А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Кровь Луны" (страница 16)

   Катя отрицательно качнула головой. Лариса с досадливой гримасой швырнула дотлевшую сигарету в открытую форточку:
   – Ну да, чудеса не про нас простых смертных. А где ты была, когда он сидел в машине?
   – В клубе, танцевала. – Катя невольно содрогнулась, вспомнив своего вчерашнего ухажера. – Мы пришли туда вместе и сразу разбежались.
   – А что тебя с ним туда понесло, я не поняла? – с непонятной претензией поинтересовалась Лариса. – Вы же еле знакомы!
   Катю так и тянуло ответить «не твое дело», но она сдержалась. Девушка лишь сухо заметила, что пойти вместе в клуб могут и малознакомые люди. Лариса ехидно ухмыльнулась:
   – Ну да, чтобы лучше познакомиться. Что же разбежались? У него был непростой характер, правда?
   – А почему я должна отчитываться? – не выдержала Катя. – Это мое дело, с кем и куда я хожу.
   Рассказывать этой въедливой и неискренней особе, кого именно они искали в клубе, девушка вовсе не собиралась. Лариса солгала, заявив, что не знает о существовании Леши, и, узнав об этом, Катя окончательно потеряла к ней доверие. Она приняла решение общаться с этой особой лишь в той степени, в какой этого потребует совместная работа.
   – Сможешь найти каких-нибудь родственников Глеба? Сообщишь им? Можешь даже дать мой телефон, что же делать… – Девушка взглянула на часы. – Наверняка они захотят все знать в подробностях. Ладно, я ухожу, работать надо.
   – А мне не надо? – истерично звякнувшим голосом огрызнулась Лариса. – Я только получила хорошую работу, и вот, пожалуйста – одни похороны за другими! А у меня опять завал, я целую ночь билась, еле-еле две сцены написала! Ты не посмотришь?
   – После! – неохотно пообещала Катя, в душе проклиная тугодумие новой коллеги. Она начинала подозревать, что та относится к весьма распространенной и малоприятной категории сценаристов, живущих чужими идеями и пишущих с чужой подачи. Как правило, такие типы прикидывались беспомощными и пытались вызвать к себе сочувствие, чтобы получить помощь. Катя давно перестала покупаться на слезные рассказы о большой семье, малых заработках и тяжелых болезнях, которыми поголовно страдали родственники таких попрошаек от литературы. Но тут пришлось бы игнорировать приказ Светланы, а сделать это – значило гарантированно напроситься на скандал.
   – Хорошо, – согласилась Лариса. – Сейчас я и сама не могу. Должен прийти Антон со своими родителями, и мы все поедем в больницу к маме. Ее обещают отпустить завтра на два дня, а после похорон она опять туда вернется.
   – А когда похороны?
   – Наверное, во вторник. Чего тянуть-то? Сегодня обсудим все детали, надо дать ответ, чтобы в морге успели подготовиться. Сколько денег уйдет! – Лариса вцепилась пальцами в свои растрепанные волосы и безжалостно их рванула, словно рассчитывая добыть искомую сумму таким образом. – Одна надежда, что Антон поможет. Правда, пока он об этом ничего не говорил, но ведь это подразумевается, правда? Она ведь была его невестой, и по справедливости расходы должны быть пополам! Как думаешь?
   Катя только пожала плечами. Ей были противны эти мелочные расчеты над могилой, и она полагала, что даже в самых стесненных обстоятельствах не следует до них опускаться. Лариса, вдруг притихнув, что-то напряженно обдумывала, сдвинув брови и продолжая ерошить волосы. Катя уже хотела попрощаться, когда хозяйка огорошила ее очередным заявлением.
   – Вообще-то раз Антон ее любил, мог бы и все оплатить! – неожиданно выдала та итог своих раздумий. – Так я ему и скажу!
   – Ты же говорила, деньги на похороны найдутся? – содрогнувшись от негодования, напомнила Катя. – Вы ведь отложили на свадьбу?
   – А я с чем останусь? – парировала девушка, внезапно ощетинившись и сделавшись похожей на ощипанного воробья. – Мне нужен ноутбук, матери лекарства, врачам презенты… Ты на каком свете живешь, подруга? Тут все денег стоит! Вику похороню, а сама с голым задом останусь? Как всегда – все ей, а мне ни черта!
   – Ты… Всерьез это говоришь?! – У Кати даже дух захватило. Эта вспышка злобной, абсурдной зависти была возмутительна и в то же время нелепа. Если некрасивая сестра завидовала красивой, это можно было легко понять и даже простить, но когда живая предъявляла претензии к мертвой… – Ты что, сама предпочла бы умереть, чтобы получить достойные похороны и оставить без гроша Вику?!
   Лариса не успела ответить. Замяукал звонок, и она бросилась отпирать дверь, толкнув костлявым плечом не успевшую посторониться Катю. Девушка с досадой потерла ушибленное место. Попутно она пыталась сообразить, как ловчее удрать, чтобы не стать свидетельницей семейной сцены. «А сцена будет! – сказала себе Катя, наблюдая, как Лариса возится с тугим заевшим замком. – Если уж она решила торговаться!»
   – Какой ужас! – вместо приветствия выпалила высокая полная женщина и стиснула хрупкую Ларису в объятиях. – В пятницу утром, значит? Почему же ты только сегодня нам позвонила?!
   – Кажется, не чужие! – пробормотал следовавший за нею мужчина, почесывая коротенькую русую бородку и внимательно оглядывая Катю. – Могла бы и раньше сообщить!
   Антон не сказал ничего. Он остановился в дверях и хмуро смотрел в пол, ожидая, когда стихнет шквал эмоций. Лариса, отбившись от полной дамы, махнула парню рукой:
   – Закрой дверь, сейчас весь подъезд набежит! Вчера уже соседи приходили, собрали деньги на венок! Я не знаю, теть Лен, их полагается звать на поминки или как?
   – Э-э-э… – озадаченно протянула женщина, явно не ожидавшая такой прозы. – Не знаю.
   – Это слишком дорого! – объяснила ей практичная девушка. – И так понятия не имею, как вывернусь с деньгами…
   Родители Антона переглянулись, и мужчина, перестав терзать бородку, заявил:
   – Конечно, поможем, какие могут быть счеты! Антон! – окликнул он сына, который продолжал изучать шнурки своих ботинок. – Не стой столбом, скажи что-нибудь!
   – А что сказать? – огрызнулся тот, не поднимая глаз. – Без меня справитесь.
   – Что?! – взвился отец, но сын его перебил:
   – А то, что нечего было начинать все это! Без нас все решили, мотали ей нервы, пока она не сдалась, довели до самоубийства, а теперь деньги на похороны суете!
   – Антоша! – ошеломленно вымолвила женщина. – Что ты говоришь, какой кошмар! Викуля сама согласилась!
   – Ну да, сама! – В дрожащем голосе парня звучало негодование, на щеках внезапно выступили алые пятна. Он казался совсем мальчишкой, и Катя с удивлением спросила себя, откуда взялась такая спешка со свадьбой? Мать девушки она еще могла понять: красивых и легкомысленных дочерей стремятся выдать замуж побыстрее, но какую цель преследовала семья Антона, навязывая ему жену, угадать было трудно.
   – Согласилась, а глаза были зареванные, и когда я ей кольцо надевал, ее всю трясло! – Парень выпаливал обвинения, обращаясь то к матери, то к отцу, а родители обменивались поверх его головы отчаянными взглядами. – Она не хотела за меня замуж, сто раз отказывалась, нет, понадобилось силой заставлять! И чего вы добились?!
   – Ты выбирал бы выражения! – внезапно вмешалась притихшая было Лариса. – Все было добровольно! Ее никто за волосы не тянул, сама дату назвала, и кольцо твое ей очень даже понравилось! Прямо летала, когда его заполучила!
   – Долеталась! – бросил Антон и тут же осекся, словно почувствовав опасный край, заступать за который рискованно. Этой заминкой тут же воспользовалась Лариса. Прижав руку к футболке над тем местом, где полагается находиться сердцу, она авторитетно заявила, что причина самоубийства сестры известна ей очень хорошо, но она так глупа, что неудобно ее озвучивать.
   – Вот Катя знает! – указала она на свою гостью, безмолвно следившую за разыгравшимися страстями. – Мать не дала Вике двести долларов на сапоги, та ударилась в истерику и вот, получите! Кать, подтверди!
   Девушка не шевельнулась, да никто и не взглянул в ее сторону. В наступившей тишине послышался слабый вздох. Его издала мать Антона.
   – Двести долларов? На… сапоги?!
   – Бред какой-то! – нервно заметил ее супруг. – Ларис, ты не шутишь?!
   – Она врет! – Пятна на щеках Антона стали еще ярче и расплылись, сливаясь в сплошной огненный румянец. У него даже слезы на глазах выступили. Катя искренне сострадала этому слишком юному жениху, у нее было впечатление, что он глубоко переживает гибель девушки.
   – Вика не могла покончить с собой из-за такой чепухи! – выкрикнул он, обращаясь к Ларисе. – Ты, ее сестра, не должна так говорить!
   Та лишь руками развела, давая понять, что с истиной не поспоришь. Мать Антона растерянно взглянула на мужа:
   – Не знаю, что думать. Сапоги… В самом деле, неужели ей обуви не хватало? – Женщина указала под вешалку, где выстроились в ряд несколько пар модных сапог на высоких каблуках, и на тумбочку, заставленную модельными туфлями. Судя по вызывающим расцветкам и последним фасонам, все это принадлежало Вике. – А записки она не оставила?
   – Какая записка, Вика после школы ни буквы не написала! Наверное, даже алфавит забыла! – сквозь зубы проговорила осиротевшая сестра. Поймав на себе пристальный взгляд Кати и почувствовав, что перегнула палку, Лариса поторопилась добавить: – Она не обижалась, когда я над ней шутила из-за этого! Ну что, обсудим подробности?
   Девушка вытащила из кармана коротенького халатика смятую бумажку и призывно ею взмахнула:
   – Я набросала примерную смету, только боюсь, многое упустила.
   – Дай взглянуть, – потянулась к ней вконец расстроенная женщина. – Голова кругом… Анатолий, иди сюда!
   – Как хотите, а я в этом не участвую! – гневно выпалил парень, берясь за дверную ручку. – И на эти проклятые похороны не приду!
   – Антон, останься! – неожиданно визгливо воскликнул отец. – Кому говорю!
   В ответ хлопнула входная дверь. Женщина содрогнулась от этого звука, словно от удара:
   – Господи, что с ним сегодня?! Анатолий, его надо вернуть! Я боюсь!
   – Чего? – мрачно бросил супруг. – С собой не покончит, не фантазируй! Он предпочитает издеваться над родителями! Вырастила эгоиста? Любуйся теперь!
   – Пожалуй, я тоже пойду, – обернулась Катя к хозяйке. – Насчет серии созвонимся вечером.
   – Ты уж меня не бросай, – та проводила ее до самых дверей. – Сама видишь, что творится! Если не успею написать серию, меня выкинут?
   – Лучше тебе успеть, – Катя не удержалась от зловещей интонации. Она не собиралась морально поддерживать человека, который до такой степени ей неприятен. – А то сразу окажешься в низшей касте.
   И, не слушая жалобных восклицаний хозяйки, торопливо вышла. С родителями Антона Катя не попрощалась, справедливо полагая, что они этого и не ждут.
   Столкнувшись на лестничной площадке с самим Антоном, Катя тоже рассчитывала проскочить мимо, не задерживаясь, но парень внезапно преградил ей путь к лифту:
   – Ты тоже всем рассказываешь, что Вика выбросилась с балкона из-за сапог?!
   – И не рассказываю, и не верю в это! – Катя решительно отстранила парня. – Дай пройти. Я тороплюсь.
   – А почему Лариса на тебя сослалась? – не унимался тот.
   – Она говорит только то, что ей выгодно, – не оборачиваясь, девушка нажала кнопку вызова, и в недрах шахты громыхнул проснувшийся дряхлый лифт. – И как правило, врет.
   – Я тоже так считаю… – обретя единомышленницу, Антон сразу утратил боевой настрой и сник. – Вика ее ненавидела.
   – А она… Вику?
   Парень только качнул головой, и Катя поняла, что вопрос показался ему абсурдным. Устрашающе содрогаясь, словно в припадке эпилепсии, лифт добрался наконец до седьмого этажа и в два приема раздвинул двери. Антон вошел в кабинку вместе с девушкой и нажал кнопку с цифрой «1». Ехали молча, в молчании вышли из подъезда, и Катя, не ожидая продолжения разговора, уже направилась к своему крыльцу, когда парень окликнул ее:
   – Слушай, а ты-то знаешь, почему она это сделала? Скажи мне, а? Клянусь, никому не передам!
   Обернувшись, девушка была потрясена жалобной гримасой, исказившей лицо Антона. Казалось, парень страдает от острого приступа зубной боли. Катя прониклась к нему еще большим сочувствием, начиная подозревать, что его мучает не только чувство вины. «Неужели тут неразделенная любовь? Ну, если Вике нравился такой мужчина, как Леша, у этого бедняги не было никаких шансов! Он слишком… Наивный, что ли?»
   – Если бы я знала, разве стала бы молчать? – Катя двинулась к своему подъезду. Антон, как загипнотизированный, последовал за ней по пятам. Ей одновременно хотелось и утешить этого парня, и скорее избавиться от него. Подойдя к двери и достав магнитный ключ, девушка остановилась и взглянула на Антона в упор: – Ты, кажется, не веришь?
   – Я никому не верю! – Тот ожесточенно кусал губы, борясь со смятением. – Вика никогда не покончила бы с собой! Только не она! Когда так любят жизнь, с балкона не прыгают!
   – А ты хорошо ее знал?
   Катя держала ключ наготове, но к замку его не прикладывала, и потому, когда дверь, запищав, внезапно отворилась, девушка испуганно отскочила. На крыльцо вышла знакомая пожилая соседка. Увидев молодых людей, она окинула их цепким взглядом. Катя перенесла его равнодушно, ей было совершенно все равно, каков ее моральный облик в глазах соседей. Она только вежливо кивнула в знак приветствия. Женщина ответила таким же безмолвным кивком, спустилась с крыльца, отошла на несколько шагов и остановилась. Катя поняла, что та желает подслушать разговор, и раздраженно обернулась к Антону:
   – Лучше поговорим потом, на похоронах. Я тебе советую все-таки прийти.
   – Я сыт по горло советами! – огрызнулся парень. – Хочу – приду, хочу…
   – Увидимся, – перебила его Катя. Она уже перестала сомневаться в том, что на похороны Антон придет. Этот парень не казался ей ни образцом мужества, ни чудом силы воли. По опыту она знала, что истеричные натуры легко поддаются чужому влиянию. – И перестань кидаться на родителей! Они не так виноваты, как тебе кажется. Не в свадьбе было дело…
   Последнюю фразу она произнесла, не подумав, и тут же раскаялась в этом. Антон вцепился в рукав ее куртки, едва девушка потянулась к двери:
   – Не в свадьбе?! А в чем?
   – Я не знаю точно, – Катя проклинала свою несдержанность, видя, в какое буйство впал едва успокоившийся парень. – Одно могу сказать, свадьбу Вика назначила, чтобы мать перестала ее тиранить. Выходить замуж она не собиралась. Это была просто отговорка! Извини…
   – Ничего! – хрипло ответил Антон. На его лице снова запылали алые пятна. – Для меня не новость, что она была против. Значит, отговорка… А потом что? Первого декабря убежала бы из ЗАГСа?
   – Может быть, Вика рассчитывала, что первого декабря уже не будет так зависеть от матери, – предположила девушка. – В любом случае не обвиняй себя и родителей. В наше время, если жених не нравится, невеста, как правило, с собой не кончает. Была другая причина, и мы ее пока не знаем.
   – Я должен узнать! – с горячей убежденностью произнес Антон. – И обязательно узнаю!
   Кате сделалось жутко, когда она встретила его одержимый и в то же время несчастный взгляд. Точно так же, только мрачнее и агрессивнее, смотрел Глеб, обещая разобраться с виновником смерти своей бывшей подруги.
   – Не суйся в это дело… – начала было она, но парень не слушал. Резко развернувшись, он сперва пошел, а потом побежал прочь со двора. Катя следила за ним взглядом до тех пор, пока Антон не скрылся за углом, а потом приложила ключ к магнитному замку…
   – Ой, погодите! – остановил ее торопливый оклик. Катя увидела приближавшуюся соседку, которая все это время прогуливалась неподалеку. «Точно, подслушивала!» – неприязненно подумала девушка.
   – Я собираю деньги на венок, вы дадите что-нибудь? – Женщина достала из кармана пальто блокнот. – Хотя бы символически.
   – Ну конечно, – Катя порылась в карманах и протянула сторублевку. – С собой больше нет, но я могу…
   – Хватит! – отмахнулась та, взяла деньги и сделала пометку в блокноте. – С миру по нитке… И что теперь у нас в подъезде начнется, не знаю. Теперь, когда эта дама с третьего этажа умерла, ее сынок и вовсе пропадет, сопьется с круга…
   – Дама с третьего? – недоуменно переспросила девушка. – Я думала, это на венок для Вики…
   – Вика – это соседний подъезд, а у нас своя покойница, – охотно проинформировала ее соседка. – Вчера умерла в больнице. А увезли ее туда с острой пневмонией неделю назад. Обратили внимание, что пьянки-гулянки прекратились? Это потому, что притон на время прикрылся. Где ее драгоценный сынок – неизвестно, он еще и не знает, я думаю.
   – Неделю назад? – задумалась Катя. Ей не давало покоя какое-то воспоминание, и, порывшись в памяти, она озадаченно проговорила: – А я в пятницу ближе к рассвету натолкнулась в подъезде на какого-то алкаша.
   – Конечно, они по старой памяти сюда тянутся! – кивнула соседка. – Паршивая овца все стадо портит, у нас худший подъезд в доме! Спасибо, теперь хоть по ночам не шумят! Весной нам обещали сделать ремонт, а что в нем толку, если эти…
   В другое время Катя охотно поддержала бы разговор на тему о «нехорошей квартире», но сейчас ее сводила с ума мысль о повисшей в воздухе серии. Скомкав беседу, она торопливо попрощалась и скрылась в подъезде. Ожидая лифта, Катя спросила себя, в какой момент ее размеренная, ровно текущая по привычному руслу жизнь превратилась в спутанный клубок, из которого невозможно вытянуть ни единой нити, не порвав ее?
   «На рассвете в пятницу, когда Вика выбросилась из окна. Нет. Еще раньше, когда я простилась с Сережей на пороге своей квартиры. Тогда думала, что навсегда. И еще раньше – мы поднимались по темной лестнице, и на третьем этаже возле мусоропровода сидел какой-то злобный тип, я еще с ним сцепилась».
   Подъехал лифт, но двери, спазматически дернувшись несколько раз, так и не раскрылись. Катя тихо застонала, вообразив путь пешком на седьмой этаж. Она начала взбираться по лестнице, машинально перебирая в памяти события ночи, которая стала поворотной в ее судьбе. Когда Катя добралась до третьего этажа, она окончательно загрустила. На пятом ей стало до слез себя жалко, и девушка с трудом удержалась, чтобы не расплакаться. Взобравшись на свой седьмой этаж, она решила переждать черную полосу своей жизни, с головой уйдя в работу. К этому моменту она вспомнила, как все началось, и этот момент показался ей достойным стартом для бега с препятствиями, в который превратилась ее жизнь.
   «Мы с Сережей стояли у подъезда, спорили, и вдруг кто-то закричал и сразу умолк, словно ему зажали рот. Тогда я подумала, что это из притона на третьем этаже, но если там уже неделю никого не бывает… Звук точно шел со стороны нашего дома. Он как будто упал во двор сверху, с последних этажей, словно… Ну да, словно Вика какой-то час спустя!» Катя невольно содрогнулась и, торопливо открыв дверь квартиры, захлопнула ее за собой.
   – Господи, помоги мне выбросить весь этот ужас из головы и вовремя написать серию! – взмолилась она, подняв глаза к серому, заросшему паутиной потолку. – Я уже потеряла любовь, дружбу и покой, не хватало еще остаться без работы!
Чтение онлайн



1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 [16] 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31

Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация