапрасну, не выспрашивать, однако ровно в 10 часов вечера я буду ждать тебя в павильоне, в саду. Приходи. Джессика».
   Что ж, листок был вполне невинен. Но к нему прилагался другой, поменьше, и когда Марина прочла его, она не поверила глазам. Похоже, многолетняя сдержанность изменила Джессике. Чувства хлынули потоком и подчинили ее себе. Строчки плясали, буквы разъезжались – она явно не владела собой, когда писала:
   «О Десмонд, мой Десмонд! Довольно нам мучить друг друга. Я всегда понимала тебя лучше, чем даже ты сам, поняла и теперь. И ты все понял. Да, я больше не могу таиться. Я люблю тебя и готова всему миру о том сказать. Если ты захочешь, мы подождем приличного срока, чтобы объявить о своей любви, но ты должен знать, что я готова принадлежать тебе во всякий час, когда ты пожелаешь меня. Пусть это свершится сегодня. Я хочу сегодня стать твоей…»
   Марина уронила листки. Она почти не дышала от боли. И почему-то самым мучительным было то, что Джессика почти слово в слово повторила то, что Марина готова была сказать Десмонду!
   Но ведь он женат! Марина ему жена! И она ведь совсем забыла, что главным условием их договора была свобода ее выбора. Ее! Только от нее зависит, какая участь постигнет Десмонда 31 июля: венчание или смерть. Ну так ни то, ни другое! То есть не 31 июля! Лорд Десмонд Маккол обвенчается со своей русской кузиной Марион Бахметефф… завтра же. В домовой церкви, без соблюдения дурацких английских приличий. И узнает он о решении своей судьбы нынче же вечером. Причем не где-нибудь, а в садовом павильоне. В том самом, где ему назначила свидание Джессика. Да-да, все будет как в романе: дама, явившись на свидание, застанет возлюбленного с другой… Явившись в павильон в десять вечера, Марина попадет в самый разгар любовного свидания, которое началось немного раньше…
   Лицо Глэдис, стоявшей с видом печального сочувствия, изрядно вытянулось, потому что мисс Марион, только что бывшая полумертвой от горя, вдруг расхохоталась и ринулась к секретеру, где стоял бювар. Обмакнув перо в чернильницу, Марина перечеркнула в письме цифру 10 и написала сверху размашисто девятку, а потом, помахав листком в воздухе, чтобы чернила быстрее просохли, свернула его по сгибам и сунула совершенно ошеломленной Глэдис.
   – Вот. Теперь ты можешь отнести его милорду. Иди, что стоишь?
   – Но, мисс! – взмолилась Глэдис. – Второй-то листок остался у вас…
   – Если ты кому-то пикнешь про второй листок… если вообще пикнешь, что я знаю про письмо… – прошипела Марина, сузив глаза, и Глэдис начала пятиться к двери. – Убью, так и знай! – закончила Марина сурово и просто.
   И Глэдис, очевидно, поверила, потому что в следующую же минуту ее и след простыл. Стоптанные каблучки туфелек Джессики дробно затопотали по коридору, а Марина первым делом подошла к камину и швырнула в огонь любовные бредни «неутешной вдовы». Как ни странно, ей стало легче.
   Оставшееся время прошло в нетерпеливом хождении из угла в угол. Марина не спустилась к чаю, не вышла обедать. Еду на подносе ей принес в комнату лакей, сказав, что Глэдис отпросилась в деревню навестить заболевшего отца. Передала ли девушка письмо? Прочел ли его Десмонд?
   Едва стрелки на часах, стоящих в углу комнаты, задрожали на половине девятого, Марина бесшумно, будто пресловутый призрак леди Элинор, понеслась по коридору. Из бокового хода прянул ей под ноги Макбет, который словно бы учуял очередное приключение и норовил принять в нем участие. Но Марина, соскучившаяся по своему пушистому приятелю, лишь приостановилась – погладила кота, почесала его за ушком… и сурово сказала: «Брысь!» А затем прямиком побежала в сад, решив явиться на место свидания раньше Десмонда.
   Павильон, о котором шла речь, она давно приметила: изящный, округлый, в греческом стиле, напоминающий некий чудный маленький храм. И почему-то он напомнил Марине баньку в бахметевском саду, где она когда-то ворожила на свою судьбу… Вон чего наворожила!
   Впрочем, чепуха. Какое сходство между двумя зимами – метельной русской и одетой в зелень прошлогодней травы английской, между бревенчатой банькой и мраморным павильоном? Вот только состояние Марины одинаковое – тревожное.
   Павильон всегда казался наглухо запертым. Но стоило ей слегка коснуться двери, как та мягко подалась под рукой. Здесь топился камин, причем с какими-то ароматическими добавками, отчего воздух был напоен сладостным духом. Слабый огонек одинокой свечи отражался в серебряной посуде, стоявшей на небольшом столике, и озарял роскошную постель.
   Марина стояла, прижав руки к сердцу. Неужели скромница Джессика свила это пышное, сладострастное любовное гнездышко?
   Сначала Марина думала встретить Десмонда в дверях. Объясниться, поговорить, признаться. Но при виде роскоши павильона поняла, есть только одно место, где ей следует ждать мужа, – постель. Тем более что пришла она на свидание в одной тонкой рубашонке, как будто сотканной из белого, призрачного лунного кружева.
   Марина села, потом легла, снова села. Как лучше – распустить волосы по плечам? Разметать их по подушке? Или не трогать косу, предоставить Десмонду расплести ее? Что сделать: сразу окликнуть его? Или молча протянуть к нему руки?
   Она так увлеклась обдумыванием выигрышной позы, что едва не воскликнула: «Подождите, я еще не готова!», когда за стеной захрустел песок под чьими-то торопливыми шагами.
   Десмонд!
   Марина замерла, уставившись на дверь широко раскрытыми глазами, и вдруг поняла, что у нее не хватит храбрости встретить Десмонда вот так, лицом к лицу.
   Опрокинулась навзничь и едва успела набросить на себя самый краешек шелкового покрывала, прикрыв лицо полусогнутой рукой, как дверь распахнулась.
   Он вошел и замер на пороге, не говоря ни слова, только глубоко вздохнул. Потом Марина услышала тихие шаги и торопливый шорох одежды. Сейчас она окажется в его объятиях!
   Больше не было сил ждать, и едва только он оперся коленом о постель, как Марина прильнула к нему и с силой cплела руки на его спине, желая никогда больше не выпускать его. Он впился в рот Марины таким неистовым поцелуем, что она перестала дышать и вроде бы даже лишилась на какой-то миг сознания, безвольно подчиняясь буре его страсти.
   «О господи, – вдруг подумала Марина в испуге, – да ведь он же небось думает, что здесь Джессика!»
   Сердце сжалось. Она рванулась, пытаясь приподняться, взглянуть Десмонду в глаза, увидеть в них пламя страсти, зажженной ею, только ею, но не смогла – так он был тяжел. Она не помнила, чтобы Десмонд был так тяжел прежде… чтобы его губы были так жестки и безжалостны… не помнила этого резкого запаха пота… Грубая рука вдруг рванула ее рубашку, и Марина вскрикнула, захлебнувшись отвращением и ужасом: это был не Десмонд!
   Открытие придало ей силы. Невероятным усилием она повернулась на бок, со всхлипом набрала в грудь воздуху – да так и замерла, ибо ее, словно молния, пронзил крик:
   – Что здесь происходит?!
   Голос Десмонда!
   Марина слепо рванулась ему навстречу… и вдруг все вокруг осветилось, как по волшебству, десятками свечей, соединенных меж собою горючими нитями. В павильоне стало светло, как днем, и Марина увидела Десмонда, стоящего над постелью и с выражением непередаваемой брезгливости разглядывающего два сплетенных тела.
   Женское и мужское. Марины и… Хьюго.
   – Сэр! – возопил Хьюго, приходя в себя. – Я не виноват, клянусь вам, милорд! Я только что пришел, вы же видели меня в саду, я сказал, что вас искала леди Урсула… Когда я пришел сюда, леди уже лежала здесь, ждала меня.
   «Не тебя!» – всем существом своим выкрикнула Марина, однако голос остался похороненным в сердце: ей не удалось издать ни звука.
   Десмонд поглядел на нее темным, холодным взором.
   – Tяжелая наука – презирать людей, – произнес он по-русски, почти не разжимая губ. – Ты обучила меня ей.
   И, резко повернувшись, вышел.
   Хьюго мгновение смотрел ему вслед, а затем повернулся и хмуро глянул на оцепенелую Марину:
   – Ну что бы ему стоило прийти на пять минут позже! Я был уверен, что успею, что он проищет бесноватую полчаса, не меньше, а он… Ладно, леди, вставайте и уходите. Вам пора. – А когда Марина не шевельнулась, с ноткой сообщничества в хриплом голосе прошептал: – Или лучше приходите ко мне завтра на конюшню…
   Он коротко хохотнул, и его утробный смешок словно бы разрубил путы, стягивающие Марину. Она сорвалась с постели и опрометью кинулась в сад как была – в обрывках кружев. Бежала куда-то, не зная куда… В голове путаница, звон, колотье в висках… Hичего, не так уж велик парк, чтобы не найти озера, чтобы…
Чтение онлайн



1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 [21] 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31

Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация