А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Любовь на краю света" (страница 12)

   Женевьева с готовностью кивнула. Скроуп не шелохнулся. По его лицу было видно, что он потрясен.

   Джереми только теперь понял, что допустил серьезный просчет. Он не принял во внимание и даже не попытался оценить возможности мисс Кинстер, тогда как первоначальный план требовал от нее действий весьма решительных. Откровенно говоря, он вовсе не думал о ней как об активном участнике операции «Спасение».
   Элиза была для него чем-то вроде драгоценного манускрипта, который следовало добыть, перехитрив противника. Теперь беглянка и ее спаситель сидели рядом на задке телеги. Груда капустных кочанов отделяла их от крестьянина, правившего лошадью.
   – Простите, – тихо вздохнула Элиза. – Я знаю, вы рассчитывали, что мы будем ехать намного быстрее.
   Не сводя глаз с дороги, вившейся позади телеги, Джереми покачал головой:
   – Нет, не извиняйтесь. Это мне следует просить у вас прощения. – Он коротко улыбнулся Элизе, надеясь, что это вышло ободряюще. – Я должен был подробно изложить вам наш план и спросить, что вы о нем думаете. Если бы я поступил так, как вы предлагали, мы наняли бы двуколку с упряжкой взамен верховых лошадей и сейчас благополучно мчались бы вперед.
   Им пришлось оставить лошадей в Слейтфорде. Даже медленная рысь все-таки пугала Элизу. Она ехала, сжавшись в комок, яростно вцепившись в поводья, боясь, что лошадь ее сбросит, и тревога ее начала передаваться Джереми.
   К тому времени как всадники достигли деревни, страх уже охватил их обоих. Джереми хорошо понимал, что сломанные кости лишь осложнят и без того скверное положение. Но в крошечном деревенском трактире не нашлось наемной кареты, там не было даже двуколки. Однако проезжий фермер, собиравшийся в соседний городок, предложил подвезти путешественников. Этот добрый малый направлялся в Кингсноу. Он уверял, что там легко будет найти двуколку.
   По счастью, фермер успел продать большую часть капусты, а его лошадь оказалась сильной, выносливой и быстрой.
   Таким образом, беглецы приближались к цели своего путешествия чуть быстрее, хотя и не намного. Однако теперь Элизе не угрожало свалиться с лошади и свернуть себе шею, поэтому оба испытывали заметное облегчение.
   По крайней мере в этом.
   Джереми по-прежнему с трудом удавалось не обращать внимания на Элизу в ее новом, мужском обличье, вернее, не замечать то странное действие, которое оказывала на него ее близость. Ему приходилось сдерживать себя, чтобы не пялиться на ее длинные ноги, обтянутые бриджами.
   Напряжение не отпускало его, особенно когда…
   Стараясь прогнать опасные мысли, он задумался над сложившимся положением. Это утро подбросило ему целый ворох проблем. Конечно, было довольно приятно ехать в телеге, тем более рядом с Элизой, но лошадь бежала слишком медленно, а двое беззащитных путешественников, лишенных возможности съехать с дороги и ускользнуть прочь, представляли для преследователей легкую добычу. Вынув из кармана часы на цепочке, Джереми взглянул на циферблат.
   Элиза придвинулась ближе и наклонилась, чтобы видеть стрелки.
   Джереми окутал свежий аромат, исходивший от ее волос. Запах розы и лаванды мешался в нем с теплым, едва уловимым благоуханием женственности. И вновь острое сознание близости Элизы пронзило Джереми.
   – Почти девять часов. – Элиза выпрямилась и отодвинулась.
   Джереми захотелось вернуть ее, притянуть к себе. Он решительно подавил эту безумную мысль.
   – Да, – отозвался он слабым голосом. Потом откашлялся и посмотрел на часы, пытаясь вспомнить, о чем только что думал. Нахмурившись, он убрал часы в карман. – За три часа мы успели проехать… не слишком много. Нужно поскорее найти двуколку и мчаться что есть духу. Наверное, нам придется внести изменения в план, но мы не можем принимать решения, пока не будем знать, каковы наши возможности.
   Почувствовав взгляд Элизы, он повернулся и посмотрел ей в глаза.
   Она улыбнулась:
   – Вы очень чуткий и внимательный. Я это ценю.
   Джереми не стал браниться, ворчать или произносить напыщенные речи, не попытался взвалить на нее ответственность за задержку, объявив, что по ее вине провалился его чудесный план. Ему не пришло в голову укорять Элизу, заставляя испытывать стыд и раскаяние, оттого что она никудышная наездница. Он просто смирился с ее недостатками и отказался от первоначального плана, не выказав и тени презрения или сарказма.
   – Я сделаю все возможное, чтобы мы больше не задерживались.
   Джереми склонил голову набок и снова обратил взор на дорогу.
   – Надеюсь, нашим друзьям повезет больше, чем нам, – сказал он. – Приманка сработает и уведет преследователей по ложному следу.

   Поток изощренной брани иссяк за первые десять минут вынужденного пути, дальше друзья брели в молчании. Несчастная лошадь плелась между ними, припадая на одну ногу. Приближающийся грохот копыт заставил Кобби с Хьюго остановиться и оглянуться.
   Их уже обогнали несколько экипажей и ранний почтовый дилижанс, но на этот раз на дороге показался всадник, первый за минувшие несколько часов.
   Силуэт мужчины на крупной лошади мелькнул и скрылся из виду, когда дорога спустилась в низину.
   Кобби придирчиво оглядел Хьюго:
   – Твой парик съехал набок.
   Хьюго поправил парик и, набросив на голову капюшон плаща, подошел ближе к Джасперу, стараясь держаться как можно незаметнее. Теперь с дороги его почти невозможно было рассмотреть.
   Всадник появился снова, взлетев на пригорок чуть поодаль. Вглядываясь в темную фигуру, Кобби настороженно замер.
   – У него пистолет.
   Человек на лошади налетел точно вихрь, раскаты его голоса тонули в бешеном топоте тяжелых копыт. Натянув поводья, он остановился и угрожающе махнул пистолетом:
   – Стойте! Не двигайтесь!
   Кобби вытянул вперед руки, растопырив пальцы.
   – Мы и так стояли. Кто вы такой, черт побери? – Он старался как мог, подражая выговору Джереми.
   Всадник нахмурился. Сжимая в руке пистолет, но не целясь в кого-либо из путников, он резким окриком усмирил испуганно всхрапывающую лошадь, затем внимательно оглядел Кобби с Хьюго и подозрительно уставился на двуколку.
   Еще больше помрачнев, он обратился к Кобби:
   – Вы оставляли эту двуколку в трактире «Восходящее солнце» на Саут-Бридж-стрит?
   – Да. – Кобби задиристо вскинул голову. – И что с того? Она принадлежит мне.
   Всадник задержал хмурый взгляд на его лице и повернулся к Хьюго. Затем впился глазами в Джаспера и покачал головой:
   – Не важно. Я обознался.
   – Неужели? – Кобби воинственно подбоченился. – Так вот почему вы наскакиваете на нас, размахивая пистолетом? Как видите, наша лошадь захромала и…
   Всадник негромко выругался и, пришпорив коня, помчался что есть духу обратно в Эдинбург. Кобби, стоя посреди дороги, смотрел ему вслед. Когда фигура конника скрылась за гребнем холма, Хьюго обошел Джаспера и присоединился к другу.
   Вскоре всадник вновь показался на взгорке – темная фигурка все уменьшалась. Наемник летел стрелой, спеша сообщить Скроупу дурную весть.
   Кобби скорчил недовольную гримасу и, вновь обретя собственный голос, заметил:
   – Что ж, приключение вышло коротким.

   Маккинзи потребовалось некоторое время, чтобы найти знакомого мальчишку-беспризорника, и еще полчаса ему пришлось дожидаться, пока оборванец выполнит задание и явится с докладом.
   – Три шикарных господина провели леди по туннелям прошлой ночью. Ну, вернее, сегодня утром, до того как рассвело. – Кролик, получивший свое прозвище благодаря большим ушам и умению носиться стремглав по подземным коридорам, добавил: – Трое мальчишек Дугана были у них проводниками. Говорят, один из джентльменов щедро им заплатил.
   Сидя на обломках старой каменной стены недалеко от входа в катакомбы у Южного моста (строители туннелей явно не принимали в расчет мужчин высокого роста), Маккинзи терпеливо выслушал новости. Лицо его оставалось бесстрастным.
   – Они что-нибудь рассказали об этих джентльменах? Или о даме?
   – Только упомянули, что у леди золотистые волосы. Она куталась в плащ и прикрывала голову капюшоном.
   – А что мужчины?
   – Парни Дугана отзывались о них хорошо. Тихие, безобидные. Не чета обычным гулякам, что приходят в подземелье поразвлечься. Серьезные господа. Судя по выговору, двое из них местные, эдинбургские, а третий, тот, что платил, наверняка англичанин. Уж это точно.
   – Кто-нибудь видел, куда они направились, выйдя из подземелья?
   – Нет. – Кролик кивнул в сторону города. – Просто скрылись в темноте, вот и все.
   – В какую сторону они пошли? К дворцу или к крепости?
   – К дворцу. Держались уверенно. Похоже, знали, куда идут.
   – Превосходно. – Маккинзи пошарил в кармане и вытащил горсть монет. – Ты славно потрудился.
   – Спасибо, милорд.
   Маккинзи протянул ему вознаграждение, и Кролик зажал монеты в грязном кулаке.
   Время шло. Благодаря Кролику Маккинзи удалось выяснить, как и когда пленница ускользнула из дома и кто ее сопровождал, однако куда она устремилась потом и кто ее таинственные спасители, по-прежнему оставалось загадкой.
   Похоже, ветреница судьба снова решила над ним подшутить. На этот раз она выбрала весьма изощренный способ, чтобы с ним расправиться.
   Если спаситель Элизы окажется достойным человеком и она выберет его себе в мужья, тогда честь не позволит ему разлучить пару, решил для себя Маккинзи. Он всегда ставил благородство превыше всего, и никакие требования матери не заставили бы его изменить своим убеждениям. В этом случае ему не останется ничего другого, кроме как позволить влюбленным ускользнуть. Пересечь границу и сыграть свадьбу.
   И что тогда будет с ним? Об этом Маккинзи не хотелось даже думать. Он решил до поры до времени не ломать над этим голову, пока не вынудят обстоятельства.
   «На сегодня и без того достаточно…» Стиснув зубы, он свернул на Ниддери-стрит и направился к дому Скроупа.
   Прежде всего необходимо было выяснить, как англичан оказался втянут в эту историю. Затем предстояло найти Элизу с ее спасителем и уж тогда решить, требуется ли вмешаться и избавить беззащитную девицу от посягательств англичанина, или же, напротив, убедиться, что загадочный джентльмен предназначен мисс Кинстер в мужья самой судьбой.

   – Я хочу знать, как некий англичанин проведал, что Элизу Кинстер следует искать у вас. – Маккинзи уселся в кресло возле окна в гостиной дома на Ниддери-стрит. Его суровый властный взгляд впился в лицо Скроупа, сидевшего напротив на стуле с прямой спинкой.
   Сиделка робко опустилась на стул рядом со Скроупом, нервно сплетая и расплетая пальцы.
   За время отсутствия Маккинзи подавленность Скроупа сменилась злобой. Он с вызовом встретил взгляд шотландца.
   – Понятия не имею. Мы никого не оповещали о ее присутствии.
   – И все же некий англичанин помог ей бежать из этого дома, и, как нам известно со слов Тейлора, неведомый англичанин покинул нынче утром Эдинбург в обществе леди, похожей по описанию на мисс Кинстер.
   Скроуп нерешительно помолчал и произнес:
   – Нет оснований считать, что человек, который вывел ее из этого проклятого подземелья, тот же самый англичанин, что увез ее на юг. Она могла просто договориться с каким-нибудь проезжавшим мимо путешественником, чтобы тот доставил ее в Лондон. У нее не было с собой денег, но имя мисс Кинстер достаточно известно, чтобы убедить англичанина помочь ей.
   Маккинзи задумчиво склонил голову набок.
   – Возможно, это и так. Но кто-то узнал, что девушка здесь, и показал ей выход из подземелья. Значит, кто-то ее видел, а поскольку Элиза не покидала этих стен до самой ночи, тот, кто помог ей бежать, следил за вами вчера.
   Скроуп обеспокоенно нахмурился, и Маккинзи понял, что наемники не потрудились обратить внимание, есть ли за ними слежка, когда вели Элизу к дому.
   – Расскажите мне все, не упуская ни единой мелочи, – потребовал горец. – Опишите ваше путешествие от Гросвенор-сквер до Эдинбурга.
   – Я уже рассказывал вам. – Скроуп нетерпеливо махнул рукой. – Тут не о чем говорить.
   – Исполните мою просьбу. – Маккинзи не просил, он приказывал. – Вы одурманили мисс Кинстер эфиром, вынесли из дома, погрузили в карету и выехали с Гросвенор-сквер. Начните отсюда. Что случилось дальше?
   Скроуп метнул на горца взгляд, полный яда, но неохотно продолжил:
   – Мы поехали по Оксфорд-роуд, миновали Оксфорд…
   – Мисс Кинстер пришла в себя к этому времени?
   Скроуп помедлил, прежде чем ответить:
   – Да и нет, действие эфира еще не прошло. Она проспала большую часть пути.
   Сиделка многозначительно посмотрела на Скроупа, но тот сделал вид, что ничего не заметил.
   Ее беспокойство не укрылось от Маккинзи. Он тотчас заподозрил, что Элизу Кинстер погрузили в сон при помощи какого-то зелья. Зачем еще нанимать опытную сиделку вместо горничной? Скроуп нарушил его четкие распоряжения, но теперь едва ли стоило останавливаться на этом.
   – Ладно, допустим, мисс Кинстер пребывала в беспамятстве под действием «эфира» и не могла привлечь к себе чье-то внимание, пока вы проезжали Оксфорд. Когда же она пришла в себя и… так сказать, ожила?
   Скроуп оставил без внимания издевку в голосе Маккинзи.
   – Она начала просыпаться на выезде из Йорка, но потом заснула снова.
   Маккинзи видел Элизу в Йорке, она дремала.
   – Хорошо, остановимся подробнее на отрезке пути между Оксфордом и Йорком. Припомните каждую деревеньку, каждый городок, который вы проезжали. Проявлял ли хоть кто-нибудь интерес к карете и ее пассажирам?
   Скроуп задумался.
   Сиделка тоже старательно напрягала память.
   Однако в конце концов оба покачали головой.
   – Нет, – объявил Скроуп, – нам нечего рассказывать. Совершенно нечего. Никаких происшествий.
   – С Тейлором никто не заговаривал? – спросил Маккинзи. – Может, кто-нибудь околачивался рядом и завел беседу с кучером во время одной из остановок?
   – Нет, – подала голос сиделка. – Во время коротких остановок Тейлор редко покидает козлы.
   – И он ни разу не съезжал с дороги и никуда не отлучался?
   Женщина пожала плечами:
   – Нет, ведь это его работа.
   – Несколько раз во время длинных перегонов я подменял его и сам правил лошадьми, чтобы он мог немного поспать, – пробурчал Скроуп, – мы останавливались лишь для того, чтобы сменить лошадей.
   Скроуп сказал правду, наемники действовали точно по плану. Маккинзи убедился в этом, отметив, что карета вовремя прибыла в Йорк.
   Он внимательно оглядел сидевшую перед ним пару.
   – Итак, вы проехали Йорк без происшествий. А как насчет участка пути между Йорком и Мидлсбро? – И снова Скроуп с сиделкой после короткого раздумья покачали головами. – Вы упомянули, что в Йорке мисс Кинстер начала просыпаться. Когда она окончательно проснулась?
   – В Северном Мидлсбро, – ответила сиделка. – Мы перемолвились с ней парой слов, и она опять задремала. Девушка проснулась снова, когда мы переезжали мост, покидая Ньюкасл.
   – Значит, она просыпалась дважды – к северу от Мидлсбро и на выезде из Ньюкасла. А не пробовала ли она припасть к окну или привлечь к себе внимание случайных встречных?
   – Не там, – отозвался Скроуп.
   Маккинзи внимательно посмотрел на наемника и спросил обманчиво мягким голосом:
   – Вы хотите сказать, что она все же пыталась позвать на помощь?
   Скроуп недовольно поморщился и небрежно махнул рукой.
   – Да. Но ничего из этого не вышло.
   Маккинзи насторожился.
   – И все же она сбежала.
   – Это никак не связано с той попыткой. Мы проехали Ньюкасл. До границы оставалось каких-то тридцать миль. Места там дикие, безлюдные.
   – По дороге на Джедборо?
   Скроуп кивнул:
   – Совершенно верно. Одни леса да вересковые пустоши, больше ничего. Мисс Кинстер вроде бы снова задремала, устроившись в углу. Потом карета замедлила ход, чтобы пропустить встречный экипаж, тут она внезапно пробудилась и показала коготки.
   – Как это случилось? – отрывисто бросил Маккинзи.
   – Она метнулась к окну, начала стучать в стекло и звать на помощь.
   – А дальше? – Маккинзи едва сдерживался. Каждое слово из наемников приходилось вытягивать клещами. Это казалось немыслимым.
   – Пустое дело! – Скроуп сердито сверкнул глазами. – Мы оттащили ее от окна. Экипаж проехал. Я велел Тейлору понаблюдать за двуколкой, но ничего примечательного не произошло. Возница двуколки обернулся, посмотрел вслед карете, потом пожал плечами и поехал дальше. Тейлор пару раз оборачивался, но двуколка не повернула и не последовала за нами.
   Маккинзи мысленно представил себе всю картину.
   – Кто-то из вас разглядел человека, правившего двуколкой?
   Скроуп и сиделка покачали головами.
   – Оба экипажа двигались, – объяснила женщина. – Лошади замедлили ход, но возница лишь быстро промелькнул в окне. Попытка мисс Кинстер позвать на помощь длилась всего миг, мы тотчас оттащили ее от окна, и к тому времени двуколка была уже далеко.
   – Но она… – Маккинзи серьезно задумался. – Она сидела в углу, откинувшись на подушки, и наверняка хорошо видела возницу приближающегося экипажа. У нее было время рассмотреть его. Она узнала этого человека и начала действовать.
   Скроуп недоверчиво фыркнул:
   – Просто нам на пути встретился один-единственный экипаж, только и всего. Дорога была безлюдная, за все время мы не заметили ни кареты, ни даже телеги. Девчонка увидела двуколку и решила, что это ее последний шанс – ничего другого ей не оставалось. Нет причин думать, будто она знала возницу.
   «И все же Элиза Кинстер сбежала». Маккинзи хмуро поглядел на Скроупа, но не пожелал напомнить очевидное. Его не заботило, что думает наемник, отныне это не имело значения. Однако оставалось кое-что выяснить.
   – Помимо этого происшествия, были ли другие случаи, когда мисс Кинстер пыталась привлечь внимание мужчины, будь то англичанин, шотландец или кто-то еще? Вы не запомнили ничего похожего? Подумайте хорошенько. Мог ли кто-то заметить ее и узнать после эпизода с двуколкой? К примеру, когда вы шли по Южному мосту?
   Скроуп тотчас ощетинился, его голос звучал холодно, враждебно:
   – Нет.
   Маккинзи задержал испытующий взгляд на лице наемника. Кто же помог Элизе бежать? Возница двуколки или знакомый, случайно заметивший ее в Эдинбурге?
   Прежде чем он успел решить, есть ли смысл продолжать расспросы – полыхавший злобой Скроуп начинал терять терпение, – в дверь громко заколотили.
   – Это Тейлор.
   Сиделка вскочила и торопливо выбежала в холл. Несколько мгновений спустя Маккинзи услышал свое вымышленное имя, произнесенное свистящим шепотом, – Тейлора предупредили о его присутствии. А в следующий миг в дверях показался громадный мужчина, одетый как кучер, со шляпой в руках. При виде Маккинзи он неуклюже поклонился, затем посмотрел на Скроупа. Скроуп жестом велел ему войти и сварливо потребовал отчета:
   – Ну? Ты ее нашел?
   Остановившись посреди комнаты, Тейлор расправил плечи.
   – Я нашел того самого джентльмена, что вчера проехал мимо нас в двуколке. Наткнулся на него по ту сторону Чевиот-Хиллс.
   Скроуп вскочил на ноги, лицо его побелело.
   – Так он побывал здесь?
   – По всей видимости. Выйдя из дома, я отправился на Саут-Бридж-стрит, но мне не пришлось долго искать. В небольшом трактире возле постоялого двора, где мы оставили карету, я узнал все, что нужно. Тамошние конюхи рассказали, что вчера, около полудня, какой-то англичанин оставил у них двуколку с лошадью, а сегодня явился вместе с английской леди, светловолосой, в золотистом платье. Они уехали с первыми лучами солнца. Женщина по описанию походила на нашу цыпочку, вот я и отправил вам записку, а сам пустился в погоню.
   – И что же? – нетерпеливо бросил Скроуп.
   – Я настиг их перед самым Далкитом. Их красивый вороной жеребец захромал, и эта парочка шла пешком, ведя его в поводу.
   – Да черт с ней, с проклятой лошадью! – прорычал Скроуп. – Как насчет женщины? И мужчины, этого англичанина?
   Тейлор покосился на Скроупа и продолжил:
   – Похоже, это тот самый приятель, с которым мы разъехались вчера за Ньюкаслом. Я узнал лошадь и двуколку, так что это, должно быть, он. – Громила повернулся к Маккинзи. – Но леди явно не мисс Кинстер. Как только я ее увидел, эту даму, что шла с англичанином, тотчас помчался назад. Я обошел всю Саут-Бридж-стрит вдоль и поперек, заглянул на все постоялые дворы, что обслуживают экипажи с Большой Северной дороги. Никто не видел другой светловолосой англичанки. Она точно не садилась сегодня ни в дилижанс, ни в наемную карету. – Тейлор помолчал и заключил: – Наверное, она все еще в Эдинбурге.
   Маккинзи промолчал, хотя его одолевало искушение спросить: зачем англичанину понадобилось столь откровенно подсовывать наемникам подсадную утку, как не для того, чтобы отвлечь их внимание от другого направления? Английский джентльмен и леди в золотистом платье, за которыми гнался Тейлор, играли роль приманки, это не подлежало сомнению. Сколько светловолосых девушек в золотистом платье могли выехать из Эдинбурга в двуколке англичанина по Большой Северной дороге за одно утро?
Чтение онлайн



1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 [12] 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36

Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация