А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Загадка о морском пейзаже" (страница 16)

   – Только она какая-то странная. Для обычных кораблей такая не используется.
   Шли по берегу вдоль скал. На море стоял полный штиль. На водном зеркале важно и чинно сидели чайки. И только одна из них драчливо перелетала с места на место, задирая подруг. Всю дорогу Кошечкин и Кукушкин ругались. Жандарм упрекал приятеля-пограничника, что его люди поступили, как мясники, прикончив пожаловавших на остров гостей, вместо того чтобы хотя бы одного из них взять живым. Защищая честь мундира, пограничник тоже не скупился на резкие обвинения в адрес жандармерии.
   Недалеко от воды среди нагромождения ледниковых валунов лежали отбеленные водой бревна плавуна. Для высаживающихся здесь людей это был отличный материал, из которого можно было быстро соорудить костер, чтобы обогреться или сварить уху.
   Вдруг впереди Анри заметил какие-то постройки. Подошли поближе. Это и был загадочный «храм» – три сарая и навес летней кухни.
   Первым делом прибывшие сыщики приступили к осмотру трупов убитых накануне мужчин. Тела находились в одном из сараев. Их лица будто специально были разбиты прикладами, чтобы сделать невозможным опознание. Это неприятно удивило Вильмонта.
   В то время как полицейские подробно изучали тела погибших, снаружи раздался возглас одного из подчиненных Кошечкина.
   – Смотрите, там мина!
   Вильмонт вместе с коллегами отправился посмотреть на находку и увидел неподалеку на берегу уже знакомый ему круглый предмет диаметром около полутора метров. Он лежал среди камней и частично был завален плавником.
   – Лучше не ходите, – посоветовал Вильмонту Кошечкин. – Сообщим морякам, они ею сами займутся.
   Вильмонту и самому не хотелось приближаться к рогатой дуре, начиненной пудами динамита. Но ему не терпелось узнать, похожа ли вновь найденная мина на ту, что морские саперы обезвредили на «царском» фарватере. Однако оказалось, что это только муляж мины. Правда, понять это можно было только приблизившись к ней вплотную. Можно было предположить, что работавшие здесь умельцы использовали макет для каких-то испытаний, возможно на плавучесть, а потом бросили. Прибоем его выбросило на берег, и, видимо, давно, так как один бок проржавел насквозь и внутри пустого металлического шара плескалась вода.
   Зловещая форма муляжа навела Анри на мысль подшутить над своими слишком серьезными спутниками.
   – Вроде похожа на настоящую, – неуверенно прокричал Вильмонт напряженно следящим за каждым его движением спутникам. – Сейчас испытаем.
   Анри поднял булыжник поувесистей и размахнулся, сделав вид, что собирается «врезать мине по рогам».
   Наблюдателей как ветром сдуло. Вскоре их спины исчезли в глубине леса.
   Потом Анри пришлось выслушать немало упреков в свой адрес от разгневанных его мальчишеской забавой коллег. Однако эта шутка разрядила обстановку. После нее рассорившиеся гельсингфорские друзья пошли на мировую. И пока шел осмотр базы, Кошечкин и Кукушкин как ни в чем не бывало обменивались друг с другом мнениями.
   Один из здешних сараев служил мастерской, другой складом, третий жилым помещением. В механической мастерской жандармы обнаружили заготовки, из которых можно было собрать полностью готовые к работе три новые мины с якорями и минрепами.
   На складе Анри наткнулся на ящик с детонаторами и другими механизмами с уже знакомым ему фирменным клеймом. Не было ни малейшего сомнения в том, что точно такой же электрический взрыватель шведского производства был извлечен из обезвреженной моряками якорной мины. Также в этом сарае был найден ящик с брикетами пироксилиновой взрывчатки, тоже шведского производства.
   Таким образом, «шведская версия» получила некоторые подтверждения. Но того приятного волнения, которое бывает, когда ты приближаешься к разгадке очередной тайны, Анри не чувствовал. Само по себе то, что взрывчатка и детонаторы были изготовлены на территории сопредельного государства, не являлось прямым доказательством его участия в тайной войне против России. Оружие могло быть приобретено совершенно легально через подставные фирмы. И вскоре это подтвердилось. В ответ на свой запрос начальнику Финляндского жандармского управления полковнику Яковлеву, а также в Министерство иностранных дел Вильмонт получил справку, в которой говорилось, что в последнее время шведы стали активно помогать российской тайной полиции вылавливать следующих через их страну политических преступников.
   Похоже, в маленькой северной стране осознали, что им гораздо выгоднее дружить и торговать с великим соседом, чем пытаться отвоевать давно утраченные территории.
* * *
   Итак, со шведов подозрение можно было снять. Скорей всего и финские националисты тоже не были причастны к подготовке покушения на царскую яхту. Однако Вильмонта это нисколько не разочаровало. Напротив, он с самого начала считал шведско-финскую версию чересчур экзотичной и не мог себе представить «темпераментных» скандинавов в качестве главных подозреваемых. Если бы они даже и участвовали в заговоре, то лишь в качестве временных союзников одержимых террором русских революционеров. Вот кто мог с маниакальным упрямством преследовать венценосную жертву, проявляя для достижения поставленной цели изобретательность.
   Анри чувствовал, что с этим островом связана еще какая-то неразгаданная тайна. В последующие дни по его просьбе тральщики тщательно обследовали район. В ходе морской разведки были вновь замечены никому не известные створные и навигационные знаки вблизи острова, а также фарватерная разметка. Кто их оставил, было неясно. Капитаны коммерческих судов обходили эти опасные воды стороной. А местным рыбакам подсказки были не нужны.
   Командир военного катера, на котором Вильмонт изучал воды вокруг острова, заявил, что если бы ему понадобилась тайная база для разбойничьих набегов на Гельсингфорс, то лучшего места не найти, достаточно лишь найти хорошего лоцмана из местных.

   Глава 9

   – Посторонним сюда нельзя… – начал было околоточный полицейский, командовавший оцеплением, но, увидев предъявленный штатским господином жетон офицера Охранного отделения, почтительно посторонился.
   В неглубоком овраге деловито работали чиновники из местного уголовного сыска. Один из них – в резиновых перчатках, похоже, был полицейским врачом, второй же имел петлицы судебного следователя. Они составляли протокол осмотра места происшествия, опрашивали свидетелей.
   Флегматичный человек в черном костюме и в шляпе-котелке устанавливал на треноге фотоаппарат. Он действовал нарочито бесшумно, словно опасался потревожить покойника.
   Анри знал погибшего. Это был адъютант Командующего Гельсингфорской базой Александр Гейден. Утром на его еще не остывшее тело случайно наткнулись мужики из близлежащего хутора, которые шли на берег залива порыбачить. Они сразу сообщили местному полицейскому уряднику.
   Начальник железнодорожной жандармерии штабс-ротмистр Гаврила Афанасьевич Кошечкин, как обычно, узнал новость в числе первых и сразу послал своего человека известить о случившемся питерца. Узнав о смерти адъютанта, Вильмонт поспешил на место происшествия, благо оно располагалось всего в четырех верстах от городской окраины. Сам же Кошечкин собирался подъехать немного позже.
* * *
   Погибший молоденький офицер лежал на боку, подвернув под себя правую ногу. Судя по трупному окоченению, которое при данной температуре должно было наступить через четыре–шесть часов, убийство произошло перед самым рассветом. На правом виске его чернело крохотное пулевое отверстие со следами копоти и частичками несгоревшего пороха по краям, что свидетельствовало о том, что выстрел был произведен с очень близкого расстояния. Таким образом, версия о самоубийстве Гейдена напрашивалась сама собой. Рядом с телом лежал маленький карманный револьвер.
   Один из следователей вытащил из саквояжа раскладную линейку, развернул, помахал ею над трупом, словно волшебной палочкой, и занялся какими-то измерениями. В это время его коллега постоянно доставал часы, чтобы узнать время. Он старался как можно меньше ходить по высокой траве, чтобы не замарать начищенные до блеска туфли и безукоризненно отутюженные брюки. По дороге сюда Вильмонт случайно заметил на сиденье коляски, на которой приехали судейские, шикарный букет цветов. Нетрудно было догадаться, что у явно спешащего закончить здесь все дела следователя через несколько часов назначено свидание с дамой. С выражением нетерпеливой скуки на лице он сказал коллеге, кивая на покойника:
   – М-да, по-моему, картина совершенно ясная. Полагаю, можно заканчивать здесь… Вот и один из приятелей погибшего показал, что вчера вечером в ресторане, когда мальчишку в последний раз видели живым, он шутливо приставлял этот револьвер к голове. Якобы готовясь к самоубийству в знак протеста против отставки своего прежнего шефа контр-адмирала Закселя.
   – Выходит, не шутил, – мрачно констатировал чиновник с двумя звездами в петлицах и эмблемами судебного врача. Что-то высматривая в траве, он покосился на убитого, который по возрасту годился ему в сыновья, и вздохнул:
   – А дружки его тоже хороши! Вместо того чтобы отнять у перепившего сосунка опасную игрушку, небось хохотали над его забавой.
   Тут осматривающий труп доктор заметил что-то интересное и обратился к скучающему коллеге:
   – Обратите внимание на края раны. Они неровной формы. Странно… Похоже, пуля вошла в голову под углом сверху вниз.
   Предвкушающий удовольствие от будущего свидания с обольстительной французской модисткой, следователь с недовольным видом склонился к телу:
   – Ну и что тут странного?
   – А то! Попробуйте под таким же углом направить себе револьвер в висок, и вы вывихнете себе плечевой сустав, или вам придется сильно скособочиться, что, согласитесь, будет выглядеть неестественно. А вот если предположить, что в мальчишку стрелял кто-то другой. И что этот человек гораздо выше убитого, тогда все сразу встает на свои места.
   «А он свой хлеб ест не зря», – отдал должное прозорливости доктора Вильмонт.
* * *
   Анри подошел к двоим склонившимся над телом мужчинам и представился им:
   – Рад составить знакомство. Судебный следователь шестнадцатого участка Николай Христофорович Веберг, – отрекомендовался торопящийся на свидание щеголь и протянул Вильмонту прохладную руку. При этом он бросил на своего коллегу быстрый предостерегающий взгляд, мол, не сболтни лишнего с этим чужаком. Впрочем, возможно, это только Вильмонту показалось.
   – Полицейский врач, коллежский асессор Тайво Лехтинен, – назвал себя доктор и, извиняясь, продемонстрировал руки в окровавленных перчатках.
   – Что скажете? – спросил Вильмонт, указывая взглядом на тело.
   – Самоубийство, – будто о чем-то само собой разумеющемся заявил Веберг. – Наверняка застрелился от безнадежной любви.
   Доктор в своей оценке был не столь категоричен:
   – Пока трудно сказать. – Задумчиво глядя на мертвое тело, Лехтинен пожал покатыми, пухлыми плечами. – Сперва надо извлечь пулю… Окончательное заключение могу дать только после изучения трупа в анатомическом кабинете.
   Следователь, бодрый мужчина с румянцем во всю щеку, снова щелкнул крышкой золотого хронометра и язвительно взглянул на доктора:
   – Вот и в карты вы так же играете: заснуть же можно, пока вы на что-то решитесь!
   – Festina lente[24], – торжественно изрек по-латыни врач.
   – Снова вы со своей наукой! Обходились же как-то без нее еще десять лет назад. Никто несчастных покойников не кромсал, чтобы пули из них выковырять. А убийцы меж тем все равно на каторгу отправлялись. Только следствие тормозите.
   – Лехтинен с легким укором ответил сослуживцу:
   – А вы бы хоть изредка почитывали специальную литературу, Николай Христофорович. Глядишь, реже испытывали бы чувство столь безоблачной уверенности. Nemo sapiens nisi patiens[25]. Я вот третьего дня прочел в «Полицейском вестнике», что в этом году полицейский из Буэнос-Айреса Xуан Вучетич впервые изобличил преступника по отпечаткам пальцев. А мы до сих пор во многом дедовскими методами пользуемся. Я уже неоднократно указывал господину полицмейстеру на необходимость создания дактилоскопической картотеки. А воз и ныне там! А ведь дактилоскопический анализ вполне мог бы показать, что последним револьвер держал в руках вовсе не этот несчастный юноша.
   – Да ладно вам наводить тень на плетень! – все с той же пренебрежительной интонацией отмахнулся следователь. – Совершенно ж ясное дело. И у нас тут не Аргентина!
   Для Вильмонта осталось загадкой, что он хотел сказать этой своей последней фразой. В этот момент к Вебергу подошел молодой человек лет двадцати семи, тоже в форме коллежского регистратора. Это был эксперт. Он доложил, что работу свою закончил, и поинтересовался, нет ли у господина следователя новых распоряжений для него.
   Веберг ответил ему ласково по-приятельски и одновременно покровительственно, как обладателю самого низшего чина:
   – Нет, Андрюша, сейчас поедем, если только наш милый доктор не решит раскрыть очередное преступление века.
   Следователь снял шинель и, не глядя, по-барски протянул ее эксперту:
   – Подержи-ка, будь добр, а то солнце припекает.
   Эксперт взял пальто и даже вроде как слегка поклонился начальнику. Анри неприятно поразило такое лакейство. Правда, считалось, что чин коллежского регистратора был введен лишь для того, чтобы избавить только поступивших на службу чиновников от постоянных унижений со стороны власть имущих. Один персонаж писателя Лескова так и говорил: «Чин, не бей меня в рыло». Но все-таки человеку с образованием не подобало так унижаться. У Вильмонта было такое чувство, словно он против воли стал свидетелем какой-то непристойности, поэтому он едва кивнул в ответ на приветствие криминалиста и не подал ему руки.
   Между тем доктор взял из вещей, найденных в одежде убитого, картонную коробочку и продемонстрировал ее коллеге.
   – Ваш сарказм, Николай Христофорович, мне понятен, но как быть вот с этим?
   – Ну, что еще вы там откопали? – с брезгливым видом поинтересовался следователь, который ни разу не притронулся к мертвецу и его вещам.
   Доктор спокойным, ровным тоном ученого-практика пояснил:
   – Снотворное. И изготовлено оно вчера. Вот видите, здесь, на коробочке, аптекарь указал число. Если человек покупает снотворное, то он как минимум планирует пережить ближайшую ночь.
   – А может, он купил эти пилюли, чтобы покончить с собой, но потом передумал и в итоге застрелился, – тут же выдвинул версию следователь.
   Доктор с сожалением взглянул на своего не слишком умного коллегу и обратился к Вильмонту, чье уважительное молчание ему импонировало:
   – Скажите, если бы вы решили мирно заснуть навеки при помощи снотворного, могли бы в последний момент выбрать такой болезненный и малоэстетичный способ?
   Анри взглянул на револьвер и с сомнением покачал головой. Это был «велодог» – небольшая изящная вещица, представляющая опасность лишь на очень близком расстоянии. «Велодог» был создан французской фирмой для защиты поклонников стремительно набирающих популярность в Европе велосипедных прогулок от нападений уличных собак. Отсюда и его название. Но если вначале к «велодогам» выпускались лишь неопасные для человеческой жизни патроны, заряженные перцем или соляной пылью, то со временем, желая привлечь новых покупателей, владелец фирмы Шарль Франсуа Галан стал рекламировать свой популярный револьвер и как эффективное средство самообороны от уличных хулиганов и грабителей. Его фирма быстро освоила выпуск новых боеприпасов. Используемые в этих револьверах патроны имели характерную удлиненную гильзу.
   И тут вдруг Анри осенила внезапная догадка, от которой ему сразу стало жарко! Револьвер лежал с правой стороны от тела покойного. Но ведь Гейден сам признавался ему при последней их встрече, что является левшой и привык все делать, в том числе и стрелять, именно левой рукой. Пуля же пробила правую височную кость его черепа! Однако в том состоянии, в котором люди обычно сводят счеты с жизнью, они выполняют большую часть действий бессознательно, механически – так, как привыкли и как им удобней. Трудно представить себе самоубийцу, пытающегося убить себя каким-нибудь слишком сложным для себя способом.
   Сделав это открытие, Вильмонт принялся еще более внимательно осматривать место преступления. Следов волочения на траве он не заметил. Скорее всего погибший по доброй воле оказался здесь. Правда, было непонятно, с какой целью Гейдена понесло среди ночи за город в такую глушь. Или же его как-то сумели заманить в это уединенное место? Следователь упомянул, что накануне погибший кутил в какой-то компании. Возможно, он был пьян и плохо понимал, куда его везут.
   Непосредственно рядом с телом чужих следов тоже не было видно. Но тут Вильмонт заметил, как один из рядовых полицейских присел на корточки и что-то разглядывает на земле с озадаченным лицом. Когда Анри подошел, приметливый служака указал ему на четкий отпечаток каблука на краю дороги. Удивительно, как его еще не затоптали другие полицейские из оцепления! След был только один, и он был достаточно глубоко вдавлен в землю. Это указывало на то, что от места гибели Гейдена до дороги неизвестный человек шел по траве, а на обочине поставил вторую ногу в стремя, либо поднимался ею на подножку коляски, а отпечатавшаяся нога играла роль опорной. Каблук его сапога слегка подвернулся, и на земле четко запечатлелось колесико шпоры. Но ведь погибший моряк не носил шпор!
   Анри готов был расцеловать скромного служаку. Но одновременно Вильмонта неприятно поразило, как спустя рукава работает большинство местных судейских чиновников, которые не удосужились тщательно обследовать всю прилегающую территорию.
   В это время следователь Веберг сердито взглянул на разговорчивого городового и предостерегающе мотнул головой. Полицейский растерянно захлопал ресницами, переводя взгляд с мечущего в него молнии на расстоянии следователя на Вильмонта. Но Анри успокоил его, показав жетон жандарма.
   Городовой сразу успокоился. Он отвел Вильмонта немного в сторону и показал ему едва заметную полоску, оставшуюся от колеса проехавшей здесь коляски. В свое время от своего начальника Арнольда Эристова Вильмонт много интересного узнал о науке чтения следов. Но оказалось, что молодой жандарм в подметки не годится простому городовому, который сумел определить, что коляска проехала здесь не далее как четыре часа назад. Примерно этим же временем городовой «датировал» и след сапога со шпорой. Свои выводы он основывал на следующих обстоятельствах: земля на проселочной дороге была мягкая и сухая, как пыль. При дующем нынче с моря ветре следы должны были исчезнуть через три-четыре часа. Свежо же было еще с вечера. Анри достал увеличительное стекло и принялся внимательно изучать след, который уже в значительной степени утратил четкость. Тем не менее еще можно было разобрать некоторые детали. В одном месте на полосе, оставленной широким ободом колеса, Вильмонт заметил характерную выбоинку листовидной, вогнутой в сторону оси формы. Необходимо было срочно сфотографировать обнаруженные улики, пока ветер окончательно не стер их.
   Как только Анри отошел к фотографу, к городовому быстрой злой походкой направился следователь Веберг. Он начал хлестать ничего не понимающего стражника по щекам, сложенными перчатками. Вильмонт бросился на защиту честного служаки.
   – Как вы смеете?! Если у него нет чина, так и в рыло, значит, можно?
   – Инструкция полицейского требует, чтобы он сперва доложил своему начальнику или мне, – отводя глаза, раздраженно пояснил Веберг.
   – А разве вам неизвестно, что все чины полиции и уголовного сыска обязаны по первому требованию оказывать максимальное содействие жандармам и чиновникам Охранного отделения Департамента полиции? Я начинаю думать, что вы умышленно пытаетесь что-то утаить от меня.
   Следователь стушевался и стал уверять, что ничего такого он не имел в виду.
   У Анри чесались руки самому отхлестать по щекам этого яйцеголового невежду. Но сейчас было не до него. Вместо этого Вильмонт потребовал, чтобы следователь немедленно извинился перед незаслуженно обиженным им городовым. Когда это было сделано, жандармский капитан обратился к Вебергу холодным официальным тоном:
   – Распорядитесь, чтобы ваш фотограф крупно сфотографировал для меня вот тот след каблука и отпечаток колеса на дороге. После этого пусть ваш криминалист попробует загипсовать след каблука (хотя Анри предпочел бы, чтобы слепок сделал более опытный криминалист, но другого здесь не было).
Чтение онлайн



1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 [16] 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36

Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация