А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Русские жены европейских монархов" (страница 5)

   Поначалу Анна Петровна в своих письмах не жаловалась, называя Карла Фридриха всегда «мой дорогой супруг». Но однажды Елизавета получила от нее письмо, где сестра написала следующее: «Сообщаю, что герцог связался с Лаврушкой, дома не сидит ни одного дня, все время уезжает в карете то к кому-то с визитом, то в комедию».
   Отношения между супругами стали холодными. Жили они в разных частях дворца, вместе не обедали. Уделом молодой женщины, ожидавшей рождения ребенка, стало одиночество. Окруженная у себя на родине заботой и вниманием, Анна Петровна не могла привыкнуть к такой жизни, стала писать жалобные письма своей любимой сестре. Передавала она их с оказией через русских моряков. «Ни один день не проходит, чтобы я не плакала по Вас, дорогая моя сестрица», – написала она в одном из своих последних писем.
   21 февраля 1728 года в полдень Анна Петровна родила сына. Назвали его Карл Петер Ульрих. В воспоминаниях герцога Карла Фридриха в связи с этим событием есть такие строчки: «Я был безумно рад. О рождении наследника сообщили колокольным звоном и пушечными залпами».
   Крестили мальчика в лютеранской церкви. По этому случаю все дома в городе были украшены праздничной иллюминацией. На церемонии крестин присутствовало все высшее общество Голштинии. Вечером во дворце был дан большой бал.
   Известие о рождении у герцогини Голштинской сына послужило предлогом для грандиозных празднеств и в Москве, где в то время все еще находился двор. Но спустя некоторое время торжества были приостановлены. С курьером была доставлена весть, что Анна Петровна, старшая дочь императора Петра I, умерла. Трудно было поверить в случившееся… Ведь после родов она стала быстро поправляться, и в Москву сообщили, что герцогиня здорова и чувствует себя хорошо. Но случилось непредвиденное…
   В день крещения новорожденного в Киле был устроен фейерверк. Молодой матери еще нельзя было покидать свои покои, и она решила посмотреть на это великолепное зрелище из окна. Вечер был холодным, с моря дул сырой, пронизывающий ветер. Анна Петровна, открыв окно, несмотря на уговоры присутствующих, долго наблюдала за происходившим. Перед придворными дамами, ежившимися от холода, она лишь хвалилась своим крепким русским здоровьем. Но утром следующего дня герцогиня почувствовала себя плохо, начался жар, ей стало трудно дышать. Десять дней врачи боролись за ее жизнь, но медицина оказалась бессильной. В последний день своей жизни Анна Петровна металась в бреду, кого-то звала. Во дворце поднялась страшная суета. Засветили огни дворцовой церкви, немецкий священник по латыни молился о герцогине, рядом, бормоча молитвы и судорожно крестясь, билась головой об пол перед свечами ее верная Мавра, «комнатная девушка», сопровождавшая свою госпожу в Киль. Но молитвы не помогли. «В ночи, в 21 году от рождения своего, горячкою преставилась» – гласило официальное донесение.
   Перед смертью Анна Петровна просила об одном – похоронить ее в родной земле «подле батюшки». В Киль из Петербурга за прахом Анны Петровны направились корабль «Рафаил» и фрегат «Крейсер». Под сенью Андреевского флага любимая дочь Петра Великого в сопровождении голштинских сановников пустилась в свое последнее плавание. Герцог в глубоком отчаянии остался в своем загородном замке.
   Гроб перевезли через Неву на галере, с бортов которой свисали полотнища черного крепа. 12 ноября под звон колоколов всех церквей российской столицы Анну Петровну похоронили в Петропавловском соборе рядом с ее державными родителями.
   Проститься с заморской герцогиней, дочерью императора Петра I, пришли сотни петербуржцев. Из Москвы же на похороны «наследной русской цесаревны» не приехал никто: ни царствующий племянник, ни придворные, ни дипломаты, ни министры. Не оказалось у ее гроба и Елизаветы: вместе со всем двором она находилась в старой столице, которую император Петр II покидать не собирался. Но смерть любимой сестры она переживала тяжело: заперлась в своих комнатах, долгое время отказывалась кого-либо принимать, много молилась и плакала. Где-то далеко остался осиротевший племянник, мысли о котором не покинут будущую императрицу до конца ее дней.
* * *
   А в Москве рядом с юным императором Петром II уже не было и всесильного Меншикова, который год назад проявил столько ухищрений, чтобы как можно скорее выпроводить дочь своего благодетеля из родного гнезда.
   Внук Петра I поступил с Меншиковым сурово. По наущению противников Светлейшего князя юный император велел арестовать его, лишил всех чинов и орденов и сослал в Сибирь вместе с семьей, включая и свою невесту Марию. Огромное состояние князя было конфисковано, с дочери сняли обручальное кольцо. К удивлению всех, фактический правитель государства, человек, который умел ладить с самим Петром Великим и обращать грозный гнев царя в милость любящего друга, пал с самой высшей ступеньки власти. Двенадцатилетний мальчик с короной на голове оказался ему не по силам.
   Меншикову пришлось преодолеть долгий путь из своего блиставшего роскошью дворца в Петербурге в далекий сибирский Березов за тысячи верст от столицы. Там его сначала поместили в казарму местного острога, построенного для содержания государственных преступников. Придя в себя после мучительной дороги, бывший князь своими руками построил маленький домик, где и поселился вместе с детьми. (Его жена умерла по дороге в Сибирь.)
   Спрятав обиды глубоко в сердце, Меншиков на судьбу уже не роптал, старался ободрять своих детей – двух дочерей и сына. Но продержался он недолго: год спустя скончался. (Его детям было разрешено возвратиться из ссылки и проживать в деревне. Бывшая невеста императора Петра II, Мария Меншикова, через несколько лет умерла от оспы.)
   Итак, цесаревна Анна Петровна и ее недруг – властолюбец Александр Меншиков ушли из жизни почти одновременно. Сын Анны Петровны остался на попечении отца-герцога. Детство лишившегося матери внука Петра I прошло в замке голштинских герцогов в основном среди военных. Уже с семи лет его обучали различным правилам военного искусства, разрешали присутствовать на парадах. Мальчику это нравилось, военные премудрости он познавал охотно, проводя почти все дни в дворцовой казарме в окружении офицеров и солдат.
   Когда Карлу Петеру Ульриху исполнилось одиннадцать лет, умер его отец. Оставшись вдовцом, он глубоко переживал уход из жизни своей русской жены. Он, по своему, успел к ней привязаться, был безгранично благодарен за рождение наследника-сына, но понимал, что отныне петербургский двор стал для него недосягаем. Собственно, так и случилось: со смертью Анны Петровны о герцоге и его делах вскоре в России забыли.
   Незадолго до смерти в «Заметках об истории своей семьи» Карл Фридрих написал: «Россия навсегда осталась в моих самых лучших воспоминаниях». А в 1735 году спустя десять лет после своей свадьбы с дочерью Петра Великого герцог Голштейн-Готторпский, о котором в России все практически забыли, в память о своей безвременно почившей августейшей супруге учредил орден Святой Анны. Позолоченный крест с красным орнаментом, посередине портрет святой Анны и буквы AIPI, которые можно расшифровать как «Анна, дочь императора Петра I». В 1742 году этот орден четырех степеней с бриллиантовыми знаками «переселился» в Россию. Сначала он оставался иностранным орденом, а в 1797 году императором Павлом I, внуком Анны Петровны, был включен в состав российских орденов для награждения лиц всех сословий как внутри страны, так и за границей. Его присуждали вплоть до революции 1917 года.
   Карл Фридрих больше не женился. Он вел уединенную жизнь в своих голштинских имениях. «Я искал покой и не находил его», – писал герцог в «Заметках» незадолго до смерти. Он умер 18 июня 1739 года в поместье Рольфсхаген, не дожив до сорока лет одного года. Похоронили герцога в церкви городка Бордесхольма, расположенного на пути из Киля в Шлезвиг, в новой усыпальнице готторпских правителей.
   Опекунство над наследником взял двоюродный дядя, любекский княжеский епископ Адольф Фридрих, будущий король Швеции. Воспитание осиротевшего принца было поручено гофмаршалу Брюммеру, который установил для него настоящий казарменный порядок. Мальчик рос нервным и впечатлительным ребенком – отсутствие материнской ласки явно отражалось на его характере. Особых наук он не изучил, интереса к чтению не приобрел. Лишь игра на скрипке была ему по душе, причем играл он самозабвенно и с большим чувством. Он любил музыку и живопись, при этом обожая и все военное.
   По желанию своей родной тетки, русской императрицы Елизаветы Петровны, вступившей на престол в декабре 1741 года, Карл Петер Ульрих вместе с воспитателем был привезен в Россию. Как когда-то и его мать, он прибыл в далекую, незнакомую страну, к которой он, выросший в немецком герцогстве и воспитанный в лютеранской религии, не питал никаких чувств. Императрицей ее четырнадцатилетний племянник был объявлен наследником российского престола. Его крестили по православному обычаю под именем Петра Федоровича, а в 1745 году женили на принцессе Ангальт-Цербстской Софии Августе Фредерике, получившей в православии имя Екатерины Алексеевны. Гармонии в этом браке не возникло.
   Находясь в России, сын русской цесаревны Анны Петровны фактически оставался «чужим среди своих». Поближе узнать родину своей матери, выучить ее родной язык, впитать в себя истоки православной веры он не стремился. Переселение в страну, которую он никогда не считал родной, хотя она готова была дать ему царскую корону, внук Петра Великого рассматривал как ссылку. Его любовь принадлежала далекой Голштинии, где он родился и вырос.
   Наследник русского престола выписал из Голштинии роту солдат, в Ораниенбауме, неподалеку от Петербурга (императрица Елизавета Петровна передала племяннику бывший дворец Меншикова), создал свою голштинскую армию и стал носить ее мундир. Несколько позже он стал надевать и орден Черного Орла, врученный ему прусским королем, к которому относился с обожанием.
   По достижении совершеннолетия великий князь Петр Федорович получил возможность управлять своим маленьким герцогством. Интересы Голштинии стали отныне главными в его жизни. Приглашение из Швеции занять королевский престол, освободившийся после смерти Ульрики Элеоноры, сестры его бабушки, внук императора Петра I отклонил.
   После смерти императрицы Елизаветы Петровны ее племянник вступил на престол под именем Петра III. Но правил он всего шесть месяцев и пять дней. Свою главную задачу сын рано умершей цесаревны Анны Петровны видел в освобождении Голштинии из-под власти Дании и возвращении голштинским герцогам Шлезвига, который его отец вынужден был уступить датскому королю еще в 1720 году. Он хотел сделать это герцогство, небольшое по площади, но важное по своему географическому положению, сильным союзником России – об этом когда-то мечтал его могучий дед – Петр Великий.
   Но вновь непредсказуемость судьбы…
   Восстание гвардейских полков, провозгласивших 26 июня 1762 года урожденную немецкую принцессу, в которой не было ни капли русской крови, самодержавной императрицей, низвергло сына цесаревны Анны Петровны с престола. После подписания акта об отречении он был заключен в загородный дворец в Ропше и вскоре там же злодейски убит. Официальное сообщение гласило, что бывший император скончался от «прежестокой колики».
   В форме голштинского офицера, скромно и без всяких почестей внука Петра Великого похоронили в Петербурге, в Александро-Невской лавре. Тридцать четыре года спустя вступивший на престол сын Петра III император Павел I велел перенести останки отца в Петропавловский собор для почетного перезахоронения рядом со своей матерью и ее родителями.
   Анна Петровна хоть и прожила всего лишь двадцать лет, но оставила свой след в русской истории. После смерти Петра II ветвь романовского рода пресеклась. Именно с Анны, дочери великого Петра, началась многолетняя тесная династическая связь России и Германии. С рождением герцога Голштинского Карла Петера Ульриха, будущего императора Петра III, династия Романовых в середине своей исторической жизни превратилась в династию Романовых-Голштинских. Последний русский император, Николай II, наряду с другими титулами носил титул герцога Шлезвиг-Голштинского.
   После смерти внука Петра Великого, императора Петра II, ушедшего из жизни в пятнадцать лет и не оставившего потомства, на российском престоле несколько десятилетий восседали женщины: Анна Иоанновна, Елизавета Петровна, обе урожденные Романовы, и Екатерина II, урожденная Ангальт-Цербстская. Последняя пришла к власти, переступив через смерть своего супруга, Петра III.
   Полунищая принцесса из маленького немецкого княжества была совершенно чуждой императорскому Дому Романовых по крови, но в супружестве с внуком Петра I оставила после себя сына-наследника, вступившего на престол под именем Павла I. Его жена, принцесса София Доротея Вюртембергская, за двадцать пять лет совместной жизни родила своему царственному супругу четырех сыновей и шесть дочерей. Свои судьбы дети по установившейся традиции связали с иноземцами. Сыновья – Александр, Константин, Николай и Михаил – женились на немецких принцессах. Дочери – Александра, Елена, Мария, Екатерина и Анна (Ольга скончалась в малолетстве) – вынуждены были покинуть родное родительское гнездо в Петербурге и приобрести новую Родину вдали от России. Вена, Шверин, Веймар, Штутгарт, Гаага – такова география их пребывания на чуждой земле.
   О том, как сложилась жизнь в замужестве, и пойдет рассказ на следующих страницах.
Чтение онлайн



1 2 3 4 [5] 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32

Навигация по сайту


Читательские рекомендации

Информация