А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Помазанник из будущего. «Железом и кровью»" (страница 14)

   Глава 23

   Понимая, что ситуация обостряется и нужно прикрыть липовых археологов, Александр решил устроить небольшой демарш для отвода глаз, для чего требовался мощный общественный резонанс, связанный с рядом значительных публичных успехов российской археологии.
   Для реализации подобной задачи Александр учредил в Москве общество «Наследие предков» – в духе Ahnenerbe [69], только без излишней мистификации и этнической обособленности. То есть интерес для организации представляла древняя история человечества в целом, а не какой-то отдельной страны или народа. Правда, с некоторым неафишируемым подтекстом, который нашел себя в виде ряда мастерских, созданных специально для фабрикации подделок и фальсификаций. Именно в этой организации создается группа специалистов-фанатиков, разработавшая в краткие сроки целый спектр материалов для внедрения древнерусской государственности в существовавшее на то время понимание античного мира. Да и вообще причесать немного отечественную и мировую историю, имевшую слишком много несуразных мест, выплывших как результат несогласованных правок и фальсификаций.
   Цесаревич не был сторонником разнообразных теорий заговоров. Просто в силу длительного изучения истории он сталкивался с огромным количеством «корректив», вносимых в историческое знание в XX веке. И, по его мнению, ничто не мешало людям поступать аналогично ранее. В конце концов, история в глазах власти – это не более чем инструмент идеологической работы, позволяющий сформировать у народа нужные взгляды на самих себя, на своих предков и в нужном ключе оценивать реальность. Где в том слое лжи, фальши и лицемерия, что кроется на страницах исторических монографий, крохи реальности – сказать сложно, да и не нужно. Перед Александром, как будущим правителем огромной державы, стояла совершенно другая задача – нужно было выправить довольно неудачную «нормандскую концепцию» появления государства на Руси и вообще показать глубокие, крепкие и самобытные корни России.
   Понимая все это, Александр решил действовать дерзко и решительно, не уступая в подобных изысках европейским и китайским специалистам. Да и исполнители нашлись без проблем, благо что те годы отличались особым градусом славянофильства и почвенничества. Единственной головной болью стал вопрос безопасности, поэтому приходилось, с одной стороны, действовать очень осторожно, а с другой – держать все эти мастерские и специальные помещения общества под чрезвычайно усиленной охраной. Хотя, конечно, это не избавляло Сашу от беспокойства.
   Первой главой этой организации становится известный синолог, буддолог и санскритолог Васильев Василий Павлович [70], числившийся в Казанском университете профессором по кафедре китайской и маньчжурской словесности.
   Саша выбрал несколько ключевых векторов для красивого старта этой организации: гробницу Тутанхамона, руины Трои и Кносский дворец.
   Непростая задача, однако он взялся за нее. Тем более что расположение Кносского дворца было широко известно и ранее. Просто никто не обращал на него внимания. Важным фактором стало то, что все работы проводились чрезвычайно аккуратно и юридически, и археологически. Сотрудники экспедиций в полной мере занимались только тем, что проводили научные изыскания, без отвлечения на шпионские драмы. Единственным исключением стал Огюст Мариет [71], которого пришлось снимать с поста смотрителя древностей Египта и менять на более конструктивного специалиста. Цель этой операции была проста – Александр не собирался оставлять большую часть всех сокровищ, найденных в этих пустынных землях, правительству Египта, намереваясь их вывезти в Москву. А тут такой принципиальный француз попался. Нелепая случайность, торжественные похороны, на которых почти вся русская археологическая экспедиция идет за гробом, несколько взяток чиновникам, и новый смотритель древностей за небольшое вознаграждение готов подписать любой акт. Мало того, его казнокрадство и попустительство вывозу древнего наследия страны покрывалось через самого вице-короля Египта.
   Особенностью всех этих раскопок было то, что в большой поток реальных исторических артефактов специалисты общества «Наследие предков» добавляли качественно изготовленные фальсификаты. Рискованно, но в обозримом будущем никто не будет в состоянии оспорить их подлинность, так как отсутствуют надежные методики проверки.

   Глава 24

   Шарль Луи Наполеон Бонапарт, а в просторечии просто Наполеон III, мерно вышагивал по комнате. Делегация во главе с Жюлем Фавром [72] молча наблюдала за ним.
   – Господа! – Наполеон III резко остановился и повернулся к ним анфас. – Это ужасающие известия! Мы полностью потеряли Италию!
   – Ваше Императорское Величество, – Фавр был невозмутим, – она нам никогда и не принадлежала.
   – Что за вздор? Мы стояли на пороге ее включения в свои владения, а теперь… – Шарль Луи Наполеон расстроенно опустил голову.
   – А теперь они объединились в единое и по-настоящему независимое государство.
   – Вам известно, кто помогал Гарибальди? У него же не было сил для столь значительного успеха.
   – Это только догадки, но, боюсь, тут замешан этот вездесущий Александр.
   – Даже так?
   – Да. Мы попытались тщательно отследить этот феноменальный успех Гарибальди и нашли во многих делах московские уши. Например, в январе текущего года Гарибальди гостил в Москве. Как нам стало известно, по личному приглашению цесаревича. Визит был недолгий. Однако если приезжал Джузеппе лишь с собственным багажом, то отправился к берегам Италии он уже с весьма значительным грузом. Александр снабдил его оружием для гвардии и деньгами.
   – В каком объеме?
   – Мы не знаем. Две тысячи новейших винтовок проявили себя при штурме Рима. Возможно, это все, что есть у Гарибальди, возможно – нет. Нам это неизвестно. А по деньгам мы даже догадок не имеем, касательно сумм и условий предоставления кредита. Но я убежден, Александр не просто так помог Гарибальди. Не верю я в то, чтобы этот человек искренне желал кому-то помочь. За ним уже закрепилась слава жадного и расчетливого варвара, и не мне менять эту оценку.
   – А откуда взялась эта странная организация? Как там ее?
   – Итальянская народная партия. – Фавр смущенно пожал плечами. – Мы не знаем, откуда она взялась. За Гарибальди подобных инициатив и интересов ранее не наблюдали.
   – Может быть, там те же уши?
   – Возможно. Но пока мы не располагаем сведениями об этом. Да и вообще очень мало знаем о событиях в Италии. После того как Гарибальди при Оваде принял полную капитуляцию Виктора Эммануила и провозгласил Вторую Республику «по образу и подобию предков», Италия стала для нас практически недоступна. Она кипит, поглощенная реформами. Никогда бы не подумал, что этот старый вояка Джузеппе окажется таким политиком.
   – Каким «таким»? – Наполеон III, прищурившись, переспросил Фавра.
   – Реформатором. Причем, как это ни странно, начал он свои преобразования не с армии и флота, а с промышленности и общества. Чего стоит одно сокрушение папского государства и заточение его в рамки микроскопического Ватикана.
   – Странно… это очень странное событие. Пий IX [73] так легко сдал свои позиции?
   – Он заболел сразу после падения Рима. – Фавр улыбнулся. – А после выздоровления полностью поддержал политику Гарибальди. Ходят слухи, что для «лечения» к нему приезжали рыцари братства Красной звезды [74].
   – Оу… любопытно. Это можно подтвердить?
   – Не думаю. Хотя есть параллели с подавлением Польского восстания. Помните, тогда, после непродолжительного нахождения в Старом замке, многие представители радикально настроенной шляхты изменили свои взгляды. Что с ними там делали, мы не в курсе, но, видимо, что-то ужасное. Думаю, Пия тоже сломали.
   – Плохо, очень плохо. Подумайте, как мы можем поменять понтифика на более самостоятельного.
   – Никак. Ватикан поставлен под полный контроль правительства Итальянской республики. Все средства, поступающие папе римскому, находятся в руках Гарибальди. В таких условиях, кого мы ни поставим, он все одно будет лоббировать политические интересы Италии. Впрочем, Ваше Императорское Величество, нам и своих проблем хватает. Думаю, лезть в дела соседей нам пока не стоит.
   – Я сам решу этот вопрос, – с вызовом посмотрел на Фавра Наполеон. – Впрочем, к делу. Думаю, все, кроме Симона и Эдмона, свободны.
   А дела там были действительно не просты и далеки от гармонии.
   Волны газетных войн будоражили французское общество уже второй год, раздирая его противоречиями и выставляя правительство Шарля Луи Наполеона в некрасивом свете. То он поставляет в Данию пушки с завода Шнейдера сразу после решительного успеха, предпринятого Людвигом Габленцом. То предоставляет датскому Королевскому флоту возможность за счет имперской казны ремонтироваться и пополнять боезапас в портах Франции. То ведет переговоры с правительством Австрии касательно поставок «табакерочных винтовок» [75]. И так далее и тому подобное. Впрочем, шумели не только французские газеты. Пол-Европы негодовало относительно его внешней политики, но Наполеона это мало заботило, так как стремление ослабить Австрию и Пруссию превалировало над здравым смыслом. Чем с успехом пользовался Александр, посредством Моргана организуя через Францию серые схемы оружейных поставок. Ведь даже фееричная отгрузка семидесяти нарезных полевых орудий Датскому королевству, которое вменили в вину Наполеону, была осуществлена Джоном Морганом. Как говорится, «утопающему помоги утонуть».
   Увы, но данное провальное направление внешней политики стало у Наполеона III не единственным, так как восстание в Алжире затянулось и превратилось в полноценную войну. По большому счету датская и алжирская войны приковали к себе внимание и ресурсы Французской империи, высасывая из нее все соки.
   Цесаревич же ждал и копил компромат, чтобы в нужное время вывалить его в различные европейские газеты, акции которых потихоньку скупал через подставных лиц и мутные компании. Прежде всего Сашу интересовали германские, французские и британские ежедневные издания. Особого энтузиазма в этом деле его доверенные люди не проявляли, дабы не привлечь внимания, но все возникающие затруднения использовали во благо. В дело шло все – не только деньги (прямые покупки и взятки), но и угрозы личной расправы, по мере необходимости совмещаемые или замещаемые обычным бытовым шантажом.
   Внешняя разведка Великого княжества Московского работала на грани своих возможностей, привлекая все доступные ресурсы, так как Александр очень ясно понимал роль и место газет (как и прочих средств массовой информации) в большой политике. Он хорошо помнил ту травлю, которую регулярно устраивало европейское общество на его Отечество, а потому желал обернуть этот меч против владельца. Конечно, не обходилось без провалов и «московских ушей», но на фоне датской и алжирской кампаний все «косяки» удавалось довольно аккуратно прикрывать. Благо что ни на чем серьезном люди Александра не прогорали. Учебная практика российской внешней разведки шла своим чередом в практически тепличных условиях.
Чтение онлайн



1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 [14] 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42

Навигация по сайту


Читательские рекомендации

Информация