А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Помазанник из будущего. «Железом и кровью»" (страница 39)

   Глава 82

...
   4 октября 1867 года, 17.20. Гатчинский дворец. Ставка цесаревича Александра
   – Ваше Императорское Высочество, – дежурный вошел в помещение штаба и вытянулся по струнке, взяв под козырек, – постовые задержали неизвестного. Он заявляет, что идет к вам с пакетом ценных документов, которые спас из Зимнего дворца.
   – Он в форме?
   – Нет, в гражданской одежде. Никаких знаков отличия.
   – Вы его уже досмотрели?
   – Да. С собой был револьвер и два десятка патронов, но он их и не скрывал и выдал до досмотра. В тюке, что он нес, действительно какие-то документы. В нагрудном кармане было еще письмо, его он просил передать вам лично. Вот оно, – дежурный протянул сложенный втрое лист бумаги.
   – Любопытно. – Александр открыл его. Там знакомым подчерком было написано:
...
   Ваше Императорское Величество, я виноват, но не прошу прощения, ибо все делал в здравом уме и ясном рассудке. Понимаю, что Вы не простите мне моего предательства и не успокоитесь, пока не увидите мой труп, поэтому предлагаю Вам плату за несколько лет своей жизни. Передаю вам всю накопленную мной переписку. В этих письмах Вы найдете доказательства участия британской короны в подготовке государственного переворота, а также узнаете обо всех действующих лицах, получив против них неопровержимые доказательства вины.
Петр Андреевич Шувалов
   – Вы уже оборудовали комнату для допросов? – спросил Александр.
   – Так точно.
   – Отменно! Ведите его туда вместе с тюком бумажек. Посмотрим, что там есть интересного.

   Глава 83

   Встреча племянника с дядей произошла не сразу. Поначалу Константин Николаевич откровенно боялся выезжать из Кронштадта, опасаясь за свою жизнь и здоровье. Лишь только после того как его жена, Александра Иосифовна, лично прибыла к цесаревичу, получилось «выкурить» дядю из крепости. Они оба отлично понимали, что у Константина Николаевича «рыльце в пушку». Хотя, конечно, в сравнении с тем же Шуваловым его проказы совершенно терялись. Особенно в свете показаний свидетелей, которые подтверждали, что он с самого начала государственного переворота содержался под особой охраной, а после гибели Николая Александровича и подавно оказался под домашним арестом.
   7 октября, после публичного обещания безопасности, Константин Николаевич согласился прибыть «на аудиенцию» к Александру. Разговаривали они долго и приватно. После выхода от племянника дядя выглядел необычайно озадаченным, но совершенно спокойным. Из чего окружение сделало вывод о том, что они смогли договориться и помириться.
   Впрочем, о содержании разговора Константин Николаевич молчал, отшучиваясь. Никому, даже его жене, не удалось выведать ровным счетом ничего. А между тем разговор был очень и очень любопытный. Александр после небольшой формальной прелюдии передал ему письмо Шувалова, а после показал список тех людей, которые принимали участие в государственном перевороте. Константин Николаевич, конечно, ожидал, что в нем принимали участие многие, но не до такой степени! По большому счету только отсутствие компромата на дядю и показания свидетелей спасли его от очень жесткой разборки. О чем ему и было сказано. Впрочем, он не обиделся и не расстроился, так как Александр вел себя правильно.
   Зачем цесаревич рассказывал все это Константину Николаевичу? Все просто. Он предложил ему возглавить государственную комиссию, которая займется расследованиями произошедших событий. Александр хотел увидеть не столько доказательства невиновности дяди, сколько понять, готов ли он склонить перед ним голову и пойти против вчерашних союзников ради благополучия династии и империи. И Константин согласился. Он и сам пережил немало опасных моментов и готов был носом землю рыть, чтобы подобного более не повторилось. Чего стоило только то нападение на Зимний дворец, когда по нему было страшно пройти из-за моря крови и массы трупов. В общем, Константин Николаевич в приватном разговоре не только поклялся ему в преданности, но и согласился поддержать любые реформы, какие бы Александр ни задумал приводить в действие.

   Глава 84

   Часть агентуры цесаревича (выжившая) продолжала работать даже во время потрясения третьего квартала 1867 года, поэтому материалов по разным гадостям имелось в достатке, ведь в те дни ничто особенно и не скрывалось. Главным успехом стало, конечно, задержание части тех «молодцов», которых прислали Ротшильды. Безусловно, никто не собирался устраивать показательный процесс, однако материалы для вскрытия агентурных сетей, конспиративных квартир, каналов финансирования и прочего были очень нужны. Поэтому эти «ребята», единожды попав в руки контрразведки, просто исчезали. Даже их трупы тщательно кремировались, само собой, только после того, как из них вытряхивали все, что они только могли знать. Впрочем, в первую очередь работали не только и не столько с ними. Предательства на идеологической почве, подкуп, шантаж, обещание «вкусных» постов при новом правительстве и прочее – все тщательно изучалось.
   За те три недели, что войска и спецслужбы цесаревича наводили порядок в столице, произошло многое.
   В ходе июльских волнений Литовский замок был подвергнут нападению толпы, в связи с чем все заключенные, которые там находились, оказались на свободе. Александр этот факт взял на вооружение (пустующие площади), и уже 5 числа в него начали свозить задержанных по обвинению в государственной измене. Цесаревич не стеснялся и не рядился, так как на территории столицы еще канцлером Шуваловым было объявлено осадное положение, и пока его никто не отменял. Пехота, приданная в усиление сотрудникам контрразведки, действовала под их руководством жестко, быстро и решительно. Иногда случались короткие перестрелки, но, как правило, этого старались избегать, посещая выявленных «врагов народа» по ночам. Тихо подъехали, вошли, «спеленали», погрузили и увезли в неизвестном направлении. Частенько брали по несколько человек из семьи, особенно дворян, так как жены, как выяснилось, довольно активно помогали своим мужьям в нелегком деле государственной измены.
   Впрочем, народ особенно не роптал, потому как, помимо захвата предателей, шла активная борьба и с уголовниками, которые совершенно разошлись в сентябре, подвергнув город террору, сопоставимому с тем, что учиняли англичане. С ними поступали просто: задерживали, составляли протоколы допроса, опроса свидетелей и изъятий. После чего отвозили за город и тихо расстреливали в оврагах. Возиться с разгулом преступности более конструктивными способами Александр не имел никакой возможности – нужно было быстро навести порядок. Слух о столь крутых мерах быстро распространился по городу, и уже к исходу вышеупомянутых трех недель уровень преступности упал до лучшего показателя с момента основания столицы. Уголовный мир решил переждать «грозу» и не лезть пока на рожон. Тем более что просто так выехать из Санкт-Петербурга стало очень сложно – помимо комендантского часа, значительная часть Московского корпуса встала кордонами и заставами по периметру столицы, разворачивая случайных путешественников. Покинуть город можно было только по письменному разрешению. Как-никак, осадное положение. Да и не хотел цесаревич, чтобы бандиты да предатели по всей империи разбежались.
   Так что уголовники вообще посчитали, что нужно присмотреться к новым порядкам. А то уж больно «новая метла» отличалась от всех предыдущих. Даже с англичанами получалось довольно легко договариваться, а тут эти странные «кадры» с добрыми лицами и холодными глазами вели себя откровенно не по-людски. Например, выслушивая признание преступника о том, где у него спрятано награбленное, они все тщательно проверяли и забирали оттуда. И отправляли на новый цикл допросов, до тех пор, пока задержанный не признается во всех своих «заначках» и тайниках. Впрочем, признания не спасали, так как в конце все равно ждал расстрел. Сохраняли жизнь только тем, кто сдавал банды, малины, скупщиков и прочее. Да и то – не просто так, а чистосердечно покаявшись во всех делах. В этом случае им устраивали побеги с обязательством – доносить.
   Конечно, пытались подкупать. Но сотрудники контрразведки получали огромные зарплаты, имели впечатляющие льготы и отвечали за свою честность не только своей головой, но и всеми своими родственниками, которых, в случае серьезного проступка сотрудника, ждала очень печальная участь. Им не было смысла так, по мелочи, «дергать». Впрочем, как и по-крупному. Ведь шанс попасться зашкаливал из-за того, что в «органах» у Александра работали только идейные ребята, да и культура доноса была очень сильно развита. Даже странное поведение могло стать причиной проверки или особого внимания.
   Цесаревич уже несколько лет очень серьезно работал со своими спецслужбами, занимаясь их системным развитием, а потому они прогрессировали довольно быстро и впечатляюще. Уже сейчас та немногочисленная организация, что называлась Комитетом государственной безопасности Великого княжества Московского, была эффективней британской разведки. Ведь та все еще являлась разрозненной сетью плохо связанных друг с другом агентов с несистемным подходом к делу, а до появления каких-либо аналогов МИ6 было еще очень далеко – для подобных вещей просто еще не созрела их администрация.
   Подобные обстоятельства сказались незамедлительно, а потому порядок в городе уже во второй половине октября стал практически образцово-показательным. В этот незначительный срок умудрились даже газовое освещение города восстановить, которое, казалось бы, будут еще несколько месяцев ремонтировать. И что особенно примечательно – ни в одной газете никто не написал об регулярно происходящих арестах представителей российской элиты. Все журналисты притихли, повествуя подписчикам только о том, как с каждым днем налаживается жизнь в Санкт-Петербурге. Видимо, новые веяния почувствовали все. Особенно пишущая братия, которая оказалась прекрасно проинформирована о событиях в Варшаве. То есть никаких иллюзий относительно мягкотелости и терпимости нового правителя не питала.
   Впрочем, город был скорее доволен, чем нет, так как впервые за последние несколько месяцев наконец-то наступили порядок и относительный покой. А с улиц пропали бандиты и грабители. Вновь стали открываться лавочки да парикмахерские и робко налаживаться жизнь.
Чтение онлайн



1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 [39] 40 41 42

Навигация по сайту


Читательские рекомендации

Информация