А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Освобождение 1943. «От Курска и Орла война нас довела…»" (страница 28)

   Операция «Кутузов»

   Несмотря на принятое весной 1943 г. решение отдать противнику стратегическую инициативу и перейти к обороне, советское командование не отказалось от планирования наступательных операций. Собственно концентрация немецких войск для мощного наступления на северном и южном фасах Курской дуги одновременно означала существенное ослабление других участков фронта. Немецкую оборону на этих ослабленных участках можно было прорвать и добиться крупных успехов до того, как противник подтянет резервы. Более того, стремление измотать немецкие танковые дивизии в обороне преследовало цель ослабить их в достаточной степени, чтобы они уже не могли эффективно противодействовать запланированным советским наступлениям. Поэтому начавшиеся 12 июля 1943 г. наступательные операции Западного и Брянского фронтов ни в коей мере нельзя назвать экспромтом.
   Планирование наступлений на Западном и Брянском фронтах началось еще в апреле 1943 г. В финале зимней кампании 1942/43 г. в районе города Орел образовался выступ фронтом на восток. Войска Западного, Брянского и Центрального фронтов охватывали с трех сторон немецкую группировку в районе Орла. Такое положение само по себе заставляло думать о новом «Сталинграде», на этот раз летнем. Наиболее логичным решением были мощные удары в основание орловского выступа, срезающим его с образованием крупного «котла». Однако весной 1943 г. были получены данные разведки о готовящейся немцами операции «Цитадель», и по воле Сталина инициатива была отдана противнику. Центральный фронт на южном фасе Орловской дуги стал готовиться к обороне. Более того, встречный удар по сильной во всех отношениях немецкой наступательной группировке не сулил ему быстрого успеха. Тем не менее, план большого наступления не был отброшен, его лишь пришлось радикально переработать. Было принято решение концентрическими ударами трех фронтов рассечь немецкую группировку в районе Орла на несколько частей, окружить и уничтожить. Операция получила кодовое наименование «Кутузов» по имени русского полководца времен войны с Наполеоном.
   Ввиду того что Центральный фронт естественным образом выбывал из активных бойцов грядущей битвы, мощные удары должны были наносить войска Западного и Брянского фронтов. Брянский фронт должен был ударить по «макушке» выступа, рассекая его надвое. Точнее будет сказать, что войска Брянского фронта должны были нанести два охватывающих удара. Первый – из района Новосиль, охватывая Орел с юга. Второй – из района северо-восточнее Болхова в общем направлении на Болхов с целью совместно с войсками Западного фронта ликвидировать болховскую группировку противника, а затем наступать на Орел с севера.
   Войска левого крыла Западного фронта должны были прорвать оборону противника на северном фасе Орловской дуги, юго-западнее Козельска. После прорыва в глубь обороны противника ударная группировка фронта разделялась для наступления на двух расходящихся направлениях. Фактически она должна была решать две разнонаправленные задачи. Первой задачей был разгром совместно с войсками правого крыла Брянского фронта болховской группировки немцев. Второй задачей было наступление в общем направлении на Хотынец – узел шоссейных дорог и железнодорожная станция на железной дороге Орел – Брянск. Тем самым перехватывалась основная линия снабжения немецких войск в районе Орла. Решение наступать одновременно на Болхов и на Хотынец кажется спорным сегодня и казалось спорным тогда, в 1943 г. Тем не менее сами немцы называли Болхов «ключом к Орлу». Захват этого крупного узла дорог существенно облегчал развитие наступления в тыл орловской группировке немцев. В итоге по плану операции «Кутузов» войска Западного фронта должны были разгромить части противника, прикрывавшие Орел с севера, северо-запада, и, глубоко охватив орловскую группировку врага с запада, совместно с войсками Брянского фронта уничтожить ее. Ввиду разнообразия поставленных задач ударная группировка Западного фронта была самой многочисленной.
   Кроме того, предусматривалось, что войска правого крыла Центрального фронта после ликвидации попытки противника прорваться к Курску с севера перейдут в наступление в общем направлении на Кромы. Таким образом, Центральный фронт все же получил наступательную задачу. Без его участия срезание Орловской дуги было бы невозможным.
   Для реализации плана этого большого наступления было решено создать четыре ударные группировки различной силы и численности: одну – на левом крыле Западного фронта – на участке 11-й гвардейской армии, в районе юго-западнее Козельска; другую – на участке 61-й армии Брянского фронта – в районе северо-восточнее Болхова, и третью – на стыке 3-й и 63-й армий в районе Новосиль. В качестве четвертой ударной группировки должны были действовать войска правого крыла Центрального фронта. С воздуха операция обеспечивалась тремя воздушными армиями (1-й, 15-й и 16-й), а также авиацией дальнего действия.
   Следует подчеркнуть, что по первоначальному плану операция «Кутузов» должна была завершиться в рекордно короткие сроки – 4–5 суток. Это позволяло добиться решительного результата до того, как противником будут введены в бой подвижные соединения из 9-й армии, задействованные в наступлении по плану «Цитадель». Любое промедление означало усиление обороны орловского выступа за счет демонтажа ударной группировки немецкой 9-й армии.
   Несмотря на долгую проработку плана операции, у советского командования еще оставались сомнения относительно правильности принятых решений. В первую очередь они касались направления, на котором следовало использовать 3-ю гвардейскую танковую армию П.С. Рыбалко. Незадолго до начала операции между начальником штаба Брянского фронта Л.М. Сандаловым и начальником автобронетанкового управления Красной армии состоялся разговор следующего содержания:
   «– Послать такую армию через многочисленные укрепленные рубежи противника на орловском выступе, использовать ее в качестве тарана при наступлении на Орел, а затем упереть в Оку едва ли разумно, – убеждал меня Федоренко.
   – Разве фронт может теперь наступать без танковой армии? – возразил я.
   – Под Орлом сложилась наивыгоднейшая обстановка для наших войск, даже более благоприятная, чем на Волге, – продолжал Федоренко. – Уже, теперь орловская группировка противника, по существу находится в полуокружении. Если нанести одновременный удар крупными силами с севера и юга на Орел, то все вражеские войска восточнее Оки окажутся в мешке. Почему бы удары армий Баграмяна и Белова с севера на Орел не совместить в один мощный удар? Вот для развития этого удара навстречу войскам Рокоссовского и выгодно было бы ввести армию Рыбалко. Если бы вы от имени командования Брянского фронта внесли такое предложение в Ставку, вероятно, оно было бы принято».
   На момент, когда происходил этот разговор, танковая армия Рыбалко еще находилась в подчинении Ставки. Она была резервом на случай возникновения кризиса в оборонительном сражении. Ее еще можно было перебросить на Западный фронт. Но Федоренко не удалось убедить командование Брянского фронта отдать обещанную им танковую армию. В план операции «Кутузов» изначально было заложено спорное решение. Орловский выступ планировалось не срезать ударами под основание, а дробить на части.

   План наступательной операции по ликвидации орловского плацдарма

   Общий ход боевых действий по разгрому орловской группировки немцев

   Войсками трех фронтов группировка советских войск, нацеленная на 9-ю и 2-ю танковую армии, не исчерпывалась. Советское верховное командование имело возможность развивать успех и парировать кризисы за счет резервов. В резерве Ставки ВГК на западном направлении находился 2-й гвардейский кавалерийский корпус. Здесь же завершала формирование 11-я армия И.И. Федюнинского в составе восьми стрелковых дивизий и трех танковых полков. Также на западном направлении в резерве советского командования имелись несколько подвижных соединений. Во-первых, это 4-я танковая армия из одного механизированного и двух танковых корпусов, а во-вторых, на западное направление был переброшен 25-й танковый корпус. Есть все основания утверждать, что эти крупные силы танков и пехоты не предназначались первоначально для сражения за Орел. Если бы операция шла по плану, то они бы просто не успели принять участие в бою. Скорее всего, Ставка ВГК предполагала их использование на смоленском направлении.
   В силу ряда обстоятельств сражение за орловский выступ в июле – августе 1943 г. распалось на несколько обособленных операций. Поэтому целесообразно описать каждую из них по отдельности.

   Орловская операция

   На «макушке» орловского выступа, под Новосилем, фронт оставался неподвижным в течение многих месяцев. Фактически стороны стояли на той же линии, на которой остановилось советское наступление зимой 1941/42 г. Противники достаточно хорошо изучили местность и друг друга. В распоряжении немцев было почти полтора года, чтобы довести до совершенства свою оборону и тщательно оборудовать ее в инженерном отношении. Вдоль линии фронта протекала небольшая речка Зуша. Ее можно было во многих местах перейти вброд, однако илистое дно и крутые берега делали Зушу серьезным препятствием для танков. Поэтому первоначально советское наступление должно было начаться с небольших плацдармов, захваченных на Зуше еще в 1942 г. На них танки можно было переправить заранее или хотя бы заранее построить мосты для них.
   Разумеется, подступы к плацдармам были укреплены немцами лучше всего. Трудности со взломом немецкой обороны перед плацдармами на Зуше вынуждали искать альтернативные решения. В июне 1943 г. командующим 3-й армией был назначен генерал А. Горбатов. Это был человек непростой судьбы, во времена сталинских «чисток» он попал в застенки НКВД, но незадолго до войны был освобожден и вернулся в армию. Он отличался твердым характером и не боялся спорить с командованием. Именно он предложил изменить план операции. Впоследствии в мемуарах он описал свое предложение так:
   «– Я вношу предложение: отвести нашей 3-й армии самостоятельный участок для прорыва. Причем прорывать оборону противника будем с форсированием реки в районе Измайлово, Вяжи. Отвлекая внимание противника, заходя к нему в тыл, мы поможем 63-й армии, облегчим ей выполнение задачи. Развивая дальше свою мысль, я выразил уверенность, что если нам удастся прорыв обороны противника, то танковый корпус и армию лучше будет ввести в нашей полосе – здесь будет меньше противотанковых препятствий, чем на участке плацдарма».
   Подумав, Жуков, участвовавший в планировании операции, согласился с Горбатовым. План операции был в последний момент изменен. К сожалению, его не удалось полностью сохранить в тайне. Впоследствии командир оборонявшегося на этом направлении XXXV корпуса Лотар Рендулич писал:
   «По данным радиоперехвата, главный удар советских войск должен был приходиться по позициям 431-го пехотного полка, стоящего на левом фланге 262-й пехотной дивизии, которой командовал генерал-лейтенант Фридрих Карст. Если бы русским удалось совершить прорыв в этом месте, они бы незамедлительно воспользовались ландшафтом, чтобы развернуть свои танки. В первый же день боя стало очевидно, что главные силы Советов направлены именно в то место, что мы и ожидали».
   Воспоминания Рендулича не оставляют никаких сомнений относительно того, о чем идет речь: «Участок обороны 431-го пехотного полка (как и почти всего фронта корпуса) располагался за рекой шириной тридцать метров».
   В итоге план операции Брянского фронта под Новосилем выглядел следующим образом. Наступать на Орел с востока должны были 3-я и 63-я армии. Ударную группировку 3-й армии составляли три стрелковые дивизии и два танковых полка. Одна дивизия должна была наступать с форсированием реки Зуши, вторая – с плацдарма у деревни Вяжи, третья была во втором эшелоне. Численность поставленных на направление главного удара трех стрелковых дивизий армии Горбатова была на достаточно высоком уровне, от 7795 до 8439 человек. Всего же в составе 3-й армии было шесть дивизий, а ее общая численность вместе с частями усиления составляла 85 513 человек. Плановые темпы наступления армии были довольно высокими. За первый день операции она должна была продвинуться вперед на 10–12 км, за два дня – на 24–26 км, за три дня – выйти к реке Ока, т. е. продвинуться на 34–36 км.
   В ударную группировку 63-й армии генерал-лейтенанта В.Я. Колпакчи входили шесть стрелковых дивизий. Все они должны были наступать с плацдарма на Зуше. Поддержка наступления пехоты возлагалась на шесть отдельных танковых полков в составе 162 танков (84 КВ, 68 Т-34, 10 Т-70) и пять самоходно-артиллерийских полков в составе 6 °CАУ различных типов. На 10 июля 1943 г. 63-я армия насчитывала 67 189 человек в семи стрелковых дивизиях. Ввиду того что Брянский фронт длительное время не вел широкомасштабных боевых действий, его дивизии находились в хорошей форме. Они насчитывали по 9200–9300 человек, весьма близко к штатной численности. Также по плану операции именно в 63-й армии должен был войти в прорыв 1-й гвардейский танковый корпус. Предложение Горбатова было принято лишь частично. Также советское командование возлагало на 63-ю армию большие надежды. Плановые темпы ее наступления были заметно выше, чем у соседней 3-й армии. За первый день операции 63-я армия должна была пройти 15–16 км, за два дня – 30–32 км и за три дня – 42–44 км.
   Такие высокие темпы наступления можно было бы назвать излишне оптимистичными, если не принимать во внимание состояние войск противника. Кулак, который собрало немецкое командование для проведения «Цитадели», заставил сильно ослабить оборону на периметре Орловской дуги. Рендулич позднее сетовал: «Четыре мои дивизии были развернуты на огромном фронте шириной 140 километров. С севера на юг: 34-я пехотная дивизия занимала 20-километровую, 56-я пехотная дивизия – 40-километровую, 262-я пехотная дивизия – 30-километровую и 299-я пехотная дивизия – 40-километровую полосу». Ударная группировка Брянского фронта нацеливалась на стык 56-й и 262-й пехотных дивизий.
   С воздуха поддержку наступления Брянского фронта осуществляла 15-я воздушная армия. К началу операции она насчитывала 995 боевых самолетов, в том числе 269 штурмовиков и 111 дневных бомбардировщиков. В числе последних была авиадивизия на бомбардировщиках Ил-4. Эти крупные двухмоторные самолеты могли нести намного большую бомбовую нагрузку, чем стандартные для ВВС Красной армии того периода штурмовики Ил-2 или бомбардировщики Пе-2. Неудачи 1941 г., когда Ил-4 днем легко становились жертвами истребителей противника, надолго оттеснили Ил-4 на роль дальнего ночного самолета. Летом 1943 г. было сочтено, что Ил-4 днем можно будет прикрыть истребителями и тем самым избежать напрасных потерь.

   Пристрелка 37-мм пушек самолета-истребителя танков Ju-87G

   За сутки до начала общего наступления, 11 июля 1943 г., по указанию Ставки Верховного Главнокомандования наши войска произвели силовую разведку боем на всех участках, намеченных для прорыва. Целью такой разведки ставилось: вскрыть огневую систему противника и установить истинный передний край его обороны; создать у немцев впечатление перехода в наступление наших главных сил и тем заставить немецкое командование вывести свою живую силу и огневые средства из убежищ для отражения наступления.
   Целесообразность этих атак можно проиллюстрировать следующим примером. Один из участников тех боев, капитан Василий Поздеев, вспоминал:
   «Важнейшим узлом сопротивления противника были два полуразрушенных каменных здания колхозной конюшни. Они стояли на северо-западной окраине деревни Вяжи на каменистой возвышенности в устье речушки Паниковец… небольшая возвышенность с двумя каменистыми строениями на ее вершине господствовала над всем плацдармом и округой в радиусе 4–5 километров. Немцы превратили высоту с конюшнями в мощный опорный пункт своей обороны. На скатах высоты, обращенных в нашу сторону, были построены две линии траншей полного профиля, множество ходов сообщения».
   11 июля батальон 380-й стрелковой дивизии после трехчасового обстрела района конюшен и залпа «катюш» в полдень атаковал высоту и после рукопашной схватки овладел этим опорным пунктом немцев. Тем самым была облегчена задача наступления в первый день операции.
   В 2.00 12 июля артиллерия 3-й и 63-й армий начала артиллерийское наступление. Свыше 4000 орудий и минометов открыли сильный огонь по расположению первых и вторых траншей противника. Вскоре в воздухе появились бомбардировщики и штурмовики, которые обрушили на немецкие позиции бомбы и реактивные снаряды. Столбы пламени от взрывов плотной стеной покрыли расположение немецких окопов. Под прикрытием огня артиллерии и авиации советские пехотинцы в 5.30 пересекли вброд реку Зуша и сблизились с траншеями противника. Пехотинцы, атаковавшие через реку по плану Горбатова, как и предсказывалось, оказались без поддержки танков. Танковый полк не смог переправиться с пехотой, на броде через Зушу застряло сразу пять танков. Полк был вынужден после 3 км марша переправляться на плацдарм, по готовому мосту.


   Расчет Горбатова оказался верным лишь частично. Как уже было сказано выше, немецкая радиоразведка вскрыла этот маневр. Тем не менее наступавшая с форсированием Зуши стрелковая дивизия быстро прорвалась вперед. Ее натиск заставил отойти немецкие части на фронте перед плацдармом у Вяжей. За день ударная группировка 3-й армии продвинулась на 5–7 км. Напротив, наступление 63-й армии с плацдарма не оправдало надежд командования. Немцами были сильно укреплены высоты на подступах к плацдарму и, несмотря на поддержку танков и большого количества артиллерии, атаки частей армии Колпакчи были безуспешными. Вечером того же дня, в 21.15, командующий фронтом М. Попов приказал вводить 1-й гвардейский танковый корпус в полосе наступления 3-й армии Горбатова.
   В тот же день, 12 июля, фельдмаршал фон Клюге приказал перебросить во 2-ю танковую армию 12, 18-ю и 20-ю танковые дивизии, 36-ю пехотную дивизию, а также САУ «Фердинанд» и тяжелую артиллерию. Он еще рассчитывал быстрым вводом этих резервов стабилизировать ситуацию. Также против советского прорыва была брошена авиация. Если из выделенных для парирования кризиса соединений XXXV корпусу досталась пока только 36-я дивизия, то основные усилия 6-го воздушного флота оказались сосредоточены именно здесь, на «макушке» Орловской дуги.
   Немецкой авиации суждено было сыграть ключевую роль в событиях последующего дня. Советский 1-й гв. танковый корпус ночным маршем вышел в назначенный район, к 5.00 переправился через Зушу и сосредоточился в тылу наступающей пехоты. Успешный ввод в прорыв свежего подвижного соединения мог привести к крушению немецкого фронта на дальних подступах к Орлу. Однако в районе сосредоточения на 1-й гв. танковый корпус обрушились мощные удары немецкой авиации. В докладе штаба 3-й армии позднее отмечалось: «По рассказам прибывшего в район Евтехов начальника оперативного отдела ШТАРМА-3 полковника Владимирского, весь корпус, сбившись в лесах, вместо движения вперед нес громадные потери от авиации противника. Опушки лесов были загромождены машинами, много танков сгорело на поле и в лесах. Около машин лежали убитые и раненые танкисты». В большей степени от ударов с воздуха пострадали, конечно, не танки, а автомашины танкового корпуса.
   Только в середине дня бригады корпуса удалось привести в порядок и бросить в бой. Запланированного быстрого прорыва в глубину не состоялось. Бригады медленно двигались вперед под градом бомб.

   Противотанковая модификация немецкого самолета Ju-87G. Хорошо видны подвешенные под крыльями 37-мм пушки

   Истребитель ФВ-190 в варианте штурмовика из состава II группы 1-й штурмовой эскадры (Sch.G 1). «Фокке-вульфы» с лета 1943 г. постепенно становились основным ударным самолетом люфтваффе

   Не следует думать, что многочисленная советская авиация никак не пыталась воспрепятствовать атакам на 1-й гв. танковый корпус. Однако проблема лежала в области тактики. Самолеты немецкого 6-го воздушного флота действовали крупными группами, по нескольку десятков машин. Так, например, одна из таких групп состояла из 36 бомбардировщиков под прикрытием 20 истребителей ФВ-190. Патрули советских истребителей, состоявшие из 8–16 машин, сковывались боем и не могли помешать «юнкерсам» бомбить наземные войска. Вызванное по радио подкрепление чаще всего не успевало прибыть вовремя – воздушный бой уже завершался. Для эффективного противодействия требовалось летать более многочисленными группами.
Чтение онлайн



1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 [28] 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46

Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация