А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Кровь Луны" (страница 8)

   – Один такой уже купил сегодня, – напомнила Карина, – видала, что было? Знаешь, как вспомню об этом – готова все простить мадам Милошевич! Все-таки здорово она его отчикала! Не суетись, цветов там уже больше, чем в любом киоске. Еще один букет никого не обрадует!
   Она была права – никто не заметил, что новая гостья явилась без подарка. Более того, очень скоро у Кати появилось ощущение, что и ее саму никто не замечает. Карина, наскоро представив ее какому-то парню, мгновенно растворилась в толпе, наводнившей длинное кафе, похожее на подвал. Вечеринка была в разгаре, музыка гремела оглушительно, воздуха можно было глотнуть, только встав под кондиционер. Туда и направилась Катя, даже не пытаясь слушать, что пытается ей сказать новый знакомый. Она уже поняла, что попала в одно из ненавидимых ею мест, где невозможно спокойно посидеть и поговорить. «Надо сбегать, пока не поздно!» – в панике подумала девушка и тут же поняла, что этот план неосуществим. Уехать она могла только с соизволения Карины. Сумку Катя оставила дома, и денег у нее при себе не было.
   – Хочешь уйти?!
   Девушка подумала, что ослышалась, что было неудивительно в таком шуме. Этот парень прочел ее тайную мысль и озвучил ее, до предела напрягая голосовые связки. Она вопросительно взглянула на него, и он сделал красноречивый жест в сторону выхода, изобразив двумя пальцами ножки идущего человечка.
   – Да! – крикнула она и кивнула, чтобы тот не сомневался в ее согласии.
   Спустя минуту оба уже стояли на улице, жадно вдыхали сырой воздух, казавшийся изумительно свежим после той густой горячей смеси, которой приходилось дышать в кафе, и заново разглядывали друг друга. «Он ничего!» – подумала Катя, ограничившись беглым осмотром. И заметила про себя, что ее опухшие глаза намного выгоднее рассматривать в полумраке вечерней улицы, чем при искусственном освещении, мертвенном и беспощадно-резком.
   – Спасибо, – сказала она, видя, что ее спутник не торопится начать разговор. Молодой человек порылся в карманах, достал помятую пачку сигарет и теперь искал зажигалку. Взглянув на Катю, он поморщился и похлопал себя по уху:
   – Оглох, прости… С восьми часов в этом содоме околачиваюсь… Как тебя зовут, не расслышал?
   Катя представилась, и парень кивнул:
   – Ну вот, а там я услышал Надю… Я – Сеня, это Арсений, не Семен! Почему-то все рвутся меня Семеном окрестить!
   – Семен – это Сёма, – улыбнулась девушка. Ее насмешила горячность, с которой ее новый знакомый отстаивал свое имя. – В «Бриллиантовой руке» перепутали, а вся страна повторяет.
   – Кстати, о бриллиантах! – оживился парень. – Ты что-нибудь в них понимаешь?
   Растерявшись, Катя неопределенно качнула головой, и Сеня воспринял это движение как утвердительное. Снова порывшись в карманах потрепанной джинсовой куртки, он извлек маленькую коробочку и, раскрыв ее, поднес к свету фонаря, стоявшего у входа в кафе.
   – Взгляни-ка! Как думаешь, за сколько можно продать? Деньги нужны до зарезу, а я, как назло, пустой!
   Катя осмотрела украшение – небольшой крестик, инкрустированный несколькими сероватыми камешками, тускло ловившими свет. Она ничего не понимала в бриллиантах, но отчего-то сразу решила, что цена этим камням невелика. «То, что так выглядит, не может стоить дорого!»
   – Понимаешь, – продолжал изливать ей душу Сеня, – я машину разбил, мне уже высчитали стоимость ремонта, а я не укладываюсь, хоть тресни… А чинить нужно срочно, тачка не моя! Брат узнает, порвет меня, как жабу!
   – Боюсь что-то говорить… – пробормотала Катя, разглядывая крест. – Я не знаток бриллиантов. Ты бы спросил Карину!
   – А кто это? – с надеждой вцепился в нее Сеня.
   – Да она же нас познакомила! – удивленно подняла глаза Катя. – Ты ведь знаешь ее?
   – Впервые видел!
   – Вот как? – Девушка боролась со смутным чувством обиды, но всерьез рассердиться на подругу не могла. Карина обманула ее, вслепую позвав на вечеринку, познакомив с первым встречным парнем, но… «Но если бы не она, я лежала бы сейчас на древнем диване и рыдала бы над своей кривой судьбой!»
   – Ну, хоть двести баксов я за это получу, как, по-твоему? – Парень защелкнул футляр и спрятал его в карман. – А сколько там цветов, видала? В кафе столько ваз не припасено… Как подумаю, что все это – деньги, выть охота! Дарили бы прямо наличными, я бы такое спасибо сказал! А кому это все теперь достанется? Уборщице здешней?
   – Так ты… – поняла Катя и невольно заулыбалась, глядя на его отчаяние, – именинник?!
   – Именно! – вдохнул тот и поежился, словно впервые обратив внимание на холодный ветер, пронизывавший насквозь его тонкую куртку. – Ну что, может, двинем отсюда, выпьем по маленькой? Лично я замерз!
   – Нет, я лучше домой. – Девушка покосилась на дверь кафе, от посещения которого у нее остались такие неприятные впечатления. – Мне бы только подругу на минутку увидеть…
   Просить деньги на проезд у человека, испытывавшего материальные трудности, да к тому же именинника, Катя не решилась.
   – Увидишь еще свою подругу, – отмахнулся Сеня, поднимая воротник куртки и оглядывая улицу, пестревшую неоновыми вывесками. – Вон, японский ресторан! Зайдем туда, согреемся?
   – Я думала, ты хочешь вернуться? – удивилась девушка.
   – Куда? Они отлично напьются без меня! – Именинник оглянулся на дверь кафе с явной неприязнью. – И вообще, вечеринка не удалась. Пришел какой-то левый народ, а кого хотел видеть – даже не отзвонились! Ни веселья, ни музыки нормальной, ни кухни приличной – ничего! Накрошили криво-косо каких-то салатов, будто свиньям, сосисок отварили… Как в ларьке на Казанском вокзале! А сколько я денег ухлопал – мрак! Мне не жаль, просто не люблю, когда так обувают! Хорошо, водки много! В общем, как мой брат говорит – раз попал на бабки, втяни голову и терпи! Верно?
   – Ну да… – Катя еле поспевала за парнем – он уже двинулся вниз по улице, не выпуская из виду розовую неоновую вывеску японского ресторана. Почему она все же пошла за ним, а не отправилась на поиски Карины – Катя сказать не могла. Новый знакомый попросту втянул ее в зону своей гравитации, как большая планета, поймавшая в плен случайный астероид. – Знаешь, я попала к тебе случайно… Но все равно, поздравляю!
   – А-а! – не оборачиваясь, Сеня махнул рукой, словно стряхивая это поздравление. – Тоже мне, большой праздник! Еще одна пьянка, только на торте – свечки! Там никто и не заметит, что я свалил! Есть сильно хочешь?
   – Не очень… – парень шел все быстрее, и Катя еле за ним поспевала.
   – Это хорошо, а то у меня денег только на выпивку! Закусить надо было там или с собой взять…
   – Так может, не надо в ресторан? – предложила осторожная Катя, на что последовал фаталистический ответ:
   – А толку мне в этих копейках? На ремонт все равно не хватит! Нужно полтора куска, или…
   – Полторы тысячи долларов за ремонт? – Девушка наконец догнала своего спутника и быстро пошла с ним рядом. – Машина дорогая?
   – Старый «мерс», ему двенадцать лет, но брат над ним трясется, как над собственной почкой! – доверительно сообщил Сеня, отворяя дверь японского ресторана. – Вру, хуже, чем над почкой! На почки ему плевать, а вот этот «мерс»… Понимаешь, он сделан по правительственному спецзаказу, на нем, может, кто-то из команды Гельмута Колля ездил… Особый двигатель, спецсалон, коллекционная вещь… Самое жуткое, что его только что прокачали – сменили кое-какую электрику, жесть, покрасили, воском покрыли… А я… Что будешь – пива, водки или саке?
   Он усадил Катю в уголок, за столик, интимно освещенный розовой лампой, и протянул ей карту вин. Девушка покачала головой:
   – Ничего не надо. Если только чаю…
   – Чаю?!
   Парень взглянул на нее так, словно она предложила ему заняться сексом прямо тут же, на столе. Подоспевшая официантка в кимоно (несомненная славянка) улыбалась, держась на почтительном расстоянии. Наконец заулыбался и Арсений неожиданно тепло, словно вспомнив что-то приятное.
   – А что? Сто лет не пил просто чаю… Так ведь и озвереть можно! Девушка, мы будем чай и какие-нибудь пирожные, если у вас есть вкусные!
   – Конечно, – заверила официантка и, забрав меню, удалилась. Парень откинулся на спинку диванчика, бросил на стол сигареты и сладко потянулся:
   – Хорошо, тихо! Надо было вообще не собирать народ, а посидеть здесь, в тесном кругу… Каждый год говорю себе – ничего устраивать не буду, и каждый раз не получается. Один спросит, другой поздравит, третий скажет, что уже подарок купил… Ну и выливается все в очередную пьянку!
   – А сколько тебе исполнилось, если не секрет? – поинтересовалась Катя. Теперь она как следует разглядела своего нового знакомого, но все еще не могла составить четкого мнения о нем. Симпатичный он или просто забавный урод? Веселый или распущенный? Простой или недалекий? Она терялась, даже пытаясь угадать возраст этого голубоглазого парня, одетого в потрепанную одежду, словно с чужого плеча. Рукава куртки не доходили ему до запястий, растянутый свитер висел мешком, бесформенные штанины джинсов волочились по грязи и намокли. Рыжевато-русые давно не стриженные волосы сосульками падали ему на лоб и виски, словно у солиста какой-нибудь гранжевой группы, в ухе болталась серебряная серьга в виде птичьей лапки. В целом он производил впечатление человека, который умудряется выглядеть стильно, совершенно не заботясь об этом и одеваясь чуть не на помойке. Катя завидовала людям, обладающим таким талантом.
   – Тридцать один, – удивил ее Сеня. – А ты думала, меньше? Все меня пацаном считают.
   – Я думала, ты студент, – не удержалась от улыбки Катя.
   – А я и есть студент, – парень стянул куртку и бросил ее на спинку диванчика. – В который уж раз. Знаешь, я четыре раза поступал в самые престижные вузы, причем сам, без блата и денег, и ни разу до диплома не дошел. То учиться некогда, приходится деньги зарабатывать, то заболеет кто-то, надо по больницам бегать, то конфликт с ректором… А последний раз меня приятель сманил в Норвегию, на нефтяную платформу, и я бросил… Угадай, что?
   – МГИМО! – отчего-то без колебаний ответила Катя. Парень удовлетворенно кивнул:
   – Точно! Матушка была в шоке. Она, понимаешь, мечтала, что я стану дипломатом. На меня же только взглянешь – сразу ясно, что этому не бывать! Но материнское тщеславие…
   – Так ты добывал нефть? – с невольным уважением спросила Катя. Она уже забыла и о своих неприятностях, и о позднем времени, и о том, что у нее не было даже денег на такси. Рядом с этим парнем все казалось не таким уж важным. Сам воздух, окружавший его, казался каким-то облегченным, разреженным, какой бывает высоко в горах. Сеня вытряхнул из пачки последнюю сигарету и, закурив, покачал головой:
   – До нефти я не доехал. Мы туда добирались через Копенгаген, там попались кое-какие люди знакомые, а они меня отговорили и оставили у себя. Я у них там прожил полгода, спал на коврике в углу, вроде как домашнее животное, а потом сбежал. О, тирамису принесли! Ты любишь этот торт?
   Официантка сервировала чай и удалилась, не переставая поглядывать на Сеню. В этих взглядах читался явно нерабочий интерес. Катя и сама не могла не признать – ее новый знакомый относился к тому роду людей, которые умеют вызывать симпатию к себе с первого взгляда. «Хотя в нем нет ничего особенного! Например, Сережа был куда симпатичней… А официантки на него не оборачивались!» В следующий миг до нее дошло, что сейчас происходит нечто, очень похожее на свидание. Все атрибуты были налицо – поздний вечер, хороший ресторан, интимное освещение, приглушенная музыка… Но Сеня держался настолько неромантично, что никаких волнующих эмоций девушка не испытывала. Ей и в голову не могло прийти, что она вызвала в нем мужской интерес.
   – А чем ты там занимался полгода? – Катя отодвинула тарелку с тортом и налила себе чаю из керамического чайника. – Неужели просто на коврике лежал?
   – Ты спрашиваешь совсем как моя мама! – Сеня уже успел уплести половину своей порции и теперь беззастенчиво облизывал пальцы, испачканные воздушным кремом. – Знаешь, в общем ничем. Просто смотрел, как люди живут. Дергаться особо было некуда, без денег-то… Работать без зеленой карты нельзя, торговать мне нечем, кроме себя самого… – Напоследок он вылизал тарелку. Катя наблюдала за ним с вытянувшимся лицом. – Но этим, слава Богу, заниматься не пришлось! Кормили меня на убой, солнце грело, девчонки улыбались – что еще нужно?
   – Короче, ты – хиппи! – сделала вывод девушка. – А я думала, их больше нет!
   – Наверное, я – никто, – самокритично заметил Сеня. – Может, так никем и не стану. Знаешь, до тридцати все как-то легче воспринимается, а вот когда заказываешь торт с тридцать одной свечкой… Дядькой себя ощущаешь. Вроде пора стать солидным, деньги зарабатывать, положение в обществе… Опять же семью заводить. А ничего этого не хочется!
   Все на тебя смотрят, будто ты им что-то должен, прямо нехорошо становится!
   – Я тебя понимаю, – тихо проговорила Катя, вертя в руках чашку с остывшим чаем. – Мне пока еще двадцать восемь, но и на меня уже так смотрят… Будто я обязана замуж выйти, детей завести… Я думала, это чисто женская проблема!
   – Брось, проблемы у всех одинаковые! – жизнерадостно заверил Сеня. – Так ты тортик не будешь? Тогда я все съем. Поверишь – с утра голодный бегаю, с этим чертовым днем рождения… Они там, наверное, тоже за торт взялись.
   – Вот тут тебя и хватятся! – Катя залпом выпила чай и взглянула на часы. – Знаешь, это ужасно глупо… Но у меня при себе ни копейки. Может, одолжишь на такси? Я завтра же верну, точно!
   Она вдруг покраснела, сообразив, что эта фраза может быть воспринята парнем как просьба об очередной встрече. Но Сеня только кивнул, словно ожидал подобного оборота:
   – Не вопрос, как раз на такси у меня и осталось. Если ты, конечно, не в Химках где-нибудь живешь.
   – Нет, я возле ВВЦ… – Катя снова выругала свой длинный язык. «Ну, теперь осталось сказать ему точный адрес и позвать к себе на чашку кофе. Кофе, кстати, у меня есть!»
   Однако парень не придал значения этому уточнению. По всей видимости, у него и в самом деле не было желания флиртовать со своей новой знакомой. Порывшись в карманах, Сеня протянул ей две помятые сотенные купюры:
   – Бери, хватит! Остальное тут оставлю и буду гол как сокол! Знаешь, а это отличный старт для новой жизни! С чистого листа всегда легче начинать… Еще бы надо мной ремонт не висел…
   В этот момент Катя с ужасом поняла, что хочет предложить в долг этому незнакомому в сущности человеку полторы тысячи долларов. Именно такая сумма была ею отложена за последние два года. Отложить больше не удалось, хотя теоретически было возможно. Катя не отличалась экономностью, и даже то, что время от времени она заставляла себя выдергивать из зарплаты купюру-другую и прятать их в заветный кошелек, было для нее достижением. Эти деньги хранились дома у Карины – себе Катя не доверяла, а вот в подруге не сомневалась. Можно было поручить их хранение маме, но тогда у Кати не было бы уверенности, что эти деньги вернутся к ней без строгого допроса – на что потребовалась такая солидная сумма?
   Возможно, она бы и предложила свою помощь, но тут Арсений в очередной раз исследовал свои карманы и извлек на свет наручные часы с порванным ремешком.
   – Мама дорогая, как поздно-то! А я еще обещал к родителям заскочить, поздравить! Кать, давай я тебя быстренько сажаю в такси, и разлетаемся!
   Он молниеносно расплатился и помчался к выходу, на ходу натягивая куртку. Катя бросилась за ним, хотя ничто не мешало ей спокойно допить чай и поймать машину самостоятельно, благо деньги у нее теперь были. Стоило Арсению поднять руку, как у бровки тротуара остановилась машина. Парень открыл дверцу и, молниеносно переговорив с водителем, обернулся:
   – Порядок, садись! Да, постой… Вот, возьми себе, меня это все равно не спасет!
   Катя увидела, что он протягивает ей подарочную коробочку, и даже отшатнулась, вспомнив о ее содержимом:
   – Ты что, ты что?! Это же тебе подарили!
   – Да ты подумай, как я буду это носить, куда, с чем?! – засмеялся Сеня и почти силой положил коробочку в карман Катиной куртки. – С глубоким декольте, что ли?! Бери, не сомневайся, я в свой день рождения всегда делаю людям подарки. Такая традиция!
   – Но ты можешь это продать! – в отчаянии воскликнула девушка. Она чувствовала себя застигнутой врасплох и понимала, что говорит не так, не то. «Поблагодари его!» Но просто сказать «спасибо» Катя почему-то не могла.
   – Мне нужны полторы тысячи, – напомнил ей Сеня. – И не умею я ничего продавать. Бери, носи и не плачь, слышишь?
   Махнув рукой, он запахнул на груди расходящиеся полы легкой куртки и побежал прочь, перепрыгивая через лужи. Спустя минуту он был уже неотличим от других прохожих. «Не плачь? Разве я… – Катя провела пальцами по щекам и поняла. – Это все мои опухшие глаза. Он меня просто пожалел». Она уселась на заднее сиденье, назвала водителю адрес и, украдкой раскрыв коробочку, еще раз рассмотрела крест. «Бриллианты! Мне никогда не дарили бриллиантов!»
   Крест тускло поблескивал в полумраке, ловя крохотными гранями свет уличных реклам, и Катя, улыбнувшись, сжала его в кулаке, словно это была редкая бабочка, севшая ей на ладонь и готовая в любой момент улететь.
Чтение онлайн



1 2 3 4 5 6 7 [8] 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31

Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация