А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Московская магия. Тёмное сердце" (страница 20)

   Беззлобного «молокососа» я пропустил мимо ушей. Дядьке по виду далеко за сорок, и шевелюра насквозь седая – имеет право. К тому же я чувствовал себя обязанным за разрешение конфликта.
   – Завидует, что ли, Леха ваш?
   – Есть маленько.
   – Идиот. – Я необидно фыркнул.
   – Есть маленько. Куришь? – улыбнулся полковник, отходя в сторонку и доставая сигареты.
   Я только головой покачал.
   – Понятно. Здоровеньким помрешь, значит. А я, пожалуй, подымлю.
   Полковник глубоко затянулся и выпустил к потолку сизую струю дыма. Уходить я не спешил. Было понятно, что разговор мы не закончили.
   – Тут такое дело, капитан. – Он жевнул челюстями. – Да едрить, что ж ты за капитан в … сколько тебе? Двадцать неполных?
   – Меньше.
   Обижаться было глупо, но шпилька цели достигла. Нас таких хватало в конторе – скороспелых. И звания ММИ – это палка о двух концах. С одной стороны, нам – молодым сверхам, прикрывали задницу от служак из ФСБ, армии и других государственных контор. С другой – вешали на ту же задницу здоровенную красную тряпку. И неважно, что работа… не работа – служба. Неважно, что служба у нас страшная, а смертность как на фронте. Вот даже «полкану» этому – неважно. Мы не выслужились с низов. Похватали звездочек. Вот и мнется полковник, не зная, как своему лейтенанту зад прикрыть. Хоть эфэсошник и неправый насквозь, а свой и понятный. Не отдаст его полковник на растерзание. Сто лет он мне сдался!
   – К «летехе» претензий нет, – произнес я, глядя чуть в сторону. – Переработал, с кем не бывает.
   – Бзик у него на «чертей», но парень хороший. И маг – из десятки лучших. Нужен он мне, дубина.
   – Нужен так нужен. – Я пожал плечами. – Кляузничать не буду.
   Мы молча пожали ладони и разошлись по сторонам. Разговор откровенно тяготил обоих. Конфликт служб и поколений, чтоб ему. Хотя документы мои эфэсошник все-таки проверил. Ушлый, чертяка.
   По его же приказу нас проводили к кабинету ректора. Оказалось, Василек все это время сидела в соседнем здании. Его достроили первым, и молодой ректор просто не успела переехать. Сверившись с планом, охрана провела нас к подземному переходу и, помахав вслед платочком, выпроводила из корпуса.
   – Зачем им такие переходы? – настороженно оглядываясь, спросила Юлька. Лампы исправно освещали длинный и широкий тоннель, с виду похожий на станцию подземного метрополитена. Отсутствие людей и причудливо заплетающееся между колоннами эхо заставили сестренку крепко вцепиться в мою ладонь.
   – Вампиров боишься? – замогильным голосом уточнил я, изо всех сил сдерживаясь, чтобы не завыть. Опасался, что на ее визг сбежится охрана со всего студгородка, и на этот раз меня бы точно поколотили.
   – Ничуточки не боюсь! – вздернув нос, ответствовала сестренка, на всякий случай держась за моей спиной.
   – И напрасно. – Я продолжил уже нормальным голосом. – Для них и строилось. В связи с ростом стихийных обращений, законопроект о легализации кровососов вот-вот утвердят, так что учиться тебе придется в компании зубастых.
   – Врешь!
   Кажется, мне удалось слегка ее ошарашить.
   – И в мыслях не было. Выйдем в здание, обрати внимание на глухие ролеты на всех окнах. Уверен, автоматика блокирует доступ ультрафиолета по расписанию. Примут закон – бледные повалят сюда как мухи… на мед. Тогда и введут в эксплуатацию.
   – Но это же магическая академия! – Возмущению в голосе Юли не было предела.
   – Ну да. С оборотнями, вампирами и еще бог ведает с чем. Тут тебе не сказка про Незнайку с волшебной палочкой наперевес. Понятия не имею, как все будут уживаться под одной крышей. Особенно в первый год, пока еще не притерлись.
   – Вот бы еще драконы были! – хитро поглядывая в мою сторону, шепнула Юлька. Подлое эхо донесло ее слова до моих ушей, и я громко фыркнул.
   – Не дождешься! Драконы – они с крыльями и летают, а я – существо насквозь прямоходящее и даже перекинуться уже не могу.
   – Но…
   – Даже если смогу, то тебя катать не буду! – рявкнул я, прекрасно понимая, что если получится, то катать все равно придется. Уже на выходе из тоннеля я как вживую представил себя под седлом и фыркнул еще громче. Вот уж точно – фигушки.

   Временный кабинет ректора располагался на втором этаже, выходя на площадь двумя широченными окнами. Если верить планировке, Василек заняла место ректора факультета богословия, и, глядя на здешнюю роскошь, я даже немного позавидовал отцу Иллариону.
   Великолепно обставленный кабинет с немаленькой приемной и наверняка длинноногой секретаршей – что может быть приятней для скромного монаха? Хорошо, что в эту минуту Игорь носился где-то за стенами университета и решал насущные вопросы Церкви. Боюсь, услышь он мои бормотания, и меня тотчас бы от этой самой Церкви отлучили. Впрочем, я и так некрещеный, так что бояться мне нечего. После смерти – одна дорога, к котлам, чертям и маслу.
   – «Черт» к чертям, священник к Богу. – Я тихонько улыбнулся своим мыслям. – Надо нашим рассказать. Хорошая пословица получилась.
   В последнее время я начал немного заговариваться. Тревожный симптом. В моем случае шизофрению можно считать за «легко отделался». Диалоги с внутренним демоном куда опасней.
   – Саш, с тобой все в порядке? – Сестренка дернула меня за рукав. – Ты какой-то странный последнее время.
   – Не бери в голову. День просто дурацкий.
   Сам того не заметив, я дословно повторил фразу полковника ФСО. И постучал в дверь, чтобы прервать опасные расспросы. Охраны возле двери не наблюдалось, но врываться в кабинет Василька без спросу я бы никому не советовал. Строгая. Может потом не откачать.
   – Стальнов! Вот почему я не удивлена, что ты даже до кабинета без приключений не добрался, а?
   Это вместо приветствия. Женька вообще любит потакать моему самолюбию, лепя из меня эдакого сорвиголову. Вот и сейчас она смотрела с показным осуждением, катая между пальцами перьевой «паркер».
   – И тебе привет. Уже настучали?
   – Да чего тут стучать? – рассмеялась девушка, небрежным жестом указывая на балконную дверь. – Орешь под окнами как оглашенный. Нет, чтобы серенаду спеть.
   – Серенады тебе пускай Коста поет, при поддержке боевой группы. У меня и своих дел хватает.
   Только ревнивого убийцы экстра-класса мне сейчас не хватало для полного счастья. Думаю, корейца вряд ли устроит ветвистое украшение на голове, так что он, верно, решит подсократить наш любовный треугольник за мой счет.
   – Сплетник, – односложно припечатала Женька, прохладно намекая, что шутки на эту тему лучше свернуть. Присутствие Юльки мгновенно делало любую новость достоянием общественности.
   – Так это твой взгляд мне спину царапал? Думал, снайперы.
   Я благоразумно внял предупреждению и сменил тему разговора. Портить Жене настроение не хотелось. Но ребята, похоже, правду говорили. Роман у Василька, и роман сложный. Оно и немудрено. Мало того, что кореец в подчиненных ходит, так еще и аврал у всей конторы. Характеры опять же у обоих не сахар. Тьфу! И правда сплетник. Я встряхнул головой, избавляясь от дурных мыслей. Что-то меня в последнее время заносит.
   – Не только снайперы. – Женя улыбнулась. – А ты растешь. Я ведь осторожно заглядывала, чтобы внимания не привлекать. Знаешь, мне кажется, что потеря боевой формы пошла тебе на пользу. Раньше ты все через силу решал, а теперь организму приходится подстраиваться. К такому шикарному телу еще бы голову с соображалкой, а не токмо шапку носить. Вот это было бы здорово, вот это было бы расчудесно.
   – Нравится?
   Я высунул кончик языка как довольный кот и демонстративно поиграл мускулами. Судя по заливистому смеху, девчонки оценили мою шкодную физиономию по достоинству.
   – Ладно. Повеселились и хватит. Саш, ты извини, но у меня работы невпроворот. Власов вместе с Макаровым уехал контакты налаживать, а все хозяйство на меня оставил. У генерала там слет мальчиков-зайчиков: ФСБ, армия, разведка и еще с десяток контор поменьше. Договариваются, против кого дружить будут. Так что сегодня ты сам себе господин.
   – Я в курсе. Правда, без подробностей. Сестренку вот забросил, а так у меня планы.
   Я махнул рукой, прощаясь, и повернулся к выходу.
   – Постой, Саш. Власов вообще-то должен был лично вручить, но как руководитель федерального органа государственной власти я тоже имею право.
   Женя суетливым жестом достала из ящика бархатную коробочку и лист толстой мелованной бумаги. Встав из-за стола, она принялась вещать торжественным голосом, но быстро сбилась и уже спокойно продолжила:
   – В общем… Указом президента Российской Федерации наградить медалью «За отвагу» капитана Магической Безопасности Стальнова Александра.
   Сделав несколько шагов, она протянула было футляр, но разглядев мою ошарашенную физиономию, рассмеялась и в нарушение всяческих норм звонко чмокнула в щеку.
   – Я теперь понял, чем ты бойцов с того света вытаскиваешь.
   Нежданная награда выбила из колеи, и глупость я сморозил на автомате. Просто чтобы заполнить неловкую паузу. Стыдно сказать, но я совершенно не представлял, что требуется отвечать в таких случаях, а спрашивать было неловко.
   – А за что медаль?
   – За отвагу, Саша. За исполнение служебного долга в условиях, сопряженных с риском для жизни. Ты сильно засветился в кинотеатре, так что начальство вынуждено было поощрить. Только постарайся ею не сверкать лишний раз. Нас и так за любимчиков держат. – Василек многозначительно кивнула в сторону балкона, намекая на недавний конфликт с офицером ФСО. – Увидят, бубнить начнут.
   – Бубнилку вырву, – буркнул я, рассматривая медаль на вытянутой руке. – Шучу-шучу. Я как-то даже и не собирался. Не к футболке же ее цеплять. – Озадаченно почесав затылок, я добавил невпопад: – Дед бы гордился. У него такая же была, только понизу надпись «СССР» шла. Жаль…
   Сестренка подозрительно шмыгнула носом, и с воспоминаниями пришлось закончить. Прощался я уже нарочито бодрым голосом.
   – Давай, отдыхай, пока есть время. С завтрашнего дня Макаров обещал серьезно за тебя взяться. Оценил, так сказать, потенциал, и я тебе не завидую.
   Сестренка осталась в кабинете ректора. Через два часа ей предстояло выступать перед заморскими гостями с докладом о чудесах российской магии. Натаскивала ее лично мастер-координатор, так что за представление можно было не беспокоиться. Все будет в порядке. Не знаю, что именно рассмотрела Женька в маленькой белобрысой оторве, но под ее руководством сестра резко прибавила в способностях.
   Теперь по вечерам у нас происходили регулярные словесные баталии. Старший брат вдруг перестал считаться авторитетом в магических делах, и мы до хрипоты спорили о каждой мелочи. Между прочим, аргументы сестры уже не единожды ставили меня в тупик. Девчонка стремительно прогрессировала, и, что хуже, сама это прекрасно понимала. Пока что от семейного матриархата меня спасало обилие живой практики и узкая специализация мастера-лекаря. К тому же я сильно рассчитывал на тренировки у Макарова. Даже короткое общение с его падаванами подкинуло пищи для размышлений.
   На самом деле я с удовольствием наблюдал за Юлиным ростом, но признаваться в этом не спешил. Не стоило лишать ее столь грандиозного стимула к обучению. Конкуренция – великая вещь, но только пока сестра воспринимала ее всерьез.

   Миновав подземные коридоры в обратном порядке, я выехал с парковки и развернулся в сторону Москвы. Оставаться на торжественную часть не было никакого желания. Медаль вместе с почетной грамотой за подписью президента мирно лежала в бардачке, а в багажнике громыхала на ухабах коробка с вещами Черного. Вчерашнее появление Альки меня встревожило, но пока я хлопал глазами, девушка успела уехать. Словно сговорившись, сладкая парочка не отвечала на звонки, и мне ничего не оставалось, кроме как примерить на себя роль курьера и навестить Сергея лично. Свинство, конечно, с моей стороны. По уму, следовало отзвониться еще по выходу из больнички, но дела конторы закружили в таком водовороте, что я просто забыл. Даже не поинтересовался, как ему удалось пережить бунт кровососов.
   Несмотря на оправдания, осадок чувствовался.
   «У Серого, похоже, трудности», – рассуждал я, вжимая педаль газа в пол.
   Верняк, трудности. Иначе с чего бы Альке караулить меня под домом в полтретьего ночи? У нас во дворе темно, как в душе у вампира, но характерные разводы косметики я рассмотрел отчетливо. Девушка Черного плакала и плакала долго. Подскочивший на очередном ухабе ящик глухо звякнул, намекая, что со вчерашнего дня девушка стала бывшей, а «пьяному козлу» следовало передать, чтобы он «катился на все четыре стороны». В ситуации следовало разобраться, а виновных наказать безжалостно и по возможности коварно. В любом случае если Серега запил – дело более чем серьезное. Бросать друга в такой ситуации – подлость.

Нет, ребята, я не гордый.
Не заглядывая вдаль,
Так скажу: зачем мне орден?
Я согласен на медаль.

   Отрывок из стихотворения Твардовского как заведенный кружился в голове, пока я поднимался на девятый этаж. Лифт в доме Черного не работал, о чем меня честно предупредила здоровенная табличка. Судя по доносившимся из шахты оборотам великорусского, заработает он не скоро.
   Некстати вспомнилось, как я сам рвался вверх по искореженному колодцу, путаясь в проводке и взрыкивая от азарта. Охота у оборотней в крови. Ничто не приносит зверю такой ярости, как погоня. И убийство. В тот раз мне повезло. Мерзопакость с щупальцами едва меня не прикончила. Многоножки Эльвиры словно создавались для работы в замкнутом пространстве лифтовых шахт. Справиться с ней оказалось непросто. Не сорви я нас обоих вниз, и, боюсь, Сашка-Ящер закончил бы свое существование в желудке голодного паразита. Честно говоря, с той поры я не слишком жалую лифты. Неуютно. Неудивительно, что, стоя у квартиры Черного с мобильным телефоном в руках, я старался не поворачиваться спиной к двустворчатым дверям.
   Сергей не отвечал. Вместо его баса я выслушал милейший женский голос, сообщивший, что «абонент временно недоступен». Договориться о встрече заранее не получилось, но я не отчаивался. Деваться моему товарищу было некуда. После нескольких минут ожидания, наполненных трелями дверного звонка и моими нелестными комментариями, я перешел к активным действиям – отставил в сторону Алькино барахло и принялся методично дубасить в дверь кулаками. В сражении с хлипкой отечественной картонкой бронированные чешуей костяшки побеждали с разгромным счетом. Беглого взгляда хватило, чтобы понять – Черный еще не успел подвесить на дверь магическую «колотушку», так что последствий для здоровья я не опасался. Он, конечно, не похвалит меня за порчу имущества, но купить новую заслонку выходило дешевле, чем нового друга.
   Разошелся я не на шутку. Косяк ходил ходуном, а сверху уже пластами сыпалась побелка. Присутствие Черного даже не обсуждалось. Минимум дважды этот гад выглядывал в «глазок», а чтобы уловить шаркающие звуки шагов и сбивающий с ног запах перегара, не требовалось даже напрягать чутье оборотня.
   – Открывай, алкашня! Друг пришел! – Я кричал на весь подъезд. – Серый! Открывай! Я ж ее высажу к чертям!
   Орал я нарочно бодрым тоном, хотя никакой радости, естественно, не испытывал. Запах из квартиры шел нездоровый. Квасил Сергей давно и серьезно, а без причины он не доводит себя до такого скотского состояния. Проверено годами общения. Ума не приложу, что могло произойти?
   Признаюсь, я слегка увлекся боевыми действиями, и появление соседки проворонил самым банальным образом.
   – Пошто шумишь, окаянный?
   Из двери напротив, под защитой цепочки, выкованной еще в досоветские времена, на меня глядел любопытный глаз бабы Нюры – мирной склочницы и азартной сплетницы, с давних пор не дававшей Черному зажигать по вечерам. Бабка отлично знала свои гражданские права и ровно в одиннадцать, сверяясь по секундомеру, пресекала наши гулянки появлением участкового. Холодная война шла с переменным успехом и доставляла некоторое удовольствие обеим сторонам конфликта.
   – А ну! Ирод! Сейчас полицию вызову, мигом в кутузку поедешь! – доверительно сообщила старушка, не спуская с меня хитрых очей.
   Маневр насквозь знакомый и привычный. В этой ситуации главное не поддаваться на провокацию и не выказывать агрессии, иначе появление участкового неминуемо как завтрашний рассвет. Бедолага! Вот уж кому точно доставалось мороки вдвое против нашего.
   – Здравствуйте, бабушка! – Оставив в покое дверной звонок, который, казалось, вздохнул с облегчением, я повернулся в сторону потенциального источника информации. – Никуда звонить не надо. Я сам из органов. Капитан Магической Безопасности, Стальнов Александр.
   Попытка залихватски прищелкнуть каблуками кроссовок с треском провалилась, впрочем, продемонстрированная в раскрытом виде книжечка характерно красного цвета все же произвела на старушку впечатление.
   – Ай, молоденький какой. Худющи-и-ий, – печально вздохнула бабушка, осматривая меня. Впрочем, она почти сразу переключилась на своего соседа: – Увозить будете алкаша энтого? – В голосе старушки проскользнули нотки сомнения. – Он так-то мальчик тихий. В последнее время что-то расхулюганился, а так – тихий. Может, не надо, а?
   – Не буду. – Я покладисто согласился. – Это мой друг. Узнать хочу, что у него случилось. Не похоже на него – пить с бухты-барахты. Он вообще-то спортсмен… окаянный.
   – Хороший мальчик, – доверительно подтвердила соседка. – Шкаф мне давеча передвинул. Хороший.
   Шорох в квартире Черного показал, что «хорошего мальчика» восхваления заинтересовали, и теперь он громко пыхтел возле двери в ожидании подробностей. Бухнув кулаком в район замочной скважины, отчего из квартиры сперва донесся испуганный вскрик, а затем продолжительный грохот, я громко крикнул:
   – Черный, ну что ты как маленький?! Открывай, давай.
   – Погоди, – послышался из-за двери слегка нетрезвый, но вполне узнаваемый голос. – Меня тут привалило слегка. Алька с тобой?
   – Один я.
   – Сейчас открою.

   Сидя на вусмерть загаженной кухне и катая кроссовкой двухлитровую «торпеду» из-под пива, я задумчиво рассматривал Черного. После продолжительных водных процедур бывший спортсмен уже не напоминал пьяного бомжа, хотя и выглядел слегка потрепанно. Период агрессии сменился апатией, и теперь Серега завороженно наблюдал за перемещениями стеклотары, не отвлекая меня от размышлений.
   Я считал и продолжаю считать Черного личностью. Волевой. Если требовалось, он мог вкалывать как проклятый от зари до зари. Упертый. Если втемяшил себе в голову непреложную «истину», переубедить его было невероятно тяжело. К сожалению, в этот раз его аргументы весьма походили на правду, а оттого становилось стократ хуже.
   Сергей оказался «пустым».
   Последнее медико-магическое обследование показало, что его организм не способен удерживать магию, а значит, он попал в мизерное число неодаренных, от которых стыдливо отворачивалась вся мировая общественность. Я представить не мог, что значила такая новость для профессионального спортсмена – в одно мгновение стать последним калекой. Инвалидом от магии, силами злого рока оставшегося за бортом прогресса.
   Да, подобных ему оказалось немало. Старшее поколение, преимущественно люди слегка за сорок, с уже сформировавшимся складом характера, нередко воспринимало новость с облегчением. Для них все осталось по-прежнему. Как раз тот случай, когда в резко меняющемся мире вдруг возникал незыблемый островок спокойствия. Для Черного он стал островом отчуждения Робинзона Крузо.
   В среде молодежи восторгов по этому поводу не наблюдалось, а сообщения о самоубийствах, удавшихся и нет, периодически мелькали в газетах. На общем фоне длительный запой моего друга выглядел детской шалостью. Жизнь в одночасье рухнула в пропасть, но ему удалось отделаться тяжелой депрессией, наполненной алкоголем, головной болью и смертельным похмельем. Уход Альки стал крайней точкой падения. Достигнув дна, Черный привычно оттолкнулся и начал медленно, но уверенно всплывать к поверхности. К моему приходу он уже напоминал человека, а не тварь дрожащую. Стальной стержень вернулся на место. По крайней мере, длительный контрастный душ и килограммовая упаковка магазинных пельменей придали ему определенное сходство с представителями двуногих прямоходящих, а им же самим спущенные в унитаз остатки сорокаградусной доказывали, что продолжение банкета не предвиделось. Горжусь!
   Оставалось только решить проблему с магией. Делов – начать и кончить.
   Сергей только-только приглушил похмелье ударной дозой аспирина и теперь запивал его пачкой активированного угля. От одного взгляда на стакан с мутной жижей меня передергивало, да и сам алкоголик заталкивал лекарство с таким видом, что становилось понятно – гадость, но пить нужно.
Чтение онлайн



1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 [20] 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39

Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация