А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Консул Тревельян" (страница 24)

   Глава 15
   Судья Справедливости и другие лица

   Дом был точно таким, как в воспоминаниях деда. Белый двухэтажный особняк с башенкой, похожей на стартующий крейсер, с террасой, выходившей в сад. В саду росли яблони, слива и странные деревья с сизыми плодами величиной с два кулака. Тревельян не сразу понял, что это смородина-мутант, завезенная с Земли шесть веков назад.
   Слева от высокого крыльца лежал на каменном постаменте корпус боевого робота. Досталось ему изрядно: в металлокерамическом панцире зияли дыры, грозные клешни были погнуты, метатель плазмы разрезан пополам. С другой стороны, на скамье из орудийного лафета, сидели Командор и его красавица-супруга с младенцем на коленях, а рядом с главой семейства – две девочки десяти и двенадцати лет. Живая голограмма: Командор что-то рассказывал жене, та улыбалась, девчушки хохотали. На двери дома блестела серебряная табличка. Ивар приблизился и прочитал: «Музей коммодора Звездного Флота, героя Галактики Олафа Питера Карлоса Тревельяна-Красногорцева. 2290 г., Земля – 2382 г., система Бетельгейзе».
   «Надо же, музей! Великая Пустота! Никогда бы не подумал! – пробормотал дед. Потом шепнул: – Малыш, встань у скамейки. Хочу на Линду посмотреть и ребятишек… Все так и было… Только не помню я, в каком году…»
   Не торопились, смотрели долго – здесь, на островах, в другом часовом поясе, еще не наступил полдень. Затем дед распорядился идти в дом. Комната слева от холла когда-то была гостиной, и на ее стенах сверкали в прозрачных футлярах ордена. Великое множество наград, след промелькнувшей жизни Командора… Орден «Пояс Ориона» с кометами, два «Меча Ганнибала» – им награждали полководцев, «Орден Фронтира» трех степеней, «Орден Провала», орден «За спасение соратника на поле боя», три медали «За личное мужество», медаль «За штурм Тхара», медаль «Голубая Зона»… Еще восемь почетных знаков ранений, знак отличия десантников «Триарий», знак отличия пилотов «Лимб», который выдавался за пятьсот прыжков… Много наград, но не все – Тревельян знал, что часть их не сохранилась.
   «В мой кабинет, голубь сизый, – велел Командор. – Второй этаж, под башней».
   Кабинет был просторен, едва ли не в треть этажа. Стены и потолок обшиты потемневшим от времени дубом, под окнами – огромный стол, а при нем кресло, в котором Ивар опознал старинный пилотский ложемент. У стола – терминал древнего компьютера, рядом – шкафы с книгами и сотней модулей-термосов; в них, при абсолютном нуле, хранились магнитные записи. Стена напротив шкафов была увешана оружием, какого Тревельян в жизни не видел и даже представить не мог, что где-то, кроме гигантских земных музеев, еще сохранились подобные редкости. Тут были дамасская сабля, испанская шпага, меч устрашающего вида, метательные ножи фейдао и кодзука, китайский палаш дан-гайн, секиры, копья и арбалеты. Рядом висело огнестрельное оружие: пара мушкетов, фузея с толстым стволом, винтовки, автоматы и пистолеты от кремневых до многозарядных.
   «Моя коллекция, – с гордостью молвил Командор. – По завещанию, все отошло Линде. Ничего не продано, не потеряно, все сохранилось… Вот женщина! Зря я с ней расстался! Зря!»
   – Теперь поздно сожалеть, – произнес Ивар и ткнул пальцем в один из стволов. – Это что такое?
   «Русский автомат «калаш», а справа от него – американская винтовка «М16». Ты выше взгляни, выше! Вот жемчужина коллекции! Винтовка Мосина[51], подлинный экземпляр 1891 года! Я раздобыл ее на Марсе, у одного старика – он держал бар в предгорьях Фарсиды. Папаша Эмиль его звали… Пил у него ром из тхарского пьяного гриба, увидел и выменял на свою форму полного коммодора… китель с серебряными «спиралями», штаны с лампасами, фуражку, сапоги… Ей, малыш, больше тысячи лет!»
   – Она стреляет? – полюбопытствовал Тревельян.
   «Пять веков назад стреляла. Хочешь попробовать? Обоймы – в нижнем ящике стола».
   Секунду Ивар колебался, потом покачал головой.
   – Соблазнительно, но нельзя нарушать порядок. Все же здесь военная база.
   «Законсервированная, – уточнил дед. – Ладно, не будем ворон пугать… Тебе куда нужно добраться?»
   – В штаб базы. В бывший штаб.
   «Выйди из дома, стань к морю спиной и увидишь, как над лесом игла поблескивает, а на ней – набалдашник вроде тарелки. Это штаб и есть. Но пешим ходом не добраться, до него километров двадцать пять».
   – Я и не собираюсь пешим, – сказал Тревельян, спускаясь вниз по скрипучей деревянной лестнице. Он постоял недолго у скамейки, поглядел на деда и его семью, затем переместился к огромной игле бывшего штаба. Вокруг царили безлюдье и тишина, ветер с моря гнал сухие листья по песчаным дорожкам, солнце отражалось в хрустальных стенах здания мириадом ярких отблесков. Игла была высотой метров шестьсот, и, вероятно, под ней имелся не один вместительный бункер.
   «Куда мне?..» – подумал Тревельян, включая наручный браслет. Связное устройство молчало, но через минуту из-под сводов арки на первом этаже выпорхнула Алиса Виктория. Вид у нее был очень рассерженный.
   – Консул! Во имя Владык Пустоты! Что же вы творите, консул! Почему связь отключена?
   – Я находился в месте, где меня нельзя беспокоить. Ни меня, ни моего спутника.
   Глаза Алисы метнули молнию.
   – Спутника?.. Спутницу, вы хотите сказать! Женщину! Не та ли блондинка-кни’лина опять к вам прилипла? И чем вы занимались?
   Ивар перехватил контейнер левой рукой и прикоснулся к виску.
   – Здесь памятный кристалл с личностью моего далекого предка. Он был великим воином, Алиса… Он погиб в битве с дроми шесть веков назад, сгорел на мостике своего крейсера… Здесь стоит его дом. – Тревельян вытянул руку в сторону морского берега. – Дом, в котором он когда-то жил и где теперь собраны его ордена, его оружие, его записи… Дом, хранящий память о его семье… нашей семье… Мы там были. – Сделав паузу, Ивар произнес: – Я отключил браслет. Сказано в книге Йездана Сероокого: не тревожь старца, когда ему снятся сны о прошедшей юности.
   Сердитое выражение на лице девушки сменилось растерянностью.
   – Простите, Ивар… я не знала… я думала, вы сейчас над океаном, в трех часах лета от островов… Думала, что вы не успеете к сроку, и Судья будет недовольна…
   – Я тебя прощаю, – сказал Тревельян, – прощаю, ибо ты впервые назвала меня по имени. А Судья… с ней мы как-нибудь договоримся. – Он ткнул в клавишу браслета. – Без десяти час… Если лифты в этом небоскребе быстрые, мы появимся точно в срок.
   Они вошли в огромный вестибюль, украшенный голограммами боевых кораблей, потом в залитую голубоватым сиянием шахту. Поток воздуха подхватил их, понес вверх, развевая пряди каштановых волос Алисы. Тревельян смотрел на девушку, и вдруг вспомнились ему Снежная Пасть, Жанна Брингар и параприм Нишикуандра. Что сказал четырехрукий о прекрасной терукси?.. Красивая, но не для тебя… не в этой жизни… И тогда он спросил: а что для меня? Что? Будто наяву, послышался Ивару басистый голос Нишикуандры: то, что ждет тебя в грядущем, что неизбежно и неминуемо! На этот счет не беспокойся, свое получишь. Что суждено, то суждено! Тревельян не мог оторвать глаз от девушки. Его сердце вдруг гулко стукнуло и будто бы на миг остановилось. Прав Нишикуандра: что суждено, то суждено! И не нужно спорить с судьбой, это плохо кончается!
   Лифт мчался наверх. За прозрачными стенами стремительно мелькали пустынные залы и безлюдные коридоры.
   – Как вы сюда добрались? – спросила Алиса. – Вызвали свой орбитальный челнок?.. В ковер-самолет мне как-то не верится.
   – Правильно, что не верится, – согласился Тревельян. – Зачем мне ковер? Кто нынче летает на этих скопищах пыли и блох? Лично у меня сапоги-скороходы.
   Мягкий порыв искусственного ветра вытолкнул его и Алису в обширное круглое помещение с множеством мониторов и мерцающих экранов. Тарелка наверху иглы, координирующий центр, догадался Тревельян. Здесь их поджидали двое: высокая худощавая женщина в длинном, почти до пят, фиолетовом платье и мужчина в мундире офицера Флота, но без знаков различия. Ивар положил контейнер в ближайшее кресло, пригладил волосы, одернул френч с золотистой эмблемой и представился:
   – Ивар Тревельян, ксенолог, консул Фонда.
   – Елена Градская, Судья Справедливости. Со мной коллега Кро Лайтвотер из Секретной Службы, – промолвила женщина звучным низким голосом. – Мне очень повезло, что вы оказались на Гондване, консул. Ксенолог вашего опыта и ранга – незаменимый консультант.
   Великолепное контральто, подумал Тревельян и склонил голову.
   – Рад посодействовать, Судья. Тем более что вы отправили за мной такого очаровательного посланца.
   Судья бросила на Алису строгий взгляд.
   – Если она затеет с вами роман, я ее уволю. Все-таки я отвечаю за своих сотрудников, а тут последствия непредсказуемы. Тяжелая рука у этой девушки, и она очень ревнива. К тому же метко стреляет.
   – Полезная информация. Я буду осторожен. – Ивар отвернулся, чтобы не смущать девушку. – Перейдем к нашей проблеме, Судья?
   – Да, конечно. Думаю, вы знакомы с мнением ксенологов Хейне и Абаренкова, с их гипотезой Чужого Рая? Они полагают, что Гондвана создана в качестве убежища или места отдыха для какой-то неведомой расы… вернее, создается, ибо этот процесс пока еще не завершен. Аргументы у них веские, они изучили все, что связано с регулируемой эволюцией на Гондване. Наклон планетарной оси, распределение водных бассейнов и суши, ориентацию горных хребтов, защищающих от бурь континентальные равнины, особенности животного и растительного мира. Их вывод таков: кто-то готовит для себя эту благодатную планету. Работа начата тысячелетия назад, и сейчас все природные процессы вошли в естественное русло и движутся сами по себе. – Помолчав, Судья добавила: – Что не исключает необходимости в корректировке, которую проводят от случая к случаю.
   – О Чужом Рае мне известно, и я думаю, что это уже не гипотеза, – сказал Тревельян, посматривая на коллегу из Секретной Службы. Кожа Кро Лайтвотера отливала бронзовым оттенком, черты были резкими, словно его лицо высекли из гранита, в темных волосах – ни намека на седину. Он словно бы не имел возраста, но в то же время Ивару казалось, что этот человек очень, очень стар. Насколько? С учетом омолаживающих процедур люди доживали до двухсот, даже до двухсот двадцати, но двумя столетиями жизнь Кро Лайтвотера явно не исчерпывалась. Похоже, он был древнее тех деревьев, что высадили на Гондване первые поселенцы.
   «Удивляешься? – безмолвно произнес Советник. – Ну-ну! А я вот сразу его узнал! Кро Лайтвотер, индеец-навахо Светлая Вода, из высших чинов Секретной Службы… Когда-то летал с твоим предком Вальдесом, отцом моей супруги с Тхара… Может, и с самим Полом Коркораном летал, когда Тхар у фаата отняли…[52] Кто ведает!»
   «С Коркораном? Но ведь это было…» – начал Тревельян.
   «Давно было, а он все живет и живет! Так что ты, голубь, к нему со всем почтением», – пробурчал Командор и смолк.
   Тем временем Судья Елена Градская подвела Ивара к столу, на котором лежал двухметровый питон с серебристой кожей и головой странной формы – будто лилия раскрыла лепестки, выпустив меж них тонкое жало.
   – Взгляните, консул, – промолвила она. – Чужой робот или подобное роботу устройство, регулирующее популяцию тигровых котов. Об их уничтожении узнали три-четыре месяца назад, и это вызвало интерес экологов, а затем и Секретной Службы. Был обезврежен ряд таких устройств, и теперь ведется поиск базы, где они скрывались семь или восемь столетий.
   Кро Лайтвотер коснулся головы серебристого питона.
   – Вернее, нескольких баз на континентах, островах и, возможно, под водой, на океанском дне. Это, консул, распределенная сеть, которая охватывает всю планету. Удивительно, но серьезные изыскания на Гондване до сих пор не проводились, лишь эпизодические раскопки… Несомненное упущение!
   У него был тихий глуховатый голос, и слова он выговаривал с почти неуловимым акцентом. Видно, он знал и помнил множество древних языков, бытовавших на Земле и в колониях до создания лингвы. Ивар все еще пытался угадать его возраст, но, кажется, это было пустым занятием.
   Наступила тишина. Градская и Кро Лайтвотер словно ждали чего-то от Тревельяна, но он молча взирал на робота, разлегшегося на столе. Насколько помнилось ему, ни одна из известных рас не делала такие устройства, считая форму змеи эргономически невыгодной. Исполнительные механизмы и датчики внешней среды всегда группировались вокруг управляющего центра и генератора, которые у боевых роботов защищала броня, а в остальных случаях – прочный корпус. Но, возможно, этот робот не был боевым?.. Слишком длинный и тонкий, а значит, слишком уязвимый… Зато пролезет в любую щель и дыру… Любопытно взглянуть, как он двигается…
   – Кажется, наш гость не удивлен, – наконец промолвила Судья. – Вам уже попадались эти киберустройства? – Тревельян продолжал безмолвствовать, и за него ответила Алиса:
   – Вчера мы наткнулись в лесу на мертвых кошек… Наверное, там был похожий змей, но мы его не видели. Они скользят, как тени!
   – Даже в Лихие Столетья, когда мы сражались с фаата и дроми, у нас не было таких роботов, – негромко произнес Кро Лайтвотер. – В те века в Солнечной системе производили много оружия, а трофейные образцы изучали очень тщательно… Но ничего подобного я не помню.
   – Хмм! – Тревельян прочистил горло. – Разумеется, не помните! Это робот нильхази, а с ними мы не воевали. Вообще не контактировали!
   – Нильхази? Что за нильхази, консул?
   Градская в удивлении взглянула на Ивара, но он, не ответив Судье, шагнул к креслу, поднял свой контейнер и перенес на стол. С тихим шелестом поднялась крышка, Тревельян запустил руку внутрь, вытащил резное изваяние и водрузил его рядом с серебряной змеей. Полюбовался на статуэтку, затем молвил:
   – Правда, хороша? Будто сейчас оживет и пустится в пляс… Рекомендую, девица нильхази! Истинная, неподдельная! Вероятно, ее соплеменники скоро будут здесь.
   Глаза Елены Градской расширились. С минуту она рассматривала статуэтку, потом прикоснулась к ней, тонкие пальцы пробежали по головке женщины, по распущенным волосам и гибкому стану.
   – Откуда это у вас? Как к вам попало это изображение?
   – Нильхази часто посещают систему лльяно, и одного из них отправили к нам в качестве посланца, – пояснил Ивар. – Это существо – Говорильник, как он себя называет, – сейчас на Гондване. Он попал в пространство Федерации на торговом корабле с Миров Окраины, капитан Глеб Нелюбин. По словам Говорильника, нильхази очень разгневаны и требуют, чтобы мы покинули Гондвану. Полагаю, к нам уже мчатся их боевые корабли.
   Лоб Судьи прорезали морщинки.
   – У вас, консул, больше информации, чем у меня, – молвила она после недолгого молчания. – Вы действительно отличный специалист!
   – Это у него наследственное, – сказал с улыбкой Кро Лайтвотер. Потом хлопнул Тревельяна по плечу и произнес загадочную фразу: – Не всякая птица долетит до середины Днепра… Ты, сынок, долетишь! И раз ты такой прыткий, скажи, что нам теперь делать. Мы с Судьей нуждаемся в твоем совете.
   Рука у Лайтвотера была тяжелой, но Тревельян, вспомнив слова деда – ты к нему со всем почтением! – лишь выдавил кривую усмешку. Потом сказал:
   – Нильхази подготовили мир, отвечающий земным стандартам, и это значит, что они очень похожи на людей. На нас, на фаата, терукси, кни’лина… Представим, что сделают люди в подобном случае? Скорее всего, начнут с угроз и демонстрации силы.
   Лайтвотер кивнул.
   – Согласен. Гуманоиды никогда не отличались миролюбием. Меня всегда удивляло ваше стремление к вооруженным конфликтам… Некий генетический дефект, я полагаю.
   Он сказал – ваше стремление, подумалось Тревельяну. Сказал так, словно бы не относился к человеческой расе… С другой стороны, кто из людей смог бы прожить тысячу или больше лет?.. Такое и представить невозможно!
   «Правильная мысль, – подтвердил призрачный Советник. – Он не человек, но существо, прожившее с нами долгие, долгие столетия. Не знаю, кто он и откуда, но времени очеловечиться ему вполне хватило».
   «Биоробот лоона эо? Сделанный по особому заказу?» – предположил Тревельян.
   «Нет, точно нет. В годы моей жизни поговаривали, что этот тип из метаморфов. Приставлен следить за Землей и сопредельной территорией. Чтобы мы не взорвали самих себя, а заодно и всю Галактику», – сообщил Командор и вновь погрузился в молчание.
   Тем временем Судья Елена Градская мерила зал от стены к стене, шагала мимо мерцающих экранов с опущенной головой, явно о чем-то размышляя. Вдруг она замедлила шаг, повернулась к мужчинам и бросила:
   – Это и есть ваш совет? Начать с угроз и демонстрации силы, ибо гуманоиды не отличаются миролюбием?
   – Ну, пальнуть раз-другой не помешало бы, – сказал Тревельян, переглянувшись с Кро Лайтвотером. – Нильхази, по словам Говорильника, весьма высокомерны. Хорошая порция плазмы лишь подтвердит ваш статус.
   Градская резко остановилась и вскинула голову.
   – Статус не укрепляют с помощью силы и угроз. Я – Судья Справедливости! Я человек, но действую в интересах всех разумных галактических народов! Их поддержка и вера в мои решения – вот мой статус!
   – Но эта новая раса ничего о вас не знает, – заметил Кро Лайтвотер. – Возможно, консул прав, и залп аннигиляторов окажется не лишним.
   Судья пожала плечами.
   – Старый спор, Лайтвотер, спор между Коллегией и вашей Службой… Не будем к нему возвращаться. Я и мои соратники считаем, что справедливость сильнее оружия. – С этими словами она повернулась к Тревельяну: – Благодарю вас, консул, вы сообщили мне важные сведения. Если в дальнейшем понадобится ваша помощь, могу ли я на вас рассчитывать?
   – В любой момент, когда пожелаете, – с поклоном ответил Ивар. – Я оставлю вам статуэтку нильхази… Вдруг пригодится.
   Он направился к лифту. Сзади послышались легкие шаги – его догоняла Алиса Виктория.
   – Я вас провожу. Не знаю, как вы сюда добрались, но я должна убедиться, что вы в безопасности и вернулись в Брасерию.
   – Не смею возразить, – сказал Тревельян и, раскрыв шахту лифта, пропустил девушку вперед.
   В его ушах вновь прозвучал басистый голос параприма: то, что ждет тебя в грядущем, неизбежно и неминуемо! Не спорь с судьбой!
* * *
   Через три минуты они вновь очутились в вестибюле огромного здания. Вздымавшийся над ними свод мерцал голубоватым светом, на стенах застыли голограммы боевых кораблей и лица их капитанов – они глядели на Ивара, будто спрашивая, достоин ли потомок славы предков. Пол Ричард Коркоран, адмирал Флота Окраины, казался строгим и суровым; коммодор Врба, изгнавший фаата с Роона и Тхара, щурил глаза из-под фуражки с серебряной галактической спиралью; Сергей Вальдес смотрел задумчиво, и за его спиной маячила громада «Урала», тяжелого крейсера Седьмой Флотилии. Тревельян повернул голову и встретил взгляд Командора: молодой, лет тридцати, не больше, он, гордо выпятив грудь, стоял на мостике своего корабля, фрегата «Свирепый», и на его мундире сияли капитанские «кометы»[53].
   Алиса Виктория дернула Ивара за рукав.
   – Собираетесь здесь ночевать, консул? Прямо на полу, в компании голограмм?
   Он не успел ответить, как сзади раздался негромкий голос:
   – Не торопи его, девочка. На этих голограммах лица его пращуров. Вполне подходящее общество для любого из Тревельянов и Вальдесов.
   Ивар обернулся – к ним шагал Кро Лайтвотер, Вождь Светлая Вода, и в уголках его губ пряталась усмешка.
   – Алиса Виктория Браун, рождена на Тхаре, служит в Коллегии Несогласных… – произнес он. – Ты из достойной семьи, милая. Передай привет своему прадеду Гранту, мы с ним знакомы. А сейчас, если не возражаешь, я хотел бы остаться с консулом наедине.
   Алиса раскрыла и тут же захлопнула рот. Несомненно, имелись у нее возражения, но не тот был случай, чтобы их обнародовать. Кивнув, она направилась к выходу. Порыв ветра, залетевшего в зал, взлохматил ее волосы.
   – Хорошая девушка, – сказал Кро Лайтвотер, глядя ей вслед. – Гордая и немного строптивая, но хорошая. На твоем месте, Ивар… Впрочем, советов давать не буду, сами разберетесь. – Он заглянул в лицо Тревельяна. Его темные глаза были, как два колодца вечности. – Ты знаешь, с кем говоришь? Догадался, кто я такой?
   – Мне подсказали, – молвил Ивар, прикоснувшись к виску. – Здесь личность моего предка, того, что погиб на «Палладе»… А тут, на стене, его изображение. Две тысячи триста двадцать третий год, когда он стал капитаном «Свирепого».
   – Тот еще был сорвиголова… – Лайтвотер на миг опустил веки, словно к чему-то прислушиваясь. – Не могу связаться с ним, но ты скажи, что я его помню. Помню, как и всех остальных… Я ничего не забываю.
Чтение онлайн



1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 [24] 25 26 27 28 29 30 31

Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация