А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Загадка о морском пейзаже" (страница 30)

   Глава 23

   Эристов шел на встречу с самым ценным своим агентом по кличке «Трой». В последнем своем сообщении секретный сотрудник сообщил куратору, что ему известно о планах террористов.
   «Уважаемый Арнольд Михайлович! Спешу доложить вам, – писал он, – что в руководстве ЦК партии, в котором я нынче состою, все ходят теперь с такими лицами, словно со дня на день ожидают очень радостных известий. Прежние разногласия, вызванные бонапартистским решением отдельных вождей пойти на банковское ограбление, временно забыты. Хочу особо подчеркнуть, что между радикальными сторонниками партизанской войны и еще недавно непримиримыми по отношению к ним «идеалистами», твердившими, что «революция должна делаться чистыми руками», заключено временное перемирие. Похоже, все признают важность цели, на которую будут потрачены добытые на Кавказе деньги. Цель эта настолько заворожила всех, что даже предотвратила наметившийся внутрипартийный раскол. Что это за цель, надеюсь узнать на ближайшем закрытом пленуме ЦК».
   Затем была встреча, на которой «Трой» сообщил жандармскому куратору, что большая часть добытых в ходе экса денег должна пойти на закупку какого-то военного снаряжения. Также некоторую сумму члены ЦК постановили потратить на собственное содержание. Жизнь в Европе дорожала, и руководители партии посчитали, что они заслужили право на комфорт и возможность поправить подорванное в царских тюрьмах и на каторге здоровье в лучших швейцарских санаториях. Когда же один из собравшихся предложил также финансово поддержать рядовых однопартийцев, ночующих под мостами вместе с парижскими бездомными и умирающих от голода, а также их бедствующие в эмиграции семьи, ему жестко ответили, что партия не «Армия спасения», а боевой отряд революции. Поэтому заботу необходимо проявлять в первую очередь о нужных для дела людях и командирах.
   Эристов сразу смекнул, что если хоть один из этих обожающих комфорт жирных котов попадется с фальшивой пятисотрублевой, сроки операции в Гельсингфорсе наверняка будут перенесены. Вероятно также, что круг информированных о ее ходе лиц в целях строжайшей конспирации будет сужен до минимума. Допустить этого было нельзя. Обеспечить безопасность государя было теперь даже важнее, чем добиться выдачи нескольких опасных эмигрантов. Тем более что Эристов не скрывал, что считает стратегически ошибочным стремление начальства любыми способами обезглавить главную революционную партию и тем развалить ее. Ведь именно нынешние вожди этой партии – постоянно грызущиеся между собой за власть и за контроль над партийной кассой, представляли теперь главную угрозу для своей организации. Если их убрать, то на смену обуржуазившимся любителям комфортной заграничной жизни придет новое поколение молодых лидеров – злых и фанатичных, которое с презрением относится к нынешним бюрократам из своего ЦК.
   И даже если допустить, что арест нескольких известных деятелей станет концом для возглавляемой ими партии, это вовсе не приведет к исчезновению заразы. На месте одной разваленной партии возникнет десяток новых опасных побегов, которые быстро наберут силу. В итоге контролировать революционно-террористическое подполье станет во много раз сложнее. Сколько таких тайных революционно-заговорщицких обществ и кружков типа «Черного передела» и «Народной расправы» уже находится в зародыше, и только авторитет и монополия на террор самой влиятельной партии не дают им прорасти!
   Так что, по глубокому убеждению Эристова, эта затея с мечеными деньгами являлась преступной ошибкой. И необходимо было как можно скорее ее исправить. Сделать это можно было только заменив купюры, номера которых уже разосланы во все полицейские комиссариаты мира. После долгих размышлений Эристов чуть ли не впервые за свою карьеру принял непростое решение пойти против собственного ведомства и предупредил «Троя», что добытые в ходе кавказского экса деньги – это приманка, на которую полиция собирается ловить его соратников по ЦК. Но он пообещал агенту быстро добыть нужную сумму. «Трой» же заверил куратора, что сумеет придумать повод, чтобы лично встретиться с курьером, и незаметно для него подменит чемоданы с наличностью, тем более что этот человек неопытен в делах конспирации и обмануть его наверняка не составит особого труда.
* * *
   Новая встреча жандарма и его тайного сотрудника должна была состояться в цирке. Хотя Эристова удивил столь необычный выбор. Расположенный в центре Парижа известный цирк совсем не подходил для секретных разговоров с глазу на глаз. «Зачем ему понадобилось тащить меня туда?» – пытался понять мотивы агента профессиональный разведчик. Конечно же «Трой» знал о его увлечении французской борьбой. И представил все так, будто просто желает сделать приятное куратору из тайной полиции. Но ведь он был далеко не новичок в своем деле и должен был понимать, что в открытом амфитеатре цирка на глазах у сотен зрителей трудно будет сохранить их рандеву в тайне. Конечно, немногие в стане врага знают профессионального контрразведчика в лицо. И все-таки риск провала был неоправданно высок.
   Это было тем более подозрительно, что в их прошлые встречи агент всегда проявлял большую щепетильность в выборе мест для встреч, соглашаясь прийти на конспиративную квартиру, в специально снятый гостиничный номер или в отдельный кабинет ресторана.
   Поэтому столь странное приглашение слишком напоминало западню.
   А ведь случаи предательства со стороны секретных сотрудников не были редкостью. У завербованных охранкой, активных членов антиправительственных организаций иногда происходило своеобразное раздвоение личности. Да, с одной стороны, человек предавал своих близких друзей. Но с другой, видя жандармского офицера лишь изредка, а большую часть времени проводя среди товарищей по революционному подполью, активно участвуя во всех делах своей партии, такой «крот» мог по-прежнему осознавать себя борцом с режимом. Желание вернуть свою проданную душу или же искупить вину перед соратниками могло сделать его опасным. Если офицер политической контрразведки вовремя не замечал душевных шатаний своего подопечного и не принимал мер, для него все могло закончиться катастрофой. Именно так был предательски убит собственным агентом на киевской конспиративной квартире подполковник Судейкин. По такой же причине погибли ротмистр Грешен в Нижнем Новгороде, полковник Карлов в Берлине. Да всех и не перечислишь. Офицеры, занимающиеся агентурной работой, знали эту опасность, но тем не менее сознательно шли на риск в интересах дела.
   Эристов стал подозревать «Троя» в нечестной игре несколько месяцев назад. Похоже, именно «Трой» стоял за организацией нескольких недавних терактов. Правда, о некоторых покушениях агент предупреждал охранку, попутно выторговывая себе повышения жалованья и премиальные. Зато о других умалчивал, так как от их успеха, видимо, зависело укрепление его положения в руководстве партии и авторитет в революционных кругах. Но доказать этого жандарм не мог…
   Впрочем, пока они оба нуждались друг в друге. Проанализировав ситуацию, Эристов пришел к выводу, что не в интересах «Троя» избавляться от него. По крайней мере в обозримом будущем. Чрезвычайно властный, не терпящий чужого мнения «Трой» рвался к власти и деньгам. Он мечтал прочно занять место на самом Олимпе своей партии и со временем возглавить ее. Однако, несмотря на популярность в революционной среде, у него пока хватало идейных противников и завистников. Тайная же полиция помогала беспринципному политикану делать карьеру, снабжала деньгами и документами, позволяла выскальзывать при облавах. Постепенно все его конкуренты оказывались на виселице или на каторге.
   Нет, этот расчетливый субъект конечно же понимал всю выгоду тайного союза с охранкой. Он явно целил в кого-то другого, но пока тайный смысл его комбинации жандарм понять не мог.
   И все же, отправляясь на новую встречу с информатором, Эристов решил на всякий случай подстраховаться и взял с собой двух своих сотрудников. Они должны были занять места среди зрителей неподалеку от шефа и в любой момент быть готовыми прийти ему на помощь.
* * *
   Еще на вокзале, только приехав в Париж, Эристов увидел первую афишу грандиозного спортивного праздника. В Петербурге он старался не пропускать ни одного чемпионата. Многие звезды борьбы и даже сам директор знаменитого цирка Чинизелли были его друзьями. Но время заграничной командировки было до предела насыщено важными делами. Какие уж тут развлечения! Замечая в последующие дни расклеенные на стенах домов и рекламных тумбах яркие афиши с изображением сцепившихся в напряженной схватке мускулистых гигантов, Эристов напоминал себе, что вряд ли сумеет выкроить свободный вечер. Уж больно много нынче работы. Но зависть к тем, кто попадет на представление, все равно подспудно глодала его.
   И вот в его кармане лежит билет, согласно которому он займет место возле самой арены! И это притом, что места в партере давно распроданы. Похоже, «Трой» имел хорошие связи среди парижских театральных спекулянтов.
   Всего через час с небольшим начнется спортивный спектакль, во время которого они обсудят с агентом дело, ради которого Эристов приехал в Париж.
* * *
   «Трой» тоже ради их встречи пересек границу, приехав из Англии, где налаживал работу новой типографии. Своим он сказал, что отправляется на швейцарский курорт подлечить нервы. Соратники по революционной эмиграции давно рекомендовали ему недорогой пансион в Альпах. Из партийной кассы мученику царских тюрем была выделена круглая сумма. Примерно неделю опытный конспиратор провел в санатории, ежедневно посылая соратникам открытки с горными видами и подробными отчетами о своих встречах с местными докторами и назначенных процедурах. И только подтвердив свою легенду, он выехал в Париж.
* * *
   До начала представления оставалось минут пятнадцать. Место, которое предстояло занять Эристову, располагалось перед самым барьером, отделяющим цирковую арену от зрительного зала. Близость к борцовскому ристалищу не могла не греть душу заядлому любителю спорта.
   Однако за спиной у жандарма располагался еще один барьер, который как бы отделял привилегированный ряд – места в котором стоили в несколько раз дороже обычного партера, – от остальной публики. Этот сюрприз был из разряда неприятных. Барьер был достаточно высок и зрительно скрывал сидящего Эристова от его телохранителей. У Арнольда Михайловича вновь появились неприятные мысли, что агент затеял с ним какую-то опасную игру.
   Однако что-то еще предпринять для собственной безопасности старый разведчик не успел, так как появился «Трой». Агент стал рассказывать жандарму, каких огромных денег ему стоило перекупить эти «аристократические» места у слуги какого-то маркиза. И все для того, чтобы сделать приятное своему благодетелю и другу.
   – Поверьте, Арнольд Михайлович, я никогда не забываю, чем обязан вам.
   Своей подкупающей искренностью «Трой» умел так воздействовать на собеседника, что даже многоопытному контрразведчику, знающему цену словам, порой становилось стыдно за свои подозрения. У «Троя» было лицо прямодушного человека, который привык говорить все, что думает. У тех, кто слушал этого прирожденного проповедника, обычно возникала душевная потребность верить ему. Трудно было сопротивляться обаянию этой необыкновенной личности. «А ведь он совсем недурной человек, – говорил себе Эристов, – и, кажется, искренне желает добра своему Отечеству».
* * *
   Между тем начался парад участников турнира. Под гром оркестра на арену стали выходить титаны. Уже в самом их появлении чувствовалось что-то грубое, жестокое, дикарское. Почти у каждого через плечо лента, на ней сверкают медали за выигранные крупные международные турниры.
   Глазом знатока Арнольд Михайлович оценивал борцов – огромные, тяжелые, с крупными мышцами, накачанными гирями, они все производили впечатление истинных профессионалов. Здесь не было обладателей больших животов и порядочных лысин, как на бутафорских «чемпионатах мира», когда импресарио заранее назначали победителей, а борцы между собой оговаривали, кто и как должен проиграть.
   Многих атлетов Эристов знал по прошлым выступлениям. Но были и незнакомые ему борцы, лица которых были скрыты под масками. Они выступали под пышными псевдонимами. Это была обычная практика таких спортивных спектаклей, чтобы создать интригу. Под маской мог скрываться большой мастер, а мог и заурядный середнячок.
   Зрителей набилось в цирк как «селедок в бочку». Громкими овациями они приветствовали красиво сложенного парижанина с благородным лицом римского патриция. Вслед за ним на арену неспешной походкой вышел могучий богатырь в поддевке. На плечах он нес необычно большой бочонок. Эристов радостно зааплодировал земляку и громко закричал: «Давай, Ваня!» Это был бывший саратовский грузчик и молотобоец. Уже второй сезон в России волжанин являлся «звездой» номер один. Недавно он вернулся из американского турне, в ходе которого встречался с лучшими американскими борцами и не потерпел ни одного поражения. В газетах писали, что на гастролях он ежедневно получал десятки писем от американок. Они всячески добивались с ним свидания. Благодаря тесному общению с поклонницами к концу поездки силач вполне сносно объяснялся по-английски.
   Перед началом поединков в первой части программы атлеты должны были продемонстрировать свою силу. Это была непременная часть таких шоу. Кто-то жонглировал огромными гирями, кто-то гнул железную балку. На чернокожего Геркулеса положили доски и по ним униформисты прокатили незапряженный экипаж с десятью пассажирами. На груди другого силача ассистенты кузнечными молотами разбили огромный валун. Третий сажал на стол двенадцать человек, подлезал под него и поднимал на своей спине вместе с людьми. Эристова такими номерами было не удивить, но «Трой» не скрывал восхищения:
   – Вот эта силища! Никогда не думал, что борцы все такие монстры.
   Тогда Эристов рассказал ему забавную историю, которую ему поведал один приятель из цирковых. Несколько лет назад питерская публика увлеклась сочинениями французского писателя по фамилии Блоншар. Главным действующим персонажем одного из самых удачных детективных произведений автора был японский самурай, который волею случая попал в современную Европу. В результате у питерцев вошло в моду все японское.
   Цирковые импресарио быстро смекнули, что на популярном литературном образе можно неплохо заработать и бросились искать подходящего человека с характерной внешностью выходца из загадочной Страны восходящего солнца. Однако выяснилось, что во всем городе нет ни одного подходящего японца.
   В это время некий азиат открыл в Петербурге чайную торговлю, да быстро прогорел. Один из организаторов борцовских чемпионатов пришел к нему в критический для него момент, когда неудачливого купца собирались тащить в долговую яму.
   – Как вас зовут? – спросил китайца импресарио.
   – Борис Иванович Жандорфу.
   – Вы китаец?
   – Да.
   – Согласны стать японцем за тридцать рублей в месяц?
   – Охотно.
   – Тогда быть вам теперь уже не Жандорфу, а Кацукума Саракики. Согласны?
   – Согласен.
   В течение двух недель новичка пытались учить некоторым приемам. Однако выяснилось, что новоиспеченный «самурай» совершенно не способен к борьбе. В схватках с ним главной задачей противника было удерживать «японца» на ногах, чтобы он нечаянно не свалился раньше времени. Одно радовало нашедшего его импресарио – чисто внешне новичок смотрелся великолепно. Его огромный живот, кривые ноги, неподвижное восточное лицо не могли не произвести на публику впечатления. И тогда было решено сделать из Саракики «чудовищного грифера». Хозяин шоу сказал ему: «Ты должен так появиться на арене, чтобы у чувствительной части публики кровь застыла в жилах от ужаса. За остальное не беспокойся. Со своими противниками ты будешь бороться всего несколько минут. Хватай соперника под мышки или за поясницу, чуть поднимай и сразу бросай на помост. Да не бойся! Соперники сами постараются упасть на обе лопатки.
   Весь следующий сезон прошел под знаком Саракики. Он быстро обрел славу непобедимого борца, и, кажется, даже сам поверил в свою несокрушимую мощь, ибо когда Эристов однажды увидел его в ресторане, бывший мелкий купец держался с величием Чингисхана.
   Но, конечно, к истинному спорту такие истории никакого отношения не имели. Однако «Трой» сделал из этого рассказа неожиданный вывод:
   – Выходит, в спорте, как и везде в жизни – выгодней всего казаться кем-то, чем на самом деле являться им.
   Эристов задумался над словами агента. Что он имел в виду? Но «Трой» сам пояснил свою мысль:
   – Все кроме вас считают меня революционером, и только вы один знаете, кто я на самом деле. И это ставит меня в более выгодное положение по сравнению с моими соратниками по партии, и даже, прошу прощения, по сравнению с вашими коллегами из охранки, которые не имеют таких возможностей, какие имею я.
   Видимо, агент заметил промелькнувшую во взгляде жандарма насмешку, потому что в нем заговорило чувство оскорбленного внутреннего достоинства.
   – Деньги для меня не главное. Хотя я не богат. Наследства я не получил, большого приданого тоже. Но я убежден, что смогу сделать для государства больше, чем дюжина жандармов. И вы вскоре в этом убедитесь.
   Эристов рассказал «Трою», что чемоданы с «чистыми» деньгами находятся в камере хранения на железнодорожном вокзале Аустерлиц.
   – Вот номерок, по которому вы сможете получить чемоданы. А теперь расскажите о деталях готовящегося покушения.
   Тут Эристов заметил, что к ним приближается один из борцов. Верхняя часть его лица была скрыта маской. Вращая огромную штангу с чугунными шарами на концах, громила тяжелой поступью двигался вдоль барьера. Казалось, помост арены прогибается и стонет под его весом. Гигант играл на публику. Но что-то в его поведении насторожило разведчика.
   Вот борец поравнялся с ними, и Эристов заметил, как изменилось выражение его светлых глаз в прорезях маски. Первое, что сделал жандарм, это столкнул с кресла на пол человека, за жизнь которого отвечал. Затем Эристов вскочил сам и выхватил свой «кольт». Но револьвер тут же отлетел под соседние кресла, довольно ловко выбитый ударом ноги борца. Высокий, широкоплечий гигант осклабился в торжествующей улыбке. Он уже взгромоздился на бордюр и, поигрывая чудовищной мускулатурой, нависал над пожилым сыщиком, как готовая обрушиться скала. Круглые бугры под его мокрой от пота кожей переливались, словно толстые кольца удава. Но вот губы человекомонстра плотно сжались в твердую решительную дугу. Теперь все в его облике выражало беспощадную готовность одним ударом многопудовой штанги расплющить голову старика.
   Проклятый бордюр за спиной отрезал Эристову путь к отступлению. На помощь телохранителей тоже рассчитывать не приходилось, ибо нападение произошло слишком внезапно. Но Эристов не собирался отдавать свою жизнь без ожесточенной борьбы и только ждал, когда на него обрушится страшный удар, чтобы увернуться и контратаковать. И тут в лицо сыщику ударил яркий свет прожектора, мгновенно ослепив его. Но одновременно словно кто-то шепнул на ухо Эристову: «Пригнись!» Он тут же присел, втянув голову в плечи, и почувствовал своим темечком колебания воздуха от пролетевшего вблизи его головы смертоносного ядра штанги.
   Выиграв несколько секунд, старый жандарм получил шанс на спасение. Краем глаза Арнольд Михайлович видел, как спешат к нему по проходу между рядами его люди. Правда, и промахнувшийся убийца торопился исправить свою оплошность. Он, как муравья, смахнул с дороги вскочившего со своего места пухлого молодого человека в смокинге, отшвырнул в сторону визжащую даму и, приблизившись к Эристову, вновь изогнулся в опаснейшем замахе. Правда, теперь громила был лишен важного преимущества внезапности. К тому же его жертва уже не была прижата спиной к барьеру. Эристов даже мог бы попробовать спастись бегством, припустив вдоль арены – по узкому проходу между первым рядом кресел и барьером, отделяющим манеж от зрительного зала. Наверное, он так бы и поступил. Тем более что в свои годы сохранил достаточно резвости, чтобы потягаться в беге с перегруженным мышцами тяжеловесом.
   Но жалкий, беспомощный вид агента не позволил Эристову бросить его. «Трой» уже поднялся с пола, но, похоже, совсем растерялся и даже не помышлял о сопротивлении убийце. Он с ужасом взирал на чудовище в маске и одновременно с мольбой на жандарма.
Чтение онлайн



1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 [30] 31 32 33 34 35 36

Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация