А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Шах-наме" (страница 46)

   Искандар

   Искандар приходит в страну брахманов


Вот из своих пределов, как орел,
Взмыл Искандер, опять войска повел.


И он в страну брахманов прибыл вскоре.
Его влекло к себе познанья море.


Брахманы, услыхав, что славный шах
Остановился с войском в их краях,


Все вышли из своих пещерных келий
И обсуждать событье это сели.


И написали шаху-мудрецу
Письмо: «Хвала на небесах творцу!


А на земле – в юдоли нашей бренной —
Хвала тебе от нас, благословенный!


Пусть мощь твоя и мудрость возрастет,
И пусть твоя держава процветет!


Йездан, исполненный благоволенья,
Тебе полмира отдал во владенье.


Мы служим богу. Так пошли нам весть,
Зачем пришел? Чего ты ищешь здесь?


Страна у нас бедна; что с нас возьмешь ты?
Земных сокровищ здесь не обретешь ты.


Мы волей и терпением сильны.
Мы счастьем знанья истинным полны.


Терпенье наше все превозмогает.
А знанье людям зла не причиняет.


Ты здесь, в долинах и степях пустых,
Людей увидишь нищих и нагих.


Коль ты у нас задумал утвердиться,
То с войском здесь тебе не прокормиться».


Вот к шаху прибыл их гонец с письмом
Пешком; одежды не было на нем.


Лишь бедра темные свои облек он
Повязкою из травяных волокон.


И было нечто у него в глазах,
Что содрогнулся сердцем славный шах.


На месте том простился он с войсками;
Поехал лишь с немногими мужами.


Все мудрецы святые той земли
С высоких гор встречать его сошли.


Плоды у ног царя на землю клали.
Ведь все они не сеяли, не жали.


И громко восхваленье вознесли
Владыке обитаемой земли.


Прислушался к речам их шах великий,
Вгляделся в удивительные лики.


Все были босы и обнажены,
Но света и величия полны.


Одежды их из листьев облекали.
Плоды лесов их пищу составляли.


Не ведая о битвах и пирах,
Они в долинах жили и в горах.


Хоть полны разной дичи степи были,
Охота и убийства им претили.


Питье их было – чистая вода,
Плоды и злаки дикие – еда.


Он спрашивал их: «Что вам служит пищей?
Как вы возводите свои жилища?


Зло и добро нам дарит небосвод,
Что ж вы берете от земных щедрот?


Вы чем и как сражаетесь с врагами?»
И отвечал глава над мудрецами:


«О солнце славы, доблести звезда!
Мысль о войне издревле нам чужда.


У нас тепло, нам не нужны жилища,
Самой природой нам дается пища.


Зачем парчой нам тело украшать?
Ведь смертного нагим рождает мать.


Нагим уходит смертный в недра праха,
А мир – обитель горя, скорби, страха.


Алчбы мы чужды, вечность – наша цель.
Нам кровля – небо, а земля – постель.


К чему мироискателя старанья?
Его богатства и завоеванья?


Ведь сколько б ни собрал сокровищ он,—
В свой час он всё утратить обречен.


Блажен, кто к благу вечному стремится,
А вся земная слава истребится».


«Чего же больше, – Искандар спросил,—
Явлений явных или тайных сил?


Живых ли больше в бренном мире этом
Иль навсегда расставшихся со светом?»


И отвечал один из мудрецов:
«На миллион, быть может, мертвецов —


Два иль один живой едва ль найдется.
И счастлив, кто от вечных мук спасется!


Блажен, кто людям зла не принесет!
Ведь всяк уйдет отсюда в свой черед».


Спросил румиец: «В мировом просторе
Недвижной суши больше или моря?»


«Всю твердь земную, – отвечал брахман,—
Безбрежный омывает океан».


«Кто бодрствует во сне? – спросил владыка.—
Чей не простится вечно грех великий?


Кто в слепоте душевной, средь забот,
Не знает сам, зачем он здесь живет?»


Брахман в ответ: «О светоч мирозданья,
Пречистый шах, взыскующий познанья!


Грешнее всех, исполненный алчбы,
Завоеватель – баловень судьбы.


Коль ты духовным взором обратишься
Сам на себя – ты в этом убедишься.


Ведь вся земля захвачена тобой.
Сам небосвод как будто данник твой.


А ты не сыт, хоть миром обладаешь.
Мозг из земли исторгнуть ты желаешь.


Душой ты ада алчешь. Устрашись!
От войн кровопролитных отрешись!»


Еще спросил их Искандар великий:
«Кто ж на стезе неправды наш владыка?»


Сказали: «То алчба – душа греха,
Основа зла. Она к добру глуха».


Спросил он: «В чем же суть алчбы всеядной,
Ненасытимой, низкой, зверски жадной?»


Брахман ответил: «Алчность и нужда —
Два демона, не спящих никогда.


Один иссох и злого полн упорства.
Другой не спит ночами от обжорства.


Сразит обоих колесо времен.
Блажен, кто к правде духом устремлен!»


Внял Искандар, и цвет его ланит
Стал желтым, как поблекший шамбалид.


Его лицо морщинами покрылось,
Слеза из глаз невольно покатилась.


И он спросил их: «В чем нужда у вас?
Просите. Все исполню в сей же час.


Всей властью с вами поделюсь моею,
Трудов своих для вас не пожалею».


Ответили: «Со смертью в бой иди.
От смерти нас, коль можешь, огради».


Сказал он: «Дни бегут неудержимо,
И в мире только смерть непобедима.


Будь ты хоть из железа сотворен,
Тебя пожрет таинственный дракон.


Увянет юный цвет, иссякнет сила —
И не спастись от старости унылой».


Сказал брахман: «О властелин-мудрец!
Всем одарил тебя благой творец.


Ты, словно солнце, разумом сияешь.
Что не избегнуть смерти нам, ты знаешь.


Что ж ты возжаждал мир завоевать,
Войн ядовитым воздухом дышать?!


Умрешь – твоя десница все утратит
И враг плоды трудов твоих захватит.


Зачем ты страшной тяготой такой
Обременился? Где он – разум твой?


Безумие – в юдоли нашей бренной
Надеяться на этот мир мгновенный!»


Ответил шах: «Я – раб, и не дано
Мне преступить, что небом решено.


Я преступил бы, будь я в состоянье,
Неведомое мне предначертанье.


Все решено заране. Никому
Не обойти, что суждено ему.


Не мной, а грозной волей провиденья
Убиты были павшие в сраженье.


Кто осужден судьбою, тот падет.
Насильник от возмездья не уйдет.


Они не жертвы моего удара.
Постигла их божественная кара.


Йездан велик. Мы все – его рабы.
И никому не скрыться от судьбы!»


Потом брахманов щедро одарил он,
Но в их стране недолго прогостил он.


Обиды никому не причинил
И вдаль стопы на запад устремил.

   Ардашир Бабакан



Когда убит был дарственный Дара,
Не стало роду шахскому добра.


Но сын был у Дары – могучий станом,
Разумный, смелый; звался он Сасаном.


Он понял: счастью прежнему конец,
Когда увидел, что убит отец.


Напрасна, понял он, о мести дума…
И спасся бегством он от войска Рума.


И в Хинде, всеми брошенный, один,
Он умер. От него остался сын.


Потомков до четвертого колена
Сасаном называли неизменно.


Жизнь, полная лишений и труда,
Была у них. Они пасли стада.


Забыв свой царский род, бродя средь мрака,
Сасан последний прибыл в степь Бабака.


И пастухам сказал: «Я – овцепас,
Мне места не найдется ль среди вас?»


Он не гнушался никакой работой.
Его на службу главный взял с охотой.


Присматривался долго, а потом
Его поставил первым пастухом.


Бабак прекрасный спал в своем покое
И диво увидал во сне такое:


Его пастух на боевом слоне
Сидит с мечом, в сияющей броне.


И все его Сасаном называли
И почести, как шаху, воздавали.


И возвеличился он и потом
Украсил землю славой и добром.


Встал царь Бабак; виденье сна забылось.
Вот что в другую ночь ему приснилось:


Зардуштов раб из мрака вдалеке
Шел, три огня неся в своей руке.


И это: Михр, Азаргушасп, Харрад —
Три светоча – от Рыбы до Плеяд.


Они пылали ярче и обильней
Углей алоэ в царственной светильне.


Бабак проснулся. Сон свой вспомнил он,
Невольною тревогою смущен.


И все, что толковать умели сны,
Что были в тайных знаниях сильны,


Пришли в чертог царя. А вслед им тоже
Пришли мужи совета и вельможи.


Бабак открыл им тайну снов своих,
Смысл темный разгадать просил он их.


Задумался совет мужей разумных.
И самый старший в сонме многодумных


Сказал: «О шах! Иные времена
Настали. Вникни в смысл глубокий сна.


Тот, кто пасет твои отары в поле,
Как солнце мира, сядет на престоле.


Но если не о нем твой вещий сон,
Ты знай, что сядет сын его на трон!»


Внял мудрецам Бабак добросердечный.
Он понял знак, что дал ему предвечный.


Велел гонцам Сасана он найти
И пастуха в чертоги привести.


Одет в овчину, весь в снегу, пред шахом
Бедняк пастух предстал, исполнен страхом.


Всех посторонних прочь услал Бабак;
Перед Сасаном с трона встал Бабак.


С собою рядом посадил Сасана.
Кто он, откуда, – расспросил Сасана.


Царь спрашивал, но оробел пастух,
Внезапно онемел отважный дух.


Потом сказал: «На все, что вопрошаешь,
Отвечу, если жизнь мне обещаешь.


Клянись, пожми мне руку! И тебе
Я расскажу всю правду о себе.


Клянись: во всем, что скрыто и открыто,
Ты мне – доброжелатель и защита».


Царь молвил: «Мне свидетель – небосвод,
Что жизнь и хлеб насущный нам дает.


Клянусь – тебя никто здесь не обидит!
Тебя в почете, в славе мир увидит».


Тогда сказал пастух: «О властелин,
Откроюсь! Я – Сасан, Сасана сын.


Я – прапраправнук властелина мира,
Великого Бахмана Ардашира.


Исфандиар отцом Бахмана был.
Он власть Гуштаспа в мире утвердил».


И слезы хлынули, как свет средь мрака,
От тех речей из ясных глаз Бабака.


Велел он слугам баню истопить,
Омыть Сасана, пышно облачить.


Он одарил его своим халатом
И дорогим конем в седле богатом.


Он дал Сасану под жилье дворец,
Нужде Сасана положил конец.


Невольниц и рабов он дал Сасану
И множество даров послал Сасану.


Он так безмерно одарил его,
Что навсегда обогатил его.


Сасана, словно сына, полюбил он,
На дочери своей его женил он.

   Рождение Ардашира Бабакана


Круг сороканедельный завершился,—
Как солнце, у царевны сын родился.


Здоров и весел, крепок и пригож,
Он дивно на Бахмана был похож.


В честь пращуров своих, владевших миром,
Отец назвал младенца Ардаширом.


Смотрел за ним, души не чая в нем,
И вырастил его богатырем.


По деду Ардаширом Бабаканом
Был назван юноша, могучий станом.


Его наукам стали обучать,
И, как алмаз, он знаньем стал блистать,


Величьем духа одарен врожденным,
Обогатился блеском обретенным.


И вскоре к Ардавану весть пришла,
Что ветвь Бабака в мире расцвела.


Что он в борьбе соперников не знает,
Что на пиру он, как Нахид, сияет.


Сел Ардаван на трон, писца призвал
И в Парс письмо Бабаку написал:


«О муж, в трудах правленья умудренный,
Советник наш, доверьем облаченный!


Я слышал – вырос внук в твоем дому,
Что нет в подлунной равного ему.


Пусть он своих достоинств не скрывает,
Ему у трона место подобает,


Средь круга избранных богатырей.
Так присылай его ко мне скорей.


Во всем с моими сыновьями равный,
При мне он будет – над князьями главный».


Бабак, прочтя письмо, был потрясен,
И много слез сначала пролил он.


Потом призвал премудрого дабира
И внука молодого – Ардашира.


Сказал: «Владыка нас почтил письмом.
Прочти, мой внук, размысли обо всем.


Хоть трудно мне с тобою расставаться,
Но мы царю должны повиноваться.


Я напишу: «К тебе – царю царей —
Я посылаю свет своих очей.


В заветах чести мною внук воспитан,
На зов твой, не замедлив, поспешит он.


Так приласкай же внука моего,
Чтоб не подул и ветер на него!»


Пошел Бабак, спустился в свой подвал
Богатства сокровенные достал он;


Для внука ничего не пощадил,
Оружьем, сбруей ратной одарил,


Дал все ему в дорогу снаряженье;
Привел коней, рабов для услуженья,


Чтоб внук явился пред лицом царя,
Как солнце светозарное горя.


Собрал он щедрый дар для Ардавана —
Динары, амбру, муск благоуханный.


И юноша от дедовских дверей
Со свитой, с караваном отбыл в Рей.

Чтение онлайн



1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 [46] 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59

Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация