А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Пасынок судьбы" (страница 1)

   Сергей Кусков
   Пасынок судьбы

   La fe
   La conciencia
   El honor
   Вера. Совесть. Честь
(Надпись на гербе Департамента безопасности)
   Брату Дмитрию посвящается

   ПРОЛОГ

   Июль 2429 года, Венера, Альфа
   «У-а!.. У-а!!!»…
   Ребёнок плакал жалобно и трогательно, и плач этот напоминал кваканье крошечного лягушонка. Его вытащили в негостеприимный жестокий мир из мягкого и тёплого, защищённого от всех невзгод места, и он всячески выражал недовольство этим.
   Королева, наблюдающая за операционной из-за непрозрачного стекла смотровой, умилилась. По щекам прокатились две счастливые слезинки. Ну, вот и малыш. Её малыш. И пусть не она его родила, но она готова убить, порвать на куски любого, кто посмеет утверждать обратное! Впрочем, об этой авантюре знают всего три человека, и никто из хранителей секрета не позволит себе такой вольности.
   Наконец-то подошли к концу её раздумья и треволнения. И, как оказалось, это всего лишь начало нового пути, новой жизни, в которой она уже не та хозяйка, вершащая судьбы всех и вся. Теперь её удел – дёргать за ниточки, двигая куклы в том или ином направлении, при этом оставаясь в тени. Но так надо. Таковы правила.
   Женщина в операционной пришла в себя. Ей показали малыша, она улыбнулась. Королева почувствовала глубокий укол ревности и, чтобы не сорваться, быстро развернулась и зашагала в то крыло больницы, которое она очень кстати проинспектировала и где ждала её свита.
   – Ваше величество! Время! – выскочил наперерез пресс-секретарь – молодой парнишка из небогатого и не слишком знатного рода, но очень уж старательный. Эта должность для него – подарок судьбы, большего ему в жизни не добиться. Осознавая это, он кровью и потом отрабатывал свой хлеб.
   – Мы уже начали волноваться!.. Вы не забыли, пресс-конференция по поводу теракта в марсианском квартале? А всего через полтора часа приём нового китайского посла!..
   Она прошествовала мимо, направляясь к комнатам, обозначенным на козырьке её визора как туалеты. Пресс-секретарь и охрана засеменили следом.
   – Надо сделать заявление о том, что… – паренёк на ходу достал лист из папки и пробежал его глазами, – что власть берёт на себя…
   – Не сейчас, Марко, – оборвала его она, останавливаясь возле двери. Два ангела тут же юркнули внутрь, всё внимательно осмотреть. Хотя весь этаж был заранее оцеплен и проверен, предосторожность никогда не помешает. – Займи прессу ещё на полчаса. Мне надо прийти в себя.
   – Конечно, ваше величество. Как пожелаете… – быстро закивал юноша, делая шаг назад.
   Лицо его выражало крайнее неодобрение. Он и так уже в течение часа вешал прессе лапшу. Они выбились из всех возможных протоколов с этой долбаной больницей, придётся отменить кое-какие запланированные ранее мероприятия, а такие вещи на уровне монархини расписываются на месяцы вперёд. Каждое из них невероятно важно, и разгребать это придётся ему, подставляясь под удар лоббистов, проталкивающих королеве те или иные вопросы.
   Но ей было плевать. Для того она и держала Марко – отдуваться. А сейчас действительно нужно привести себя в порядок. Причём не столько внешне, сколько внутренне.
   Войдя в туалетную комнату, она открыла кран, несколько раз плеснула воды в лицо, после чего уставилась на своё отражение.
   Да, сдала она за последнее время, сильно сдала. Не фатально, конечно, пока сойдёт и так. Немного поправить грим да подвести глаза.
   – Елена, визажиста сюда. Распорядись, – бросила она, не оборачиваясь, безмолвно стоящей позади начальнице охраны и давней подруге.
   – Ты в порядке, Лей? – участливо спросила та, шагнув к ней.
   – Да. Оставьте меня ненадолго.
   По знаку Гарсия обе телохранительницы бесшумно скользнули в коридор. Сама Елена, неодобрительно и лаконично вздохнув, последовала за ними.
   Всё, она осталась одна. На каких-то полчаса, но этого хватит…

   …Сказочница. Она – сказочница. Так называла её мать в детстве за манию всё перевирать и сочинять на пустом месте. Она могла рассказывать вполне взрослые законченные истории, мимоходом, на лету придумывая многочасовой сюжет, видоизменяя его и так же на ходу ваяя концовку, парадоксально стыкующуюся с началом. Или, наоборот, нелогичную, в жанре абсурда, вполне по-взрослому. Сложно было ожидать подобное от девочки четырёх лет.
   Хотя есть в кого: её мать тоже была сказочницей, иначе не назвала бы дочку Лея. «Звёздные войны», древнее сказание народа гринго, – мать с детства была на них помешана. Джедаи, сияющие мечи, планетарные разрушители, истребители, корабли, летающие к звёздам… Человек в чёрном шлеме по имени Вейдер… Маленький смешной зелёный мастер Йода с длинными ушами, как у русского Чебурашки, только острыми… И конечно, извечная борьба добра со злом.
   Эта детская сказка популярна до сих пор, переиздаётся регулярно, каждые лет десять – двадцать, и за века обросла не одним десятком томов достаточно вольного продолжения. Сейчас уже сложно сказать, какая именно история придумана легендарным детским писателем Люкассом, а какая появилась спустя столетие или два. Но это, по сути, ничего не меняет.
   Принцесса Лея, которая перемещалась со своими друзьями по галактике в небольшом космическом корабле, была героиней той сказки. Принцесса-победительница, разящая зло ярким голубым мечом. Принцесса-героиня.
   Сказка.
   Её жизнь, по аналогии с прототипом, тоже была похожа на сказку. Маленькая принцесска, защитница бедных, слабых и угнетённых, заступница перед сильными мира сего. Сколько дел она тогда наворотила?! Мир обожал и почитал её по делам её без всяких пиар-технологий. Даже непримиримые ортодоксы из среды вечных противников Венеры признавали её заслуги.
   Люди любили её, любили искренне. Так искренне, что после памятного покушения в Дельтаполисе, пока она лежала в госпитале без сознания, весь мир носил цветы к венерианским посольствам и консульствам, зажигая свечи и не давая им гаснуть, символизируя таким образом её борьбу со смертью. Маленькая добрая принцесса, надежда целой планеты на счастливое будущее…
   Надежда разбилась сразу после смерти матери, последовавшей за коронацией. Реальный мир оказался неподъёмен для маленькой сказочницы. Слишком жестоким для «доброй принцесски», чтобы справиться с ним, поскольку правят им не чувства и чудеса, а голая убийственная целесообразность. И главный постулат выживания государства звучит так: «Хочешь жить – дави. Дави всех! А для этого выжми из имеющихся ресурсов все соки! И плевать на тех, кто думает не так, как ты».
   Как оказалось, кровь – это тоже ресурс, наряду с финансами, армией, флотом, СМИ или законами. Кровь гвардейцев и солдат, каждый день умирающих при исполнении долга, не всегда честного и праведного, но всегда необходимого. Кровь тех, кто попал в жернова политической машины и выбрал «не ту» сторону. Неплохих людей, иногда очень даже симпатичных в личном плане, способных и умных, но чья жизнь несовместима с существованием государства. Жизнь бесправных рабочих, вынужденных горбатиться ради процветания родины, не живя даже, а выживая, борясь за кусок синтетического хлеба, глоток регенерированной воды и плохо очищенного кислорода. Жизнь людей из криминальных трущоб на окраинах, ежедневно и еженощно ведущих борьбу только за то, чтобы добраться домой целыми и невредимыми. Всех не перечислить.
   Власть – это большая кровь. И ложь, чтобы эту кровь оправдать.
   Она сдалась, пала под наплывом оной, утонула в этой страшной красной реке…
   …Но не ушла на дно. Не опустила руки. Потому что она – королева, а быть королевой, даже реальной, – это тоже сказка. И пусть она не может ничего изменить сейчас, как сильная правительница сильного государства, она ещё поведает миру свою ПОСЛЕДНЮЮ сказку. Ведь то, что она сделала, ничем иным назвать нельзя.
   Сказка. Чудо. Ни один здравомыслящий человек до такого не додумается. Ведь правитель должен быть прагматиком, от него ждут прагматичных решений, а не чудес…
   …И она дала миру такого прагматика. Воплощённую сказку, при этом совершенно реальную. И пусть жестокий и кровавый мир начинает молиться!

   Сентябрь 2428 года, Венера, Альфа
   Следователь отсутствовал более четверти часа. Сидящая в наручниках перед его столом молодая женщина с безучастным лицом смотрела перед собой, полностью погружённая в свои мысли. Она не производила впечатления матёрой уголовницы, хотя на допросе вела себя соответствующе – нагло, развязно, дерзко. Смеялась следователю в лицо, хамила, язвила. А сейчас, оставшись в одиночестве, отключилась, уйдя в себя.
   Конечно, она знает, что все её потуги бесполезны. Законы жестоки, но им надо следовать. Что бы она ни делала, что бы ни говорила, её будущее на ближайшие пять лет обрисовано чётко и недвусмысленно определённо. Так зачем трястись, лебезить, бояться?
   Она никогда никого не боялась, не собирается этого делать и теперь. И шла бы вся гвардия, в лице следователя и громил-надзирателей, далеко-далеко!..
   Именно это прочёл в её лице высокий светловолосый мужчина с длинными, ниже плеч, волосами, вот уже пятнадцать минут задумчиво наблюдавший за подследственной с портативного визора. Референт, копающийся в изображениях файлов следственного управления, наконец воскликнул:
   – Да подходит, сеньор граф! По всем параметрам.
   – Наконец. Долго ты… – недовольно фыркнул тот, кого назвали графом.
   – Так база данных-то чужая. Они тут сами себе ноги переломают, где уж мне быстро нужное отыскать!
   Взглянув на изображение вслед за шефом, он с неким ехидством в голосе спросил:
   – Не смущает ли вас, ваша светлость, её… немного экзотическое прошлое?
   – Первый срок? – Его светлость хмыкнул. – Мне кажется, именно такая нам и нужна. Сильная. Решительная. Пробивная. И чтобы было за что зацепить. Чтобы боялась, что мы передумаем. Стелилась перед нами, но шла по жизни напролом. За нашими спинами…
   – Ты посмотри на её глаза, – кивнул он на визор[1]. – Это глаза хищницы, львицы. Пусть сейчас ей плохо и на многое наплевать, но она не сдаётся, не опускает руки. И того, что у неё осталось, никому ни за что не отнять.
   – Львицы не занимаются незаконной проституцией в самом центре Красного квартала, сеньор. Это прерогатива забитых европеек, нищих американок или нелегалов с Востока. Тем нечего терять, максимум, что им грозит, – депортация. А она – чистокровная венерианка, хотя и из русского сектора[2].
   – Ничего ты не понимаешь в людях! – подвёл итог граф, после чего поднёс к губам браслет. – Сеньор комиссар, проводите к задержанной.

   Женщина подняла глаза. Вслед за охраной в допросную вошёл высокий длинноволосый человек в строгом лощёном костюме, уверенный в себе, и невысокий человечек с «заезженным» лицом, с виртуальной папкой-планшеткой в руках. Это ещё кто?
   О втором можно было сказать с уверенностью – личный секретарь. Слишком уж рабочее, сосредоточенное выражение лица. К тому же неброская внешность, соответствующая статусу. Однако первый выделялся. Как внешностью, так манерой держаться: ни дать ни взять – князь Вселенной, а всё вокруг в лучшем случае подданные. Блескучий, хорошо скроенный дорогой костюм, неброский, но и не символизирующий что-то вроде: «Смотрите, мой хозяин – аристократ в энном поколении! Он купит всех, если захочет!» Ей на подобный и за целый год не заработать, даже если её возьмут на полную ставку в «Рай» или «Остров Малибу». Что уж говорить о Красном квартале?
   Секретарь сел на кушетку позади неё, надвинул на левый глаз козырёк визора, завихрил планшетку и активировал функцию перчатки[3], после чего принялся просматривать изображения каких-то документов. Высокий же уселся перед ней на стол, закинул ногу на ногу и забарабанил пальцами по колену. Во взгляде его читалась насмешка, превосходство, издевка. А ещё… Какое-то уважение, что ли?
   Да, уважение. Сильного к другому сильному, хотя и более слабому. Несмотря на аристократизм, он не презирал её, в отличие от большинства представителей высшего сословия. Это радовало, утешало, правда не особенно. В любом случае добрым этот взгляд назвать было нельзя. Если она не подойдёт ему для своих планов (иначе для чего ему, аристократу, приходить в тюрьму к уличной проститутке, как не с предложением сотрудничества?), он легко утопит её в дерьме. Закон ведь писан только для плебеев: таких, как этот франт, мир не пугает. Они могут сровнять с землёй, а могут и вытащить из самой большой передряги, наплевав на всё тот же пресловутый закон. Интересно, что он хочет предложить? Об этом лучше даже не думать!
   Помолчав ещё минуты две и не добившись от женщины никакой реакции, светловолосый прекратил барабанить пальцами и усмехнулся:
   – Стефания Шимановская, 2403 года рождения, Новая Самара, русский сектор. Окончила базовый уровень подготовки, средняя школа номер сто восемнадцать, Любинский район сектора, поселок Рудный, где и проживала до семнадцати лет с родителями. Иного образования нет.
   Первый привод за незаконную проституцию 4 июля 2420 года там же, Рудный. Итог: предупреждение и административный штраф. Впервые оступившихся законы её величества щадят… – прокомментировал он, понизив голос.
   Женщина продолжала сидеть с отрешённым видом, но последние слова её явно зацепили.
   – Далее, не вняв намёку, второй привод. В ноябре, всего через полгода, но уже в Самаре. – Он сделал паузу, подавляя её молчанием.
   Стефания непроизвольно втянула голову в плечи.
   – Вина не доказана за отсутствием состава преступления. И тут же третий привод, ещё через девять месяцев. Сопротивление при задержании, грубость с сотрудниками гвардии…
   Его глаза смеялись. Так всё и было. Женщина заметно ссутулилась. Лощёный франт бил метко, прицельно и в совершенстве знал её биографию.
   – Полгода условно. Вновь невероятно щадящее наказание. Не правда ли, Стефания? – Мужчина вяло рассмеялся. – Не знаю, чего тебе это стоило. У вас там, в русской зоне, чёрт ногу сломит от коррупции, но приговор суда есть приговор суда. Итак, продолжим…
   Он делано-сосредоточенно вздохнул.
   – …Полностью исчерпав себя и потратив все сбережения в Самаре, перебралась в Санта-Розу. Здесь тоже не повезло: в течение месяца два залёта. Ты что, местному авторитету не отстёгивала, с чего тебя так шуганули? Или нужным людям не дала? Два раза за месяц! Вроде на полную дуру не похожа, Стефания? А?
   Женщина скривилась, невозмутимый минуту назад вид растаял, как снег. Нет, перед ним сидела не матёрая уголовница, а неопытная провинциальная дурочка, запутавшаяся в собственных поступках.
   – Скорее подстава, – озвучил высокий мысль вслух. – Поскольку дело было закрыто за отсутствием, как и в Самаре, могу лишь предположить, что гвардейцы пожалели бедную девочку, вышвырнутую жизнью на помойку, уже имеющую весь необходимый багаж до следующего залета лет на пять…
   …И наконец, Альфа. Столица. Очередная провинциальная шлюха, приехавшая покорять вершины.
   Мужчина иронично оскалился, а затем подался вперёд и заорал ей в лицо:
   – Ты что, родная, совсем охренела? Красный квартал! Рай для шизофреников-извращенцев со всей Солнечной системы! Стефания, как можно так низко пасть?! Не могла найти что-нибудь поприличнее?! Да в Альфе каждая вторая подрабатывает твоим ремеслом! Здесь Мекка для озабоченных со всей Земли! Сколько мест? Сколько улиц? Районов, кварталов? А ты опустилась до притона! Бомжатника! Самой-то не стыдно?
   – В других местах платить надо за место! – огрызнулась наконец Стефания, выпалив ответ прямо в лицо франту. – Сразу и много! А Барон согласился на поруки взять, в рассрочку! Чтобы вернула, когда заработаю!
   Мужчина, не ожидавший подобной реакции, отшатнулся.
   – Да если б у меня были эти сраные двести империалов, разве я пошла бы к этой узкоглазой сволочи? Вы тут в столице совсем охренели! Слишком много своим ребяткам позволяете за место брать! Только на бумаге «профессия, защищаемая законом, основа туристического бизнеса…»! А на деле как драли нас братки, так и дерут! Только с гвардией делятся! Свободная профессия, тьфу, мать вашу! – Она, не стесняясь, плюнула на пол.
   – Чего ж ты другой-то профессии не обучилась? – ядовито хмыкнул мужчина. – Работала бы сейчас кем-нибудь посолиднее, замуж вышла?
   – «Посолиднее»? Это что, продавщицей в супермаркете? А, поняла! Оператором шахтных установок! Зашибись профессия!
   Мужчина пожал плечами. Сам он в юности работал простым бухгалтером и не разделял подобный взгляд на специализацию.
   – Только у нас в Рудном работать негде больше! С теми сраными баллами, которые даёт ваша сраная школа, даже в самый сраный вуз Самары не поступить! А о грантах и мечтать не приходится!
   – Так ты, значит, выживала, как могла. М-да, бедная девочка! Как жаль, весь мир против неё… – Голос мужчины просто источал ехидство. – А вполне официально приехать, купить лицензию, отстёгивать налог – этого, значит, ваша школа дать не может? Наверное, в ней не говорят о венерианских законах, о том, что делать можно, что нельзя и что можно, когда нельзя? Ах, какая плохая школа! Надо сказать министру образования, пусть туда инспекцию пошлёт, а то мы тут не знаем, что в провинциях творится.
   – Слышь, начальник, хорош комедию ломать! Говори, зачем пришёл, или проваливай. Я ж вижу, что не из гвардии! Чего припёрся? Мораль читать или лекцию по юриспруденции?
   Дозрела. Длинноволосый мысленно потирал руки.
   – А зачем мне говорить? Я, может, хочу тебе предложить со дна выбраться, а ты сама этого не желаешь? Я тебя из тюрьмы вытащу, а ты по старой дорожке пойдёшь? – Он усмехнулся. – Пойдёшь или не пойдёшь, Стефания?
   Женщина положила лицо в ладони и вдруг заплакала.
   – Видала я твою… свободу знаешь где! И твою… лицензию! И всех… вас!
   – Вот-вот, именно это я и хотел услышать. Полное психологическое неприятие, равнодушие к себе и судьбе. Тебе просто наплевать, что будет дальше, да? Ты согласна жить и в тюрьме, потому что жизнь вне её свободой не считаешь!
   – Пошёл ты!
   Человек встал со стола и бодро зашагал по комнате.
   – Знаешь, я бы на твоём месте просто спился. Да-да, именно спился! Всего-то за пару лет, – заговорил он с сочувствием в голосе. Женщина недоумённо подняла глаза. Уж сочувствия она никак не ожидала. – Ты же живёшь дальше. Пусть не в ладах с законом, на который тебе плевать, но не опустилась до уровня овоща, когда утешение можно найти только в водке.
   Водке? Он – русский? Шальная мысль уцепилась за фразу. Местные, даже местные русские, водку почти не употребляют, предпочитая более слабые напитки. Она присмотрелась внимательнее. Да, и черты лица, и лёгкий НАСТОЯЩИЙ русский акцент (в отличие от акцента венерианской русской зоны) говорили, что он – представитель далёкой родины её предков. То есть не потомственный венерианский аристократ, как она посчитала вначале, а богатый иностранец. Но с ОЧЕНЬ хорошим испанским выговором!
   Стоп, кажется, она где-то видела лицо. Где? В СМИ? Но где именно? Эх, жаль, она не интересуется политикой и не смотрит новости. Это что-то слишком знакомое, она должна вспомнить его…
   Но память подводила. Мужчина меж тем продолжал.
   – После такой аварии, случись подобное со мной, я бы не смог жить дальше, – без тени насмешки развивал тему высокий. – Так что я горжусь тобой, моя девочка! Горжусь, что ты ещё держишься. – Он подошёл, снова сел на стол и взял в руки её ладонь. Она смотрела на всё это обалдевшими глазами, шизея от резкой перемены. – И только поэтому я предложу тебе то, что хочу предложить.
   – Что?.. – выскочило у неё. Недоумённо и… Жалко.
   – Операцию. И ребёнка. Это будет не твой ребёнок, но ты сможешь его выносить, родить и нормально воспитывать.
   – Мне не нужны чужие дети, понятно?! – закричала она. – Я не хочу быть суррогатной! – Она выдернула руку, оттолкнула мужчину и отскочила в сторону. Глаза её застилали слезы. – Я хочу стать нормальной, настоящей!
   – Я не бог, вернуть то, что ты потеряла при аварии, не в моих силах, – спокойно и бесстрастно чеканил мужчина. – И я не благотворительный фонд, чтобы спонсировать сложнейшую генетическую операцию вместо него. Извини. – Он развёл руками. – Конечно, ты можешь накопить денег и сама сделать её за свой счёт, благо нет в мире ничего невозможного. И родить нормального ребёнка, своего, кровь от крови, плоть от плоти… Когда выйдешь на свободу, конечно!
   Стефания разрыдалась в голос. Да, он знал, куда бить, этот лощёный русский! И досконально знал её биографию даже лучше её самой.
   Авария. Он знает про неё АБСОЛЮТНО всё. И ей нечего возразить, чёрт возьми!
Чтение онлайн



[1] 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43

Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация