А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Серый властелин" (страница 1)

   Евгений Щепетнов
   Серый властелин


   Глава 1

   – Пушки, пушки давай! На прямой выстрел! По воротам – пли!
   Полковник Тарлов махнул рукой, будто отрубал что-то, и раскаленные снаряды с воем понеслись к воротам мятежного замка.
   Ядра с грохотом ударились об окованные железом створки, те дрогнули и, закряхтев, выдали результат – длинную щепу вроде дранки, отлетевшую от левой половины.
   – Вот так и продолжайте! – удовлетворенно кивнул полковник. – Через пару часов от них одни щепки останутся. Спецназ, готовьтесь к входу в крепость! Драконы, близко не подходить – вам же неохота получить дротик в зад?
   – Как будто ему охота дротик в зад! – ворчливо заревел, обращаясь к своим товарищам, дракон по имени Белоголов. – Лучше бы отпустил дракониров за баранами, меня от каши мутит! Хочу кусок свежей баранины! А еще – скинуть эти чертовы железки с себя!
   – Помалкивай, Белоголов, – буркнул Зеленушка, внимательно следя за передвижением людей. – Радуйся, что броня есть! Забыл, как тебе в зад три дротика воткнулись с крысанов?
   – Еще бы я забыл! – хмыкнул Белоголов. – Я тогда в такую ярость впал… Опомнился – вместо подбитого крысана лепешка, а я за дракониром бегаю, норовлю ему голову откусить… вот он вопил от страха! Я чуть его не прибил вгорячах.
   Драконы захохотали – что у них выглядело как фырканье и рев, даже Зеленушка фыркнул, но потом добавил:
   – Поаккуратнее со своими драконирами – где потом обученных слуг найти? Эти уже все знают, все умеют, случись что с ними, кто тебе будет в подмышках почесывать? Берегите их!
   – Да, согласен, – вздохнул Белоголов. – Я уже как-то привык к мальчишке – забавный звереныш. Жалко, если погибнет. Я его берегу как могу. А уж как почесывает великолепно! Даже непонятно, как мы раньше без них обходились.
   – То-то и оно. Мы сыты, спим, тренируемся – жизнь вполне неплохая. Если бы еще не эти демонские дротики! И тяжелые копья…
   – Ага. Мне так не нравятся тяжелые копья! Прошлый бой один поганец чуть не воткнул мне копье в ляжку – хорошо, что не добежал! Мой Гарат его снял из арбалета за десять шагов. Я глянул потом на наконечник копья – ужас! Он бы мне всю ногу разворотил!
   – Вот-вот, еще о пользе дракониров. Ну ладно, пошли к речке, попьем да на бережку посидим.
   Драконы радостно загалдели и толпой зашагали к небольшой речке, расположенной в двухстах метрах от крепости. Тарлов проводил их задумчивым взглядом и крикнул командиру взвода дракониров:
   – Отправь человек пять в деревню поблизости, надо драконов покормить бараниной как следует. И зажгите костры – погреетесь, не хватало, чтобы бойцы слегли от простуды. Драконам-то плевать на мороз, а люди зябнут. Выполнять!
   – Есть! – Михась вскочил на коня, отдал команду, и несколько бойцов следом за ним поскакали в сторону видневшейся в лучах осеннего солнца деревни в паре верст от них.
   Тарлов проследил за ними взглядом, вдохнул морозный воздух и снова сосредоточился на воротах мятежной крепости.
   С тех пор как Влад вылетел в крепость мятежного барона Некайло, прошло три недели. Затяжные дожди как-то резко прекратились, неожиданно пришедшие на смену слякоти морозы сразу же сковали грязь, превратив ее в твердую, словно бетонированную поверхность, в которой не вязли колеса повозок и пушечных лафетов. Тарлов этим воспользовался и, выполняя распоряжение фельдмаршала, осадил ближайшую крепость, досаждавшую замку Саваловых долгое время. Распоряжение Влада было четким – пройтись огнем и мечом по владениям соседей-дворян.
   Эта была крепость одного из тех баронов, которые по наущению герцога Ламунского некогда опустошали владения Влада, уничтожая деревни и разграбляя припасы. Влад, уходя по своим тайным магическим делам, поручил Тарлову и Бориславу разобраться с мятежниками, а проще говоря – захватить их земли, полностью подчинить себе или уничтожить. Ему самому некогда было учинять разборки с этими мелкими дворянчиками, считавшими себя пупами земли и ставящими ему палки в колеса. Кроме того, существовала вероятность, что в то время, как Влад вступит в противостояние с захватчиками Истрии, эти мелкие пакостники-дворянчики ударят в спину – по глупости и подлости своей.
   Тарлов был спокоен – отряд спецназа около пятисот человек плюс обычное войско превосходили по боеспособности любое войско врага – конечно, если только те не объединятся в одну армию и если не обучат как следует своих латников. Впрочем, и в этом случае войску Влада ничто не грозило – учтя ошибки, усвоив уроки поражения от викантийцев, маг создал сильнейшую армию, самую сильную армию в этой части света, а возможно, и во всем мире. Никто не мог противостоять его армии, вооруженной пушками, с отрядом из сотни драконов, со спецназом из модифицированных воинов, превосходящих в несколько раз обычных людей и в силе, и в скорости.
   Полковник спокойно и размеренно выполнял задачу, поставленную ему командиром. Он не задумывался о последствиях, не думал о том, правильно ли поступает, справедливы или нет распоряжения его фельдмаршала. Он был военным до мозга костей и считал делом чести служить такому командиру, как Влад. Тарлов видел, что делает и что может сделать Влад, и знал, что единственной надеждой для страны остается вот этот молодой с виду двадцатипятилетний маг, воин и фельдмаршал.
   Пушки размеренно разбивали ворота, и через полчаса непрерывной канонады огромная створка с грохотом упала, подняв клубы пыли.
   – Прекратить огонь! – крикнул Тарлов. – Красный щит сюда!
   Принесли красный щит, водрузили его на шест, и полковник медленно, в сопровождении Борислава и щитоносца отправился к воротам крепости.
   Подойдя к крепости, Тарлов громко крикнул:
   – Эй, в крепости! Переговоры!
   Некоторое время было тихо, потом через груду развалин в воротах перебрались трое людей – один был в блестящей, с золотыми узорами кирасе, а двое других скорее всего являлись телохранителями первого. По всем признакам, в кирасе был сам барон, крепость которого они успешно разбивали ядрами.
   – Кто вы такие и что хотите от нас? Почему напали на мирную крепость? – грозно спросил барон, шевеля тараканьими рыжими усами, видимо пытаясь придать своему лицу особо устрашающий и бравый вид. Выходило у него это довольно забавно, и Тарлов слегка улыбнулся, что разозлило барона еще больше. – Покиньте наши земли, и вы сохраните свою жизнь! – потребовал барон, и Тарлов уже открыто улыбнулся, переглянувшись с презрительно ухмыляющимся Бориславом.
   – Заткнитесь, барон! – резко прервал речь усача полковник. – Вы прекрасно знаете, кто мы и зачем пришли. Вы нападали на земли Савалова, нанесли нам ущерб. Теперь пришел наш черед. И утверждение, что вашу поганую крепость мы можем снести с лица земли, так же верно, как и то, что вы обрабатываете свои грозные усы по утрам, чтобы они стояли торчком. Разговариваю я сейчас с вами только потому, что не хочу лишних жертв.
   – А что вы хотите? – угрюмо осведомился покрасневший барон, ковыряя носком сапога кочку, как будто от того, оторвет ли он от нее вмерзшую еловую шишку, зависит его будущее.
   – Мы хотим, чтобы вы с нынешнего дня выплачивали графу Савалову налоги, как императору Истрии, – десять процентов с валового дохода. Кроме того, единовременную компенсацию за ущерб – размер мы оговорим позже, после того как наш человек проверит состояние ваших доходов. С этого времени вы будете вассалом графа Савалова, будете подчиняться его законам, его требованиям, в общем, как раньше императору Истрии. В случае вашего отказа мы штурмом возьмем крепость, вы будете казнены, а ваше место займет более сговорчивый ваш родственник или человек, которого мы поставим. На размышление вам два часа. Или вы готовы ответить сразу?
   – Да вы с ума сошли! – побагровел барон. – Как вы посмели?! Я умру, а не сдамся! И моя семья умрет вместе со мной, защищая нашу землю, на которой мои предки…
   – Ну, значит, умрете. И скоро, – равнодушно прервал гневную тираду Тарлов. – Я предлагаю вам жизнь, благополучие, вы же выбираете смерть. Хотите гнить в земле? Ваше право. Пошли, Борислав. Запомните, барон: через два часа наши специальные войска ворвутся в замок и убьют всех, кто окажет сопротивление.
   Тарлов развернулся и, больше не обращая внимания на опешившего барона, пошел в расположение своего войска.
   – Давай чаю попьем, что ли? – предложил он своему спутнику, гиганту Бориславу, командиру отряда спецназа. – Ветерок вроде небольшой, но пробирает просто до костей. С медом – самое то, чайку-то!
   Тарлов потер замерзшие руки, Борислав кивнул, и они направились к шатру, из которого шел дымок – самовар уже дожидался командиров армии возмездия.

   – Аккуратнее там. У тебя три дня. Выйдешь на площадку за городом – помнишь, у того дуба? Я перемещусь и заберу тебя. Если тебя в тот момент не будет – отправим агентов тебя искать. Не рискуй, Влад будет очень расстроен, если с тобой что-то случится!
   Макобер потер голову рукой – затылок ныл, как будто по нему стукнули поленом. Он слишком много тренировался в создании порталов, и мозг запротестовал, требуя отдыха.
   Магистр магии взглянул на стоящую перед ним старушку – сгорбленную, с длинной клюкой, в засаленном платье и платочке, надвинутом на глаза, – и весело сказал:
   – Ну и видок у тебя, Амалия! Сейчас на тебя вряд ли кто позарится… Впрочем, если вина побольше…
   – Макобер, ты как был старым похотливым козлом, так им и остался, – беззлобно огрызнулась Амалия, она же глава Тайной службы Влада. – Ты где такой сиреневый костюмчик взял? Выглядишь как попугай!
   – Попугаи сиреневые не бывают! – не обиделся Макобер. – А костюмы мне шьет одна беженка из столицы. Раньше она дамской портнихой была, а теперь шьет все, костюмы в том числе. Знатная мастерица. Дать адресок? Она в деревне нынче живет. Впрочем, чего это я, ты же, кроме своего черного костюма да сальных обносков, ничего не носишь! Эй-эй, не приближайся ко мне! Эх, если бы не Влад… я бы тебя обязательно соблазнил… даже в этом наряде!
   – Извращенец! Любитель старушек! – фыркнула Амалия. – Давай отправляй уже, попугай сиреневый!
   – Дай я тебя обниму! – порывисто качнулся вперед Макобер и, прежде чем девушка успела отреагировать, обнял ее и шагнул назад. – Ну все, готовься!
   Амалия с недоверием посмотрела на мага, недоуменно приподняла брови, потом пожала плечами и сказала:
   – Начинай уже… создавай портал. Хватит время тянуть, пора в дорогу.
   Макобер сосредоточился – зазмеились молнии, белыми шипящими лентами облизывая бугор возле реки, на котором стояли маг и девушка, и уходя в застывшие на морозном ветру осины. В воздухе с легким хлопком развернулось зеркало портала, переливающееся жемчужным блеском.
   – Давай! Я тебе не Влад, долго держать не могу… пока что. До скорого! Запомни: три дня!
   Амалия кивнула на прощанье, сделала два шага и, прыгнув в портал, исчезла.
   Макобер отпустил портал, понюхал руки, которыми обнимал Амалию, – ему показалось, что на них остался тонкий запах ее благовоний. Но, возможно, и вправду показалось.
   Маг горестно вздохнул. Вроде и женщин хватает, и влюбляются в него – Влад дал ему молодость, силу, – но вот не хочется этих женщин, а хочется одну, недоступную, колючую, как кактус, и сильную, как дракон… и она принадлежит не ему. Несправедливо… Он еще раз вздохнул и побрел к замку, видневшемуся в пятистах метрах от реки.
   Осенний ветерок развевал знамена графа Савалова на каменных башнях. В ворота медленно втягивались повозки с продуктами, чуть поодаль виднелись срубы, на которых суетились люди – строился городок Владов, так решили его назвать. Вообще, вокруг замка шло бурное строительство, селились беженцы, которым оказывался радушный прием. Особенно мастеровым людям. Топились печи, отчего в воздухе разливался уютный дымок, наводящий на мысли о горячем хлебе и тарелке щей.
   Макобер поежился на ледяном ветру и, ускорив шаг, почти побежал к заведению, находящемуся справа от замка. Это был трактир-гостиница, первое, что начали строить, когда остатки разбитой истрийской армии переместились к замку графа Савалова. Макобер мог и в замке получить еду и вино, но он ужасно любил посидеть в трактире, среди толкотни, солдат и дешевых шлюх. Там запросто можно было оказаться в центре какой-нибудь заварушки, и что может быть веселее, чем выкинуть из окна трактира пьяного здоровяка-солдата, купившегося на легкомысленный вид Макобера, выглядевшего как городской прощелыга. Ведь так приятно отдубасить ботана в попугайском костюме. Вот только под сиреневыми щегольскими тряпками таилось не жалкое тело изнеженного повесы, а могучий организм модифицированного магией человека, способного на лету поймать стрелу и завязать узлом стальной прут толщиной с большой палец руки.
   Вначале на Макобера часто нападали, и он наслаждался развлечениями, но скоро уже все знали, насколько опасен этот смешной человек, и, к его неудовольствию, подобные забавы для него стали редкостью. Лишь иногда старослужащие нарочно науськивали новичка-новобранца, подбивая его научить уму-разуму городского хлыща, и тогда Макобер устраивал целые представления, в финале которых агрессор оказывался лежащим возле крыльца трактира. Но потасовки – это вторично. Макоберу нравился шум, танцы, заезжие музыканты, забредавшие в трактир и зависавшие там на дни и на недели. Он старался все вечера проводить в этом заведении, и его там хорошо знали. Впрочем, мудрено не знать великого магистра магии, ближайшего сподвижника самого Влада! Если бы в этом мире существовала фотография, газеты и телевидение, его знала бы в лицо каждая собака, а так лишь имя его было на устах истрийцев, а в лицо знали только коренные жители этих земель.
   Макобер подошел к двухэтажному бревенчатому зданию, поднялся на высокое крыльцо (под зданием находился обширный склад-подвал) и толкнул дверь. Его обдало ароматом пирогов, жареного лука и бурлящего в огромных котлах мяса, а в уши ударили звуки струн. Он с довольным видом остановился на пороге, глубоко втянул носом запахи веселья и решительно направился к любимому столику возле окна. Если жизнь не приносит радости, зачем она? Жить сотни лет и не получать радости? Это не для него. Макобер был сейчас счастлив, как и частенько за годы своей долгой восьмисотлетней жизни…

   Переход, как всегда, был неожиданным и резким, как будто кто-то дернул за руку и утащил в неизвестное пространство. Легкий приступ тошноты, головокружение, удар… и Амалия покатилась по твердой земле, не удержавшись на ногах. Приземление в этот раз было довольно жестким – она слишком быстро запрыгнула в портал, а при выходе запнулась ногой за полусгоревший сухой ствол осины и перелетела через него кувырком. Если бы не ее молниеносная реакция и феноменальная везучесть, Амалия могла сломать себе конечность или ребро, когда ударилась о землю.
   Впрочем, Влад давно усилил ее кости до такой степени, что они были сравнимы со стальными прутьями. Связки и мышцы были укреплены таким же образом. На самом деле Амалия давно уже была не человек в общепринятом понимании, нет, это была совершенная боевая машина, которую маг-лекарь «выковал» из бывшей своей хозяйки, когда его захватили в рабство проезжие работорговцы. Он полностью изменил ее сознание, усовершенствовал организм, и теперь Амалия была предана ему до последней клеточки своего совершенного и прекрасного тела. Причудливый сплав прежнего сознания и нового, навязанного магом, вылился во всепоглощающую любовь к своему хозяину-господину, а прежний опыт жизни и интриг в империи Викантия позволил ей занять одно из ключевых мест в нарождающейся Истрии – главы Тайной службы. Она занялась сбором информации и организацией шпионской сети, которая в идеале должна была охватить всю Истрию, как паутина. Ей удалось создать сеть в городах на севере, мало затронутых оккупационными войсками, вернее сказать, совсем не затронутых – весь юг находился во власти Викантии, со всеми вытекающими последствиями, но север как бы провис между властями – оккупантами и новообразованной империей во главе с графом Саваловым, Владом, с центром сопротивления – замком Савалова.
   Конечно, агенты Викантии наводнили такие города, как Лазутин, но до открытой войны двух империй пока не доходило – мешал сезон дождей, превративших дороги в непролазные топи. Если на севере дороги уже установились, замороженные первым дыханием зимы, то на юге еще продолжались осенние дожди.
   Амалия сразу это ощутила, проехавшись по сырой земле. Ее одеяние, и так жалкое, превратилось в замызганную тряпку, и девушка, всегда чистоплотная и элегантная, тихо ругалась, вспоминая самые грязные и витиеватые ругательства из лексикона истрийцев и викантийцев. Сама она по рождению была викантийкой – смуглой, небольшого роста, с карими бархатными глазами.
   У нее были мысли замаскироваться под истую викантийку – ее сразу бы признали за свою в любом южном городе Викантии и она затерялась бы в толпе. Но тут такой номер не удался бы, поскольку армия вторжения состояла в основном из мужчин, а женщины (в большинстве своем шлюхи, обслуживающие солдат) были наперечет, да и не смогла бы она бродить по городу и заходить туда, куда ей хотелось, – викантийцы не бродят просто так по городу. Хотя за каждого убитого викантийца сразу казнили пятьдесят заложников, всегда существовала вероятность, что кто-нибудь из отчаянных горожан не выдержит и пустит стрелу в спину оккупанта.
   Впрочем, у Амалии имелись сведения, что горожане не больно-то и горят желанием организовывать сопротивление захватчикам. У всех семьи, надо жить, работать, а уж какая установилась власть – не суть важно. Главное – чтобы была еда, кров, одежда. Она не осуждала их, но и симпатии к ним не испытывала. Вообще, Амалия мало к кому питала теплые чувства, у нее была одна любовь – Влад. Ну еще, может быть… Макобер. Этот похотливый старикашка, с которым она все время собачилась, вызывал у нее странное чувство, сродни любви – он нравился ей своей взбалмошностью, бесстрашием, экстравагантными манерами, а теперь, когда Влад его омолодил, еще и внешностью. Чего греха таить – Амалия очень любила сексуальные утехи, для того когда-то и приобрела Влада, глянувшегося ей своей мужественной, суровой внешностью. Макобер не был так брутален, сейчас он больше был похож на озорного мальчишку, но Амалии катастрофически не хватало секса – особенно после того, как Влад исчез где-то в замке мятежного барона. Он не брал с нее обета верности, но ей казалось, что будет неправильным предаваться постельным радостям не с ним. А кроме того, после него все остальные мужчины казались ей какими-то пресными, неинтересными… за исключением Макобера. Во все времена женщинам нравились «плохие мальчишки».
   Девушка выбросила из головы шальные мысли и сосредоточилась на своем задании. Ей нужно было восстановить шпионскую сеть в столице, и никто, кроме нее, не мог этого сделать – только она знала в лицо всех своих резидентов. Также ей нужно было выяснить обстановку в городе, собрать сведения об оккупационной армии – в будущем придется сражаться с этой армией, и нужно знать, к чему следует подготовиться.
   Амалия как смогла отряхнулась от грязи, подобрала свою клюку – длинную отполированную палку со слегка загнутой рукоятью – и заковыляла к городу. Она не успела сделать и нескольких шагов, как раздался топот копыт и грубый голос, привыкший командовать, сказал:
   – Это тут! Люди видели, что тут появился портал! Берите всех, кто окажется рядом! Идем цепью на расстоянии видимости!
   У Амалии сжалось сердце – попалась! Если истрийцы еще слабо знали, что такое портал, то викантийцы были прекрасно осведомлены, что означают молнии средь бела дня, особенно вблизи захваченного города. Истрийцам были знакомы порталы для переноса небольших предметов, и они были доступны только ограниченному кругу магов – магистрам. Викантийцы, а главное, их закулисные, кукловоды-аштарийцы, владели искусством переноса больших масс, таких, как человек, и если отнюдь не все захватчики владели такими же способностями, как Влад, позволявшими держать портал часами, то знаниями о порталах они обладали в полной мере. Судя по тому, что она услышала, кто-то заметил возникновение портала, и отряд всадников отправили на поиски тех, кто был перемещен через него. И скорее всего эти солдаты были подготовлены должным образом – обвешаны амулетами против магического воздействия и физических ударов.
Чтение онлайн



[1] 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30

Навигация по сайту


Читательские рекомендации

Информация