А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Все дело в любви" (страница 1)

   Джилл Шелвис
   Все дело в любви

   Глава 1

   Если ты что-то проспал, то второго шанса у тебя не будет.
Тара Дэниелс
   – Маффин не желаете? – спросила Тара, продвигаясь вдоль длинной очереди людей, ожидавших у входа на летний фестиваль в Лаки-Харбор. – Возьмите с персиком. Это бесплатно.
   Большая корзина оказалась тяжелее, чем она предполагала, а послеобеденное июньское солнце накатывало на ее голову, как освежающие волны Тихого океана на берег. Пот выступил каплями на ее коже. А это совсем никуда не годилось. Мало того что это попросту некрасиво, так еще и противоречило ее девизу «Не позволяй им видеть, как ты потеешь».
   Убедив себя, что она просто сияет, Тара приклеила на лицо улыбку и пошла дальше. Хорошо еще, что сарафан из легкой ткани элегантно облегал ее формы. Она выбирала его исходя из соображений комфорта и красоты. Ну и чтобы чувствовать себя увереннее.
   Непростые требования к платью.
   – Маффин не желаете? – спросила она у очередной женщины в очереди.
   Миссис Тейлор, владелица местного магазинчика инструментов и хозяйственных товаров, внимательно осмотрела содержимое ее корзины.
   – А они низкокалорийные?
   Тара большую часть своей жизни провела под Хьюстоном на ранчо своих дедушки и бабушки, где даже разговоры о низкокалорийной пище считались кощунством, так что ее маффины ни в коей мере не были низкокалорийными. Она подумала, не соврать ли, но испугалась, что ее поразят гром и молния, а это, в свою очередь, испортит ей прическу.
   – Определенно нет, уж простите.
   – А сколько именно калорий?
   Тара посмотрела на свои аппетитные маффины, такие нежные, золотистые и нашпигованные калориями.
   – Несметное количество в каждом кусочке, – сказала она.
   – Я вам удивляюсь, – сказала миссис Тейлор разочарованно. – И чего это вы занялись рекламой холестерина?
   Тара где-то вычитала, что проще быть милой, чем стервозной. Желая не тратить зря свои жизненные силы, она скривила рот в очередной улыбке.
   – Все дело в том, что я рекламирую гостиницу, которую мы с сестрой снова открываем через две недели… – Она вынуждена была замолчать, поскольку миссис Тейлор, извиняясь, подняла указательный палец и достала из сумки завибрировавший телефон.
   Таре захотелось тоже показать ей палец – правда, совсем другой. Тем не менее она была вежливой девушкой, и потому удержалась от неприличного жеста и пошла дальше, в очередной раз проглотив обиду и засунув подальше свою гордость. Ей по-прежнему казалось, что жизнь в Лаки-Харбор доконает ее, но, конечно же, это было преувеличением.
   Или нет.
   – Маффин не желаете? – спросила Тара следующего в очереди. Затем следующего и так далее, раздавая маффины, если люди проявляли заинтересованность.
   Каждый маффин был старательно обернут в целлофан, и к каждому прилагался стикер с рекламой «Лаки-Харбора-Бич инн». Это было целью Тары, и цель эта сильно отличалась от прошлогодней. В прошлом году ей хотелось лишь покоя и чтобы маникюра хватало хотя бы на пару недель. В этом году все было куда проще. Ей хотелось сводить концы с концами и к исходу месяца платить по счетам, не залезая в долги, и еще хотелось хотя бы отчасти контролировать свою жизнь.
   Вот и все.
   Солнце палило немилосердно все время, пока она шла по причалу. Позади тянулись остроконечные скалы. Волны бились о камни, сотрясая деревянный пирс у нее под ногами. Она прошла мимо салона красоты, мимо закусочной, где работала четыре ночи в неделю, потом по пассажу вышла к лавке мороженщика и к чертову колесу высотой с пятиэтажный дом.
   Толпа вокруг нее росла, накатывая, словно волны. Казалось, будто весь штат Вашингтон собрался на этот летний фестиваль искусства и музыки, но для Тары это вовсе не было сюрпризом. Больше сплетен жители Лаки-Харбора любили разве что общественные мероприятия, а в этот день они могли совмещать одно с другим. Теплый вечер, хорошая музыка, танцы, выпивка… рецепт хорошего времяпрепровождения, без сомнения.
   – Я определенно хочу твой маффин, – сказала Хлоя, подойдя к Таре.
   Двадцатичетырехлетняя сестра Тары была любимицей всей семьи и унаследовала некую легкомысленность – читай дикость – их матери, Фиби Трегер. Хлоя была одета в удобную, несколько неформального вида футболку и солнечно-желтый вязаный жилет, к которому так и просились солнечные очки. Ее блестящие каштановые волосы были мелированы розовыми прядями, по одной от каждого виска, а сзади ниспадали великолепными беспорядочными волнами, будто она только что встала с постели.
   Что ж, она вполне могла стать моделью.
   Если, конечно, не учитывать тот факт, что ростом она была чуть больше метра шестидесяти и совершенно не собиралась следовать никаким правилам и инструкциям. Хлоя только что вернулась из двухмесячного путешествия по первосортным спа-отелям Майами, где набиралась опыта для открытия своей линии средств ухода за кожей. А еще она искала неприятности – это уж как водится.
   Тара была рада, что сестра все же приехала к ней в Лаки-Харбор. Она волновалась за нее все время, пока та была в отъезде. Это был пожизненный крест Тары – волноваться за свою младшую сестренку.
   Хлоя выглядела загорелой и счастливой, на внутренней стороне ее запястья красовалась татуировка в китайском стиле, толковать которую она наотрез отказывалась, но, занявшись маффином, сочувственно протянула:
   – Черт, Тара, ты не хочешь мне кое-что сказать?
   – Если ты собираешься спросить меня про калорийность маффинов, – заметила Тара, – то учти, что мне уже негде прятать трупы.
   Хлоя прыснула.
   – Мне все равно, что там со мной будет, после того как наемся твоих маффинов. – Она слизала крошки с пальцев. – Кстати, хотела спросить: заметила ли ты Форда – он, кажется, идет к тебе?
   Тара повернулась в ту сторону, куда смотрела Хлоя, и с трудом сделала следующий вдох. Форд Уокер шел в ее направлении, двигаясь легко и уверенно, и явно никуда не спешил. Люди останавливали его, чтобы поболтать, и он никому не отказывал. Таре трудно было ненавидеть его, но она старалась изо всех сил.
   – Может, ты скажешь мне, что между вами происходит? – Хлоя взяла второй маффин, как будто не ела целую неделю. А может, она и в самом деле не ела неделю. Все время без гроша в кармане. Она никогда не заботилась, что пошлет ей Бог в следующий раз.
   – Ничего между нами нет.
   Смех Хлои резанул Тару по ушам, и она поняла, что соврать у нее не получилось.
   – Знаешь, что тебе нужно?
   Тара скользнула по ней взглядом.
   – Путешествие на какой-нибудь остров в Тихом океане и чтобы там не было сестры по имени Хлоя.
   – М-м. Может быть, на Рождество. А сейчас тебе надо расслабиться. Больше йоги, меньше стресса.
   – Я совершенно расслаблена. – Так оно и было, пока она не увидела Форда. Тот остановился и принялся болтать с кем-то прямо позади нее и, как будто почувствовав ее внимание, повернулся и встретился с ней взглядом. Странное напряжение овладело всем ее телом, пульс подскочил чуть ли не до предынфарктного состояния. – Совершенно, всецело расслаблена, – пробормотала она.
   – Ну-ну, – протянула Хлоя удивленно, – ты поэтому вцепилась в корзину так, что из маффинов вот-вот полезет повидло? И по той же причине всю ночь прибиралась в доме?
   – Эй, – произнесла Тара, уйдя в оборону. – Там было слишком много пыли, а она могла усугубить твою астму. Не забывай, ты всего лишь две недели назад лежала в больнице и едва могла дышать из-за пыльцы. Так что добро пожаловать.
   Хлоя закатила глаза и повернулась к женщине, стоявшей позади нее. Люси владела художественной галереей и была в возрасте где-то между семьюдесятью и двумястами. Она носила белые кроссовки, а ее любимый спортивный костюм для жаркой погоды был ядовито-розового цвета.
   – Тара, дорогая, ты так же удивительна, как и напряжена.
   – Я не… о, забудьте.
   Люси посмотрела на нее своими жирно подведенными глазами.
   – Прелестное платье. Ты всегда одеваешься так элегантно. «Росс»? «Уол-Март»?
   «Вообще-то «Нордстром»», – подумала Тара, вернувшись мыслями к своей прошлой жизни, в которой она была еще кредитоспособной. – Ему уже несколько лет, так что…
   – У нас вопрос, – сказала Хлоя, прерывая Люси. – Как по-вашему, моя сестра выглядит расслабленной?
   – Расслабленной? – Вопрос был очень серьезным, Люси принялась пристально изучать Тару. – На самом деле она выглядит так, словно у нее запор. – Люси оглянулась на подошедшего к ним человека, но Таре вовсе не нужно было этого делать. Ее соски и без того напряглись.
   Форд был мускулистым мужчиной в расцвете сил ростом под метр девяносто. Сухим и жилистым сложением он напоминал бойца из боев без правил, но был слишком спокойным и, насколько знала Тара, никогда не занимался единоборствами.
   На нем были фирменные джинсы на клепаных пуговицах и белая рубашка с закатанными рукавами. Темные волосы слегка выжжены солнцем, зеленые глаза полны иронии. Всегда готовый улыбнуться, он излучал уверенность. Половина жителей Лаки-Харбора были влюблены в него.
   Другая половина жителей – мужчины – в расчет не принимались.
   Тара тоже не в счет. Он ее просто бесил.
   И на то имелись свои причины.
   Даже несколько. Когда-то она разрешила себе думать о том, что было между ними, так, словно этого не было вовсе.
   – Мы пытаемся догадаться, что происходит с Тарой, дорогой, – сказала ему Люси. – Нам кажется, это запор.
   Хлоя засмеялась.
   Форд выглядел так, словно тоже вот-вот рассмеется.
   Тара сжала зубы.
   – Нет у меня никакого…
   – Да все нормально, – сказала Люси. – Даже с лучшими из нас может случиться такое. Все, что тебе нужно, – это взять несколько слив, взбить их, и ты…
   – Нет у меня никакого запора! – Великолепно. Теперь каждый в радиусе тридцати футов был в курсе дела.
   – Отлично, – сказала Люси. – Потому что впереди у нас Ночь бинго.
   А самым осведомленным оказался Форд, который стоял так близко.
   – Я не люблю бинго.
   – И я тоже, дорогая, – сказала Люси. – Но там будут мужчины, большинство из них. А мужчины могут расслабить тебя как нельзя лучше. Правильно, Форд?
   – Точно, мэм, – ответил Форд с совершенно искренним выражением лица. – Как нельзя лучше.
   – Вот видишь? – сказала Люси. – Конечно, ты слишком молода для нашей компании, но если повезет, то найдешь себе живчика или двух.
   Тара представила себе этих «живчиков» и покачала головой.
   – Нет уж, спасибо, я обойдусь.
   – О, дорогая моя, – сказала Люси. – Каждой женщине нужен мужчина. Ведь даже твоя мама – упокой Господь ее душу – говаривала, что напрасно они не продают секс по Интернету.
   Рядом с ней мягко рассмеялся Форд. Тара очень старалась не смотреть на него, на единственного мужчину, который был ей нужен.
   Хлоя взяла Люси за руку.
   – У меня есть пара друзей в руководстве интернет-аукционов, так что я спрошу у них, что к чему. – Через плечо она стрельнула в Тару глазками, взгляд ее при этом говорил, что за Тарой должок, и увела Люси.
   Но Тара не могла думать ни о чем другом, ведь она осталась наедине с Фордом. Насколько можно остаться наедине с человеком, когда вас окружают сотни людей. Она совсем не так воображала себе это утро и продолжение своей сделки с Господом, которому пообещала стать лучше, если за весь день ничто не напомнит о ее прошлом.
   Но Господь изменил своему слову. Это значит, что она не самый лучший представитель человечества…
   Форд смотрел на нее. Она чувствовала всю тяжесть его взгляда. Может быть, ей следовало захватить с собой вязание, как делает ее сестра Мэдди. По общему мнению, вязание нечто вроде слабительного, а Таре как раз это и было нужно. Дело было к вечеру, и солнце опустилось ниже к океану. Тара смотрела на него, пока не почувствовала прикосновение пальцев.
   – Тара.
   Что это было? Просто ее имя сорвалось с губ Форда, но произнес он его так, что она сразу… смягчилась. Она бы не смогла точно сказать, что произошло внутри ее тела, когда он произнес ее имя. Просто она размякла, и это послужило для него сигналом.
   Как в старые добрые времена.
   Форд стоял рядом, терпеливый и спокойный, с великолепными белыми зубами, блестящими огромными глазами, готовый к излиянию чувств, к принятию которых она вовсе не была готова.
   – Ты не угостишь меня маффином? – спросил он.
   Часть ее хотела предложить намного больше, но она просто молча протянула ему корзину. Форд внимательно рассматривал маффины, как будто размышлял о своем жизненном пути.
   – Они все одинаковые, – наконец сказала Тара.
   Он сверкнул белозубой улыбкой, и колени у нее задрожали. Господи Иисусе, эта улыбка должна сопровождаться предупреждением: «Продолжение данной экспозиции может стать причиной усиления желания, похоти и глупости».
   – Разве тебе не нужно быть в баре? – спросила она.
   – Джекс здесь, он займется этим.
   Форд был экспертом по мореходному делу мирового класса. Если он не участвовал в соревнованиях или не давал очередное интервью журналу «Космополитен» для рубрики «Самые бесстрашные мужчины», то жил здесь, в Лаки-Харборе. Здесь вместе со своим лучшим другом Джексом он владел «Любовным гнездышком», самым известным в городе пабом. Он занимался этим от праздности и чтобы почесать языком, что, по мнению Тары, было его любимым занятием. А за барной стойкой было с кем поболтать по душам. Что уж душой кривить, Форд наслаждался жизнью.
   Она тоже наслаждалась жизнью. Точнее, наслаждалась идеей о жизни.
   Ну хорошо, если совсем точно, то она лишь работала над тем, как научиться наслаждаться жизнью. Беда в том, что наслаждаться жизнью в окружающей ее реальности ну никак не получалось.
   – Возьмешь маффин?
   Форд приласкал ее взглядом.
   – Из твоих рук я съем все до крошки.
   Она искренне улыбнулась его словам.
   – Как будто ты довольствуешься крошкой.
   – Если помнишь, без проблем. – Он все еще улыбался, но глаза его стали серьезными и в животе у нее заурчало.
   Нахлынули воспоминания – незваные гости.
   – Форд…
   – Эх, – произнес он очень мягко. – Так ты помнишь мое имя. Начало положено.
   Тара толкнула его в мускулистую грудь. Впрочем, она все равно не смогла бы сдвинуть его большое сексуальное тело, даже если б очень постаралась.
   Нет, она ничего не забыла, ничего.
   – Чего ты хочешь?
   – Я подумал, что прошло столько времени… – сказал он смеясь. – Мы могли бы остаться друзьями.
   – Друзьями, – повторила она.
   – Да. Вежливо общаться, изредка встречаться в обществе. Может быть, даже ходить на свидания.
   – Ты всегда был хитрым малым.
   Он хочет переспать с ней. Или не переспать, как получится. Ее тело недвусмысленно отреагировало на эти мысли.
   – Мы не должны… – Она закрыла глаза, чтобы он не заметил, что она лжет. – Между нами уже не будет тех чувств.
   – Нет? – Со следующим ударом сердца она почувствовала движение воздуха, как если бы он придвинулся ближе. Она открыла глаза и не смогла унять дрожь, когда он убрал прядь волос ей за ухо.
   Он заметил, конечно, он все заметил – он всегда все замечает, – и губы его растянулись в улыбке, но глаза оставались серьезными.
   Со стороны могло показаться, что он прошептал ей что-то на ухо.
   Но он ничего не прошептал.
   Он сделал кое-что похуже. Прикоснулся губами к ее шее, потом к щеке, и пока она всеми силами пыталась подавить в себе стон желания, шепнул:
   – Как же ты мне нравишься.
   Ее тело задрожало мелкой дрожью, вспоминая давно забытые ощущения.
   – Подумай об этом, Тара.
   А потом он ушел, оставив ее в том состоянии, когда невозможно сделать что-либо вразумительное и остается лишь все глубже погружаться в мысли.
   Мысли о нем.
Чтение онлайн



[1] 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27

Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация