А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Почему я не люблю дождь" (страница 26)

   Вздохнув, Осси с сожалением прервала свою медитацию, и тщательно прицелившись начала медленно и аккуратно вкручивать длинную стальную иглу в вырванное сердце покойного.
   За первой последовала вторая, затем третья. После пятой Осси перевела дыхание и вытерла со лба пот.
   Оказывается занятие это – со стороны совершенно несложное и слегка даже глуповатое, требовало невероятной концентрации и собранности. Мало, что места для проколов не абы как выбирались, так еще следовало следить за тем, чтобы не повредить невероятно хрупкую оболочку высохшего сердца, и чтобы иглы внутри, не дай бог, не соприкоснулись. Хорошо хоть руку ее что-то иностороннее направляло, и от особо резких движений удерживало. И, при всем при этом, после пяти игл она чувствовала себя совершенно опустошенной и выжатой как лимон.
   Еще две оставалось, и Осси, закусив губу, продолжила прерванное занятие.
   Хилависта, проникшись важностью момента, даже икать перестал, Хода тоже хранила молчание, так что леди Кай ничто не отвлекало, и дело свое ей удалось завершить без особых усилий и напряжений. А, может, просто отдых тот небольшой помог все-таки.
   Итак, приготовления были закончены, и теперь предстояло самое главное: мертвое сердце нужно было напитать жизнью и заставить биться.
   Держа перед собой на вытянутой руке сморщенный серый комок, утыканный иглами, Осси начала читать заклинание.
   Заклинание это было ей совершенно незнакомо, но после контакта со Слезой и слияния с темной своей половиной с леди Кай многие чудеса творились. Вот и сейчас, будто нашептывал ей нужные слова чей-то голос. Тихо и торжественно. Будто проповедь в самом главном храме Фероллы читал. И ничего, что в целом храме из слушателей и прихожан только леди Кай была – для нее одной и старался. А ей только повторять за ним оставалось.
   И, что интересно, – слова эти впечатывались в ее мозгу будто навеки. И теперь она не только суть заговора этого понимала, но и уверена была, что случись если нужда – повторить сможет – один в один. Без ошибок и запинаний.
   Да и вообще, такое ощущение было, будто все это она знала когда-то давно, просто забыла, а теперь, вот, вспоминает потихоньку…
   Некоторое время вообще ничего не происходило. Слова заклинания падали в пропитанный влагой воздух тюремной камеры, а сердце мертвеца в руке леди Кай оставалось сухим бесформенным комком.
   Рука, кстати, затекла уже безбожно, ибо держать ее вот так в неподвижности – это вам не мечом махать, а конца и краю заклинанию пока не предвиделось, и Осси это точно знала. Она его теперь будто по невидимому листу читала. И, похоже, что еще и до половины даже не добралась.
   А слова все падали и падали. А вместе с ними падали набухшие тяжелые капли, продолжая наполнять темную лужу под ногами. И то ли от этого, то ли все-таки заклятие начинало потихоньку действовать, но воздух в камере вдруг стал гуще, плотнее, и даже, вроде как, течения какие-то в нем теперь угадывались.
   По углам камеры теперь расплескались клочья предвечной тьмы, которые поворочались там немного, будто обживаясь и привыкая к новому месту, а затем начали неспешно расползаться в разные стороны.
   Поначалу это выглядело достаточно безобидно и даже немного забавно: воздух в комнате выглядел будто вода, в которую плеснули немного чернил. Но по мере того как таяло потихонечку чувство новизны, таял и свет вокруг леди Кай.
   Хищные языки тьмы сплетались в невероятные полупрозрачные узоры, опутывая все вокруг, облизывая и пробуя на вкус. Один из них обвился вокруг хилависты на манер древесной змеи, и даже, вроде, попытался сжать его в своих объятиях. Ташур тихо взвизгнул, вырвался и заметался по комнате как угорелый, пытаясь ускользнуть от холодных и слизких прикосновений. Но темный поток уже потерял к нему всяческий интерес и лениво скользнул дальше, понемногу уплотняясь и увеличиваясь в размерах.
   Рассерженно зашипел факел, и дрогнуло испуганным мотыльком пламя на стене.
   Потом еще раз и еще.
   Языки огня, жившего здесь не одну сотню лет, заметались, будто в поисках спасения от чего-то неведомого, от неодолимой силы, наступающей откуда-то извне. И в тот же миг шевельнулся зажатый в руке комок, про который леди Кай, честно говоря, уже и думать забыла, настолько ее увлекла метаморфозы окружающего пространства. Как заклинание-то продолжала при всем при этом нашептывать – совершенно непонятно.
   А мертвое сердце наливалось новой силой, расправляя смятые стенки и возвращая былую упругость. Оно дрогнуло и тут же замерло, будто испугавшись вкуса жизни. Затем дрогнуло еще раз, и на пол капнула кровь.
   Одна капля.
   Другая.
   А потом как порвало. Кровь хлестала из порванных сосудов, заливая все вокруг, а сердце мертвого человека сокращалось на вытянутой вперед ладони интессы.
   Плиты под ногами тут же окрасились в красное, но вытекшая кровь, что примечательно, к серебряной границе оставшейся от допроса мертвеца приближаться не желала категорически. Так и замерла на некотором отдалении.
   А сердце продолжало сокращаться, прыская кровью во все стороны. Мало того: оно еще и светиться начало.
   Сначала понемногу. Исподволь. Почти незаметно. Но с каждым новым своим ударом разгоралось оно все больше и ярче, и скоро уже засияло маленьким рубиновым солнышком, разогнав наползающие из углов тени.
   «Интересно, а куда темнота девается, когда свет наступает?» – мелькнула в голове девушки совершенно дурацкая мысль, но тут же была забыта потому, что настало время для следующей – предпоследней фазы колдовства. А время, как известно ждать не любит и никогда этого не делает, и плевать ему на ваши важные дела и размышления.
   А по сему, не заморачиваясь особо на причуды мироздания, Осси принялась вытягивать иглы из бьющегося в руке сердца.
   Потихоньку.
   Не спеша.
   Одну за другой.
   В том самом порядке, в котором совсем недавно втыкала их, превращая иссохшее сердце служителя Аулы в причудливую подушечку для иголок.
   За порядком, понятное дело, следила Хода, подсказывая и направляя, а уж выкручивать длинные иглы нерда девушке приходилось самой. А это, кстати сказать, оказалось ничуть не легче, чем их туда втыкать. Во всяком случае, наполненное жизнью и невесть откуда взявшейся кровью сердце, отпускать их никак не хотело и сопротивлялось этому изо всех сил. При этом оно трепыхалось в руке раненой птицей, разгораясь все больше, и к тому времени, когда леди Кай вытянула наконец последнюю иглу, пылало уже так, что смотреть на него было просто невозможно.
   Скосив глаза, и продолжая держать сияющее рубиновым огнем сердце на вытянутой руке, Осси осторожно уложила измазанные в крови иглы обратно в шкатулку, после чего убрала нерд в карман комбинезона.
   Проделать этот трюк одной рукой было не так, чтобы очень просто, но наступал момент, когда должно было свершиться то, ради чего весь этот балаган затевался, а тогда уже, мягко говоря, не до сборов будет…
   Поведя глазами по сторонам, и удостоверившись, что ничего не забыли: меч – на поясе, рюкзак – за плечами, Хода – на левой руке чуть выше локтя, Осси глубоко вздохнула и позвала:
   – Ташур.
   – Да? – Хилависта откликнулся сразу. Видно, не очень-то ему уютно было, раз ничего из себя на этот раз не корежил, и дважды звать не заставил.
   – Ты поближе держись. Сейчас уходить будем.
   – Уходить? – Хилависта рванул вперед, преодолев разделявшие их пять ардов, что называется в мгновение ока, и крепко прижался к ноге интессы. – Я готов.
   – Хорошо, – улыбнулась Осси. – Не зевай, но и вперед не лезь… А то – кто его знает… Может не все у меня как надо получилось.
   В ответ хилависта буркнул что-то неразборчивое, но после такого предупреждения можно было не сомневаться, что вперед он точно не полезет, ибо шкурку свою Ташур любил сверх всякой меры, и рисковать ей понапрасну не решился бы нипочем.
   А истекающее кровью сердце продолжало сиять маленьким солнышком, и красные лучи его били по глазам остро оточенной бритвой.
   Пора!
   – …inspertia Ofert dizasters! – Прошептала Осси заключительные слова заклинания и раньше, чем эхо успело подхватить непонятные ему слова, зажмурилась и изо всех сил ударила открытой ладонью по истекающему мертвой кровью сердцу.
   Вопреки ее ожиданиям, сияющее сердце от такого неслабого в общем-то удара (а леди Кай, надо сказать, расстаралась и мало, что всю свою силу – она еще и всю свою душу в него вложила) не взорвалось, и жаркими своими лучами напополам с вонючей темной кровью никого не одарило. А как раз, напротив… Оно как-то все сразу скукожилось, одним махом вернувшись в изначальное свое сушеное состояние, а потом пыхнуло во все стороны сухой бурой пылью. Ну точь-в-точь – гриб-гнилица, какими малышня по осени забавляется.
   С тем лишь небольшим отличием, что пыль эта, зависнув в воздухе, наземь, как нормальной добропорядочной пыли и положено, не осела, а покружив немного и поклубившись подобно маленькому грозовому облаку, постепенно приняла форму двери. Небольшой кособокой, но двери. К тому же еще и приоткрытой, что вполне недвусмысленно намекало, на приглашение. А вот к добру оно – это приглашение, или, как раз наоборот – к быстрой и неминуемой гибели – сие было, как водится, неизвестно. Но коль скоро приглашение это, которого так долго и мучительно добивались было все же получено, то Осси его благосклонно приняла и двинула прямо в серое марево А за ней и Ташур – ему-то вообще деваться некуда было: куда, как говорится, иголочка…
   По ощущениям на портал это совсем не походило. Да и вообще ни на что не походило.
   Это было ужасно и отвратительно.
   Осси падала в бездну, и падению этому не было ни конца и ни края. Ее кружило, мотало, а рядом беспрестанно рыскали чьи-то голодные тени, то и дело задевая ее своими размытыми краями. И эти прикосновения обжигали тело леди Кай лютым, совершенно немыслимым холодом, кожа на лице застывала мертвой неподвижной маской, а промерзшие до самого дна глаза уже и поворачивались-то с трудом.
   Сознание ее распадалось на части, плоть умирала и осыпалась, превращаясь в грязную жирную землю, а кровь обращалась чистой водой и испарялась, растворяясь в высоких небесах. Она собиралась там густым пышным облаком и проливалась вниз, чтобы напоить эту грешную измученную плоть… И тогда на ней… На том, чем она сама стала теперь, расцветали дивные прелестные цветы, но век их был недолог, и они увядали, вновь и вновь обращаясь в тлен…

   Осси стояла, как и стояла. Только под ногами были теперь не темные лужи пенитенциарии, а выщербленные разбитые вдребезги плиты некрополя, хотя текло тут ничуть не меньше: над Аулой шел дождь. Скучный, равнодушный, холодный.
   Осси стояла и с удивлением рассматривала разгромленную площадь. Не узнать ее было. Портик и молельня с ангелом были стерты почти до основания и превращены в груду грязного камня. Плита, за которой пряталась Осси была расколота пополам, а часть ее отброшена далеко в сторону. И это притом, что с десяток здоровенных деревенских мужиков ее и приподнять бы даже не смогли. По окружавшим полощась строениям будто лихой ураган прошелся: скульптуры были разбиты, колонны потрескались, а многие, так и вовсе, на земле валялись. Крыши погребальных жилищ обрушились вниз, прямо на гробы и саркофаги, навсегда укрыв своих постояльцев тяжелым каменным покрывалом…
   Дождь хлынул сильнее. Падающая с неба вода барабанила по земле, разлетаясь мелкими колючими брызгами, а струйки дождя, стекавшие по лицу, заливали глаза, превращая картину жуткой разрухи в нечто совсем уже безрадостное.
   Осси откинула мокрые волосы назад и вытерла лицо рукавом.
   – Ну, вот… Получилось все-таки.
   – Ага, – согласился хилависта все еще жавшийся к ноге. – Получилось. Не то слово… Только, знаешь… – он с мольбой глянул на Осси. Трогательно так: снизу вверх, из-под ног – как песик. – Ну их эти дороги… Не надо их больше. Не для нас они.
   – Не для нас, – согласилась Осси. – Но ведь вернулись же.
   – Вернулись, – буркнул Ташур. – Только не хочу я так больше. Лучше, все-таки по-простому… – Он осекся на полуслове, а потом взвопил так, что даже дождь испуганно притих:
   – Вон он!
   – Кто он?
   – Портал! Вон он!
   Осси повернулась назад, и точно: совсем рядом, буквально в двадцати шагах от нее прямо в мокрое небо бил ослепительно белый луч. Тут он был. Там, где и должен. А это значит – все правильно они рассчитали. И вернулись сюда тоже правильно.
   Дождь, чуть было притихший, вдруг одумался и зарядил с новой силой, изо всех сил стараясь наверстать упущенное. Серый занавес его упал на площадь, скрывая от глаз детали, и только открытый портал сверкал ярким маяком сквозь кисею мокрой ночи. Звал и манил. Он был прекрасен и… совершенно недосягаем.
   Он был на другой стороне площади.
   На той, что откололась от острова в момент зарождения девшалара, и теперь дрейфовала чуть в стороне.
   Ардов двадцать до нее было. Всего-то…
   Вот только разделял их не овраг и не просто глубокая расщелина, а пропасть.
   Почти бездна…
   И хоть дно у нее все ж таки имелось, и даже видно его было, но легче от этого никак не становилось: уж больно далеко оно было. Так далеко, что никаких подробностей на матушке-земле не разобрать было. И то, что ночь потихоньку на Аулу опускалась, нисколько положения леди Кай не улучшало. Скорее – наоборот. Да еще и дождь этот, который становился все сильнее и злее, будто крайне был недоволен тем, что удалось леди Кай из заточения выбраться и обратно вернуться. Так и хлестал он по лицу холодными своими струями. Будто плетью наотмашь бил. А это ни настроения, ни уверенности в себе почему-то не прибавляло.
   – Ну, что, мой дорогой, делать будем? – Осси глянула на Ташура. – Летать не умеешь случайно?
   – Нет… – Растеряно протянул хилависта. – А ты, что… умеешь?
   – Я тоже не умею, – вздохнула интесса. – А жаль! Очень бы, знаешь, пригодилось сейчас, – и она снова повернулась к порталу. Даже к краю вплотную подошла, чтобы лучше все видно было.
   Обломок площади, действительно, был совсем рядом. Пожалуй, даже ближе, чем вначале показалось – ардов десять до него было, не больше. Но дело это по большому счету, абсолютно не меняло. Хоть двадцать, хоть пятнадцать, хоть, даже, семь пусть будет – все одно не допрыгнешь. И не перелетишь, как только что выяснили…
   Плыл он чуть пониже Ступени от которой откололся, а поскольку размеры его не сильно велики были – шагов десять-пятнадцать в поперечнике, то на воздушных волнах его слегка покачивало. Чуть-чуть. Немного совсем, но в голове от этого как-то не очень хорошо делалось. Да и не только в голове. В животе тоже как-то вдруг подкручивать стало, и Осси отвела глаза в сторону, и на всякий случай даже подальше от края отошла.
   Что же касается хилависты, так он к краю даже и не приближался, стараясь держаться от него на расстоянии, которое, по всей видимости, считал достаточно для такого экстремального случая безопасным. А безопасная по его разумению зона начиналась шагах в десяти от пропасти, и границу эту, им самим обозначенную, он пересекать не желал категорически. Были у него свои, значит, принципы на этот счет.
   – Н-да… – протянула Осси. – Весело.
   – Не то слово, – согласился хилависта и откатил от пропасти подальше – то ли на всякий случай, то ли – просто окрестности осмотреть.
   Хотя, если честно, рассматривать тут уже нечего было: камни, камни и камни… Груды разбитых камней. А то немногое что на площади еще уцелело тоже ни интереса, ни, тем более, практической пользы уже не представляло: пара чудом сохранившихся колонн, разбитый чудовищным ударом фонтан в стене склепа, из которого продолжал хлестать поток мутной воды, – будто не хватало ее тут, – да огромный молельный камень, над которым ни пролетевшие годы, ни взошедший здесь недавно девшалар не властны были. Вот и весь, собственно, пейзаж. Не считая, опять же, обломков и осколков, хорошенько перемешанных и старательно вокруг разбросанных. А первые более или менее уцелевшие строения и скульптуры только шагах в тридцати от площади виднелись, и толку от них, понятное дело, никакого не было.
   – Веревку бы нам, – вздохнула Осси. – Перекинули бы…
   – Веревку? – Взвизгнул Ташур. – Да ты, я смотрю, совсем ополоумела! Нет, ну, надо такое придумать, а?! Да тебе сейчас все идиоты нашего королевства рукоплещут! И жутко, между прочим, завидуют – им-то самим такую чушь нипочем не сморозить! Веревку… Ты мозг-то включи! Какую веревку? Тут мост нужен! Как я по веревке твоей переберусь?
   Осси глянула на хилависту: а, действительно – как? Ни рук, ни ног у него, понятное дело, не было, а корзинку в которой его улы доставили, еще на первом острове бросили. Там, где песок и мантихоры. Так, что, пожалуй, прав он был: не помогла бы веревка.
   – Мост, мост, – повторил Ташур. – И не смотри на меня. Мост нужно строить.
   – Мост… – покачала головой Осси. – Легко сказать. А из чего его строить-то? И как, кстати?
   – А я почем знаю, – буркнул хилависта. – Это ты сама думай! Мое дело – предложить, а строить – это уж, извини, твое. Впрочем, если не хочешь, – не надо. Будем тут сидеть. Мне вот, оно, как-то все равно. Посидим-посидим и обратно пойдем… А там хорошо. Там у меня рыбка жареная… – Ташур закатил глаза и умолк, погрузившись не то в приятные воспоминания, не то – в радужные мечты.
   – Мост, – со вздохом повторила Осси и снова шагнула к краю. Поближе к цели, так сказать.
   А тут ничего не изменилось. Осколок, как плыл, покачиваясь ардах в десяти под ногами и на таком же примерно от острова удалении, так и продолжал себе плыть. Вода из разбитого фонтана, как стекала вниз широким шумным водопадом, так и продолжала стекать. И все так же пел свою грустную песню холодный северный ветер. Все как и было.
   Вот разве только дождь незаметно как-то закончился, да в облаках появились широкие просветы, сквозь которые уже проглядывали первые созвездия. Дева. Воин. Кузнец. Чуть левее и выше виднелась Старица, но большую ее часть все еще закрывало темное косматое облако…
   «Вода!» – Голос Ходы прервал изучение небесного мироустройства в тот самый момент, когда леди Кай нашарила взглядом яркую желтую звездочку – малую жемчужину в созвездии Раковины.
   – Что? – Осси не сразу поняла о чем речь. – Какая вода?
   «Я говорю: мост из воды можно…»
   – Из воды?
   «Ну, да. Надо ее заморозить и подвинуть немного».
   – Заморозить и подвинуть… – Осси снова нагнулась над пропастью, на этот раз чтобы оценить эту новую и совершенно бредовую мысль.
   А может, и не такую уж бредовую. За неимением других-то…
   Остров… Пропасть… Водопад…
   В общем, действительно, могло получиться. Вполне. Если только…
   Если только удастся сделать поток пошире и поплотнее…
   И если получится сместить его русло немного левее, так чтобы падал он рядом с порталом, а не проваливался куда-то вниз, до самой земли, рассыпаясь мелкими брызгами…
   А еще – если удастся потом его заморозить, и превратить в пологую ледяную арку, соединив парящие в небесах куски земной тверди…
   И, наконец, если она выдержит их вес…
   Тогда все получится.
   Вот только слишком много этих самых «если» набиралось. Но и другого выхода, что-то не видно было. Осси даже головой по сторонам покрутила в его поисках, но все равно ничего не нашла.
   По всему выходило, что нет другого пути, и то, что сначала казалось бредом и полным безумием, явилось единственно возможным решением. Что, впрочем, ничуть не мешало ему оставаться бредом и безумием, да еще и конченым идиотизмом в придачу, о чем хилависта тут же и заявил. Со всей свойственной ему прямотой и нисколько не стесняясь выражениях. Вот как только план леди Кай выслушал, так тут же бурным потоком выкриков и разразился. Но потом, подустав и, видимо, смирившись, даже вызвался помогать и тут же принялся за работу.
   Делал он ее, правда, на свой собственный и никому непонятный манер, не забывая при этом бурчать и ворчать что-то не очень лестное, а порой даже обидное, но, при всем при этом, новое русло для бурного потока проложил он достаточно быстро. Во всяком случае, Осси для этого много больше времени понадобилось бы. Это уж не говоря о том, что не очень-то она понимала, как вообще за это дело взяться. Скорее всего, просто Гасителем бы прорубать принялась, а на это времени бы ушло – подумать страшно…
   Хилависта же решил эту задачу совсем по-другому.
   Осторожно подобравшись к выбранной точке на краю острова, он остановился, поерзал немного на месте, старательно избегая смотреть в сторону пропасти, а затем, тяжело вздохнув, двинулся в сторону разбитого фонтана.
Чтение онлайн



1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 [26] 27 28 29 30 31 32 33 34

Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация