А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Целую ручки" (страница 17)

   Страшная книга

   Пакет Свете передал консьерж, когда она с Мурлыкой вернулась с вечерней прогулки. Это было обычным делом. Уезжая в командировки, Игнат через день-три обязательно напоминал о себе подарками, которые доставляли курьеры. Изящные букетики цветов, шоколадные наборы, духи, украшения, милые мелочи вроде шелкового шарфика ручной росписи. Естественно, игрушки сыну, но и Свете тоже. Из последних презентов Свете больше всего понравился забавный утенок, нежно-мягкий на ощупь. Если надавить ему на животик, утенок трогательно просил: «Не скучай!» И еще он чудно пах ванилью. Светлана брала утенка в кровать и засыпала, уткнувшись в него носом. Ее очень трогало, что при всей своей занятости Игнат находил время для знаков внимания, которые подбирал со вкусом и выдумкой.

   Тут Света ошибалась. Игнат, конечно, не бегал по магазинам в поисках милых подарочков. Хозяйка одного из флористических салонов, с которой он познакомился в начале романа с Цветиком, хорошо понимала, что только цветами клиента не привяжешь. Сколько их можно дарить? Если часто, то не успеют завянуть, и квартира будет напоминать кладбищенский колумбарий. Поэтому вип-клиентам флористка предлагала список милых презентов, как целомудренных, так и пошлых, вроде подсвечника в форме пениса – на любой вкус и с надбавкой в триста процентов как минимум. «Если вы уезжаете на несколько дней, – подсказала в свое время флористка Игнату, – вашей даме будет приятно получить сюрприз». Он оценил идею и воспользовался ею. Перед отлетом в Африку Игнат посетил салон и отобрал вещи, которые доставят Цветику и Мурлыке.

   В пакете было что-то твердое и прямоугольное. «Конфеты? – гадала Светлана. – Парфюмерный набор?» Но под упаковочной бумагой оказалась книга со странным названием «Когда скелеты выпадают из шкафов». Имя автора на обложке отсутствовало. Света отложила книгу, потому что ей нужно было раздеть сына, вымыть ему ручки в ванной, разогреть ужин, накормить. До купания и сна еще оставалось два часа, которые обычно проводились в развивающих играх и чтении. Но сегодня, заинтригованная необычным подарком, Света включила сыну мультики, а сама взялась за книгу.
   С молоком матери Светлана впитала убеждение в истинности печатного слова. «Это написано в газете», – отметала мама любые возражения. Но так было в детстве, а ныне, случалось, в газетах и журналах публиковали откровенную глупость или полную ересь. Но это было только исключением из правила, никак не отрицанием самого правила. Если бы люди не верили в правдивость большей части информации, они не покупали бы периодику. Книжное слово в сравнении с газетным и журнальным, по мнению Светы, обладало «истинностью» практически абсолютной. Разве станут издавать книгу, в которой содержится вранье, наговор, небывальщина?
   С первых прочитанных строчек романа сердце Светы забилось быстро-быстро, и до последней страницы ее пульс превышал полторы сотни ударов в минуту. Только переживаемые чувства были разными. Света едва не расплакалась, читая про тяжелое детство Игната. Он никогда не рассказывал ей ни о детстве, ни о своем прошлом, говорил, что с ней, с Цветиком, начал жизнь с чистого листа. А теперь, выходит, решил познакомить ее со своей биографией таким неожиданным способом. Книгу издал! Это на Игната похоже, он любит широкие жесты. Из-за волнения, сердцебиения, высокого градуса эмоций Света не увидела противоречий в тексте, хотя они лежали на поверхности и били в глаза. Света буквально глотала страницу за страницей. Мурлыка, которому не позволялось смотреть телевизор больше двадцати минут в день, теперь наслаждался вольницей. Подавал голос, когда заканчивался сборник мультфильмов, мама с книгой в руках подходила и ставила диск с начала. Мурлыка раз десять просмотрел «Смешариков» и уснул в кресле.
   О первой жене, спортсменке Оксане, Игнат писал поэтично, хотя, на взгляд Светы, слишком увлекался эротическими сценами и подчеркиванием своей сексуальной мощи. «Мне той мощи не досталось», – невольно и ревниво подумала Света. Она отвлеклась от книги и задумалась. Обсуждение секса, смакование деталей не в характере Игната. Он пуританин, для которого интимная жизнь проходит под одеялом и никогда не выплескивается за порог спальни. Игнат ли автор этого сочинения? Света поискала имя автора в начале книги и в конце, но не нашла. Продолжила чтение.
   Уход Игната к красавице Лене Храпко выглядел не очень красиво. Во-первых, Оксана тяжело болела, а во-вторых, перестала снабжать Игната заграничными шмотками, о чем недвусмысленно и самокритично он написал. Он ли? Игнат не из тех людей, что рвут рубаху на груди и каются в грехах. Самоирония не чужда Игнату, но посыпать голову пеплом не в его привычках.
   Лена Храпко забеременела, Игнат уговаривал ее сделать аборт, словно предчувствовал беду. Девочка родилась с тяжелым церебральным параличом. Света вспомнила, как суетился и нервничал Игнат при ее беременности, как бесконечно водил ее по врачам, заставил сделать все возможные анализы и пройти все обследования. Боялся повторения? Но при этом не заикнулся, что у него был ребенок с врожденными дефектами. Нехорошо, неправильно было держать Свету в неведении. И совсем уж дурно Игнат поступил, отказавшись от больной Катеньки, не помогая ни участием, ни деньгами.
   Света почти утвердилась в мысли, что авторство не принадлежит Игнату. Многие его поступки иного слова как подлые не заслуживали. Он женился на избалованной дочери местных номенклатурных богачей, после переезда в Москву превратившейся в теневую заправилу собачьего бизнеса. Этот период жизни Игната был сумбурен: картофелеводство и диссидентство, машины, квартиры, дачи, заграничный отдых, и при этом Игнат стоит в очереди за колбасой и за билетами на поезд или самолет, закапывает в саду трехлитровые банки, набитые купюрами, и люто ненавидит советский строй, который дал ему возможность стать подпольным миллионером.
   По отрывочным репликам Света знала, что нынешнюю супругу Игната зовут не Юля, а Полина, у них общий бизнес. Большой временной период в книге отсутствовал, поначалу Света обратила на это внимание, но потом напрочь забыла, потому что стала читать про мерзкие утехи Игната с соблазненными юными провинциалками. Откровенность Игната не знала меры, это было самолюбование пороками. Читая о том, как особо изощренно Игнат домогался ее, Света не порадовалась длинному комплиментарному описанию своей внешности. Напротив, восхищение ее лебединой шеей, гитарными изгибами бедер и мраморной кожей выглядели особо цинично в свете тайной стратегии Игната. Но самый большой шок Света пережила, когда прочла о том, что Игнат регулярно травил ее психотропными препаратами.
   Света оторвалась от текста и подумала про молочные коктейли. Света их обожала, а Игнат с удовольствием взбивал в миксере молоко, фрукты, мороженое, добавлял сиропы. Экспериментировал. Теперь понятна подоплека его экспериментов. Света едва не потеряла сознание, когда узнала о планах Игната забрать Мурлыку, отдать албанским живодерам, которые разделают ребенка и продадут его органы. Игнат все продумал, даже фиктивную могилку сыну на кладбище приготовил. Света не задалась вопросом, откуда Игнат узнал про нападение бандитов, про защитившего ее мужественного Антона. Последние страницы Света читала, не понимая смысла, ее трясло от страха за сына.
   У страха глаза велики, у страха матери за судьбу ребенка глаза – океаны паники. Стоит возникнуть гипотетическому предположению, а то и вовсе с неба свалившейся абсурдной мысли, что появилась опасность для жизни ребенка, как мать теряет способность логично мыслить, критически взглянуть на ситуацию. Она переживает паническую атаку и готова на любые жертвы для предотвращения беды. И вот уже культурная женщина стынет на месте, когда ее на улице хватает за руку цыганка: «Тяжелая болезнь будет у твоего ребенка». А смеявшаяся прежде над предрассудками молодая мать несет младенца к целительнице, чтобы снять сглаз и порчу.
   Для Игната, когда он читал творение Антона Белугина, дикое предположение о продаже на органы любимого сына было только лишним свидетельством того, что автор – хронический шизофреник, писавший этот бред в период обострения. Света хотя и пришла к выводу, что не Игнат автор книги, не сомневалась в том, что прислал роман именно он. Подарочки с курьером – его привычная манера потешить Цветика. Потешил, нечего сказать, ее трясет от страха. С какой целью Игнат познакомил ее со своей биографией, чего добивался? Однако ни замысел Игната, ни собственная поруганная судьба – ничто не имело значения, когда над сыном нависла страшная опасность. Свету била крупная дрожь. Она не могла сидеть на месте, носилась по квартире, не замечая, что стонет и вскрикивает, хотя слез не было, только утробные возгласы. Света застыла перед зеркалом и не узнала себя. Отражение – всклокоченная женщина вдруг испуганно прижала руки к губам. Игнат знает, что она прочла книгу, может прийти в любой момент, отобрать сына. Бежать! Немедленно бежать!
   Игнат звонил несколько часов назад. Света почему-то не сказала ему, что читает книгу. Впервые слукавила, наврала, что купает Мурлыку, быстро отключилась. Она схватила спящего сына и бросилась к двери. Затормозила на пороге. Стоп! Надо взять вещи и документы. Какие вещи? Какие документы нужны? Сосредоточься, велела себе! Но трезво думать не получалось. Голова отказывалась работать, в нее как будто воткнули электрический щуп, и мозг конвульсивно вибрировал. Света вернулась в комнату, положила сына, достала большой чемодан и принялась швырять в него вещи, свои и сына. Очень скоро чемодан заполнился, но большая часть одежды осталась в шкафах. Света выкинула свои наряды и принялась утрамбовывать вещи сына, пока не заметила, что прессует летние костюмчики и маечки, из которых Мурлыка вырос.
   – Господи! – простонала Света. – Что же это за горе такое! Вот дура я! Дура, дура, дура! – повторяла она, выбрасывая на пол ненужные вещи и заталкивая в чемодан другие.
   Самобичевание отчасти помогло. Света стала разговаривать вслух, упрекая себя, задавая вопросы и отвечая на них.
   – Дура, ведь можно взять второй чемодан! Лучше дорожную сумку, она огромная. Не забудь коляску! Коляску потом, на выходе. Чтобы уехать на вокзал, надо… Что надо? Вызвать такси! Правильно!
   Света набрала номер и уговаривала диспетчера прислать машину как можно скорее, обещали в течение двадцати минут.
   – Документы! – напомнила себе Света. – Мой паспорт – раз! Еще что? Не знаю! Хватит и паспорта. Свидетельство о рождении Мурлыки, его медицинская карта. Обувь! Одежду взяла, а про обувь забыла. И еда для Мурлыки. Куда все втиснуть? Достаем еще одну сумку. Дура! Затолкала уличный комбинезон сына в чемодан, а в чем он поедет?
   Снова распаковала и запаковала чемодан. Наконец багаж был собран. Взгляд Светы натолкнулся на сотовый телефон. По нему легко отследить ее передвижение! Света отключила телефон, но этого показалось ей мало, да и сидеть на месте она не могла. Отнесла телефон на кухню, положила на стол, достала молоток для отбивания мяса и лупила по дорогому айфону, пока от него не остались мелкие обломки.
   Хотя большого ума не требовалось, чтобы сообразить: Свете не к кому бежать, кроме мамы.
   Зазвонил телефон, диспетчер сказала, что такси подъедет через пятнадцать минут. Света одела спящего сына, усадила в коляску, выкатила к лифту, туда же перетащила чемодан и сумки. По привычке хотела закрыть дверь, но передумала, швырнула ключи на пол в прихожей и вызвала лифт.
   Она рано вышла и мерзла на улице. Колючий осенний ветер остужал щеки, давно пылавшие, почти воспаленные, пробирался под куртку и морозил спину. Под его порывами джинсы превратились в ледяные доспехи, непокрытую голову стянуло холодным панцирем. Но это было хорошо. Не зря ведь говорится: «Остынь!» Света не просто остыла, задубела. Дрожать от холода всяко лучше, чем от страха.
   – У вас есть детское кресло? – спросила Света таксиста.
   – Нет. Предупреждать диспетчера надо.
   Света растерялась. Возить ребенка в автомобиле без кресла опасно и запрещено правилами. Она строго следовала правилам детской безопасности.
   – Едем или нет? – поторопил таксист.
   – Едем, – решилась Света.
   «Один раз не считается», – мысленно оправдывала она свой рискованный поступок, пока таксист укладывал вещи в багажник. Света забралась на заднее сиденье и крепко прижала к себе Мурлыку, попросила отвезти их на Курский вокзал, с которого отходили поезда в ее родной Аранск. Сын, вначале мирно сопевший, через некоторое время недовольно завозился: ему было жарко в теплом комбинезоне и тесно в судорожных маминых объятиях.
   – Тихо, маленький, тихо! – приговаривала Света. – Скоро все кончится, мы приедем к бабушке. Она у нас о-го-го! Никому в обиду нас не даст. Господи! Скорей бы дома оказаться!
   – Приехали, – остановил машину таксист. – С вас шестьсот пятьдесят рублей.
   Одной рукой придерживая сына, другой Света открыла сумку и достала кошелек. В нем была только мелочь, рублей двести. Сегодня она потратилась в магазине, купила теперь казавшийся совершенно ненужным дорогой набор сковородок с керамическим покрытием.
   – Денег нет! – ойкнула Света.
   – Начинается, – развернулся к ней водитель.
   – Ничего не начинается, – всхлипнула Света. – Я сейчас сниму деньги в банкомате. Вы подождите, а мы с сыном быстро сходим, ведь на вокзале должен быть банкомат.
   – А потом вас ищи-свищи?
   – Но мы ведь оставим вещи, – уговаривала Света. – Только я коляску возьму, хорошо? Мурлыка тяжелый.
   – Мурлыка – это кто?
   – Сын, мой сын, вот он.
   Голос Светы был хрипл и прерывист, потому что она едва сдерживала рыдания. Долго копившиеся слезы рвались наружу. Точно они собирались в какой-то резервуар, крепко запертый страхом и внутренней установкой не распускать нюни, но добавившейся ерунды – временного отсутствия смехотворной суммы – оказалось достаточно, чтобы возникла течь. Света шмыгала носом и кусала губы, пытаясь остановить слезы.
   – Ладно, пошли! – сказал таксист.
   Он вышел из автомобиля, помог выбраться пассажирке с ребенком, достал вещи из багажника. Мурлыка не проснулся, когда Света посадила его в коляску и пристегнула. Таксист с багажом шел впереди, Света следом катила коляску. Банкомат нашелся в зале ожидания. Вставив карточку в приемник, Света набрала неправильный пин-код. Вторая попытка также была неудачной.
   – Вы не волнуйтесь, – посоветовал таксист. – Если третий раз ошибетесь, то больше попыток не будет.
   – Хорошо, обязательно, я не ошибусь, – уговаривала Света не то себя, не то таксиста.
   Что ей делать, если карточка заблокируется? Возвращаться на том же такси в Сокольники? Но в доме нет наличных, и, возможно, там уже находится Игнат.
   – Я не имею права ошибиться, – сказала Света, глядя в лицо таксисту. – Пин-код – это число, месяц и год рождения Мурлыки. Когда он родился?
   – Вы меня спрашиваете?
   – Нет, извините! Просто я у меня с головой сейчас непорядок.
   – Это заметно. Сосредоточьтесь!
   – Хорошо.
   – Вспомнили, когда родился ваш сын?
   – Да.
   – Отлично! Мысленно повторите.
   Света беззвучно задвигала губами.
   – Вперед! – скомандовал таксист. – Медленно и четко! Начали!
   Его приказной тон действовал на Свету как успокаивающее лекарство. По сути, ей более всего хотелось бы довериться кому-то сильному и умному, переложить на него свои заботы и проблемы. Она давно жила, проявляя инициативу только в бытовых мелочах, все серьезные решения принимал Игнат. Она растеряла бойцовские навыки, необходимые рядовому жителю мегаполиса. В золотой клетке подобные навыки не требуются.
   Когда банкомат загудел, отсчитывая купюры, а потом выдал в окошко большую стопку, Света издала радостный победный возглас.
   – Тише! – прервал ее ликование таксист. – Это ведь вокзал, здесь всякой шушеры навалом. Быстро спрячьте деньги.
   Он закрыл ее от посторонних глаз своим телом, внимательно наблюдая за окружающими.
   – Когда отправляется ваш поезд?
   – Поезд? – глупо переспросила Света.
   – Да, поезд. Это вокзал, отсюда на поездах уезжают. Что написано в вашем билете?
   – В билете?
   Свете снова захотелось плакать, она болезненно скривилась, заморгала.
   – Ну, вы даете! – возмутился таксист. – Что у вас такое случилось, чтобы в бега броситься?
   – Да, да! Случилось! – быстро заговорила Света. – Кошмар, большое горе, вопрос жизни и смерти моего сына. Мне нужно к ма-а-аме, – простонала она и заплакала.
   – Ясен пень, чуть что, сразу к маме. Ладно, не реви! – перешел на «ты» водитель. – Давай паспорт.
   – Зачем? – вытирая щеки, спросила Света.
   – Пойду в банк, возьму кредит в сто миллионов на твое имя. Надо же, поверила, таращится. Это шутка.
   Свете было не до шуток.
   – Паспорт нужен, чтобы купить тебе билет. До какой станции? Понятно. С места не сходить, ждать меня здесь. Шаг влево, шаг вправо… Черт, – выругался таксист, – машина у меня плохо стоит, влечу на штраф.
   – Я заплачу!
   – Ясен пень.
   Первые минуты после ухода таксиста Света чувствовала только благодарность и облегчение. Но время шло, а таксист не появлялся. Вокруг сновали вокзальные люди – все как на подбор напряженные и подозрительные, с тем сосредоточенно злым выражением лица, которое бывает только у пассажиров, постоянно ожидающих подвохов, на которые богата железная дорога. Вдруг таксист вообще не придет? Забрал ее паспорт и смылся? Кредит оформит. Как выглядел таксист? Ему лет сорок? Или пятьдесят? Шатен. Нет, брюнет. Среднего роста. Нет, невысокий, как она. Света вдруг поняла, что совершенно не помнит таксиста, не узнает его в толпе или на опознании в милиции. Обращаться в милицию? Она едва не застонала от подобной перспективы. Нет, в милицию она не пойдет, потому что там нужно будет все рассказывать и про Игната тоже. При мысли об Игнате сердце пронзила кинжальная боль. Света согнулась в поясе, уперлась руками в колени и тяжело задышала, хватая ртом воздух, в котором, казалось, отсутствовал кислород. Мало того, что она сходит с ума, так еще инфаркт заработает. С кем Мурлыка останется? С мамой. Надо скорее к маме! Домой можно добраться на автобусе, там паспорт не спрашивают, кажется. Сдать вещи в камеру хранения и налегке отправиться на автобусную станцию. Света разогнулась, боль отступала, кинжал медленно вынимали из сердца. Она не будет думать об Игнате, запретит себе вспоминать о нем, пока не окажется в безопасности. На автобусе ехать больше десяти часов – мука мученическая. На первом курсе ездила на каникулы, билет на поезд не достала. Из автобуса вышла с окаменевшими мышцами и скрюченной спиной, каждый позвонок ныл. А теперь проделать тот же путь, но с ребенком! Ничего, справится, люди же ездят, и она не сахарная, не расплавится. Главное, добраться до мамы.
   Таксиста она узнала и увидела издали. Он быстро шел, почти бежал, лавируя между людьми и чемоданами. Симпатичный невысокий парень, никак не старше тридцати лет. Простое открытое лицо трудяги, честь и достоинство которого не подвергались испытаниям неправедным богатством.
   – Быстро! – таксист схватил Светины вещи. – Пулей летим. Поезд уходит через семь минут, шестой путь, десятый вагон. За мной! На всех парусах!
   Света едва поспевала за ним. От тряски проснулся и заплакал Мурлыка, но Света не успокаивала его, бежала, ориентируясь на спину таксиста. Они потеряли драгоценные минуты, потому что платформу перегородил сломавшийся электромобиль с тремя тележками на прицепе. По краям платформы остались два узких прохода, у которых образовался затор. Свете было страшно пробираться с сыном по краю пропасти, сзади напирали нервничающие пассажиры, казалось, что могут столкнуть их на рельсы. К вагону примчались, когда поезд плавно трогался, проводница уже закрывала дверь.
   – Стой! – крикнул ей таксист. – Пассажирку забыли. Вот билет, паспорт. Посторонись, тетя!
   Проводница обиделась на «тетю», что-то пробурчала, но дверь распахнула и отошла в сторону. Таксист закинул вещи в тамбур, следом, уже на бегу, помог Свете вкатить коляску и запрыгнуть самой. Поезд набирал скорость, проводница с лязгом захлопнула дверь.
   – Проходите! – сказала она Свете. – У вас последнее купе.
   Света шумно дышала, восстанавливая дыхание. Хорошенькая пробежка для особы, которая собиралась умирать от инфаркта! Да у нее сердце как у молодой лосихи. Она еще побегает! Но в следующую секунду Света перестала дышать, ахнула и привалилась к стенке.
Чтение онлайн



1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 [17] 18 19 20 21 22 23 24

Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация