А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Инок" (страница 18)

   Глава 6


Едва лучом земли коснувшись,
Добро посеяв, зло стерев,
Водою вешней обернувшись,
И все живое обогрев,


Вставая, солнышко светило,
Даря земле тепло и хлеб.
Своим сияньем озарило
И оживило белый свет.


Прогнав зимы покой суровый,
Желанье к жизни пробудило.
Кокетки-вербы плащ махровый
Волшебным светом одарило.


А на проталинке подснежник,
На слабом стебельке качаясь,
Под щебет птиц на солнце нежась,
Воскликнул, к небу обращаясь.


«Взойди, о дивное светило,
И обогрей лучами землю,
Где все живое сердцу мило.
Хвала тебе! И песне внемлю


Я той, что стайка птиц, собравшись
На старой липе надо мною,
Щебечет, весело играя,
В твоих лучах, дыша весною».


И радостно свободной птице,
Под солнцем нежась, знать, что снова
Взойдешь ты завтра. Лишь синица,
Что в клетке бьется, и готова


Отдать всю жизнь в тюрьме постылой
За краткий миг шальной свободы.
Ей снится голубь сизокрылый.
Проходят дни, недели, годы.


Он улетел и сам не знает,
Как нужен ей в годину злую.
И лишь бродяга ветер ведал,
Про ту тоску ее слепую.

   В небольшой, запертой со всех сторон бетонными стенами комнатке на деревянной лавке сидел мальчик. Непослушная прядь черных волос, спадала на лоб. В руках он держал пакет с яблоками и несколькими плитками шоколада.
   Артем был, несомненно, ребенком обаятельным и с первого взгляда вызывающим всяческую симпатию к себе со стороны окружающих его людей. Но все, что бы он ни делал, делалось исключительно из потребительских соображений. А если с человека взять нечего, то мог без особого труда так втоптать его в грязь, что оставалось только удивленно хлопать глазами от умных изречений, вылетающих из уст «младенца». Сейчас он просто сидел и с равнодушным лицом ждал свидания с матерью.
   Вскоре, улыбаясь, вошла Таня. Последняя встреча с другом Сергея вселила надежду. А сейчас, к тому же, женщина была несказанно обрадована предстоящей встречей с сыном. Отношение к ней медперсонала также изменилось в лучшую сторону. За палатой по очереди, приглядывали два санитара. Когда из соседнего корпуса в гости попытался протиснуться подвыпивший охранник, то получил, как это ни странно, от ворот поворот. Выкрикивая какие-то пьяные не то ругательства, не то угрозы, он кубарем скатился с крыльца, чуть было не угодив головой в ведро с отходами.
   Заметив вошедшую мать, Артем вскочил с лавки, и лицо его расплылось до ушей в довольной улыбке. Он протянул ей пакет с фруктами.
   – Как ты, мам?
   – У меня все нормально, Артемка, а ты-то как? Ты куда мне столько натащил? На вот, кушай сам. Таня дала мальчику в одну руку два яблока, а в другую сунула плитку шоколада. Артем убрал шоколад в карман, откусил кусок от яблока и уже совсем по-взрослому обратился к матери.
   – У меня, мам, все нормально, ты не переживай. Вчера вот с дядей Вадимом на рыбалку ездили. Я во какую щуку поймал.
   Он развел руки в разные стороны настолько, насколько позволяла это сделать ширина детских плеч. Услышав имя, произнесенное устами сына, стоявшая сразу же присела на лавку возле стены, хотя вида старалась не подавать и сохраняла на лице гримасу, изображающую улыбку.
   – А потом мы еще в кафе заезжали. Я там, знаешь, мороженок и пирожных до отвала наелся. Мне дядя Вадим удочку новую купил – семь метров. Легкая-прелегкая, прикинь. И тачка у него классная.
   – Артем, ты что, был с этим человеком на рыбалке? Я же тебя предупреждала, чтобы ты держался от него подальше. Ты почему меня не слушаешь совсем? – говорила спокойно: на то, чтобы кричать, уже просто-напросто не было сил.
   – Мам, да ты чего? Дядя Вадим вот такой мужик, в отличие от этого твоего бывшего. И бабок у него не меряно. Послушай, а ты что, и вправду от дяди Сережи рожать собралась? Так ведь мы его даже прокормить не сможем. Отца-то вряд ли уже дождемся.
   – Артем! Замолчи сейчас же! Как ты разговариваешь с матерью?!
   – Ну, мам ты сама смотри. Делай, как знаешь. Меня дядя Вадим просил тебя предупредить. Не понимаешь ты, видать, своего счастья. Ладно. Я полетел. Не скучай здесь. Я навещать тебя буду. Да и дядя Вадим обещал тоже зайти. Да он, вроде, вон на улице стоит.
   Мальчик вышел, а в комнату вошел Вадим.
   При появлении так ненавистного ей человека с женщиной чуть было не случилась истерика. Она закрыла лицо руками и уткнулась себе в колени. Вадим, довольный собой, стоял, расплывшись в улыбке до ушей.
   И тут произошло то, чего Таня ожидать ну никак не могла. Огромного роста санитар, взявшийся неизвестно откуда, взял стоявшего за шиворот и выкинул на улицу, словно дворовую собаку. Вылетая из узкого коридора, Вадим зацепился ногой за порог и плюхнулся в лужу прямо на толстый живот, ударившись головой о колесо своей же машины. Моментально вскочив на ноги и потирая ушибленный затылок, он начал что было силы кричать. Свидание на этом закончилось.
   Оставшись одна в пустой комнате, женщина вдруг безудержно разрыдалась. Ей было жаль себя, она боялась за сына, который сейчас оказался предоставлен самому себе и так легко попался на удочку изувера и насильника.

   Александр, будучи человеком слова, сразу же после разговора с женой своего друга принялся за дело. А действовать стоило, пожалуй, без лишних промедлений, но вместе с тем аккуратно и осторожно. Настаивать на официальном медицинском переосвидетельствовании женщины бесполезно, и он это прекрасно понимал.
   «В этой долбаной больнице давно уже куплены все, кого нужно было купить. Иначе она вообще бы там не находилась. А кроме того, Вадим не должен заподозрить, что освобождение Татьяны – это дело его рук. Нельзя допустить, чтобы этот человек догадался, что кто-либо из экспедиции мог остаться в живых. Иначе – новая бойня и новая кровь. Он станет проверять всех, и не исключено, что пострадают родственники. Задача не из легких, если не сказать большего. На практике она вообще почти что не – выполнима».
   Но кое-что Саня уже сделал. Один из санитаров оказался его давним корешем и пообещал другу, что присмотрит за женщиной. Но долго это продолжаться не могло. Володя (так его звали) уже успел нажить себе из-за этого кучу неприятностей. Совсем недавно его вызывал в кабинет главный и чистил почем зря.
   – Как ты мог так поступить? Ведь это такой известный и такой прекрасный человек, – орал он, разбрызгивая слюни. – Вышвырнуть на улицу, словно дворовую собаку? Да ты хоть думал, что делаешь-то?
   – Но я же не знал, кто он такой, – оправдывался парень.
   – Смотрю, мужик к больной пристает. Ну, я его и проводил. Вдруг, думаю, баба вены начнет себе вскрывать или еще чего. От дуры-то ожидай чего угодно. Нам опять же неприятности лишние.
   Начальник, кажется, ему поверил, да и упрекнуть Владимира, в общем-то, не в чем. Действовал он по инструкции. Можно, конечно, обойтись с посетителем и поаккуратнее, но это не принято в их больнице. Здесь вообще очень сложно добиться свидания с больным.
   Парня простили, но он строго-настрого был предупреждён, чтобы в будущем даже пальцем не смел прикасаться к этому человеку, а, напротив, оказывал ему всяческие помощь и содействие. А это значило лишь то, что визит Вадима в больницу не был последним. И кто знает, каких еще подлостей от него можно ожидать в ближайшее время.
   Саня вышел на улицу, нахлобучив на глаза зимнюю шапку и накинув на плечи полушубок нараспашку. На городских тротуарах во всем уже чувствовалось нежное дыхание приближающейся весны. Снега не осталось. Солнце грело совсем по-летнему, но холодный северный ветер, налетающий порой неизвестно откуда, пробирал до самых костей. На вербах нахохлились пушистые почки, а воробьи, напротив, прилизывали свои перышки и щебетали как-то по-особенному весело и непринужденно, радуясь теплу, свету, и видимо, всем своим птичьим нутром чувствуя скорое приближение доброй красавицы весны. Ясное солнечное воскресное утро радовало все живое своим приходом.
   Целью идущего стала сейчас дача главного врача той самой больницы, где лежала Татьяна. Через своих людей он узнал, где живет Алексей Михайлович Егоров. А сосед по квартире сообщил, что тот еще накануне вечером с семьей уехал на дачу. Доехав на автобусе до окраины города, не спеша вышел на грязную обочину.
   «Дальше, нужно идти пешком». До места оставалось еще километров десять, и это в лучшем случае. Но десять километров, конечно же, не расстояние. В экспедиции, когда они добирались до злополучной долины, сорок за день было нормальным переходом. Он быстро пошел вперед по грунтовке в сторону дачно-садового кооператива «Заря», где, собственно, и находилась дача Алексея Михайловича.
   Место оказалось самое что ни на есть обычное. Симпатичные домики, ухоженные участки, нарезанные ровными рядами по шесть соток.
   Найти нужную усадьбу и не привлечь ничьего внимания – это задача номер один, и стоит как можно скорее приступить к ее выполнению.
   Возле крайнего дома в палисаднике копал грядки какой-то дед.
   – Привет, дедуля!
   В ответ старик лишь молча кивнул головой. Наверное, он привык с осторожностью относиться к новым знакомствам, и к тому же не был особенно склонен к разговорам.
   «Это даже хорошо».
   – Дедушка, а как бы мне Егорова Алексея Михайловича найти?
   Старик наконец-то повернулся к своему новому собеседнику, осмотрел его с ног до головы оценивающим взглядом, полным презрения, и процедил сквозь зубы:
   – Иди по средней улице, там самый большой дом. Он один такой, не ошибешься.
   После чего вновь отвернулся и молча продолжил возиться со своими грядками. Саня зашагал прочь.
   «Видимо, доктора здесь не особенно уважают. А дедок ничего. Болтать попусту не станет. По крайней мере, пока не подопьет, к врачу с докладом не побежит. А значит, время есть». Он поднес к глазам бинокль.
   «Вот хозяин, а вот его жена. Больше, вроде бы, никого. Это хорошо. Вечером попозже я, пожалуй, к тебе загляну на чашку чая, так сказать. Спросонья-то, посговорчивее станешь. А то среди дня баба крик подымет, да и в лицо запомнить могут».
   Человек взобрался на огромную сосну, что стояла на самой опушке леса, и из-под ее густой кроны продолжил наблюдение. На участке копошились по-прежнему двое.
   На дереве просидел до вечера. А когда солнце уже начало прятаться за горизонт, спустился по толстым веткам вниз и не торопясь побрел в чащу леса, подыскивая подходящее место для отдыха. Огонь развел в густом осиннике (там не видно дыма и в случае внезапного нападения всегда можно сразу скрыться от врага.) Возможно, что это была излишняя предосторожность, но поделать с собой уже ничего не мог, ведь простые правила кровью и шрамами прописались на собственном теле.
   «Ни собак, ни посторонних на даче не видно. Но жена. Как быть с ней? Придется, наверное, подпереть дверь снаружи, чтобы не выскочила на улицу, и влезть через окно. Хотя план войну покажет. Главное – припугнуть как следует». Саня подбросил несколько веток, в разгорающееся пламя и поудобнее устроился возле огня, навалившись на старую, корявую осину. Как задремал, и сам не заметил, а проснулся уже посреди ночи от холода. Быстро встав, сразу же взглянул на часы и только после этого вздохнул с облегчением.
   «Два часа ночи. Что ж, пожалуй, самое время, пора». Дачу врача искать долго не пришлось. Это строение вовсе не походило на те маленькие клетушки, которые принято ставить на заветных шести сотках. Добротный кирпичный дом располагался на двух участках сразу. Подземный гараж с бронированными железными воротами находился внизу.
   «Видно, на поток дело поставил, широко развернулся», – со злостью отметил про себя.
   «И Вадим, небось тоже немалый куш отвалил, чтобы здорового человека в психушке держать».
   Вошел через открытую калитку соседнего домика. Затем перемахнул невысокий заборчик и, пройдя мимо огромных теплиц, подошел сзади, со стороны веранды.
   «Что ж, милый, сейчас я буду тебя лечить», – подумал человек, растирая занывший почему-то, шрам от пули в правом боку. Дверь оказалась запертой изнутри. Он припёр её стоявшей рядом лопатой ещё и снаружи.
   «Ишь ты, какой предусмотрительный, кого-то, видно, побаивается».
   Без особого труда выставив стекло, осторожно влез на веранду и бесшумно поднялся по лестнице. Парадный вход на кухню оказался открыт, и Саня беспрепятственно вошёл внутрь.
   «Ну, вот, доктор, ну как же вы так могли опростоволоситься, не закрыв входную дверь? А теперь я к вам иду, так что уж не обессудьте». Хмыкнув ещё что-то себе под нос, надел приготовленную заранее маску.
   На стене громко тикали ходики. Со стоящей справа кровати слышалось легкое посапывание. Супруга разместилась на диване у противоположной стены. Гость неслышно подошел к врачу и накинул ему на шею удавку. Тот, попытался было встать, но тонкая и прочная нить больно врезалась в горло. Вместо крика с губ сорвался лишь негромкий хрип.
   – Лежать тихо, тогда, может, еще и поживешь немного, – он говорил спокойным, но уверенным голосом прямо на ухо лежащему перед ним человеку. А тот, в свою очередь, наверное, и сам уже все понял, потому что сразу притих на кровати. Умирать ему не хотелось.
   – Вот и хорошо, что ты такой лекарь понятливый. А теперь слушай меня внимательно, Егоров Алексей Михайлович, да смотри, не перепутай ничего, ведь от этого будет зависеть твое дальнейшее существование, а так – же судьба близких тебе людей. Как ты, наверное, уже понял, это вопрос жизни и смерти. Так вот, завтра, придя на работу, первое, что ты сделаешь, это выпишешь из своего лазарета или просто так отпустишь, это уж тебе виднее, Николаеву Татьяну Михайловну, а в руки ей отдашь справку о том, что она совершенно здорова.
   Врач попытался было что-то сказать, но Саня прервал его:
   – Молчать! Говорить сейчас буду я. Я скажу, а ты послушаешь меня, и если сделаешь что-то не так, то умрешь сам и погубишь всю свою семью. С Вадимом я сам разберусь. Так ему и передашь. Пусть себе другую подружку подыщет. Он со мной прекрасно знаком и, думаю, что возражать не станет. Запомни главное: если ровно в восемь Таня не выйдет за ворота лечебницы, смерть твоя будет страшной, уж ты мне поверь. Ну, а сейчас отдыхай пока. Завтра тебе нужно рано вставать. И я тоже пойду, пожалуй.
   Замотав веревку за спинку кровати так, чтобы лежащий не смог сразу соскочить и поднять шум, Александр не спеша вышел на улицу. Небо на востоке уже начинало понемногу светлеть. В детстве ему нравилось любоваться восходом солнца. Но сейчас времени на это нет. В доме загорелся свет, и послышались истошные крики. Кричала женщина. Прислушавшись к ее воплям, понял, что она отчитывает за что-то своего супруга. Наверное, жена была в курсе всех его дел. А уже через секунду, человек скрылся в лесу и больше ничего не слышал. Домой не пошел. Через лес ночью, пожалуй, не стоит пробираться. По дороге идти тоже нельзя. На старом костровище вновь разгорелся небольшой костерок. Уставший, он вскоре задремал на уже насиженном месте.
   Со стороны дороги послышался шум мотора. Машина пронеслась мимо, и свет фар лишь на секунду осветил верхушки стоявших рядом деревьев. Наверное, доктор сильно торопился поскорее вернуться домой. И на то у него были причины.

   Проснулась Таня от того, что кто-то сильно тормошил ее за плечи. Открыв глаза, не испугалась:
   – Давай быстро вставай, одевайся, и к главному.
   – Сейчас, встаю. А что за спешка такая?
   – Да я и сам понять не могу, что за спешка. По-моему хозяин очень сильно чем-то напуган. А напугать его, скажу тебе честно, не так-то просто.
   Он улыбнулся. Женщина только теперь поняла, почему не испугалась, открыв глаза. Это был тот самый санитар, который вышвырнул Вадима из комнаты свиданий на улицу несколько дней назад.
   – Я в коридоре подожду, а ты время не тяни. Не в твоих это интересах, понимать должна.
   Она понимала, а может быть, чувствовала или о чём-то догадывалась и поэтому время тянуть вовсе не собиралась. Сама не зная почему, Татьяна верила этому человеку, хотя в последнее время жизнь учила совсем другому. Как ни странно, но женщина пока еще не разучилась верить.
   Быстро одевшись и наскоро сполоснув лицо холодной водой, вышла в коридор. Пройдя мимо сонных еще корпусов, больная поднялась на второй этаж и осторожно постучала в знакомую дверь кабинета главврача. Голос с другой стороны отозвался сразу же:
   – Войдите, открыто.
   – Алексей Михайлович, я Николаеву привел.
   – Хорошо, жди пока за дверью, а ты заходи.
   Главврач был очень сильно чем-то возбужден. Глаза его бегали по сторонам. Он курил сигарету за сигаретой и нервно ходил из угла в угол, тщательно вымеряя свой кабинет коротенькими шажками.
   – Навязалась ты на мою голову. И запомни на будущее: вот хоть умирай, все равно лечить тебя больше не стану.
   При этих словах она чуть было не рассмеялась вслух, но в последний момент все-таки сумела сдержать себя и сохранить серьезное выражение лица.
   – На вот. Я закрыл твой больничный. В результате обследования – ты совершенно здорова. Можешь возвращаться домой и заниматься своими делами. Одежду и личные вещи заберешь у санитара. В палате переоденешься и можешь быть свободна. Иди, тебя проводят.
   Она не верила своим ушам. По коридору шла словно пьяная. Голос поторапливал:
   – Давай-ка, шевелись побыстрее, а то ведь может и передумать. Но торопить «больную» в этот момент не стоило. Она сама все прекрасно понимала и уже почти бежала прочь от так ненавистного ей кабинета.
   Выйдя за забор, бывшая заложница полной грудью вдохнула свежий весенний воздух, пахнущий талой водой и набухшими почками пробуждающихся от зимнего сна деревьев, пронизанный щебетом птиц и галдежом прыгающей по лужам детворы. Человек, стоящий неподалеку от больничного КПП, вдруг окликнул ее:
   – Привет. Вот видишь, все нормально, он тебя выпустил.
   Таня сразу узнала в подошедшем Александра.
   – Привет.
   Слезы градом покатились вдруг из глаз, но стоявшая, как могла, сдерживала себя, стараясь не разрыдаться прямо на улице.
   – Все, тихо, тихо. Плакать дома будешь. Не стоит здесь на себя внимание обращать. Хотя идти, пожалуй, тебе сейчас нужно не домой, а прямиком в милицию. Объяснишь там ситуацию. Скажи, что преследует, грозит, прохода не дает. Это уж по их части, они знают, что делать. В общем, дальше карабкаться сама будешь. А я сегодня вечером уезжаю. Нужно, наконец, расставить все точки над «и» в этом деле. Сергей – друг. И что с ним произошло, мне далеко не безразлично. Как только вернусь, сразу же найду тебя, ну а пока – до свидания. И не вешай нос, все будет нормально. Жизнь продолжается.
   Мужчина повернулся и быстро зашагал прочь. Она осталась одна на голом асфальте, в чужом, враждебном ей сейчас городе. Наконец, придя в себя, решила последовать совету своего спасителя и направилась в сторону местного отделения милиции. И хотя в торжество справедливости верилось с трудом, но ничего другого в сложившейся ситуации в голову не приходило. Это был хоть какой-то, но все-таки шанс.
   А мимо, проносились вереницы блестящих автомобилей. Все они безудержно летели куда-то вдаль, стремясь к своей, так нужной им цели. Машинам не было никакого дела до маленького человека, что без остановки топал по мокрому тротуару. Они лишь обдавали его клубами копоти и грязи. Серые кирпичные здания, словно огромные каменные изваяния, высеченные, как будто под копирку, всемогущей рукой мрачного исполина, молчаливо, насмешливо и совершенно равнодушно наблюдали за ней разрезами узких окон. Город жил своей, особенной, спокойной на первый взгляд, но кипящей и бурлящей где-то далеко внутри его каменных недр жизнью. Он перемалывал и истирал в порошок все то, что не подходило под жесткий стандарт этой самой понятной только ему жизни, не обращая внимания ни на весеннюю капель, ни на веселый щебет воробьев на крыше. Все то, что так радует порою душу простого человека, ему было просто не нужно. Он молча проживал свою неприступную жизнь холодного каменного гиганта.
   Таня поднялась по блестящей мраморной лестнице на второй этаж. Накрашенная с ног до головы секретарша, скорчив гримасу улыбки на глянцевом лице, любезно пояснила ей, что сейчас у начальника идет совещание, но через полчаса оно закончится, и тогда нужно будет зайти в четырнадцатый кабинет. Пришедшая уселась на длинный ряд стульев, выставленных возле стены.
   Вскоре в коридоре появился симпатичный молодой человек, лет тридцати с виду с гладко выбритым лицом.
   – Женщина, Вы ко мне? – спросил он, с трудом открывая тяжелую железную дверь.
   – Да, если можно, – ответила та, вся дрожа от волнения.
   – Проходите.
Чтение онлайн



1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 [18] 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38

Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация