А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Шах-наме" (страница 22)

   Афрасиаб отправляет Пирана с войском


Семь дней весельем сердце услаждали,
О древних миродержцах рассуждали.


Пирану-полководцу в день восьмой
Прислал письмо владеющий страной:


«Из войска самых сильных возглавляя,
Ступай отсюда к берегам Китая,


Затем до Хиндустана ты пройди,
На берег Синда войско приведи.


Получишь дань в Китае, в Хиндустане,
Затем иди к хазарам, требуй дани».


Пиран возглавил и направил рать,
Как царь ему изволил приказать.

   Сиявуш сооружает Сиявушгирд


Огня быстрее прибыл утром рано
Гонец от повелителя Турана.


Царь Сиявушу написал письмо,—
Сама любовь и счастье в нем само:


«С тех пор как ты ушел, познал я муки,
Тоскую постоянно от разлуки.


Узнай же ныне радостную весть:
Тебя достойный край в Туране есть.


Дарю тебе его: он благодатен,
Быть может, будет он тебе приятен,—


Отправься и взгляни на этот край,
И царствуй славно, и врагов карай!»


Афрасиаба подчинясь приказу,
В дорогу Сиявуш пустился сразу.


Как только витязь прибыл в ту страну,
Он в два фарсанга в ширину, в длину


Построил дивный город с площадями,
Дворцами, цветниками и садами.


Дворец украсил, вызвав мастеров,
Изображеньем битв, царей, пиров,


Он купола возвел, что возвышались
Над городом и облаков касались.


Сиявушгирдом город нарекли,
И люди в нем довольство обрели.

   Пиран прибывает в Сиявушгирд


Когда Пиран вернулся с войском вместе,
О городе везде гремели вести.


Отправился военачальник в путь,
Чтобы на город радостный взглянуть.


Пиран подъехал к городским воротам,
И встретил Сиявуш его с почетом.


Неделю пировали допоздна,
И веселы, и пьяны от вина.


На день восьмой, утешенный пирами,
Пришел Пиран с достойными дарами:


Здесь были яхонт, жемчуг и алмаз,
Венцы блистаньем радовали глаз,


Здесь было много седел тополевых,
Коней с попонами из шкур тигровых,


И серьги и венец для Фарангис,
А на браслетах жемчуга зажглись!


Вручив дары, пуститься в путь решил он.
К царю Афрасиабу поспешил он.


Пришел, предстал, поведал обо всем;
О дани, собранной за рубежом,


О Сиявуше рассказал правдиво,
О городе, построенном на диво.


И царь от мысли той повеселел,
Что Сиявуш рожден для славных дел.

   Афрасиаб посылает к Сиявушу Гарсиваза


Властитель поделился с Гарсивазом
Из тайника исторгнутым рассказом:


«В Сиявушгирд с отрадою ступай,
Внимательно исследуй этот край;


Когда хозяин весел – две недели
Ты оставайся в городе веселий».


Взглянул на войско храбрый Гарсиваз,
Избрал отборных всадников тотчас.


В Сиявушгирд, чтобы вкусить отраду,
Велел скакать он своему отряду.


Когда о нем услышал Сиявуш,
Навстречу с войском вышел Сиявуш.


В объятья заключил один другого;
Спросив о шахе гостя дорогого,


Хозяин в город с ним вступил и тут
Отвел ему для отдыха приют.


Явился Гарсиваз к нему с рассветом,
Пришел с дарами от царя, с приветом.

   Рождение Фаруда, сына Сиявуша


Внезапно к Сиявушу во дворец
Примчался с вестью радостный гонец:


«От Джариры, от дочери вельможи,
Родился мальчик, на луну похожий,—


Фарудом светлым нарекли дитя!
Пиран, такую радость обретя,


Немедленно меня к тебе отправил,
Чтоб весть о сыне я тебе доставил.


А мать младенца, полного добра,—
Прислужницам велела Джарира,


Чтоб окунули руку мальчугана,
Когда он крепко спал, в раствор шафрана,


И, приложив ладонь его к письму,
Письмо послала мужу своему».


А Сиявуш: «Рожден для высшей доли,
Пусть мальчик вечно будет на престоле!»


Воскликнул именитый Гарсиваз,
Когда услышал радостный рассказ:


«Поскольку внук родился у Пирана,
Он равным государю стал нежданно!»


Пошли с отрадной вестью к Фарангис,
В чертогах клики счастья раздались.


Все на престолах золотых воссели,
Не знали радости такой доселе.

   О победе Сиявуша на ристалище


Как только солнце яркое взошло,
Явило всей земле свое чело,


Примчался Сиявуш на луг зеленый —
Потешиться мячом, забавой конной.


Чоуганом он ударил – мяч исчез,
Скажи: сокрылся в тайниках небес!


Тут молвил Гарсиваз: «Скажу заране,—
Ты всех затмил в Иране и Туране.


Давай-ка на ристалище пойдем,
Поскачем перед воинством вдвоем,


Как два бойца, на середине круга,
Давай возьмем за пояса друг друга.


Ты знаешь: всех туранцев я сильней,
А мой скакун – сильнее всех коней.


Ты, витязь, всех иранцев превосходишь.
Соперников и равных не находишь.


Когда я подниму тебя с седла,
На землю сброшу, – значит, мне хвала,


Тогда ты знай, что я тебя храбрее,
Богаче силой, ловкостью быстрее.


А если ты с коня сорвешь меня,—
Я больше в битву не пущу коня».


А Сиявуш: «К чему такие речи?
Известно, что, как лев, ты грозен в сече,


Ты – брат царя, ты выше всех похвал,
Копытами луну ты растоптал.


Богатыря, кого-нибудь из свиты,
На скакуна для битвы посади ты:


Хочу перед тобой на этот раз
Не осрамиться, славный Гарсиваз!»


Тут рассмеялся Гарсиваз беспечно,—
Ответ ему понравился, конечно.


Сказал туранцам: «Гордецы мои.
Хотите славы, храбрецы мои?


Хотите с Сиявушем побороться,
Надменного унизить полководца?»


Молчали тюрки, на устах – запрет.
Гуруй бесстрашный выступил в ответ.


«Я, – молвил, – состязаться с ним достоин,
Когда другой не хочет выйти воин».


Услышав, что сказал туранский муж,
Чело свое нахмурил Сиявуш.


Воскликнул Гарсиваз: «Скажу царю я,—
Никто не может одолеть Гуруя».


А Сиявуш: «С любым вступлю я в бой,—
Мне не пристало биться лишь с тобой.


Готов я и с двумя вступить в сраженье,
Вели, – пусть выйдут в полном снаряженье».


Тогда Дамур, другой из гордецов,
Сильнейший из туранских удальцов,—


Помчался на коне быстрее дыма,
Он поединка ждал неукротимо.


С Гуруем вместе двинулся Дамур,
Навстречу – Сиявуш, суров и хмур.


Рукой за пояс он схватил Гуруя,
Потом за пояс дернул, торжествуя,


И сбросил, вырвав из седла сперва,—
К чему ему аркан и булава?


Затем рукою мощною своею
Дамура взял за грудь, схватил за шею.


С позором поднял, вырвал из седла,—
Толпа кругом в смятение пришла.


Был Гарсиваз повергнут в стыд глубокий,
Вскипело сердце, пожелтели щеки.


Богатыри отправились домой,
Сказал бы ты: сошли во мрак ночной.


Семь дней с вином и музыкой сидели,
Так веселились до конца недели.


Но вот гостям в обратный путь пора.
И Сиявуш, исполненный добра,


Афрасиабу написал посланье, —
В нем были дружба, кротость, почитанье.


Он Гарсивазу много дал даров.
Отряд покинул мирный, светлый кров.


Промолвил Гарсиваз, желая мести:
«Иран унизил нас на этом месте.


Дамур с Гуруем, два свирепых льва,
Чью силу всюду славила молва,


Обижены иранским черноверцем,[31]
Унижены борцом с нечистым сердцем».

   Гарсиваз клевещет Афрасиабу на Сиявуша


Так, в раздраженье, завершил он путь,
Не мог он успокоиться, уснуть.


К Афрасиабу поспешил воитель.
Спросил о путешествии властитель.


Вручил письмо, поведал о делах.
Прочтя письмо, возрадовался шах.


Воскликнул Гарсиваз: «Письму не верь ты,
Владыка, зятю своему не верь ты!


Иранский шах Кавус, тайком от нас,
К нему посланца присылал не раз.


Он ждет вестей из Рума, из Китая,
Он пьет вино, Кавуса поминая».


Тогда, тоскою горькою томим,
Стал государь печальным и больным.


Сказал: «Мой брат, со мной ты связан кровью,
Пришел ко мне, руководим любовью.


Подумай глубже о моей судьбе,
Вглядись в нее: что вспомнится тебе?


Ужасный сон – моей тоски основа,
Мой разум потемнел от сна дурного.


На Сиявуша не пошел войной,
Он тоже мира пожелал со мной.


Покинув родину, ко мне пришел он,
И честности и верности мне полон.


Он чтил меня, я стал ему царем,
Дарил его лишь благом и добром.


Я дал ему страну, сокровищ груду,
Решил: печаль и ненависть забуду.


Я перестал с Ираном враждовать,
Отныне Сиявуш – мой друг, мой зять.


И после всех дарений, всех усилий,
Когда мы трон, венец ему вручили,


Могу ли на него низвергнуть зло,
Чтоб столько толков по земле пошло?


Что скажет бог, когда мы гнев обрушим,
Расправимся с безгрешным Сиявушем?


Не лучше ль Сиявуша с глаз долой
Отправить поскорей к отцу домой?»


Пылая местью, Гарсиваз ответил:
«Правдолюбивый царь, что сердцем светел!


С таким мечом и с булавой такой,
С благословенной господом рукой,


Без войска Сиявуш не возвратится,
Твои померкнут месяц и денница,


И рать твоя к иранцу перейдет,—
Пастух, лишенный стада, пропадет».


Афрасиаб на мир взглянул угрюмо.
Он мучился, в нем зрела злая дума.


К нему и в ранний час, и в поздний час
Входил в покои злобный Гарсиваз.


Хулитель вероломный и лукавый,
Он сердце шаха наполнял отравой.


Так время над властителем прошло.
Проникли в сердце шаха боль и зло…


Однажды повелел он Гарсивазу!
«Скачи, – пусть внемлет Сиявуш приказу,


Ко мне пусть быстро соберется в путь,
При нем ты неусыпным стражем будь».

   Возвращение Гарсиваза к Сиявушу


У Гарсиваза, хитрого и злого,
Готовы были сети зверолова.


Приехав, сразу в город не вошел,—
Красноречивый послан был посол.


Пред Сиявушем прах облобызал он,
Царю о Гарсивазе рассказал он.


Услышал царь, что прибыл Гарсиваз,
В тревоге свет в его глазах погас.


Он думал, поражен необычайно:
«Здесь кроется неведомая тайна.


Что говорил с царем наедине
Вельможа добронравный обо мне?»


Но вот подъехал Гарсиваз, и сразу
Царевич пешим вышел к Гарсивазу,


Спросил: «Хорош ли путь? Здоров ли шах?»
Спросил о государственных делах.


Тот передал приказ царя Турана.
Был осчастливлен витязь несказанно,


Воскликнул: «С мыслью о царе, клянусь.
Я даже от меча не отвернусь!


Смотри, мы в путь готовы, мы уходим,
Поводья привязав к твоим поводьям».


Злокозненный смутился клеветник,
От мудрой речи головой поник.


Подумал: «Если с Сиявушем вместе
Мы выступим – я не исполню мести:


Не попадет иранец в мой капкан,
Увидит шах, что речь моя – обман.


Теперь нужны мне хитрость и сноровка,
Чтоб Сиявуша сбил с пути я ловко».


Он пролил слезы жаркие из глаз,—
И обманул иранца Гарсиваз.


И возмущенье и негодованье
Услышал Сиявуш в его рыданье.


Спросил он мягко: «Что случилось, брат?
Какою тайной скорбью ты объят?


Когда туранский царь тому виною,
Что плачешь ты сейчас передо мною,


То выйду я с тобою в путь, начну
С Афрасиабом грозную войну.


Откройся мне, доверься мне вначале,
Чтоб я тебя избавил от печали».


Ответил Гарсиваз: «Я речь веду
Не про свою обиду и беду.


О споре меж Ираном и Тураном,
О горе, что грозит соседним странам,


О сущности вражды я полон дум,
Мне мудрые слова пришли на ум:


«С тех пор как Тура бог покинул правый,
Настало зло, воюют две державы».[32]


Не Тур – Афрасиаб царит теперь,
Но он такой же бык, такой же зверь.


Пройдет немного времени, – владыки
Узнаешь нрав коварный, злобный, дикий.


К тебе пылает злобой туран-шах,—
Судьба людей сокрыта в небесах.


Ты знаешь – я твой друг во всем и всюду,
Всегда тебе товарищем я буду.


О шахе я сказал, добро любя,—
Грешно таить мне правду от тебя».


Ответил Сиявуш: «Гони тревогу,
Затем, что я иду, внимая богу.


Афрасиаб, – о нем я думал так,—
Стал светом для меня, развеял мрак.


Когда б решил он, что ищу я брани,
Меня бы не возвысил он в Туране,


Не дал бы мне страну, венец, престол,
Свое дитя ко мне бы не привел.


К его дворцу пойду с тобой теперь я,
Рассею мрак, добьюсь его доверья.


Где правда проступает сквозь туман,
Там терпит поражение обман».


Ответил Гарсиваз: «Он зверя хуже,
Он не таков внутри, каков снаружи


Тебя он предал, обманул, злодей,
Зашил он очи мудрости твоей.


Покинул ты отца, незрел и молод,
Пришел в Туран, воздвиг огромный город.


Так обольстил тебя Афрасиаб,
Что служишь ты ему, как верный раб».


Он говорил, а в голосе – рыданье,
В душе – коварство, на устах – страданье.


Тут Сиявуш в него вперил глаза,—
Из них катились за слезой слеза.


У Сиявуша пожелтели щеки,
Издал он вздох, тяжелый и глубокий,


Сказал: «Не вижу, в глубь вещей смотря,
Чтоб заслужил я ненависть царя.


Пусть я познаю муку и обиду —
Из подчинения царю не выйду.


Без войска я пойду с тобой к нему,
Причину гнева царского пойму».


А Гарсиваз: «Не вижу в этом смысла,
Чтоб ты пошел, когда беда нависла.


Заступник твой, спасу я жизнь твою,
Огонь, быть может, я водой залью.


Афрасиабу изложи в посланье
Все доводы, все речи в оправданье.


Когда увижу: царь не хочет зла,
Настал хороший день, заря взошла,


Немедленно гонца к тебе отправлю,
От мрака и тоски тебя избавлю.


А если царь коварен, гневен, зол,
То и тогда примчится мой посол.


Ты действуй быстро, чтоб достигнуть цели,
Ты долго не раздумывай; отселе


В ста двадцати фарсангах есть Китай.
А в триста сорока – иранский край.


Там у тебя и войско и держава,
Там у тебя отец, закон и право.


Во все концы отправь своих послов,
Не медли, будь к сражению готов».


И Сиявуш совету внял дурному,
Душой беспечной погруженный в дрему.

Чтение онлайн



1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 [22] 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59

Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация