А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Секрет синей папки" (страница 1)

   Екатерина Вильмонт
   Секрет синей папки

   Глава I
   Женщина в поезде

   – Аська, – рыдала в трубку Матильда, – пожалуйста, приезжай!
   – Да скажи ты толком, что случилось? – перепугалась я.
   – Мама!
   – Что с мамой? Заболела?
   – Нет, замуж собралась!
   Вот это номер! Суровая тетя Саша выходит замуж!
   – За кого?
   – За полковника! Асенька, пожалуйста, приезжай! – молила Мотька.
   – Конечно, приеду, только ты не реви!
   Я положила трубку.
   – Что случилось? – встревожилась моя мама.
   – Тетя Саша замуж выходит за полковника!
   – Ну, слава богу! Сколько можно одной мыкаться!
   – Мама, я в Москву съезжу, Мотька там обрыдалась.
   – Конечно, съезди и привези ее сюда, зря мы ее отпустили!
   От дачи до нашей московской квартиры добираться часа полтора, и вскоре уже Матильда рыдала у меня на плече.
   – Мотька, ты чего ревешь? Он плохой?
   – Да вроде нет, маме французские духи подарил! Но он же совсем чужой и потом… потом…
   – Что потом?
   – Он хочет, чтобы мы к нему переехали, а у него квартира в Ясеневе, это ведь у черта на куличках! А школа? А ты? А «Квартет»? Как же я буду?
   У меня упало сердце. В самом деле, как же мы друг без друга? А что будет с «Квартетом»? Из Ясенева не наездишься…
   – Да-а, проблема…
   – Понимаешь, я сказала маме, что не хочу к нему переезжать, что останусь здесь одна…
   – А она что?
   – Сначала в крик, а потом вроде бы задумалась. Понимаешь, я жму на то, что школа у нас очень хорошая, а какая там будет, еще неизвестно.
   – Правильно! Это было бы здорово, если бы ты здесь одна осталась. То есть я хочу сказать…
   – Да я знаю, можно будет у меня устроить штаб «Квартета»! Но все равно, без мамы…
   – А как же ее работа?
   – Он хочет, чтобы она дома сидела… А мама ни в какую, говорит: не хочу терять самостоятельность… И в деревню мы в этом году не поедем… Мне так неудобно. Я у вас на даче сколько прожила… Обещала взять тебя в деревню, а теперь…
   – Да ерунда, поедем опять к нам, мама велела тебя привезти!
   – Правда? – обрадовалась Мотька. Она, видно, чувствовала себя одинокой и брошенной. – Боюсь, мама не позволит, ты же знаешь ее!
   – Выходит, ни ты, ни я совсем ее не знаем, кто бы мог подумать, что она замуж соберется?
   – Тоже верно.

   Вот так Мотька опять очутилась у нас на даче. А через две недели мы втроем – моя мама, Мотька и я – сели в поезд Москва – Таллин. Мама ехала туда с концертами «Старинные романсы». Как ни странно, Мотькину маму не пришлось долго уговаривать, полковник страшно обрадовался возможности на две недели избавиться от новоявленной падчерицы и с удовольствием оплатил поездку. Это вселяло в нас надежду на то, что в конце концов тетя Саша оставит Мотьку одну на старой квартире.
   И вот мы втроем едем в Таллин. Нам повезло – в купе нет никого, кроме нас. Мама страшно радуется этой поездке, тем более что в Таллине живет ее старая подруга Клара. Мама, как гастролерша, будет жить в гостинице, а мы с Мотькой – у Клары. У нее есть дочка наших лет, Вирве. В раннем детстве мы с ней дружили, когда Эстония еще не была заграницей и мы с мамой часто ездили в Таллин и в Пярну.
   Поезд отходил в 17.25, а часов в семь, когда мы уже напились чаю, наелись испеченных тетей Липой пирожков, мама сказала:
   – Девчонки, давайте спать, а то в пять утра граница.
   Спать? В семь часов? Нетушки. Так я и заявила маме.
   – Ну, как хотите, а я ложусь. Выметайтесь в коридор и не трещите у меня над ухом.
   Мы с удовольствием вышли в коридор. Там никого не было, очевидно, все остальные пассажиры поступили так же, как мама. А мы стояли у окна. Внезапно в вагон вошла женщина, красивая, хорошо одетая, с большой полукруглой сумкой очень необычного вида. Она быстро прошла по коридору и скрылась в следующем вагоне. Минут через пять появился мужчина в джинсовой куртке. Он заглянул к проводнице, но ее не было на месте. Тогда он обратился к нам:
   – Девочки, вы тут случайно не видели женщину в синем костюме?
   – Нет, а что? – сразу спросила Матильда.
   Интересно, почему она ответила «нет»?
   – Да ничего, – сказал мужчина, – просто я ищу свою знакомую, мы с ней потерялись.
   – Нет, не видели, – повторила Мотька.
   Мужчина пожал плечами и пошел в следующий вагон.
   – Матильда, ты зачем соврала?
   – На всякий случай, а то мало ли…
   – Что?
   – Вдруг она не хочет, чтобы он ее нашел? Вдруг он убийца?
   – Ты что, спятила? Может, это просто любовь?
   – Ой, да ну ее, эту любовь!
   – Но ты же раньше сама всюду любовь видела!
   – А у себя под носом проворонила! Мать родная втюрилась, а я и не заметила!
   Вскоре мужчина в джинсовой куртке с озабоченным видом прошел обратно, снова заглянул к проводнице, теперь она была на месте. Мы подошли поближе и услышали, как он спросил, не видела ли та женщину в синем костюме. Проводница проворчала, что она на женщин не заглядывается. Он что-то тихо сказал ей, и она вдруг вежливо заверещала, что нет, ей-богу же, не видела она такой женщины. Нам показалось, что он чем-то напугал проводницу. Но зато, значит, женщине удалось от него уйти.
   – Матильда, как бы нам опять не вляпаться в какую-нибудь уголовщину, хватит с нас!
   – Да уж! За полгода пять расследований – это чересчур[1]. Может, и вправду пойдем спать?
   – Пошли, от греха подальше!
   Мы вернулись в купе. Мама спала крепким сном. Мы забрались на верхние полки и довольно быстро заснули. В половине пятого мама нас разбудила.
   – Просыпайтесь, скоро граница!
   Действительно, через некоторое время в купе вошел таможенник в синей форме, вежливо поздоровался и, словно что-то припоминая, уставился на маму. Потом заглянул в ее паспорт и расплылся в улыбке.
   – Вы Наталия Монахова, та самая?
   – Та самая! – улыбнулась мама.
   После таможенника явился пограничник. Он не обратил на маму ни малейшего внимания, но зато попросил нас выйти из купе и с фонариком полез смотреть, не прячется ли кто-то на багажной полке. После этого все затихло, но поезд еще долго стоял. Затем он тронулся, а через пять минут опять остановился.
   – Сейчас эстонские пограничники придут, – объяснила мама.
   В самом деле, вскоре явился эстонский пограничник, проверил наши документы и ушел.
   – Теперь все, мы уже за границей! – объявила мама. – Хотя вы уже привычные, за полгода второй раз за границей!
   Это правда, весенние каникулы мы с Матильдой провели в Тель-Авиве. Спасенный нами банкир в благодарность оплатил нам двухнедельную поездку в Израиль, где мы с помощью моего троюродного брата Володи обезвредили контрабандиста. Надо надеяться, эта поездка будет поспокойнее.
   Наконец все утихомирились.
   – Девчонки, давайте поспим, три часа у нас еще есть.
   Мы улеглись. Мама и Матильда мгновенно заснули, а я ворочалась с боку на бок, наконец мне это надоело, и я вышла в коридор. Ни души. Двери всех купе закрыты. «Вот в такой час и совершаются многие преступления», – подумала я. И тут вдруг дверь из тамбура открылась, и в вагон вошла давешняя женщина. Но узнала я ее только по полукруглой сумке. Сейчас она была в джинсах и в просторной рубашке. Вид у нее был затравленный. Увидев меня, она отшатнулась, но потом взяла себя в руки и вдруг решительно подошла ко мне.
   – Девочка, ты в Таллин едешь? – очень тихо спросила она.
   – Да.
   – Одна?
   – Нет, с мамой и с подругой.
   – Как жаль…
   – Почему?
   – Я хотела попросить тебя об одолжении…
   – Меня? – удивилась я. – О каком?
   – Ты не могла бы спрятать одну вещь?
   – Вещь? Какую? Зачем?
   – Ах, я не могу сейчас тебе всего объяснить… Просто меня будут встречать и этой вещи не должно у меня быть… Вот! – Она вытащила из сумки небольшую синюю папку. – Ты не могла бы это спрятать? – с мольбой в голосе проговорила она.
   – Могла бы, но…
   – Не волнуйся, это ненадолго. Давай завтра где-нибудь встретимся, и ты мне ее вернешь.
   Я начинала что-то понимать. Она боится, что у нее могут отобрать эту папку, а папка ей очень нужна. Глаза у женщины были очень печальные.
   – Хорошо, давайте! Но где и когда мы встретимся?
   – Ты Таллин знаешь?
   – Более или менее.
   – Давай встретимся на вокзале, у кассы предварительной продажи билетов, на втором этаже. Найдешь?
   – Найду, конечно. А когда?
   – Завтра, в двенадцать дня, ты сможешь?
   – Смогу.
   – Спасибо тебе огромное, ты даже представить себе не можешь, как выручила меня.
   Женщина сунула папку мне в руки, чмокнула меня в щеку и поспешно ушла. Итак, я благополучнейшим образом опять вляпалась в какую-то историю.

   Глава II
   Старый Тоомас

   Утром я Мотьке ничего рассказать не успела. Они с мамой вскочили буквально в последние полчаса перед прибытием, и тут уж было не до секретов. Они спешно умывались, мама красилась, то и дело чертыхаясь, так как в быстро идущем поезде краситься не слишком удобно. И вот, наконец, в окне коридора показались таллинские башни.
   – Смотри, Мотька, вон та башня – это церковь Олевисте. А вон та – длинный Герман. А еще в Таллине есть башня Толстая Маргарита.
   У Мотьки горели глаза.
   – Аська, как здорово! Ты мне все покажешь?
   – Еще бы!
   И вот поезд подъезжает к перрону, и сразу в окно я вижу Клару с изящным букетом астр, желтых и лиловых, а рядом с нею девочку. Неужели это Вирве? Мы не виделись целых пять лет.
   – Тата! Наконец-то! – кричит Клара. – Боже мой, Аська! Невероятно, совсем взрослая! Смотри, Асенька, это моя Вирве, тоже вымахала, да? А это, должно быть, Матильда? Ну, здравствуй!
   Все это она выпаливает на одном дыхании, поочередно сжимая нас в объятиях, но тут к маме кидается какой-то мужчина.
   – Наталия Игоревна, как я рад, что вы приехали! Где ваши вещи? Я сейчас отвезу вас в гостиницу.
   – В какую? – спросила Клара.
   – В «Виру», разумеется, в «Виру»! Идемте скорее!
   – Татка! – кричит Клара. – Когда ты появишься?
   – Не знаю! – уже на бегу отвечает мама.
   Вот и все. Маму утащили.
   – Так, теперь вы поступаете в мое распоряжение, а я вам спуску не дам! – смеется Клара. – Берите вещи и за мной!
   На стареньких «Жигулях» она везет нас к себе. Они живут в дивном районе, у моря, рядом с парком Кадриорг. «Кадриорг» – значит долина Екатерины. Этот парк был разбит по приказу Петра Первого в честь Екатерины, его жены.
   За окнами Клариной квартиры не видно ничего, кроме каштанов, и раньше, бывало, к ней в окно заскакивали белки.
   – Клара, а белки к тебе еще ходят? – спрашиваю я.
   – Нет, они вообще куда-то пропали. Здесь кругом много строят, может, им это не нравится. И даже ворон меньше стало.
   Но все равно у Клары хорошо, красиво и удобно. Она поит нас кофе с эстонскими сливками, угощает потрясающими булочками и требует подробных рассказов о маме, папе, дедушке. Я вижу, что у Мотьки тоскливые глаза – ей хочется поскорее увидеть Таллин. То, что она успела разглядеть по дороге с вокзала, очень ей понравилось. Еще бы! Таллин – изумительный город.
   Вирве, напившись кофе, заявляет, что у нее дела и ей надо уйти.
   – Ну что за человек! – сокрушается Клара. – Это она вас стесняется.
   – Нас? – поразилась Мотька. – Почему?
   – Нелюдимка она у меня, вся в отца. Эстонский характер! Может, хоть вы ее встряхнете немножко.
   – Встряхнем, Клара Анатольевна, еще как встряхнем! – весело обещает Мотька.
   – Кларочка, а можно мы с Матильдой пойдем погуляем?
   – Одни? – пугается Клара. – Ни в коем случае!
   – Ну почему?
   – Вы заблудитесь!
   – Не заблудимся! Я помню Таллин, ты не думай. Сейчас мы от тебя выйдем и пойдем к гостинице «Виру», от нее через ворота Виру по улице Виру дойдем до Ратушной площади.
   – Господи, неужели ты так хорошо все помнишь?
   – Конечно, помню.
   – Тогда ладно, ступайте, только осторожно переходите улицу. Вот, на всякий случай, возьмите телефонную карточку! А это вам билеты на трамвай. Сюда ходит первый и третий номер! Ой, постойте, возьмите деньги, может, вам мороженого захочется или воды.
   Эстонские деньги – кроны. Красивые, с портретами писателей.
   И вот наконец мы выходим из дому вдвоем. Я решила до поры ничего не говорить Матильде о женщине из поезда и о таинственной папке. Пусть пока спокойно наслаждается Таллином. А сама я чувствую себя такой взрослой – еще бы, я показываю любимой подружке дивный город, который, как мне кажется, хорошо знаю.
   Пока мы шли к гостинице, все настоящие красоты Таллина были далеко впереди, но вот мы свернули вправо и увидели мои любимые ворота Виру с башенками, крытыми красной черепицей.
   – Ой, какая прелесть! – воскликнула Мотька. – Какие ворота! А цветы! Спятить можно!
   Действительно, слева торговали цветами. Чего только тут не было! Удивительной красоты букеты и букетики, украшенные кружевной травкой. Глаз не оторвать!
   – Аська, а что такое «Виру»?
   – Виру? Не знаю. Я привыкла, Виру и Виру, а что это такое, спросим потом у Клары.
   Мы пришли на Ратушную площадь. Мотька только тихо охала.
   Ратушная площадь очень изменилась. Теперь на ней было множество уличных кафе с сине-белыми и красно-белыми зонтиками.
   – Аська, посидим?
   – Посидим.
   Мы взяли бутылочку эстонского лимонада «Келлуке», который я помнила с детства.
   – Вкусно! Как «Спрайт», только еще лучше! – восхищалась Мотька.
   – Смотри, Матильда, видишь на Ратуше фигурку? Это флюгер Старый Тоомас. Он охраняет Таллин, показывает, с какой стороны подбирается враг. Ладно, пойдем дальше. Смотри, это Сайякяэк, значит, Булочный проход.
   – Ой, какой домик! Игрушечка, – хлопает в ладоши Мотька.
   Я долго водила Матильду по своим любимым местам на Вышгороде и в Нижнем городе, и в результате она по уши влюбилась в Таллин.
   – До чего же красивый город, и уютный какой! А ты, Аська, неужели все с девяти лет помнишь?
   – Сама удивляюсь! Вроде бы не вспоминала совсем, а как попала сюда, так все и всплыло в памяти.
   Наконец, уже едва волоча ноги, мы сели в крохотном дворике-кафе на улице Пикк-Ялг, что значит Длинная нога.
   – А мороженое тут неинтересное, как в Москве, – разочарованно протянула Матильда.
   И тут я вдруг сообразила, что должна сейчас рассказать Матильде о таинственной женщине, ведь еще неизвестно, когда нам удастся побыть вдвоем.
   – Моть, послушай! – начала я.
   – Ох, Аська, что за улица, с ума сойти, какая старина!
   – Матильда, отложи свои восторги на потом, дело есть!
   – Дело? – встрепенулась Мотька. – Какое дело? Откуда?
   И я рассказала Матильде о ночном разговоре и о папке.
   – Ты сдурела? На всю голову? – накинулась на меня подружка. – Почем ты знаешь, может, она шпионка?
   – Может, и шпионка, – легко согласилась я. – Но что же мне было делать? Она так меня умоляла. И потом, я отдам ей завтра эту папку, и дело с концом.
   – А где ты с ней встречаешься?
   – На вокзале, в двенадцать часов.
   – Я пойду с тобой.
   – Она может испугаться и не подойти.
   – А я в сторонке постою, понаблюдаю.
   На том и порешили.
Чтение онлайн



[1] 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18

Навигация по сайту


Читательские рекомендации

Информация