А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Помазанник из будущего. «Железом и кровью»" (страница 22)

   Глава 41

   Столь прискорбный инцидент навел Сашу на мысль о том, что пора провернуть несколько любопытных операций в Европе, которые он давно вынашивал в своей голове. Тем более что «товарищи» не успокоились и продолжили лезть в его дела самым наглым образом. Операция получила название «Шапокляк».
   Для ее подготовки и реализации пришлось задействовать не только все две сотни сотрудников первого управления (разведка) Комитета государственной безопасности [92], но и личную агентуру Моргана. Она получала два основных вектора или фронта деятельности.
   Первый фронт, под названием «Железный дровосек», заключался в выявлении всех более-менее деятельных ученых и инженеров на территории Европы с последующим привлечением или нейтрализацией. Причем нейтрализация планировалась не через повсеместную физическую расправу. Во многих случаях Саша считал довольным просто создать серьезные финансовые проблемы или там дискредитировать, например, объявив человека лгуном и фальсификатором. Этим шагом цесаревич планировал подорвать научно-технический потенциал ключевых конкурентов Российской империи самым простым и незамысловатым способом. «У многих сложных вопросов есть масса простых решений».
   Технология привлечения специалистов состояла из трех основных стадий. На первом этапе объекту предлагалась работа на территории Российской империи. Если он отказывался, то с ним вежливо прощались и переходили ко второй стадии, в ходе которой старались сделать его жизнь максимально невыносимой. Причем не сразу, а потихоньку, постепенно. Пожар в лаборатории по халатности сотрудника, обострение финансовых затруднений и так далее. Товарищу аккуратно создавали черную полосу. После того как состояние клиента доходило до кондиции, переходили к третьей фазе, то есть повторному предложению работы, но на менее интересных условиях. Само собой, с компенсацией всех долгов, которые он наделал. Если же товарищ упорно не соглашался или вообще начинал вести себя неадекватно, то с ним завершали вообще все дела, переходя к выводу его из строя. Преимущественно, конечно, стараясь дискредитировать, а не уничтожать физически, но случалось всякое.
   Как это всегда бывает, в ходе активной разведывательно-диверсионной работы потребовалось прикрыть «косяки» агентуры. Поэтому почти вся незаконная деятельность шла от имени крупной и быстро прославившейся на всю Европу банды под руководством некоего дона Карлеоне [93]. Для отвода глаз эта структура занималась разнообразным криминалом. Например, грабила инкассаторов или устраивала налеты на удаленные поместья состоятельных особ. Причем вырученные средства в основной своей массе уходили местным защитникам правопорядка, которых люди Александра старались максимально разложить и приручить. Ведь чем меньше мелькают «русские уши» в делах разведки, тем лучше. Как говорится – меньше знают, крепче спят. Так что довольно быстро в государственных структурах Европы появилось большое количество заинтересованных личностей, работающих по факту на эту мафиозную структуру. Кроме того, до десяти процентов нелегальных доходов отмывалось и использовалось для целевой помощи простым обывателям, попавшим в сложную ситуацию. Дом там сгорел, или заболел тяжело, или еще что. Подобный «финт ушами» приводил к самому широкому одобрению этой мафиозной структуры среди простого населения Европы. Со всеми вытекающими, как говорится.
   Впрочем, помимо банды и явно действующих разведчиков, Саша создал еще и две официальные структуры: кадровые агентства «Альтаир» и «Sun», которые действовали соответственно в Европе и Северной Америке. В их обязанности входил целый спектр задач, таких как поиск и привлечение квалифицированных рабочих, обучение их русскому языку на контрактной основе, транспортировка до места работы и так далее. Тут стоит отметить, что знание русского языка стало очень важным фактором для всех специалистов, заключающих контракт. Поэтому их сразу же после подписания бумаг погружали в активную и достаточно агрессивную языковую среду, где месяца полтора-два гоняли в условиях, когда пользоваться можно было только русским. Не было никакого мягкого вхождения в этот обучающий курс, о чем сообщали еще на стадии подписания контракта. Из-за чего человек, испытывающий тяжелейший стресс, либо очень быстро адаптировался к языку, начиная его стремительно изучать, либо ломался и отказывался «со всеми вытекающими». Собственно, только через агентство и шел активный поиск специалистов, в то время как агентура в лице банды занималась исключительно темными делами.
   Второй фронт операции «Шапокляк» проходил под кодовым именем «Северный олень» и заключался в ударе по финансовой системе Европы.
   Во-первых, начиналась процедура массового, просто тотального финансового и промышленного шпионажа. Цель была проста – собрать данные по всем ключевым компаниям в Европе, таким как предприятие Шнайдера или Круппа. Благо в те дни подобных учреждений было немного. В этом деле Сашу интересовало все – от слабостей топ-менеджеров до платежеспособности и цепочек.
   Дела начались с размахом, так как цесаревич на создание агентурной сети денег не жалел. Только первый, стартовый счет, на который было дано «добро» Моргану, составил семь миллионов рублей серебром. Эта информация Александру требовалась для того, чтобы отслеживать всю ситуацию на мировом рынке, дабы не упустить какие-то важные тенденции.
   Во-вторых, силами разведчиков началось прощупывание в таких странах, как Австрийская и Французская империи, состояния дел по вопросам банковской деятельности. В частности, размещения банковских активов, то есть хранилищ, прежде всего золотых. Да и вообще изучение обеспечения безопасности этих банковских учреждений. Также на территории указанных государств цесаревича интересовали частные лица, обладающие солидными капиталами или какими-либо крупными собраниями ценных вещей, например драгоценных камней.
   В-третьих, на специально организованной базе, недалеко от подмосковной деревни Шатура, началась подготовка особых групп – пять особых отрядов специального назначения численностью до армейского отделения каждая. Ребят набирали из сотрудников КГБ и активно занимались с ними не только боевой и тактической подготовкой, но и языками. Причем очень жестко. Французский и немецкий языки у них шли через день в весьма специфической форме – разрешалось общаться только на них. Само собой, под наблюдением инструкторов – носителей языка, которые правили им произношение и акцент.
   Для отработки тактических навыков штурмовых операций для бойцов даже строили деревянные муляжи наиболее типичных помещений. Шло освоение оказания медицинской помощи раненым, взлом замков, поиск тайников и много другое. Из бойцов готовили полноценных диверсантов, рожая учебную программу прямо по ходу обучения. Занятия шли по плавающему графику с асинхронным, неустойчивым сдвигом во времени, то есть любой отряд могли поднять на тренировку и в три часа ночи, и в полдень. Дабы ребята не привязывались жестко к какому-то режиму дня и могли отдыхать тогда, когда будет возможность.
   Примерно в том же ключе обучались немногочисленные ликвидационные команды, но численностью всего по три человека. Правда, уклон у них был сделан в несколько другое русло. Они изучали историю медицинских курьезов и судебную практику, дабы наполнить свою память максимальным количеством заготовок «несчастных случаев» и «самоубийств». Ну и узкопрофильные вопросы, такие как точная стрельба из винтовки, метание ножа и рукопашный бой. Языками с ними тоже занимались, но менее усердно, так как для них устная коммуникация с местным населением была второстепенна.

   Глава 42

   Весна 1866 года была полна сюрпризов.
   19 марта наконец-то завершилась датско-австро-прусская война через подписание мирного договора в Вене. Шлезвиг и Лауэнбург отошли в управление Пруссии, Гольштейн – Австрии. Вот, собственно, и весь результат большой и довольно кровопролитной войны, длившейся практически полтора года. Причем Датское королевство пошло на заключение мира, не будучи полностью разбитым. По оценкам специалистов, оно могло продолжать вполне успешно воевать еще от полугода до года. Но очевидность и неизбежность поражения, а также серьезность потерь вынудили правительство Кристиана IX уступить требованиям Германского союза.
   Самым важным моментом стало то, что датская армия не только сохранялась как организационная единица, но и полностью оставалась вооруженной. Также поступили и с флотом, весьма неплохим по меркам Балтики. По крайней мере, русский Балтийский флот на тот момент имел солидные шансы проиграть датчанам в случае открытого боевого столкновения.
   Такая тяжелая война для столь малого королевства превратилась бы буквально в финансовую катастрофу, если бы не большая предвоенная выплата за беспошлинный проход по датским проливам. Тридцать пять миллионов марок просто испарились за эти неполные полтора года. Да еще и в государственный бюджет пришлось очень серьезно залезть.
   Впрочем, как уже понял уважаемый читатель, большая часть затраченных на войну денег осела в закромах цесаревича, через сторонние фирмы снабжавшего Данию оружием и боеприпасами. Чистая прибыль Александра от торговли оружием и спекуляции на Лондонской бирже в дни минувшей войны составила шестьдесят два миллиона рублей серебром.
   Как и предупреждал Бисмарк, Австрия решительно выступила против передачи Шлезвига и Гольштейна в наследное управление русскому цесаревичу. Даже формальное. Поэтому устная договоренность Отто с Александром оказалась нарушена. Бисмарк отчетливо понимал, что если он не сгладит сложившуюся обстановку, то в будущей войне с Австрийской империей Пруссия сможет обрести очень много проблем. А то и вообще оказаться разбитой. Поэтому уже в апреле он прибыл в Санкт-Петербург для бесед с императором Александром II об итогах датского конфликта. Само собой – формально. Однако не дождавшись приезда цесаревича, решил отправиться к нему лично, чтобы обговорить вопрос «о закупке новых винтовок для прусской армии». В конце концов, ему это было нужнее, чем Александру.
   Саша же хоть и играл обиженного, не отвечая на письма Бисмарка, но проигнорировать личный приезд канцлера в Москву не мог. Ибо все имеет свои пределы.
* * *
   – Любезный Отто, вы же понимаете, что я не желаю более иметь с вами дела? Вы дали слово и нарушили его. Как я могу вам доверять впредь?
   – Ваше Императорское Высочество, я обещал, верно, но по причинам, от меня не зависящим, произошло это прискорбное событие. И я, и Его Королевское Величество совершенно положительно относимся к вашему желанию получить Шлезвиг и Гольштейн в наследное герцогство. Тем более что оно уже принадлежало вашим предкам. Но мы ничего не можем сделать, – Бисмарк раздосадованно развел руками. – Австрия фактически выиграла эту войну за счет удачного маневра Габленца. Всего несколько дней, и слабый союзник, не способный ни на что влиять, на полном праве накладывает свое вето на важное для нас предложение.
   – И вы теперь, желая исключить Австрию из Германского союза, пожелаете моего участия? Кто в этот раз совершит «решающий маневр» и заставит Пруссию плясать под свою дудку?
   – Александр, вы позволите вас так называть?
   – Извольте, я достаточно прохладно отношусь ко всей этой великосветской шелухе.
   – Александр, я хотел бы, чтобы Российская империя приняла участие в войне Пруссии с Австрийской империей. Нейтралитета будет мало. Мне донесли, что проклятые французы потихоньку вооружают австрийцев, так же как и до того датчан. Армия Пруссии обескровлена. Мы не сможем разбить австрийцев самостоятельно. Если только волею Провидения.
   – Что вы готовы дать России за ее участие?
   – Это зависит от того, как вы сможете выступить в этой войне.
   – Когда вы ее планируете начать? Вы понимаете – мне нужно время для подготовки.
   – А император?
   – Россия будет участвовать силами московского корпуса, который уже сформирован, полностью вооружен новейшими винтовками и активно тренируется. Это более двадцати пяти тысяч солдат и офицеров войск с очень хорошей подготовкой.
   – Этого мало.
   – Если Россия вступит в войну не сразу, а дав ей немного затянуться, то вполне достаточно. Дело в том, что я могу вам обеспечить участие Итальянской республики на нашей стороне. После того как вы начнете заварушку и оттянете на себя все войска Австрийской империи, я ударю им в тыл – в Венгрию. Для чего уже идут активные работы по возведению железной дороги на Киев – с целью быстрой переброски корпуса и снабжения. У них не будет шансов. Прекрасно вооруженный и обученный московский корпус пройдет, как раскаленный нож сквозь масло, через те ополчения, что Вена сможет против него бросить. Я понимаю, что вы хотели бы поступить иначе. Чтобы русские войска оттянули на себя силы противника. Но в данной ситуации, думаю, торг неуместен. Мне дорог каждый мой солдат. Вы будете удивлены, но я трачу на одного своего рядового бойца – его обучение и содержание – больше, чем в Пруссии тратят на старшего унтер-офицера. Мои солдаты – мощная ударная сила, которую я очень ценю. Россия готова вам помочь, но только на своих условиях.
   – Хм… – Бисмарк несколько погрустнел. – Насчет Италии вы уверены?
   – Полностью. Гарибальди готовится, о чем писал. Он полон решимости и жаждет завершить начатое дело – объединить Италию. Поэтому можно быть уверенным в том, что он будет нашим союзником не только в войне с Австрией, но и с Францией.
   – Не боитесь восстания венгров?
   – Нет, – Саша лукаво улыбнулся.
   Бисмарк хмыкнул и продолжил:
   – Александр, я хотел бы просить вас о поставках новых русских винтовок для вооружения прусской армии. Хотя бы десять-пятнадцать тысяч штук. Мы просто не успеем их быстро изготовить. Дело в том, что у прусской армии большие затруднения с вооружением. На данный момент у нас нет даже штатной армейской малокалиберной винтовки для вооружения регулярной армии, не говоря уже о ландвере. Большие потери в войне с Данией сказались самым неблагоприятным образом на наших запасах. Да и затянувшаяся война показала, что винтовки Дрейзе крайне ненадежны и легко выходят из строя.
   – Вы готовы их покупать по рыночной цене?
   – Безусловно.
   – Сколько вам нужно будет патронов?
   – Хотя бы по три сотни на винтовку.
   – Хорошо. Я думаю, это реально. Итак, характер участия России вас устраивает?
   – Да… У нас серьезные финансовые проблемы.
   – Я в курсе.
   – Хм. Даже так?
   – Я любопытный человек и интересуюсь тем, что творится в мире. Впрочем, к делу. Что вы можете предложить России за ее участие?
   – Галицию. Я думаю, империя от нее не откажется.
   – Галицию, Закарпатскую Русь и Буковину нам по итогам мирного договора отдаст Австрийская империя. Это будет их платой за их поражение. А что готовы предложить вы, чтобы Австрия проиграла войну? Ведь по большому счету Российской империи эта война не нужна, как и указанные территории. Для нас они только проблемы создадут, так как населены достаточно разношерстной братией, далекой от осознания себя подданными Российской империи. Мы можем вполне ограничиться дружественным нейтралитетом. Для нас это будет самым разумным решением. Какой смысл нам тратить жизни своих людей и огромные деньги на участие в войне?
   – Вы настаиваете на передаче вам Шлезвиг-Гольштейна?
   – Дорогой Отто, его вы нам передадите и так, после разгрома Австрии. Ведь за вами долг. А долги нужно отдавать. Россия, в принципе, готова после его получения передать эти земли в долгосрочную аренду, если Германию подобное будет интересовать. Мы не вмешались. Нам пообещали плату за это, но не заплатили. Вспомните, Пруссия с Австрией с большим трудом одолели вооруженную хорошим оружием Данию. А если бы у датчан было русское оружие? Вы теперь понимаете всю своевременность моего предложения? Я бы с удовольствием освоил те тридцать пять миллионов марок, которые осели в кармане французов. Но нет, я уступил по доброте душевной, исходя из данного вами обещания. И вы меня обманули. Шлезвиг-Гольштейн перейдет во владения Российской короны, само собой, это даже не обсуждается. От этого зависит, будем ли мы вообще с вами разговаривать. Это ясно?
   – Что же тогда?
   – Меня интересует город Кенигсберг. Само собой, со всеми прилегающими землями восточнее Вислы. Понимаю, что для Пруссии провинция Восточная Пруссия очень важна, но для России она так же будет иметь большое стратегическое значение.
   – Это… хм… Ваше Императорское Высочество, я не уполномочен давать такие обещания или хоть какие-то гарантии. Подобные вопросы может решать только король. Но, если честно, вы просите невозможного. Это что-то вроде того, чтобы у России попросить Киев.
   – Тогда о чем нам разговаривать? Езжайте в Берлин. Согласуйте с ним все вопросы и возвращайтесь в Санкт-Петербург для официального заключения союзного договора. Подумайте, что вы можете предложить России, которая по большому счету не имеет никаких интересов ввязываться в эту войну.
   – У вас отменный аппетит.
   – Вы правы, не жалуюсь.
   – Мне страшно подумать, что вы, Александр, захотите получить за ваше участие во Французской кампании, – спросил с иронией Бисмарк, на которого больно было смотреть, столь раздосадованного человека нужно было еще поискать.
   – Отчего же? Я могу вам сказать открыто. Это не секрет. Меня интересует денонсирование Парижского протокола по всем его статьям. Списание всех долгов России, которые та имеет перед иностранными кредиторами, как частными, так и государственными, с передачей их Франции. И благоприятное отношение Пруссии… нет, уже Германской империи к последующей войне России с османами. И, возможно, поддержка войсками. Несколько немецких дивизий для прикрытия коммуникаций наступающих русских войск в турецкой войне будут очень кстати. Да и потерь они практически не будут нести, разве что от болезней да глупости. Плюс кое-какие нюансы, но они малозначительны, и пока я их не могу озвучить в силу их неопределенности.
   – Война с османами? Зачем она вам?
   – Проливы.
   – Любопытно.
   – Безусловно. Взятие черноморских проливов есть ключ к безопасности русского Черноморского побережья. Очень накладно там держать большое количество крепостей. Чисто экономический и стратегический ход. Впрочем, в идеологическом смысле захват Стамбула тоже не лишен смысла. Но это уже вторично.
   – Это все?
   – Да. Я прозрачно описал вам свои интересы.
   – Хорошо. Я поговорю с Вильгельмом.
   – Надеюсь, в этот раз Габленц нам не помешает? – хитро улыбнулся цесаревич.
   – Я тоже на это очень надеюсь, – несколько смущенно сказал канцлер.
Чтение онлайн



1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 [22] 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42

Навигация по сайту


Читательские рекомендации

Информация