А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Почему я не люблю дождь" (страница 13)

   С этим и вышли.
   Впереди шагали Осси и Эйрих, снова и снова переживающие сладкие мгновения прошлой ночи и полные планов на светлое будущее, а чуть позади плелся хилависта, как всегда недовольный жизнью, погодой, спутниками, да и вообще всем на свете.
   А потом пошел дождь.
   Он не был сильным и не лил как из ведра. Просто тучи как-то быстро и незаметно затянули все вокруг, а потом прилегли на землю, укрыв собой и дорогу и лес, да и весь, казалось, мир. И теперь он насквозь состоял из воды, которая висела в воздухе мелкой противной пылью, нехотя сползающей вниз на землю.
   Видимость разом упала до нескольких шагов, а разобрать, что там дальше скрывается и творится в густой кисее ленивого дождя не было ровно никакой возможности. А поэтому когда из мутной пелены вдруг вынырнул арбалетный болт, тяжелым рассерженным шмелем прожужжавший совсем рядом с ухом, ни Осси, ни Эйрих, ни хилависта, ни, даже, Хода оказались к этому не готовы.
   Но выводы сделали и второго приглашения дожидаться не стали.
   Мигом рассыпались в стороны под призрачную и ненадежную защиту кустов, но с линии обстрела ушли. Вот только продолжения не последовало. То ли потерял их невидимый стрелок, то ли еще что, – но второго выстрела не было.
   Мир замер, застыв в ожидании, а затем из дождя на дорогу шагнули четыре фигуры, до этого надежно скрытые мутным водяным занавесом. Шагнули, и тут же разделившись, скользнули к Осси и Эйриху, не давая им сойтись вместе, демонстрируя, тем самым, вполне серьезный настрой и великолепную слаженность.
   Миг, и в воздухе зазвенела сталь, сталкиваясь в частых и сильных ударах, походя разрывая на мелкие брызги серебряный бисер дождя.
   Ни звука, ни слова не было произнесено нападавшими, и это пугало больше всего, ибо означало, что противостоят леди Кай на этот раз люди далеко не случайные, да и в быстрых уверенных движениях их сквозила одна только холодная рациональность, сильно похожая на многолетнюю воинскую выучку.
   Фигуры скользили, как тени, перетекая из одной позиции в другую и осыпая леди Кай градом жутких ударов. В два клинка орудовали встреченные посреди дороги незнакомцы, и противостоять этим четырем смертоносным веерам, вспарывающим воздух прямо перед лицом леди Кай, было очень тяжело.
   Шаг за шагом отступала назад Осси. Шаг за шагом надвигались на нее мрачные, не проронившие звука типы, все больше наседая и все глубже продавливая ее защиту.
   Полыхнул, на подлете рассыпавшись яркими искрами, еще один болт, выпущенный невидимым стрелком и остановленный замерцавшим в двух шагах позади хилавистой. Желтым коконом переливался в дожде развернутый Ходой щит, а леди Кай все продолжала отбивать, сыплющиеся на нее с двух сторон удары…
   Справа от нее на другой стороне дроги, все убыстряясь, кружили вокруг Эйриха в своем смертоносном танце еще два типа. И пляска эта уже смазалась в одно-единственное непрекращающееся ни на миг движение, созданное тремя искусными бойцами и взвинченное монахом до неимоверной скорости. Глаз не успевал отслеживать ни смену позиций, ни наносимые противниками удары, а звон пяти закаленных для смерти клинков слился в одну прощальную песнь…
   Яркий всполох за спиной леди Кай известил о том, что хилависта вознамерился повторить свой фокус с мантихорой, и, действительно, враги интессы сразу потеряли в стремительности, но даже сильно замедленные зазеркальной магией хилависты, они были смертельно опасны. И именно они пролили на дороге первую кровь, дотянувшись своими чуть загнутыми мечами, больше похожими на короткие сабли, до левой руки интессы.
   Один за другим они ужалили ее, вспарывая ткань комбинезона и рассекая кожу. Острая боль их укусов заслонила весь мир, но уже через миг, Осси, закусив губу, взорвалась контратакой, окрасив серую пелену дождя цветом своей крови, одновременно сплетая мысленную вязь заклинания.
   Ей удалось отыграть у противников пару шагов, заставив их уйти в глухую оборону и отступить под бешеным своим натиском, но в этот момент щуплый чернявый тип с застывшей на лице ухмылкой уверенного в себе мерзавца неожиданно упал на колено, и резко крутанувшись вокруг себя, полоснул мечом по бедру леди Кай. Царапина была неглубокой, но болезненной, да и кровяной пыли, повисшей в воздухе, сразу как-то прибавилось.
   А чернявый ухмыльнулся еще шире, но тут же взвыл, получив прямо в скалящуюся свою харю сброшенный с ладони огненный шар. Вот только огонь, который с расстояния в полтора шага должен был если не убить, то уж, по крайней мере, надолго обезвредить эту сволочь, с шипением стек вниз и, не причинив ему особого вреда, издох. То ли висящая в воздухе в таком запредельном количестве влага ему помешала, то ли висела на нем защита какая, что огненный укус ослабила, но чернявого это только разозлило…
   Эйрих крутил нагитой так, что, казалось, будто это смерть дает ему силы и ведет его руку. Каскад из перетекающих одна в другую стоек, сменялся чередой взрывных атак, когда вокруг монаха возникал бурлящий смерч стали, а сам он то припадал почти к самой земле, то взмывал прыжком на высоту собственного роста, а затем падал и перекатом уходил в сторону. Каждое движение его дышало смертью и несло в себе хищную угрозу, а клинок в его руке казался живым. Сверкающий в дождливом лесном сумраке он породил непробиваемую стальную завесу, а затем мир вдруг будто замер на миг, остановившись в своем движении.
   Медленно сонными тенями разворачивались его противники, пытаясь уклониться от встречи с безжалостным разящим клинком, а ускорившийся до самого последнего предела Эйрих уже был вокруг них – везде и повсюду, успевая наносить чудовищные по своей силе удары, ни один из которых не пропал даром. Это была смертная бойня. Это было чудовищно. Это было страшно…
   А потом все вернулось в обычный свой ритм: снова пришли в движение застывшие было капли дождя, зашевелились замершие листья кустарника и осыпались наземь два изрубленных в мелкое крошево тела. То, что только что было людьми оседало наземь бесформенной кучей нарубленного мяса, сползая друг по другу сочащимися кровью кусками. Жуткое это было зрелище.
   А пока два медленно падающих, разваленных на части трупа, заливали все вокруг фонтанами крови, Эйрих уже разворачивался к чернявому, занося для удара отставленную в сторону нагиту…
   Где-то сзади разгорался зеркальным вихрем хилависта разбрасывая в стороны сотканные из чего-то иностороннего лучи, и уже заметались вокруг всполохи солнечных зайчиков, пронзая и высушивая висящие в воздухе капли, и готовясь к последнему и сокрушающему удару. Еще миг и захлопнулся бы зеркальный капкан, удерживая в своих объятьях противостоящих леди Кай убийц…
   Еще миг и описавшая крутую дугу нагита развалила бы напополам поскользнувшегося в грязи и из последних сил пытающегося удержать равновесие Лерса Хафета…
   Еще один миг и дотянулась бы леди Кай своим мечом до руки огромного как гора, но ловкого и вертлявого типа с очень почему-то знакомым лицом. А там, глядишь, и завершенное заклинание обернуло бы пролитую на дороге кровь в ее пользу…
   Только не суждено ничему этому было сбыться…
   Не в этом месте, и не в этот раз, потому что из пелены усилившегося дождя уже шелестела, обдирая свои бока о падающие на землю капли, третья выпущенная невидимым стрелком стрела…
   Черным вестником смерти спешила она к цели, и не было в этом мире силы, способной ее остановить. Черной молнией скользнула она над дорогой, и, будто споткнувшись на полушаге, замер на лесной дороге брат Эйрих…
   Замер и рухнул на землю.
   Лишь тихий сипящий хрип вырвался из его пробитого горла, и тут же вспенилась густой розовой шапкой бурлящая кровь.
   И сразу же в этом месте, будто только этого и дожидаясь, с жутким ревом устремился в низкое, почти лежащее на мокрой земле небо, ослепительный фонтан белого огня…

   Мастер Ил Шарре и Лерс Хафет стояли и молча смотрели как опадает умирающим цветком портал, только что вырвавший у них из-под носа девушку, а значит и победу, и, что хуже всего – награду. План, не имеющий, казалось, никаких изъянов провалился из-за какой-то нелепицы, которой не было никаких объяснений. А яркая белая искорка, в которую только что схлопнулся открытый недавно портал, уже бледнела, истаивая на груди мертвого человека в темно-синей рясе, лежащего посреди тихого как слезы далеких ангелов дождя.

   Глава седьмая

   – Может, съешь чего-нибудь? – едва слышно скрипнул хилависта. – Ну, хоть чего-нибудь? Немножечко…
   Осси ничего не ответила.
   Как сидела, так продолжала сидеть, уставившись в одну точку. За весь день, что прошел с того момента, как открывшийся на лесной дороге портал вырвал ее вместе с хилавистой прямо из сердца дождя, она не шелохнулась и не произнесла ни слова.
   Хода еще поначалу пыталась ее как-то расшевелить, но потом, поняв всю тщетность своих попыток, оставила в покое и больше не трогала. Ташур тоже, не смотря на свой склочный характер, проявил чудеса такта и деликатности: с хамскими оценками и замечаниями не лез, попусту не ныл и не ворчал. И, вообще, – только что высказанное им предложение покушать – это были его первые слова за день.
   А Осси так и просидела тут на самом краешке плиты, поджав колени к подбородку и обхватив ноги руками. Она была тут, но вряд ли это осознавала. Она была здесь, а он остался там…
   Навсегда.
   А внутри поселилась пустота…
   Не было ни мыслей, ни желаний, ни цели… Не было воспоминаний. Не было ничего. Только пустая оболочка, выстуженная отчаянием и непролитыми слезами.
   Тям… Мей… Эйрих…
   Скольких еще надо потерять, чтобы сердце разучилось болеть, а она научилась забывать?.. Ведь смерть, это – не самое страшное. Память, что остается в наследство живым – куда страшнее. Она не дает ни покоя, ни примирения…
   Где взять сил, чтобы продолжить дальше?..
   И стоит ли продолжать?..
   Эйрих… Мей… Тям…
   Сколько их, вверивших ей свою жизнь, свою любовь, преданность, дружбу, осталось позади, чтобы она смогла дойти?..
   И сколько их будет еще, преданных ею, отданных на откуп смерти, терпеливо караулящей рядом?..
   И кто следующий?..
   Хилависта?..
   Осси опустила голову и посмотрела на притулившегося у ног Ташура.
   Кто он ей?
   Друг?..
   Попутчик?..
   Следующий?..
   Она протянула руку и впервые коснулась его кожи: мягкой, податливой и теплой. Очень живой.
   А сам он, казалось, был соткан из силы…
   Иной…
   Скрученной в тугой клубок, чистой и ничем незамутненной. Тщательно собранной по ничтожным крупицам и бережно пронесенной сквозь дни и расстояния. Сохраненной про запас и на всякий случай…
   И вот, случай этот выпал, и он щедро делился ею, вливая ее в леди Кай широким бурлящим потоком через безмерно малую в масштабах бескрайнего мира точку касания, заполняя открывшуюся внутри пустоту. Доверху. До самых краев.
   И эта новая сила, рожденная в далеких и, может быть, никогда не существовавших зеркальных пределах, напитала собой только что умершую, еще до конца ею самой неосознанную, но уже убитую любовь. И она взросла и распустилась в душе леди Кай диковинным ярким цветком, который тут же увял, опаленный холодным дыханием безжалостной смерти, осыпавшись засохшими лепестками и вызревающими зернами ненависти.
   Любовь, которую она ждала и которая двигала ею, умерла, породив чувства иные, но ничуть не менее яркие.
   Ненависть…
   Холодная слепая ярость…
   Злость и вера. Неистовая безграничная вера в себя. Способная перевернуть мир и опрокинуть его в бездну.
   И мысль эта в выстуженном сознании Осси Кай, в опустошенной ее душе выродилась в черную всепоглощающую идею отмщения.
   Она стала другой. Милая, чуть наивная девушка осталась там… На лесной дороге… Под холодным нудным осенним дождем…
   А она… Она обернулась погибелью. Серпом в руке вечного жнеца. И в сердце своем она вынашивала смерть. Смерть всем, кто был повинен в ее потерях, в трех никогда не зарастающих шрамах, перечеркнувших душу. И только во имя этого можно было сохранить себя, испепелив и переплавив сожженные чувства в оружие. В неминуемую и неотвратимую кару!
   – Где мы? – Спросила Осси.
   Вернее, попыталась спросить. Первые слова давались с трудом: горло пересохло, губы не слушались, а голос просто пропал. К тому же эти первые рожденные леди Кай за долгое время звуки, будто застряли в горле, и она зашлась в приступе сухого, выворачивающего наизнанку кашля.
   – Где мы? – Повторила она. Второй раз получилось лучше и ее услышали.
   – На кладбище, – хилависта так обрадовался ее возвращению к жизни, что даже Ходу опередил. А это, поверьте, не так уж легко было сделать. – Опять на кладбище, и опять кругом гробы, а в них, – сгнои твою душу, – опять покойники, – хилависта аж рябью подернулся от отвращения. Будто морщинками мелкими его всего перекрутило. – И что ему по нормальным-то местам не ходилось, придурку? Что ж он все по могилам-то шастал?
   – Кто? – После пяти-шести жадных глотков живительной влаги, слова давались легче, да и мерзкий вкус во рту почти пропал. Осси закрутила баклажку с тоником и поставила рядом на плиту. Плита, действительно, была не, просто себе, плита, а – надгробие. Белое, шикарное, а вокруг – сколько глаз хватало, высились такие же ослепительно белые упокоения, склепы и мавзолеи.
   – Кто шастал? – Повторила Осси.
   – Странник, кто ж еще, – по привычке буркнул хилависта (натуру-то, вот так на раз, не переделаешь), но тут же опомнился, собрался и дальше продолжил нормальным уже тоном. – Мы ж с тобой по его следам идем. А он, вот, похоже, только трупаками интересовался. Нет, чтобы по красивым каким местам ходить. Вот, водопад, например, камерский, я бы с удовольствием посмотрел, или…
   Ташур еще долго что-то бухтел, явно вознамерившись перечислить все красоты этого мира, не переставая через слово сокрушаться о скудности интересов и убогой фантазии Странника. Хорошо пресвятых отцов поблизости не наблюдалось, – не то воздалось бы Оссиному спутнику если и не по помыслам – так по словам его. Да так воздалось, что мало бы не показалось.
   «Это не просто кладбище, – тихий голос Ходы отвлек леди Кай от Ташуровых причитаний. – Это целый город. Город мертвых. И, вообще, сильно все это мне Аулу[21] напоминает. Правда, я пока еще не уверена. Но, если даже и не так, Ташур все равно прав: странные у бога нашего пристрастия были. И хорошего они нам ничего не сулят».
   – Почему?
   «А ты забыла уже, что в монастыре произошло? Как он одним своим явлением всех мертвецов поднял?»
   – Да… – протянула Осси. – Об этом я не подумала…
   – Что? – Встрепенулся хилависта. – Ты о чем?
   – Да Хода, вот, говорит, что тут как в монастыре может быть. В смысле, что разупокоиться может кладбище…
   Хилависта почмокал губами, будто тщательно пережевывал эту свежую и не самую приятную мысль, а потом неожиданно заявил:
   – Ну, ведь не разупокоилось еще. Может, обойдется? Может такую кучу народа… ну, в смысле, – мертвого… ему не поднять? – И столько надежды в этом бесхитростном вопросе-предположении было, что Осси и самой уже захотелось поверить в то, что, действительно, обойдется… Не каждый же раз, в самом-то деле…
   Тем временем, начало смеркаться. Как-то быстро и незаметно для леди Кай этот день прошел. Будто и не было его. Вроде, ведь только начался… Вот только время – оно жалости не знает, и бег его неумолим и непреклонен, что бы вы там себе не думали, и какие бы вас проблемы не терзали. Не отвлекается оно ни на что, а уж на такие мелочи людские, как жизнь и смерть… Оно их, похоже, и вовсе не замечает.
   А темнело быстро. Прямо, что называется – на глазах. Казалось, только что еще видно все было, а вот прошло-то – всего ничего, и уже – хоть глаз коли. Даже звезд не было.
   А тут еще дождь накрапывать начал. То ли тот самый – с лесной дороги – их нагнал, то ли, вообще, – весь мир облаками затянуло – поди разбери. Но настроения это никак не прибавляло, а про комфорт – тут уж и говорить нечего.
   – Ладно, – решила Осси. – Хватит нам мокнуть. Все равно никуда не пойдем уже. Пора искать что-нибудь.
   Нашли почти сразу. Благо склепов тут разных хватало. Оставалось только самый удобный выбрать, но времени, слава богу, это много не заняло, потому как обустраивали тут, похоже, все всерьез и надолго, и с максимально возможным комфортом. Будто мертвым в гробах своих не лежалось, а так и норовили они по некрополю пошляться, да в гости друг к дружке наведаться.
   Во всяком случае, уже третий вскрытый леди Кай склеп, явил изрядно промокшим путникам довольно уютную и просторную комнату, в которой кроме огромного каменного саркофага были еще и небольшой стол, и пара кресел, и даже камин в углу. Лучшего убежища, похоже, и желать нельзя было…
   Так что обустроились, – кто в кресле, кто – прямо на полу, разожгли камин, благо полешек небольших в углу в специальном ящике припасено было, перекусили.
   Ташур, как всегда с удовольствием – вообще с аппетитом у него всегда все в порядке было. Казалось нет в целом мире ничего такого, что заставило бы его про ужин забыть. Только позавидовать можно…
   А Осси, вот, кусок в горло не лез. С трудом, причем, под довольно-таки сильным нажимом Ходы, заставила себя проглотить небольшой ломтик копченого мяса, и то – чуть не вырвало. А потому довольно скоро все попытки накормить свой организм Осси оставила, и просто сидела, уставившись в огонь, периодически отхлебывая из фляги какое-то припасенное в трактире пойло. Жгучее и забористое. То, что надо, в общем.
   И с каждым новым глотком мир становился все более размытым и нечетким, будто укрывала Осси какая-то мутная зыбкая пелена. Вот только мысли сами собой возвращались туда – на лесную дорогу, вновь и вновь прокручивая в памяти все, что случилось, и пытаясь хоть что-нибудь изменить. А оно не менялось, и все оставалось по-прежнему – черная стрела снова и снова скользила над дорогой едва заметной тенью, а Эйрих все падал, и падал, и падал в раскисшую грязь, заливая ее кровью из пробитого горла, и ничего тут поделать нельзя было.
   Да еще дождь этот, барабанящий по крыше и по лужам на улице, был как брат-близнец похож на тот, что принял в себя последний вздох Эйриха. На тот, что был помазан его кровью. А от этого становилось совсем тошно…
   И Осси заплакала.
   Она плакала тихо. Без надрыва, без истерик. Просто скопившаяся в ней боль искала выход и вот, все-таки прорвалась, просочилась наружу…
   А потом слезы кончились. А боль… Боль осталась.
   – Ну вот, – вздохнул хилависта. – Теперь и ты тоже…
   – Я? – подняла голову Осси. – Что я?
   – Как я теперь… Ты будешь вспоминать… Вспоминать каждый раз, когда… – он замолчал, а потом сделав над собой какое-то совершенно немыслимое усилие, так не вяжущееся с его привычным образом продолжил: – Теперь ты понимаешь, почему я не люблю дождь?
   – Не любишь? – Удивилась Осси.
   – Не люблю, – тихо прошептал хилависта. – Терпеть не могу.
   Больше они не сказали ни слова. Так и сидели молча, слушая как за стеной стучит ненавистный им обоим дождь, и смотрели в огонь, который плясал в камине, подрагивая своими хищными языками и разбрасывая вокруг яркие всполохи, в безнадежных попытках победить темноту.
   А потом Осси уснула.
   Утро выдалось солнечное, яркое и теплое. О вчерашнем дожде напоминали лишь остатки луж, да и те уже быстро подсыхали.
   А в свете солнца и настроение стало получше. Во всяком случае, вчерашняя меланхолия, граничащая с самым настоящим отчаянием, отступила, и хотя душевное состояние леди Кай по-прежнему было очень далеко от гармонии, депрессия ей уже не грозила, и на мир она смотрела несколько иначе.
   Даже могилы, окружающие путников со всех сторон, не выглядели больше пугающими, да и угрозы особой в них сегодня не чувствовалось. Праздником и большой удачей, конечно, прогулку по гигантскому кладбищу назвать было трудно, но, положа руку на сердце, – посмотреть тут было на что.
   Некрополь, действительно был огромен, и это леди Кай выяснила сразу, едва они только вышли из склепа. Причем, выяснила она это самым простым, хотя может и не самым этичным способом, да только кто об этом будет думать, когда на кон поставлено столько всего, что и собственная жизнь-то кажется всего лишь мелкой разменной монетой. Вот Осси и не думала и душевными муками не терзалась, а просто взяла и забралась на крышу склепа, чтобы оглядеться по сторонам и определиться с направлением.
   Оглядеться-то – огляделась, а вот насчет определиться…
   Во все стороны, докуда хватало глаз, – а хватало их до самого горизонта, – простиралось огромное кладбище. Вот уж, воистину – это был город мертвых.
Чтение онлайн



1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 [13] 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34

Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация