А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Идеальное вторжение" (страница 1)

   Виталий Вавикин
   Идеальное вторжение

   Мы помним лишь прошедшее. Мы никогда не узнаем его, если вдруг встретим. Воспоминания остаются на месте, а время движется вперед, и они расходятся навсегда.
Альфред Бестер «Время предатель»

   Часть первая

   Глава первая

   Выходишь из дома и знаешь, что больше уже никогда не увидишь его снова. В густом, как деготь, черном небе плывет, переливаясь фиолетовыми и бардовыми цветами, инопланетный корабль. Ярко-зеленые лучи пронзают ночь, словно вспышки салюта. Тянутся от корабля к земле и забирают выходящих на улицы людей. Одного за другим. Одного за другим. Успеваешь подумать об Эйлин: «Интересно, они уже забрали ее или нет?». Видишь, как зеленый луч пронзает твоего соседа. Он улыбается. Смотрит на далекий внеземной корабль и улыбается. Луч исчезает, и сосед исчезает вместе с ним. Делаешь шаг вперед. Чувствуешь щебень под ногами. Вдыхаешь ночную прохладу полной грудью. И никакого страха. Никаких сомнений. Инопланетный корабль зависает прямо над твоей головой. Зеленый луч вырывается из его брюха. Пронзает тебя. Тело сковывает немота. Свет меркнет. Сознание тонет в туманном забвении. Глаза закрываются (или же это мир закрывается для твоих глаз?). Ты поднимаешься на борт. Ничего не чувствуешь, но знаешь, что это так. Время растягивается, как резина. Долгое, бесконечное время. И даже мысли какие-то заторможенные. Слова, воспоминания – все двигается, как в замедленном фильме…

   Толчок. Чувствуешь под ногами твердую опору и открываешь глаза.

   – Это великолепно! – говорит тебе сосед. Соглашаешься с ним. Смотришь по сторонам. Ничего особенного. Корабль, как корабль. Может быть, лет через сто вы бы и сами начали строить такие, осваивая Луну, Марс, Юпитер. Зеленый луч вспыхивает, перенося на борт еще одного соседа. Он озирается по сторонам, широко открыв глаза. Наверное, ты был таким же минуту назад: счастливым, зачарованным, пораженным… – Интересно, кто управляет этой штуковиной? – говорит сосед.
   – Откуда я знаю, – говоришь ты. Снова вспыхивает зеленый луч.
   – Слава богу, успела! – говорит запыхавшаяся женщина.
   – Пойдем, поищем экипаж, – говорит сосед. Еще один луч вспыхивает где-то рядом. Проталкиваешься сквозь толпы знакомых лиц. Видишь дверь и надпись желтыми буквами на электронном табло над ней: «Не открывать, пока не окончена посадка».
   – Подожди, – говоришь соседу.
   – Да чего ждать-то?! – разводит он руками. Показываешь ему на табло над дверью. – И что?! – спрашивает сосед.
   – Может, это не просто так, – говоришь ты.
   – Да брось ты.
   – Стой! – Ты хватаешь его за руку. – А что если как только мы откроем эту дверь, то кто-то из тех, кто еще не перебрался на бор, погибнет? – Сосед пожимает плечами. – Или же погибнем мы все, – говоришь ты. Сосед хмурится. Смотрит недовольно на электронное табло и тяжело вздыхает.
   – Ну, ладно. Давай подождем.

   Луч все еще мелькает, перенося на борт жителей твоей улицы. Десять, двадцать, тридцать раз… Сосед потирает руки и готовится открыть дверь. Корабль вздрагивает. Электронное табло над дверью меняет надпись. Теперь желтые буквы говорят: «Во время полета не открывать». Собравшиеся люди тихо перешептываются.

   – Интересно, куда мы летим? – говорит сосед. Гул заглушает его голос. Уши закладывает. «Все будет хорошо, – думаешь ты, смотришь на собравшихся людей и понимаешь, что они думают о том же». – Все будет хорошо! – кричит тебе сосед, показывая поднятый вверх большой палец. Ты киваешь ему. Он улыбается. Широкая, счастливая улыбка от уха до уха на толстом лице. Но гул усиливается. Проникает в мозг и, кажется, что еще мгновение и из ушей потечет кровь. Еще мгновение… Еще… Тишина. Даже как-то не по себе. Но это всего лишь оглохшие уши. Звуки медленно возвращаются. «Выход», – загораются желтые буквы на электронном табло над дверью. – Так! Теперь бы понять, куда нажать! – говорит сосед. Подходит к двери, ищет ручку или электронный замок. Но ничего нет. Дверь открывается сама. Сосед оборачивается к тебе и пожимает плечами. – Ну, что, пойдем, посмотрим? – говорит он.
   – Пойдем, – отвечаешь ты, и вы выходите.
* * *
   Вспышки. Они повсюду. Гигантский корабль, на который вы прилетели, распускается, словно цветок, жизнь которого наблюдаешь изнутри.

   – Он что, живой? – спрашивает сосед.
   – Не будь дураком, Блейз, – говоришь ему ты. Кто-то кричит, что это чудо. Кто-то читает благодарственные молитвы своим богам. Гигантский корабль принимает все новые и новые корабли-шлюпки, из которых выходят жители твоего города и окрестностей. Джили, Рендер, Сэнди, Мартон, Бестер, Карвин, Дейдра, Фиона – все, кого ты знал и с кем встречался почти каждый день, здесь. Снова вспоминаешь Эйлин, бродишь среди восторженных многотысячных толп и пытаешься найти ту, с кем готов был прожить одну из своих генетических жизней. «Знаешь, Хасан, – сказал тебе как-то Блейз, – ты самый странный сосед, из всех, кого я знаю». «Судьбу не выбираешь», – оказал ему ты, или же одна из твоих генетических личностей. Иногда они обозначали свое присутствие настолько внезапно, что ты какое-то время не мог сообразить, чья память сейчас говорит твоими устами: твоя или же твоих прошлых жизней. Жизней, которые никогда не принадлежали тебе, но всегда были твоей неизменной частью. Врачи назвали это «Феномен реинкарнации». Правда, вначале был более простой диагноз – шизофрения и раздвоение личности. Но личность у тебя всегда была одна, поэтому раздвоение пришлось исключить, как впрочем, и шизофрению, но только чуть позже. Один умник из местной больницы три долгих года кормил тебя амиталом и прочими барбитуратами среднего и короткого время действия, но в итоге решил, что это не помогает. «Ты безнадежно болен», – сказал он и посоветовал смириться с этим. И ты смирился. Но люди, которые окружали тебя, не смогли. Их пугали твои внезапные воспоминания, настораживали, и они заставляли тебя продолжать лечение, не оставлять попытки исправить это. Но исправлять было нечего. «Это всего лишь твоя генетическая память», – сказал тебе седой профессор, закончив проводить тесты и анализы, которым, казалось, не будет конца. Он сказал, что это как наследуемые черты лица, только в твоем случае это еще и память. «Никто ведь не считает особенным тех, кто наследует длинный нос или большие уши?! – смеялся профессор. – Вот и ты нечто подобное». Ты поблагодарил его за проделанную работу и вернулся в свой город, а через год он выслал тебе свою книгу с автографом и благодарностью. Оказывается, ему даже присудили несколько наград в научной литературе за работу, в которой он попытался раскрыть твой феномен. Какое-то время даже пресса проявляла к тебе интерес. Спрашивали о твоих прошлых жизнях и жалели, что твои предки были не столь значительными историческими фигурами, чтобы ты мог раскрыть затянутые паутиной времени исторические тайны. Но в итоге закончилось и это. Пресса назвала тебя шарлатаном, а критики буквально порвали на части старого профессора, сведя его в могилу. С тех пор ты больше не лечился. Может быть, твои праправнуки и смогут избавиться от этого, но сейчас лечения не было. «А, может, настанет день, и все мы станем такими, как ты, – сказал однажды Блейз. – Что если, это не дефект, а всего лишь новый виток в эволюции?!». Ты посмотрел на него и подумал, откуда простой механик знает все это? «Откуда? – Блейз деловито ухмыльнулся и рассказал о студентке с факультета философии, с которой он спит. – Она хочет написать о тебе диссертацию», – сказал Блейз. Ты вспомнил старого профессора и сказал: «Не надо». «Да, не волнуйся ты! – Блез дружелюбно хлопнул тебя по плечу. – Она не хочет доказывать, что ты – особенный. Она хочет доказать, что ты – шизофреник». – Он подмигнул и сказал, что она просила его договориться с тобой о встрече. Ты сказал: «Нет», а Блейз сказал, что в этом возрасте они такие знойные, что за проведенную с ними ночь, можно позволить и назвать себя шизофреником. Эйлин обиделась и ушла. «Иногда я тебя ненавижу», – сказал ты Блейзу. Он ушел поздним вечером, но Эйлин так и не вернулась. Ты позвонил ей на мобильный, послушал гудки и лег спать. Ночью тебе снился топот копыт и звон сабель. Твои предки убивали людей. Рубили головы и конечности. Но, знаешь, когда ты видишь все это на самом деле, чувствуешь это, проживаешь это, убийство не кажется таким уж аморальным поступком. По крайней мере, лучше убивать, чем переносить мучения и пытки. Как в той жизни, когда ты был арабским поэтом. Он любил женщин и опиум, но умер на столе для пыток в криках и боли. Попробуй, переживи это, а потом осуди убийство. Нет. Ничего не выйдет. Это просто жизнь. Просто нравы. И детей твоих ждет тоже самое. «А если у нас родится девочка?» – спросила тебя как-то Эйлин. «Не родится», – сказал ты, и генетическая память показала тебе десятки подобных историй. Женщины были красивыми и не очень, вы то лежали на персидских коврах, наслаждаясь яствами, то голодали в чердачных помещениях, стоимость проживания в которых была непосильной для тебя. Картины менялись, но суть оставалась одна. «И каково это? – спросила Эйлин. – Знать сотни женщин, помнить тысячи поцелуев». «На востоке всегда были слишком строгие нравы, – сказал ей ты. – К тому же я никогда не был достаточно богат, чтобы купить себе невесту». «Ты врешь», – сказала Эйлин и поцеловала тебя в губы. У нее был маленький рот и острый язык. Темные глаза и длинные черные волосы. О вкусах, как говорится, не спорят, особенно, если твоя генетическая память показывает сотни восточных красавиц, в которых ты был влюблен. Иногда, занимаясь любовью с Эйлин, ты вспоминал тех бедняков, которые так и умерли, не познав женщины. Интересно, могут ли они видеть твою жизнь так же, как ты видишь их жизни? Испытывать то же, что испытываешь ты? Наверное, нет, ведь они – всего лишь твоя память. Как стихи на арабском, которые ты иногда читал Эйлин. Стихи из прошлого, рожденные в настоящем твоими губами. «Мои губы тоже кое на что способны», – сказала тебе как-то Эйлин, а ты сказал, что когда-то давно ее бы забросали за это камнями. «А сейчас забросают камнями, если я этого не сделаю», – улыбнулась Эйлин. «Всего лишь засмеют», – сказал ты, а поэт плакал, держа на руках мертвую девушку, растерзанную разгневанной толпой. И пальцы его путались в окровавленных волосах. И чей-то камень обезобразил ее красивый рот, превратив в кровавое месиво. И ничего было уже не вернуть назад. «Всего лишь нравы», – сказал ты Эйлин, но так и не смог видеть ее рот пригодным для чего-то большего, нежели для поцелуев, и не важно насколько страстными были ночи. Поэт рыдал, и запекшаяся кровь в густых черных волосах его возлюбленной проводила незримую грань, перешагнуть которую было невозможно. «А если Рендер расскажет тебе кое-что… – Эйлин поднялась на локтях, заглядывая тебе в глаза. – Мы ведь жили с ним больше года, и сам понимаешь…, его нравы были немного другими». «У меня нет проблем с моими воспоминаниями, – сказал ты. – Они принадлежат мне, а не я им». «Значит, ты не отрубишь ему голову, или что там отрубали в те времена?». Ты обнял ее и поцеловал в шею. Арабское солнце было красным, и черный жеребец нес тебя на восток. И женщина. Красивая, как звезды на ночном небе, обнимала тебя, прижимаясь к твоей спине. «Однажды я украл свою возлюбленную», – сказал ты Эйлин. «А она хотела этого?» – спросила Эйлин. «Не знаю, – признался ты. – Она была женщиной и покорно принимала свою судьбу». «Это не честно», – сказала Эйлин. «Она была непохожа на тебя», – соврал ты. «Значит, меня бы ты воровать не стал?». «Еще как стал бы!».
* * *
   Вы идите с Блейзом по кораблю, и высокие своды теряются где-то над головой в недосягаемой темноте.

   – Даже не верится, что здесь все жители нашего города! – слышишь ты голос Рендера.
   – Подожди, – говоришь Блейзу и пытаешься пробраться сквозь толпы людей к бывшему мужу Эйлин. Рендер видит тебя и театрально кривится.
   – Значит, ты тоже здесь, – говорит он и тяжело вздыхает.
   – Давай не будем, – начинаешь ты.
   – Не будем что? – спрашивает он. – Драться на саблях или читать стихи на арабском?
   – Я не ищу ссоры. Я ищу Эйлин, – говоришь ты. Он смеется.
   – Так она и от тебя сбежала?
   – Не от него, а от меня, – говорит Блейз, влезая в разговор. Рендер пожимает ему руку, вглядывается в его голубые глаза.
   – Так ты и она…
   – Нет, – улыбается Блейз и рассказывает о студентке, которая хотела написать о твоей шизофрении. – Она, кстати, тоже должна быть где-то здесь.
   – А имя? – спрашивает Рендер.
   – Черт ее знает! – Блейз чешет затылок. – Хоть убей, не помню. – Он смотрит на тебя и спрашивает: не помнишь ли ты.
   – Нет, – говоришь ты и уже Рендеру. – Эйлин не звонила тебе? – Он улыбается.
   – А если и звонила… то, что?
   – Я просто хочу ее найти, – объясняешь ты.
   – Может, она этого не хочет.
   – Так ты знаешь, где она, или нет?
   – У матери.
   – Черт!
   – Да, уж. Действительно: черт! – Рендер смеется. – Сомневаюсь, что тебе удастся найти ее здесь.
   – Найду, – обещаешь ты.
   – Жрать охота, – говорит Блейз. Рендер протягивает ему шоколадку. Блейз срывает с нее обертку и спрашивает: «Интересно здесь можно мусорить или нет?». Ты пожимаешь плечами. – Ну, если что, то это не я. – Блейз бросает на пол обертку. Засовывает в рот шоколадку и жует. Ты смотришь на его ставшие коричневыми зубы и думаешь о том, что будет потом.
   – А вот это уже хороший вопрос, – соглашается Рендер. Блейз перестает жевать и говорит с набитым ртом, что нужно было оставить шоколадку на черный день.
   – Считай, что он уже наступил, – говоришь ты и оглядываешься по сторонам, пытаясь отыскать знакомые лица.
   – Пойду, поищу своих, – говорит Рендер. Ты останавливаешь его и говоришь, что вам лучше держаться вместе. – Еще чего! – Рендер высвобождает свою руку и уходит.
   – Никуда он не денется, – говорит тебе Блейз. – Да и на кой черт он нам нужен?! Пойдем, найдем Сэнди и Карвина. Рендер прав. Сейчас лучше держаться со своими.
* * *
   Время. Часы показывают поздний вечер, когда вы выходите на опушку лиственного леса.

   – Это что? Настоящее? – спрашивает Блейз и щипает себя за руку.
   – Думаю, не стоит делать поспешных выводов, – отвечает Сэнди, сжимая руку Карвина, который уже готов броситься к хрустальному озеру и утолить жажду.
   – Да пустите же меня! – кричит женщина в короткой юбке. Ее худые ноги рассекают водную гладь. Она радуется, как ребенок. Белая блузка намокает, прилипает к телу. Пара рыжеволосых ребятишек бегут к озеру, наполняя повисшую тишину звонким смехом. Кто-то находит в лесу ягоды. Кому-то удается поймать пару пушистых зверюшек.
   – Вы же не съедите их?! – возмущается Сэнди.
   – Еще как съедим! – заверяет ее толстый мужчина.
   – Знаешь, – говорит тебе Блейз, глотая слюни, рожденные сладким запахом жарящегося мяса, – пожалуй, нам тоже стоит пойти в лес и поймать кого-нибудь.
   – Лучше уж ягоды! – говорит Сэнди.
   – Никто ничего здесь есть не будет! – кричит Рендер. – Вы что, забыли, где мы?! – Гудение людей смолкает. – Что это за место? Что это за корабль? И что это за лес? – Ты смотришь на Рендера и признаешь, что у него врожденные ораторские способности. Люди слушают его. Люди готовы идти за ним. Даже Мейнос – мэр вашего города, который вы оставили в прошлом, не изъявляет желания занять свое прежнее место. – Что будет завтра, когда мы разграбим этот лес? – спрашивает людей Рендер. – Что будет, когда не останется ни зверей, ни ягод?
   – Нужно проголосовать, – говорит Блейз.
   – Проголосовать за что? – спрашивает его Рендер.
   – За то, кто будет решать, что нам делать дальше.
   – Никто ничего не будет решать в одиночку, – говорит Рендер. – Нас здесь много и каждое мнение имеет значение.
   – Ну, тогда я за то, чтобы сначала поесть, а потом уже решать все остальное, – говорит Блейз и поднимает руку.
   – Я, пожалуй, с тобой, – говорит Карвин.
   – А я против, – Сэнди смотрит на супруга и пожимает плечами.
   – Я тоже против, – говорит Рендер. Две сотни рук поднимаются вверх.
   – Я посчитаю, – говорит Дейдра. Она ходит между людей, терпеливо исполняя свою обязанность. – С перевесом в двести голосов победили Рендер и Сэнди, – объявляет Дейдра спустя почти час.
   – Так есть, значит, не будем?! – сокрушается Блейз. – Но ведь здесь не все жители города. Может, вернуться и спросить мнение остальных?
   – Решение принято, – говорит Рендер. – Сначала разберемся, что это за корабль, а уже потом будем решать, что делать дальше.
* * *
   Помнишь? Однажды вы с Эйлин взяли палатку и отправились в лес. Вдвоем. Только ты и она. Солнце согревало землю. В кронах пели птицы. Вы установили палатку, побродили по лесу и позавтракали. «Я хочу, чтобы ты почитал мне стихи, – сказала Эйлин, а ты сказал ей, что она не понимает по-арабски. – Ну, и что! – она беззаботно улыбнулась. – Зато мне нравится, как они звучат». А после вы лежали на расстеленной поверх зеленой травы скатерти, и Эйлин рассказывала тебе про свое детство. «Есть некоторые вещи, которые мне очень дороги, – сказала она. – Маленькие, ничего не значащие вещи». – Она покраснела и сказала, что Рендер всегда смеялся, когда она рассказывала ему об этом. «Я не буду», – пообещал ты. «Еще как будешь!» – сказала она, и вы лежали на скатерти и смеялись до слез. После обеда вы снова бродили по лесу и мечтали повстречать оленя. Но вместо оленя вы увидели лишь зайца, да и тот мелькнул в кустах своим коротким хвостом и исчез. Вот и весь день. День, который завершился ночью и небольшим костром. Вы лежали с Эйлин, обнимая друг друга, и молча смотрели на небо. «Хочешь, я расскажу тебе о созвездиях?» – спросил ты. «Хочу увидеть, как падает звезда», – сказала Эйлин. Ты сказал ей, что звезды не падают, а она сказала, что знает, но ей все равно. Вы занимались любовью, и ты смотрел ей в глаза. Смотрел и видел, как в них отражаются далекие звезды. И ночь заполняла тишину шорохами своей бесконечной жизни, пряча ваши тяжелые дыхания в своей непроглядной плоти…

   Сейчас все было иначе. Свет померк, но ночь все равно осталась ненастоящей. Искусственной. Ты лежишь на спине и слушаешь, как смеется Блейз.

   – Что тут смешного? – спрашиваешь ты, жалея, что рассказал ему об Эйлин, палатке, костре…
   – Извини! – говорит Блейз, продолжая смеяться. – Я просто вспомнил, как однажды комары искусали мне всю задницу после подобного, и я несколько дней вообще сидеть не мог!
   – Я мог, – говоришь ты.
   – Наверно торопился! – хватается за живот Блейз. – Прости! Я не хотел тебя обижать.
   – Да ничего. – Ты ждешь, когда он успокоится, спрашиваешь о запланированном походе на завтрашний день.
   – Не знаю, – говорит Блейз. – Но мне интересно.
   – Я имею в виду не интерес, – говоришь ты. – Это может быть опасным, а кроме тебя я больше никого не знаю из добровольцев.
   – Не думаю, что это будет опасным, – говорит Блейз. – Ну, а если что, то держись рядом. Кто не побежит, тому и можно доверять. Понимаешь?
   – Понимаю, – отвечаешь ты. Древние битвы всплывают в памяти звоном клинков. Пустыня наполнена криками. Ветер выбивает из глаз слезы. Черный жеребец под тобой недовольно фыркает. Сабля, которую держишь в руке, блестит, отражая лучи беспощадного солнца. Песчаный бархан уходит круто вниз, где идет сражение. Фонтаны крови брызжут в раскаленный воздух. Конь снова фыркает. Слышишь короткий приказ по-арабски. Пришпориваешь коня и мчишься в низ, в пекло смерти…
* * *
   Лес заканчивается высокой железной стеной с автоматически открывающейся дверью.

   – А я уже почти забыл, что это корабль, – говорит Кройд. Вы выбрали его своим лидером часом ранее большинством голосов. Семь к трем. Ты и Блейз голосовали «за». Теперь дверь. Она открывается вверх, прячась в железную стену. Узкие коридоры кажутся бесконечными. Они извиваются, разветвляются, уходят круто вверх и вниз, словно вы движетесь по кровеносно-сосудистой системе гигантского зверя. Иногда вам встречаются люди. Такие же, как и вы.
   – Вы откуда? – спрашивают они. Вы рассказываете о лесе и озере. Они рассказывают о целых городах с домами и квартирами.
   – Кажется, там кто-то жил до того, как мы пришли. Даже на столах осталась недоеденная еда. Свежая еда. Понимаете, о чем мы? – Говорит женщина с рыжими волосами. Она угощает вас кофе (по крайней мере, чем-то похожим на кофе), а вы отдаете ей часть жаренных пушистых зверьков, которых поймали в своем лесу. – Вот, возьмите, – говорит женщина, передавая вам карту. – Мы рисовали ее, как только вышли. Так что, если захотите, то сможете найти наш город.
Чтение онлайн



[1] 2 3 4 5 6 7

Навигация по сайту


Читательские рекомендации

Информация