А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Черная свита" (страница 26)

   Глава 21

Империя Оствер. Грасс-Анхо. 25.01.1405
   Про первую акцию в Чёрном городе можно было бы и не рассказывать, ибо всё прошло по плану Ойсы без особых неожиданностей. Однако во время проведения этой операции произошло событие, благодаря которому рядом со мной появился ещё один человек, на которого я мог положиться в своих делах.
   В трактире «Роза» я и Сховек были в назначенный Симом Ойсой срок. К объекту подошли со стороны реки Ушмай, берег которой находился в двухстах пятидесяти метрах от объекта. По пути сделали остановку на прилегающих к увеселительному заведению развалинах древнего дома, которых вокруг было немало, и посмотрели на освещённую тремя фонарями (на баке, юте и мачте), качающуюся на речных волнах невдалеке от нас военную галеру. Постояли, помянули добрым словом тёплые ветра, несколько дней назад задувшие с юга и унёсшие к океану лёд. Отметили, что вытащить пленного в Белый город по воде гораздо легче и проще, чем тянуть его на своих плечах. Дождавшись ударов судового колокола, извещающего о начале одиннадцатого часа ночи, мы выдвинулись из развалин, прошли вверх по разбитой грязной улочке, протиснулись через неприметный проулок, где воняло мочой и дерьмом, и оказались перед двухэтажным зданием, из которого доносился шум человеческих голосов. Рядом в грязи валялась пара человек, по виду рыбаки, а уличные местные бездомные малолетки выворачивали им карманы. Для Чёрного города это обычная картина, и, сплюнув на покрытую нечистотами землю, уверенной походкой мы вошли в заведение мадам Фаис Данкасс, которую иногда еще называли Красоткой. Видимо, таков воровской юмор – прилепить хозяйке полубандитского трактира прозвище, которое ей совсем не подходило. По описаниям я знал, что сестра Айка Лопаты красавицей точно не была – неопрятная бабища с горбом на спине и шрамами на лице, в своё время поднявшаяся из низов благодаря пробивному брату, который по молодости промышлял заказными убийствами, и собственному таланту профессионально делать минет. В общем, типичная местная маруха из воровского общества.
   Войдя в трактир, мы с напарником на минуту остановились и осмотрели место, куда нас занесла судьба и приказ начальника. Просторное помещение, по которому в свете тусклых масляных ламп клубами плавал сизый дым с характерными запахами конопляной шмали и ещё какой-то дряни с привкусом мускатного ореха. Вдоль стен стояли большие столы, за которыми сидело местное население, воры, шлюхи, рыбаки, матросня с речных торговых барж, несколько наёмников и пара мелких чиновников ТПП в грязных сюртуках с блестящими глазками наркоманов. Слева и справа от двери – два отдельных столика, где расположились трактирные вышибалы – здоровенные косматые дяди с мордами разбойников, шрамами на лицах, выбитыми зубами и мощными кулаками. Немного дальше находилась прикрывающая внутреннюю лестницу на второй этаж широкая барная стойка.
   «Примерно так я себе всё и представлял», – подумал я, прикинул, что в помещении на первом этаже не менее сотни человек, из которых треть готова в любой момент пустить в ход ножи, и направился вслед за Сховеком, который двинулся к одному из свободных столов. Едва мы уселись за потемневшую от жира, копоти и пролитого на дерево пива дубовую столешницу, к нам сразу же подскочила одна из служанок, дородная невзрачная бабёнка в штопаном сером платье и замызганном сальном переднике.
   – Что будете пить? – устало спросила она.
   – Чего-нибудь позабористей, – бросил Сховек. – Тавирское тёмное есть?
   – Да, – кивнула женщина.
   – Две кружки. В каждую пусть кинут по хорошей горсточке молотых орешков нинч. Поняла?
   – Сделаем.
   Служанка и прочие постоянные обитатели трактира уже оценили нас и приняли за тех, под кого мы маскировались, то есть за не очень удачливых наёмников. Одежда потрёпанная, заказ стандартный – недорогое пиво с дурманными орешками нинч, чтобы по голове долбило круче и кайф не расходовался. А потому внимания мы не привлекли, и, когда перед нами появился заказ, Сховек и я незамедлительно припали к литровым глиняным кружкам и жадно начали глотать вонючую тёмно-серую бурду, которая здесь считалась тёмным тавирским пивом. Пить эту гадость не хотелось, мерзость редкостная, да ещё и с молотыми орешками нинч, по свойству схожими с димедролом и сильно горчащими. Помню, в бытность мою Лёхой Киреевым во время поиска на дальнем хуторе в Отрадненском районе Краснодарского края угостила меня одна бабушка самогоном, где были подобные таблетки. Так я чуть было с жизнью не распрощался, сутки болел и с трудом выжил. Однако это всё осталось в далёком-предалёком прошлом, а в сегодняшней реальности я одним махом выдул половину кружки, изобразил удовольствие, крякнул, срыгнул и посмотрел на служанку, которая протянула ко мне пустую грязную ладонь. Надо было отдать ей деньги за заказ, и, разыграв с напарником сцену, кто будет расплачиваться за выпивку, я горделиво повёл плечами, бросил на стол серебряный нир и сказал:
   – Гулять так гулять. Всё равно завтра в поход, а на войне деньги не нужны. Две бутылки бренди покрепче, ещё два пива с орешками и мясной закуски.
   Всё это было сказано таким тоном, словно я на стол не серебро, а золото кинул. Служанка понимающе ухмыльнулась, взяла монету и ушла за бренди. А мы продолжили изображать из себя любителей выпивки, судорожно поглощали пиво и наблюдали за всем, что вокруг нас происходило. Вроде бы в трактире всё как обычно. Пьяные выкрики и здравицы, взвизги дешёвых шлюх и раскатистый смех алконавтов, всё тот же наркотический дым, грохот отодвигаемых скамеек и тусклый свет. И если бы мы в самом деле были пьяны, то воспринимали бы всё происходящее естественно. Но пиво, а затем и бренди нас не брали, и то, что сегодня в трактире «Роза» не обычный вечер, нам было заметно, слишком суетились служанки, а бармен нет-нет да и бросал настороженные взгляды на лестницу. И даже такой неопытный в Чёрном городе человек, как я, это всё видел, а с комментариями Сховека, который полушёпотом объяснял мне, что здесь и как, трактирные расклады становились прозрачными и понятными.
   Ближе к одиннадцати часам ночи со второго этажа спустился тощий бледный юноша в ярких лиловых штанах и красной рубахе со взором горящим – наркоман со стажем Гаррс, проститутка в мужском обличье, живущий с хозяйкой трактира за деньги и дозу, а по совместительству стукач Сима Ойсы. Он прошёл к вышибалам и что-то им сказал, видимо, известил их о прибытии важного гостя, Айка Лопаты. И когда он ушёл, здоровяки напряглись и изобразили готовность порвать любого, кто только вздумает излишне шуметь или подняться наверх.
   Затем в зале появились два наёмника, бывалые мужики в новых кожаных колетах, обвешанные ножами, словно новогодние ёлки игрушками. Это были двое из четырёх постоянных телохранителей воровского авторитета, которые, не полагаясь на вышибал трактира, вышли в зал. Подобное поведение охранников было не запланировано, но сказать им, что, мол, ребята, валите наверх, вы нам будете мешать, мы, естественно, не могли. И приходилось принимать ситуацию, как она есть. На колени телохранителям тем временем упали две молодые девахи кровь с молоком в чистой одежде, элита среди местных жриц любви. Но воины потискали бабёнок и прогнали прочь – они на работе, и им не до развлечений. Шлюшки посмеялись и исчезли за барной стойкой.
   В общем, всё было относительно тихо, без неприятностей, и постепенно трактир начал пустеть. Ночные работники ножа и топора отправились на промысел, алкоголики уже валялись под столами или на улице, нарики вмазались, а приличной публики вблизи не наблюдалось. Мы с напарником выпили всё, что у нас было, и съели закуску, несвежую подкопчённую баранину, которая была густо пересыпана перцем, и за этим занятием досидели до полуночи, и пришла пора действовать. На лестнице появился Гаррс, который замер, оглядел полупустой зал трактира и ломким писклявым голоском прокричал:
   – Всем по кружке светлого пива за счёт заведения! Хозяйка угощает!
   Это был нам сигнал. И после того, как служанки разнесли халявное пиво, надо сказать, неплохое, и все присутствующие выпили за здоровье Красотки, началось движение. Сначала на внутренний двор, один за другим, вышли Ойса, Кантар, Тэнш и Кэмпи. Затем, покачиваясь и делая вид, что с трудом сдерживают рвотные позывы, на улицу устремились Фтан и Кушнер, которым предстояло стоять на шухере и сдерживать тех, кто хотел бы войти внутрь. И лишь только они оказались за дверью, Сховек толкнул меня под столом ногой и предупредил:
   – Начинаем! Готов?
   – Завсегда готов, – ответил я и, разминаясь, повёл плечами.
   – Ну, боги нам в помощь, – прошептал бывший гладиатор. – Беру на себя охранников, а ты займись трактирными вышибалами.
   – Ясно.
   Сжимая в руках пустую пивную кружку, Сховек встал из-за стола и вышел в широкий проход. Посмотрев на бодигардов Айка Лопаты, он громко спросил их:
   – Вы чего на меня уставились?!
   Отреагировали, как и было положено, не телохранители, для которых Сховек внешне явно был не противник, а вышибалы. К нашему столу подскочили сразу двое, и один из них, косматый мужик лет сорока с поломанным носом, надвинувшись на моего напарника, сказал:
   – Э-э-э, ты на кого пасть распахнул?! Заткнись!
   Сховек не ответил, а начал драку. И первое, что он сделал, – это впечатал глиняную кружку в лоб мужика. Хрупкая глина раскололась, остатки пива разлились по лицу трактирного бойца, и он недоуменно выдохнул:
   – Ты чего?! Да мы же тебя…
   Договорить мой напарник ему не дал и ударом в челюсть отправил вышибалу в нокаут. Шкафоподобный верзила закачался и рухнул, и, следуя примеру Сховека, я выметнулся из-за стола на открытое пространство и вступил в драку со вторым трактирным бойцом. Раздумывать было некогда, и, пока не дошло до ножей и мечей, требовалось вырубить противника жёстко и без колебаний. Поэтому я хотел сразу же ударить выступившего против меня мужика в гортань. Но пол в трактире был скользкий, и в прыжке я неудачно приземлился на одно колено, прямо перед противником. Секунда-другая – и вышибала просто навалился бы на меня всей своей стокилограммовой массой и задавил бы лейтенанта Ройхо, словно кутёнка. Однако я не промедлил и нанёс удар кулаком по гениталиям противника. Костяшки пальцев впечатались в мягкое место, и по залу разнёсся трубный рёв боли, от которого с потолка посыпалась сажа и пыль. Вышибала схватился за промежность и согнулся, а я смог быстро встать и ногой ударил его в голову.
   «Жаль, в сапогах стальных набоек нет, как на морских „сэфети шузах”. Эффект от удара был бы смертельный», – наблюдая за падением местного бойца, подумал я. После чего развернулся к следующему верзиле, который устремился на меня от лестницы. Место для манёвра имелось. И я сделал двоечку: левым кулаком в челюсть, правым по печени. Удары у меня хорошие, отработанные, и я всё выполнил быстро и красиво. Однако противник не упал, видать крепкий мужик, и его руки-клешни обхватили меня и прижали к себе.
   – Порву! – выдохнул он мне в лицо пивным перегаром и чесноком и постарался ударить меня головой в переносицу. Я прикрылся левой рукой, которая защитила лицо, а правой вынул из ножен кинжал и всадил его противнику в бок на всю длину стального клинка. По ладони потекла кровь, рукоятка намокла, а вышибала дёрнулся раз-другой, и его ослабевшие руки отпустили меня.
   Я свободен. Взгляд вправо, на Сховека, который метнул нож в одного из телохранителей Айка и прикончил его, затем в прыжке ногой свернул челюсть ещё одного вышибалы, а теперь сцепился со вторым наёмником. Ему моя помощь пока не требуется, и я смотрю влево. От двери приближаются ещё два местных блюстителя порядка – у одного обшитая кожей дубинка, а у другого мясницкий тесак. Все остальные посетители в драку не ввязываются, для них всё происходящее – развлечение.
   Левой рукой я оттолкнул от себя уже мёртвого вышибалу, и один из моих кинжалов остался в его теле. Правая ладонь прошлась по одежде, немного очистилась от крови, и я выхватил корт. Глаза следят за противниками, ноги полусогнуты, и я готов к продолжению драки. Скользкий пол я уже учитываю. Мир вокруг мутнеет, и есть два откормленных кабанчика, которые прут на меня.
   Первым на меня кидается человек с дубинкой. Я резко, как на уроке фехтования, шагнул ему навстречу и в сторону, пропустил массивное тело мимо и сделал выпад. Острая сталь корта скользнула по рёбрам врага. Длинный и глубокий порез вскрыл рубаху и кожу бандита, и из раны потоком хлестнула кровь. Он замер и вскрикнул, но я этого не видел, лишь слышал. Рывок вперёд! Корт схлестнулся с мясницким тесаком, который не уступает моему короткому клинку по размерам и прочности. Поворот рукой – и моя сталь рассекает кисть врага, тесак выпадает из его руки, и рукоятью корта я бью его в висок. Хруст костей! И мертвец падает на замызганный пол трактира.
   Поворот! И перед моим лицом, лишь самую малость не задевая меня, пролетает дубинка. Она возвращается к своему владельцу для нового замаха, а я следую за ней, припадаю на одно колено и наношу короткий удар. Остриё клинка вонзается последнему вышибале в горло. Красные брызги в лицо! Из тела врага хлещет кровь, и я быстро возвращаюсь в мир вокруг меня.
   Сховек, такой опытный боец, почему-то проигрывает. Его противник оказался силён и ловок и свалил бывшего гладиатора, который не сдавался и, даже лёжа на полу, пытался отбиваться от чужих клинков. Напарника надо было выручать, и я кинулся на наёмника со спины. Но взять его с тыла не удалось. Он резко развернулся, и мой корт ударился в два широких длинных кинжала и был отброшен в сторону. Рукоять выскользнула из руки, и я схватился за свой нож. Мы с противником закружили немного левее тела Сховека, который не мог подняться, видимо, был серьёзно ранен и что-то сипел. Глядя в спокойные глаза телохранителя, который вот-вот должен был перейти в атаку и прирезать меня, я неосознанно потянулся к силе кмитов, выбирая «Плющ».
   Наёмник рванулся на меня, но я отпрыгнул к стене, заманивая противника в сумрак, где можно применить своё боевое заклятие.
   – Ну, подставляй печёнку, – с весёлыми нотками в голосе произнёс телохранитель Айка и ловко взмахнул своими кинжалами.
   – Сейчас, – ответил я и перебросил свой кинжал в левую руку, а правой накинул на горло врага жгут магической удавки.
   Человек передо мной закачался и, выронив один из своих клинков, левой рукой схватился за горло, а я шагнул к нему навстречу и вогнал под его рёбра свой кинжал. Рывок на себя! Переброс клинка! И новый удар, уже под сердце, который окончательно добил противника. Теперь все, кто видел этот бой со стороны, мог сказать только одно – наёмник зарезал другого наёмника, и всё было честно. Старый гонял молодого, но дело до конца не довёл и за это поплатится.
   Я вышел на свет и направился к Сховеку, который никак не мог подняться. И в этот момент в покоях хозяйки раздался взрыв энергокапсулы, а после него сверху послышался истошный крик Гаррса:
   – Пожар! Бегите!
   Посетители, кто был в состоянии адекватно воспринимать всё происходящее, служанки, шлюхи и бармен вскочили и, хватая всё, что попадалось под руку, по трупам на проходе устремились к главному входу. Времени терять было нельзя. Я подскочил к напарнику и одним рывком оттащил его к стене. Мимо нас промчалась толпа напуганных взрывом и криками Гаррса (которого сейчас наверняка Ойса на клинок надевает) людей, а наверху раздался ещё один взрыв боевой магической гранаты. Здание трактира тряхнуло, и на пол упало одно из стропил. Сверху потянуло гарью, а значит, нам с напарником пора покидать трактир и сам Чёрный город.
   Однако Сховек – мужик тяжёлый, и ранения у него нешуточные – пара глубоких порезов в районе брюшной полости и дырка в левом бедре. Артерия перебита, и он заливается кровью. В общем, дела напарника были плохи, а эликсиров при нас не было, на этом начальник настоял, конспиратор хренов. На помощь рассчитывать нельзя, каждый уходит сам по себе. И по инструкции тайных стражников «Имперского союза», с которой меня, под подписку о неразглашении, ознакомили ещё в первый день работы в команде Сима Ойсы, я должен был добить бывшего гладиатора и покидать трактир в одиночку. Но что-то удерживало меня от подобного поступка, хотя я реально понимал, что, будь на моём месте Сховек, он бы меня обязательно бросил.
   – Беги, – понимая, о чём я сейчас думаю, просипел напарник и, закрыв глаза, сам подставил под удар горло.
   «Правильный мужик, – глядя на него, подумал я и принял решение: – Не брошу его, на себе потащу. Будет удача с нами, выкрутимся, а прижмёт, тогда и добью Сховека».
   Определившись в своих дальнейших намерениях, я действовал без промедления. И пока пожар не распространился на весь трактир, снятым с наёмника ремнём я перетянул бедро Сховека и остановил кровотечение. Напарник вновь открыл глаза, посмотрел на меня и выдохнул:
   – Вали отсюда, дурачок. Это Чёрный город, здесь с раненым долго не пробегаешь.
   – Молчи! – ответил я. – Вытащу тебя!
   – А сможешь?
   – Смогу.
   Мой голос прозвучал уверенно, и Сховек затих, а я приступил к обыску наёмников. «Не может быть, чтобы такие крутые бойцы, как телохранители Лопаты, не имели при себе эликсиров здоровья», – решил я и, обшарив мертвецов, у того, кого свалил последним, нашёл то, что нужно, – маленький тёмный флакончик. Правда, надписей, что это, не имелось, но Сховеку терять было нечего, и я влил непонятную жидкость ему в горло. Он было закашлялся, но я его придержал, и эликсир ушёл по пищеводу. На этом всё, первая медицинская помощь товарищу оказана, можно драпать, тем более что трактир заволокло дымом, а со второго этажа, с которого никто так и не спустился, на лестницу вырывались длинные языки жадного пламени. Отыскав свой корт и второй кинжал, я был готов к бегству. Сховек к тому моменту потерял сознание, видимо, сказалось действие эликсира, и я приготовился его поднять.
   Однако в этот миг с пола встал один из недобитых здоровяков-вышибал, тот, о голову которого мой напарник кружку с пивом разбил. Трактирный боец похлопал глазами, в дыму разглядел нас и с криком «Убью!» надвинулся на меня. Пришлось задержаться.
   Прыжок на громилу! Резкий и быстрый удар кулаком в горло, так чтобы трахея противника смялась, и бросок тяжёлой туши через бедро на пол. Затем каблуком сапога по переносице. А когда враг задёргался в конвульсиях и появилась уверенность в том, что он больше не встанет, я вернулся к Сховеку.
   Рывок! Тело находящегося в бессознательном состоянии напарника размещается у меня на спине, и я покидаю трактир. Но не через основной вход, а через тот, что вёл во внутренний двор. Уходить надо по возможности тихо, а с улицы слышны были крики сбегающихся на пожар окрестных жителей и постояльцев «Розы», которые собирались тушить огонь, и мародёров, надеявшихся поживиться на пепелище. Так что убираться с места проведения операции надо было кружным путём.
   Продираясь через перевёрнутые столы и лавки, в дыму и огненных снежинках из паутины и мусора, которые падали сверху, я выбрался во внутренний двор. Живых людей здесь не было, только пара трупов на покрытой мусором грязной земле говорили о том, что Ойса и его люди сделали своё дело и слиняли. В сполохах огня следы тайных стражников были видны очень хорошо, и я пошёл по ним. Тяжёлое тело Сховека давило на плечи и отвлекало от всего происходящего вокруг, и если бы рядом оказался кто-то, желающий нам с товарищем смерти, он мог бы подойти ко мне незаметно. Однако я спокойно вышел через узкую калитку, ведущую в сторону реки, переступил ещё через два мёртвых тела и шмыгнул в сторону ближайших развалин. И здесь, метрах в двухстах от полыхающего трактира, я сделал первый привал и задумался о том, правильно ли всё делаю.
   С одной стороны, Сховек мне никто, мы с ним ни друзья, ни приятели, а до Белого города или Дэхского речного порта, где стоят патрули стражников, ой как не близко. Но с другой стороны, этим вечером я стал воспринимать его как «своего», и добить напарника у меня рука не поднялась. Значит, надо действовать по первому зову, а иначе вся моя суета вокруг Сховека пойдёт коту под хвост.
   Передохнув и прикинув наиболее безопасный маршрут, я вновь взвалил тело напарника на плечи и через развалины и задворки криминальных районов, чигирями, которыми даже местное ворьё не ходило, по дуге обходя горящую «Розу», двинулся от реки Ушмай к Гильдии наёмников. Это было ближайшее место, где имелась возможность взять конный экипаж до Дэхского речного порта, а оттуда с пересадкой добраться до Белого города. Триста метров. Остановка. Передышка и снова вперёд. И так до тех пор, пока я полностью не выдохся и не решил в очередных развалинах дожидаться рассвета. До точки, где я могу чувствовать себя в относительной безопасности, оставалось всего ничего, километра полтора, а первые лучи солнца появятся на небосклоне через два часа. Но погони за нами нет. Мелькнула мысль, что можно применить «Полное восстановление» и одним рывком выйти к месту эвакуации. Но я всё же решил не торопиться, и правильно сделал, так как вскоре очнулся Сховек.
Чтение онлайн



1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 [26] 27 28 29 30 31

Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация