А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Коммунисты – 21" (страница 26)

   КПРФ на защите образования

   – Когда КПРФ критикует образовательную политику оппонентов, это понятно. Критика для политической борьбы – «закон жанра». Но есть ли зримые результаты, полученные в результате противостояния Компартии и власти?
   – С погромом в образовании КПРФ ведет борьбу уже два десятка лет. Многое, кстати, нам удавалось. Ведь ничего нового Фурсенко, в сущности, не предлагает. Его предшественники в 90-е годы уже пытались экономить на образовании. Но, имея весомый пакет голосов в парламенте, мы не позволили разгуляться горе-реформаторам.
   Скажу больше, при активном участии И. И. Мельникова, О. Н. Смолина, Т. В. Плетневой и других наших товарищей фракция КПРФ в Госдуме обеспечила в 1996 году принятие закона «Об образовании». В чем его достоинства? Прежде всего, он гарантировал бюджетное финансирование учебных заведений. Одновременно им давалась возможность самостоятельно зарабатывать деньги и расходовать их на нужды образовательного процесса. В условиях крайне недостаточного и нестабильного госфинансирования это спасло от краха многие вузы и ссузы. Особенно важно то, что этот закон категорически запрещал приватизацию образовательных учреждений. Наконец, он предусматривал достаточно высокую степень социальных гарантий. Даже эксперты Парламентской ассамблеи Совета Европы признавали прогрессивный характер российского закона об образовании, рекомендовали его как пример для других стран.
   Теперь, к несчастью для граждан страны, расклад сил в Госдуме изменился. «Единая Россия» получила железобетонное и исключительно вредоносное большинство голосов. Поэтому и «реформаторы» смогли развернуться. Под сенью путинской «стабильности» парламент воплощает в жизнь разрушительные идеи методом «ползучего внедрения».
   В череде исключительно вредных решений стоит особо выделить принятие закона о «монетизации» льгот в 2004 году. Он нанес серьезнейший удар по обязанностям государства. Именно тогда из закона исчезла статья, которая содержала гарантии приоритетности образования. Была убрана норма, запрещавшая сокращать число бюджетных мест в вузах и многое другое. В тот же самый момент учебные заведения стали ограничивать в возможности зарабатывать средства и самостоятельно ими распоряжаться. Изымались и важные социальные гарантии.
   Потом был сделан еще один шаг. Появился закон «Об автономных учреждениях». Образовательные учреждения поставили перед выбором: или гарантии, включая финансирование, или свободы. В который уже раз нам пришлось поднимать общественное мнение. И хотя не удалось вынудить правительство отказаться от принятия этого закона, мы добились, чтобы переход «в автономность» был добровольным.
   Как мы и прогнозировали, мало какие учебные заведения изъявили желание стать автономными учреждениями. В этой части «Закон об АУ», как его называли, провалился. Вот тогда власть перешла от добровольности к насильственному сценарию. Появился свежеиспеченный закон об изменении статуса бюджетных учреждений. Он цинично декларирует «совершенствование правового положения учреждений социальной сферы». По сути же речь идет о том, чтобы университеты и школы, а заодно музеи, библиотеки, научные институты, спортивные учреждения приравнять к торговым киоскам. И ведь «киоск» в данном случае – не метафора. Как полагают в правительстве, у вуза, театра, поликлиники, как и у торговой лавки, должна быть одна «благородная» цель – зарабатывать деньги, а по сути – обирать население.
   Наступает момент, когда достоинства закона «Об образовании» 1996 года хотят уничтожить окончательно. Этот израненный поправками документ решили отправить на свалку. Появился новый проект закона, подготовленный Министерством образования и науки, который правительство уже внесло в Государственную думу.
   – Действия правительства вы объясняете соображениями экономии. Но единственный ли это мотив в его поведении?
   – Да нет, это не мы, это само правительство вместе с «Единой Россией» все объясняет соображениями экономии. Мы же их как раз в том и обвиняем, что они не экономят, а разбазаривают бюджетные доходы. И не просто разбазаривают, а способствуют усилению конкурентов России. Именно это делает Кудрин, когда отправляет в США колоссальные «стабилизационные» средства, чтобы избежать инфляции. Но вот какое диво: США в свою очередь, ничуть не опасаясь инфляции, используют наши средства на собственные нужды.
   Так что, на наш взгляд, поддержка конкурентов налицо. Мы ведь с вами не будем сейчас доказывать очевидное – то, что конкуренция в современном мире существует, и весьма жесткая? И мы не будем повторять разные глупости за Горбачевым, утверждая, что все вокруг наши друзья, которые только и мечтают подтянуть нас до уровня «общечеловеческих ценностей».
   Несмотря ни на что, и Путин, и Кудрин, и Фурсенко будут и дальше объяснять, что реформа образования нужна. Нужна, чтобы снизить государственные расходы. Но истинные причины происходящего кроются не в заботе о состоянии бюджета.
   Во-первых, налицо экономические интересы российской олигархии. После первого этапа приватизации в 90-е годы капитал накопил колоссальные средства. Теперь он ищет возможность вложить эти средства так, чтобы получить еще большую прибыль. Потворствуя аппетитам олигархии, чиновники превращают в источник извлечения доходов все, что осталось: ЖКХ, социальную сферу. Таким образом, капитал получает возможность обрасти новой собственностью. А когда в его мохнатых лапах окажутся еще и учреждения образования и здравоохранения, для него откроются широчайшие возможности выколачивать из людей деньги за обучение и лечение.
   Во-вторых, сбрасывая с себя обязанности, государство освобождается и от ответственности. Правящий режим надеется, что, когда законодательные новации заработают, отвечать за провалы в образовательной политике властям уже не придется. «По закону» это будет уже не их зона ответственности.
   В-третьих, имеет место и социально-культурный аспект. Власть хотела бы выстроить систему российского образования под западные лекала. И вовсе не потому, что эти лекала лучше. Просто население страны станут превращать в чистой воды потребителей товаров и услуг. Именно это опять-таки и нужно капиталу. Потребители будут вкалывать, чтобы покупать. А полноценное, качественное образование станет доступно только узкому кругу политической и экономической элиты.
   Одним словом, интересы капитала и крупного чиновничества так и лезут изо всех щелей официального курса российских властей.
   – Что КПРФ готова противопоставить устремлениям олигархов и чиновников на новом витке борьбы за отечественное образование?
   – Мы уже подготовили свой вариант закона «Об образовании». Если власть предлагает такой закон в интересах рынка, то наш законопроект создан для человека. Пока власть реализует принцип «Образование – для избранных», мы пишем на своих знаменах: «Образование – для всех». При этом наш проект закона – это еще и практичный документ. Он может работать в нынешних условиях, может способствовать движению страны вперед. Законопроект впитал в себя лучшее из опыта СССР, полезное из западного опыта и необходимое из закона 1996 года.
   Разработка нашего законопроекта «Об образовании» осуществлена в соответствии с Антикризисной программой КПРФ – программой преодоления деградации России и перехода к ее поступательному развитию. Сегодня борьба двух проектов закона об образовании – нашего и правительственного – это тот оселок, на котором проверяется реальная готовность разных политических сил к модернизации страны.

   Фурсенко против Пифагора, Горького и Королева

   – Да, в деле перекройки российской школы по западным лекалам власть проявляет завидное упорство. И Фурсенко в этом деле превзошел своих предшественников. Прежние министры хотя бы не предлагали исключить уроки астрономии из школьной программы, а нынешний это уже сделал.
   – И это стало «достойным подарком» российской школе к 50-летию космического полета Юрия Гагарина… Но если бы пострадала только астрономия. А давайте вспомним новые стандарты «минобразины». В обязательных, и, следовательно, бесплатных предметах у Минобрнауки оказались только физкультура, ОБЖ и «Россия в мире». Кстати, по последнему предмету даже учебника еще никто не видел. Согласно этим образовательным стандартам остальная школьная программа превращается в предметы по выбору. И лишь часть из них ученик сможет изучать на бесплатной основе.
   Вам не кажется, что все это вообще за гранью разумного? Можно ли, например, изучать химию, не зная биологии и физики? Что это за бред? Я уж не говорю о том, что мы давно вступили в XXI век и теперь все основные открытия совершаются на стыке наук. Вспомните, с какой тщательностью советская школа устанавливала межпредметные связи. Люди понимали, сколь это важно. Нынешние же министерские стандарты рушат остатки полноценного обучения.
   А как быть с русским языком, историей и литературой? Зачем вообще нужна школа без этих предметов? Зачем нужна школа, если она и элементарной грамотности давать не будет, и от воспитания патриотов и граждан своей страны откажется?
   Вдумайтесь только: уже два миллиона российских подростков не умеют читать! Снижение грамотности – повальное. Налицо обеднение и опошление языка, засорение речи. А ведь еще Пифагор очень точно сказал: «Для познания нравов какого ни есть народа старайся прежде изучить его язык». И действительно, проблемы русского языка вполне соответствуют размаху падения нравов в России. Телеэфир заполонен пошлостью и безвкусицей. Зато телеканалы умудрились не заметить даже столетие хора Пятницкого – этого уникального коллектива. Глубинная народная культура, произведения мировой классики, великие достижения советского искусства – все это теперь пресловутый «неформат».
   Максим Горький провозглашал: «Человек – это звучит гордо!» Но те, кто встал ныне во главе России, с этим, похоже, не согласны. Иначе зачем они подрывают основы образования и культуры? Пусть приглядятся к Китаю. По итогам прошлого года он стал второй экономикой мира. Но разве успехи КНР воплотились только в небоскребы Шанхая и сверхскоростные железнодорожные магистрали? Нет, конечно. Они вылились, например, в звонкие олимпийские победы. А еще в то, что играть на фортепьяно сегодня учатся уже 30 миллионов китайцев! Вот ведь как обстоит дело там, где востребованы ценности социализма, а значит, и ценности подлинной культуры.
   Тем временем бульдозер «партии власти» продолжает утюжить наше образование. Русская литература исключена из списка обязательных предметов Единого государственного экзамена. Теперь выпускники средней школы могут сдавать его добровольно. «Необязательность» Пушкина и Достоевского, Толстого и Чехова, Есенина и Шолохова в образовательной политике означает «необязательность» русской культуры вообще. И это решение вполне соответствует государственной линии на дерусификацию России.
   Мы обязаны объединять силы на борьбу с этим злом. Идя этим путем, наша фракция в Госдуме инициировала учреждение Дня русского языка 6 июня – в день рождения великого Пушкина. Мы убеждены, что праздник в честь русского языка поможет укрепить его роль как средства межнационального общения, будет способствовать повышению уровня грамотности населения, даст новый импульс к единению народов России с помощью культуры.
   – Недавно, кстати сказать, появилось письмо деятелей культуры к руководству страны. Они крайне озабочены перспективами подрыва образования в сфере искусства. Люди не просят ничего дополнительно. Они просят просто не трогать, не разрушать того, что уже существует.
   – Вообще-то речь идет не о единственном таком письме. Встревожена вся творческая среда. Балетмейстеры и режиссеры, музыканты и исполнители – все призывают не отдавать систему художественного образования на съедение Фурсенко. Они задают множество справедливых вопросов. Как можно принимать в институты искусств не по таланту, а по результатам ЕГЭ? Зачем подрывать устоявшуюся и эффективную систему художественного образования в вузах внедрением болонской системы? Что за бакалавры и магистры должны появиться, например, в актерской специальности?
   Теперь, правда, чтобы избежать полного абсурда, решением правительства ввели исключения по 18 творческим специальностям. Их не станут делить на бакалавриат и магистратуру. Но все это выглядит примерно так: сначала дров наломают на всей усадьбе, а потом прибираются только у одного крыльца.
   Возникает закономерный вопрос: до чего же нужно довести страну, чтобы деятели культуры боялись передачи творческих школ и вузов в ведение Министерства образования и науки? А вслед за этим стоит спросить и о другом: до чего же нужно не уважать народ, чтобы оставлять такого министра в его кресле?
   – Идея новых образовательных стандартов вызвала всплеск общественного недовольства. Однако Путин, встречаясь с Фурсенко, не потребовал отказаться от них. Он лишь призвал не спешить и внимательнее изучить проблему. А это отнюдь не выглядит как отказ от антинациональной идеи. Такой подход напоминает, скорее, отсрочку.
   – Вся линия нынешних властей – это реализация антинациональных мер «с отсрочкой». Посмотрите на действия Кудрина и его подручных. Они уже несколько раз заявляли о необходимости повышения пенсионного возраста. Потом делали шаг назад и говорили: мол, мы это предложили так, в порядке обсуждения. Фурсенко, как потом оказалось, тоже вышел со своей идеей уволить 200 тысяч учителей «в порядке обсуждения». Сердюков, выгоняя из армии офицеров и прапорщиков, отказывается делать набор в военные училища. Утверждает, что это временная мера. Недавно в этот хор вписался еще и Дворкович с предложением перестать выплачивать студентам стипендии. И снова запускается известный алгоритм: сначала предлагают непопулярные меры, а потом заявляют, что «это мы так, в порядке общественной дискуссии». Но ведь речь-то идет о предложениях крупных чиновников. Значит, и высказываются они неспроста.
   Налицо целая методика «откладывания» болезненных для населения решений. Она избрана для того, чтобы постепенно приучать граждан к мысли о плохих событиях, которые еще не случились, но рано или поздно «неизбежно» произойдут. Весь расчет построен на том, что когда это «неизбежное» наступит, то протест уже будет не так силен, как мог бы. А он, кстати, действительно был очень мощным, когда «монетизацию» льгот, например, провели без «артподготовки» в СМИ.
   Сейчас, пока не прошли выборы в Госдуму и президента России, дело наверняка артподготовкой и ограничится. Но как только голосование останется позади, все «отсрочки» закончатся, а планы начнут реализоваться. Помешать этому, разумеется, можно. И лучше всего сделать это прямо на самих выборах. Если явное большинство поддержит альтернативную программу КПРФ и будет готово защитить свой выбор, то волю народа не отменят никакие фальсификации. Тогда уже в следующем году страна получит другую политику – политику в интересах народа. В противном случае гражданам придется поправлять ситуацию уже другими способами: пристально вглядываясь в события, которые охватили сегодня арабский мир.
   – Когда идея ЕГЭ только возникла, речь шла о том, что его внедрению будет предшествовать масштабный эксперимент. Общественность быстро убедилась, что эксперимент по ЕГЭ проваливается. Однако Министерство образования и науки лишь агрессивнее внедряло эту форму оценки знаний.
   – Да, в этом вопросе чиновники устали не ведали. Когда стали внедрять ЕГЭ, мы настаивали на компромиссном варианте: предлагали дать возможность самим ученикам сделать выбор между традиционной и новой формой экзаменов. Предложение было проигнорировано. В итоге случилось то, что и должно было случиться. Первый же год приема в вузы по системе ЕГЭ обернулся жуткой неразберихой в приемных комиссиях, нервными срывами абитуриентов и даже трагедиями. Стоит напомнить еще и о том, что в 2009 году в отношении руководителя государственного центра тестирования Владимира Хлебникова было заведено уголовное дело по факту присвоения 30 миллионов рублей.
   Ничего неожиданного в таком ходе событий не было. О возможных последствиях предупреждали и учителя школ, и ректоры вузов. Об этом же не раз говорили депутаты фракции КПРФ с трибуны Государственной думы.
   Что касается критики тестирования, применяемого при сдаче ЕГЭ, то она вызвана не только тем, что тест заменяет умение мыслить тупым натаскиванием. Возможны и ситуации похуже. Вот представьте себе вопрос: «Кто такие декабристы?» А теперь оцените варианты ответов:
   – участники антигосударственного заговора,
   – члены масонских организаций,
   – реформаторы, отважившиеся на открытое выступление против царизма,
   – сторонники революционного переустройства России.
   Давайте, однако, разберемся. Во-первых, почему «реформаторы» или «сторонники революционного переустройства России» не могут одновременно являться «участниками заговора» против государства, которое они хотят переустроить? А, во-вторых, при столь своеобразном наборе ответов оценка их правильности будет напрямую зависеть от мнения составителей тестов. Но как тогда прикажете поступать даже самому начитанному подростку?
   Уже летом позапрошлого года бестолковость образовательных реформ по Путину – Фурсенко стала очевидна всем. В 2010 году страна ждала серьезных коррективов в образовательной политике. Однако власти отделались частными мерами. Так, принято решение, согласно которому окончившие школу до 2009 года и не готовившиеся к ЕГЭ больше не будут обязаны его сдавать. Поступающий на первый курс теперь вправе подать заявление и участвовать в конкурсах одновременно не более чем в пяти вузах. Тех, кто сдает ЕГЭ по математике, избавили от наиболее отупляющих тестоподобных заданий. Принято решение в дальнейшем использовать элементы устного экзамена по иностранному языку.
   Кардинальных изменений, тем не менее, не последовало. Зато был решительно ограничен доступ к информации. С прошлого года стала недоступна статистика по ЕГЭ за предыдущие годы, и не появились данные за 2010 год. Информация стала закрытой. В Интернете нельзя получить сводные данные о результатах ЕГЭ по баллам и предметам ни в целом по стране, ни по какому-либо одному региону. Учителя, директора школ не могут получить общую информацию по своим учебным округам и не имеют возможности сравнить свою школу с другими. Все данные под запретом. На запросы депутатов Госдумы Министерство образования и науки просто не отвечает.
   Летом 2010 года Общественная палата России открывала «горячую линию» по вопросам сдачи ЕГЭ. На ее телефоны в июне каждый день поступало более 30 сообщений о нарушениях при проведении Единого госэкзамена. По информации членов Общественной палаты, самые вопиющие факты имели место «в южных областях России».
   Реальная жизнь быстро разоблачила миф о том, что Единый госэкзамен резко снизит коррупционную составляющую. Оказалось, что цена отличной оценки за ЕГЭ на «черном» рынке выросла до 100–150 тысяч рублей. Некоторые, правда, утверждают, что в эту сумму чаще всего входил «полный пакет» оценок по обязательным для выпускника предметам, необходимым для поступления в вуз. Во всяком случае в Москве в прошлом году «купить» один предмет ЕГЭ на «отлично» стоило не менее 60 тысяч рублей, в регионах России – не менее 30 тысяч.
   Таким образом, и новые образовательные стандарты, и внедрение ЕГЭ, и поэтапная ликвидация гарантий доступности образования – это действия, уничтожающие некогда лучшую в мире образовательную систему. Все вместе взятое это составляет тот самый стандарт невежества, который сегодня беспощадно навязывают России.
Чтение онлайн



1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 [26] 27 28 29 30

Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация