А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Крауч-Энд (сборник)" (страница 21)

   Кейси встряхивается, возвращаясь мыслью снова к игре, и тут за оградой внешнего поля начинают трубить Клаксоны Хэмпдена. Некоторые принадлежат машинам последних моделей – «тойоты», «хонды» и «додж-кольты» с наклейками на бамперах вроде «США ВОН ИЗ ЦЕНТРАЛЬНОЙ АМЕРИКИ» или «КОЛИТЕ ДРОВА, А НЕ АТОМЫ». Но основная масса Клаксонов Хэмпдена стоит на легковушках постарше и на пикапах. У многих пикапов ржавые дверцы, ЧМ-приемники под приборными досками и матерчатые навесы над кузовами. Кто же в них сидит и гудит сигналами? Кажется, никто точно не знает. Это не родители или родственники игроков Хэмпдена, те – в сопровождении приличного количества измазанных мороженым младших братьев и сестер – заполняют скамьи и стоят вдоль ограды поля со стороны третьей базы, где находится дагаут команды хозяев. Может, это местные парни, едущие с работы – остановились посмотреть перед тем, как зайти выпить пива рядом в зале ветеранов, а может, призраки игроков прошлых лет Малой Лиги из Хэмпдена, жаждущие столь долгожданного вымпела чемпиона штата. Это кажется вполне возможным – что-то слышится странное и неизбежное одновременно в песне клаксонов. Они трубят гармонично – высокие клаксоны и низкие, несколько туманных сирен, запитанных от садящихся аккумуляторов. Кое-кто из игроков Бангор-Веста тревожно оборачивается на звук.
   За бэкстопом местная телевизионная группа готовится к съемке репортажа для вечернего выпуска новостей. Среди зрителей это вызывает оживление, но из играющих почти никто не замечает репортеров, кроме нескольких игроков на скамье Хэмпдена. И уж точно не Мэтт Кинни. Он видит только следующего бэттера Хэмпдена, Мэтта Кнейда, который похлопывает алюминиевой битой по кроссовке и входит в квадрат отбивать.
   Клаксоны Хэмпдена умолкают. Мэтт Кинни делает замах. Кейси Кинни становится в стойку чуть к востоку от второй базы, опустив перчатку. На его лице написана решимость не отвернуться, если мяч будет лететь прямо в глаза. Раннеры Хэмпдена застыли в ожидании на первой и на второй (в Малой Лиге не разрешается бежать при замахе питчера). Зрители на противоположных ветвях поля озабоченно ждут. Разговоры затихают. Бейсбол во всей своей красе (а игра эта очень красивая, такая, за которую не жалко денег на билет) – это такая игра, где спокойные паузы перемежаются резкими и короткими вспышками вдохновения. И болельщики чуют, что такая вот вспышка ждет их сейчас. Мэтт Кинни замахивается и подает.
   Кнейд отбивает первую подачу над второй базой, делая однобазовый хит, и счет становится 2:1. Кайл Кинг, питчер Хэмпдена выходит отбивать и посылает низкий быстрый драйв точно назад к горке. Мяч ударяет Мэтта Кинни в левую голень. Мэтт делает инстинктивное движение сыграть мяч, уже запетлявший прочь в неприкрытую зону между шорт-стопом и третьим бейзменом, и только потом до него доходит, что ему больно, и он складывается пополам. На базах раннеры, но сейчас всем все равно, и как только судья поднимает руки, объявляя тайм-аут, все игроки «Бангор-Веста» тут же сбегаются к Мэтту Кинни. За центральным полем победно трубят Клаксоны Хэмпдена.
   У Кинни от боли побелело лицо. Из аптечки ближайшего бара уже притащили пузырь со льдом, и через несколько минут Кинни встает и ковыляет с поля, обхватив руками плечи Дейва и Нейла. Зрители громко и сочувственно аплодируют.
   Оуэн Кинг, бывший первый бейзмен, становится новым питчером Бангор-Веста, и первый бэттер, с которым он поведет битву – Майк Тардиф. Когда Тардиф становится в квадрат, Клаксоны Хэмпдена рявкают предвкушающее короткое приветствие. Третья подача Кинга уходит мимо, в бэкстоп. Бретт Джонсон направляется к дому, Кинг бросается от горки к плите, как его учили. В дагауте Бангор-Веста Нейл Уотермен, все еще поддерживающий за плечи Мэтта Кинни, заклинает: «Прикрой-прикрой-ПРИКРОЙ!»
   Джо Уилкокс, начинавший игру кэтчером за Бангор, на фут короче Кинга, но очень быстр. В начале этого сезона «всех звезд» он не хотел быть кэтчером, и сейчас ему это тоже не нравится, но он притерпелся и прижился в позиции, где мало кто из малорослых игроков долго выдерживает. Даже в Малой Лиге почти все кэтчеры похожи на шкафы. В этой игре он уже успел кинжальным движением руки поймать фалбол. Сейчас он бросается к бэкстопу, сдвинув голой рукой маску и в тот же момент ловя отскочившую подачу. Повернувшись к подушке, он кидает мяч Кингу под дикий – и, как оказывается, преждевременный – победный вопль Клаксонов Хэмпдена.
   Джонсон тормозит. На его лице выражение, поразительно похожее на то, что было у Кейси, когда он дал сильному низкому мячу Джонсона пролететь в дыру. Выражение крайней неловкости и тревоги, выражение лица мальчишки, который вдруг хочет оказаться где-нибудь в другом месте. Где угодно.
   Джонсон обреченно начинает движение. Кинг принимает бросок Уилкокса, поворачивается с неожиданной победной грацией и запросто осаливает беднягу Джонсона. Потом идет снова к горке, стирая пот со лба, и готовится к новому противостоянию с Тардифом. За его спиной снова смолкают Клаксоны Хэмпдена.
   Тардиф отбивает свечой к третьей. Кевин Рошфор, третий бейзмен Бангора, делает в ответ шаг назад. Игра простая, но на его лице страшное выражение отчаяния, и только теперь, когда Рошфор застывает, готовясь словить мяч простой, как бабочка, – только теперь видно, как сильно потрясла команду Бангора травма Мэтта. Мяч падает в перчатку Рошфора и выпадает – Рошфор не смог его схватить и удержать. Кнейд, выдвинувшийся на третью, пока Кинг и Уилкокс разбирались с Рошфором, уже бросается к плите. Рошфор мог бы сделать дабл-плей и выбить Кнейда в аут, если бы поймал мяч, но в Малой Лиге бейсбол – все та же игра из «если» и «чуть-чуть». Рошфор упустил мяч. Теперь он сильно бросает его к первой. Там Майк Арнольд, и он один из лучших филдеров команды, но ходулей ему не выдали. Тем временем Тардиф пыхтит на вторую. Дуэль питчеров превратилась в самую обыкновенную игру Малой Лиги, и Клаксоны Хэмпдена заливаются радостной какофонией. Команда хозяев уже летит на всех парах к победе, и финальный счет – 9:2. И все же два положительных момента нашлись и для гостей: травма Мэтта Кинни оказалась не серьезной, а когда Кейси Кинни представился второй шанс в следующих иннингах, он не сдрейфил.
   Когда был зафиксирован финальный аут, игроки «Бангор-Веста» побрели в свой дагаут и расселись на скамье. Первое поражение, и мало кто мог перенести его с достоинством. Кто со злостью швырнул перчатку под ноги в грязных кроссовках, кто заплакал, кто был к этому близок, и никто не говорил ни слова. Даже Фредди, главный шутник и балагур Бангора, ничего не мог сказать вечером этого черного четверга. За оградой центрального поля слышались удаляющиеся победные Клаксоны Хэмпдена.
   Первый заговорил Нейл Уотермен, велев ребятам поднять головы и смотреть на него. Трое уже смотрят: Оуэн Кинг, Райан Иарробино и Мэтт Кинни. После его слов еще половина команды неохотно делает, что сказано. Но несколько человек – в том числе Джон Стивенс, который и сделал последний аут – продолжают упрямо интересоваться собственной обувью.
   – А ну-ка, поднять головы! – снова говорит Уотермен, на этот раз громко, но без злости, и теперь уже все взгляды обращены к нему. – Вы отлично играли, – говорит он мягко. – Малость растерялись, и они взяли верх. Бывает. Это не значит, что они играют лучше – и мы это покажем в субботу. Вы проиграли только игру, не больше. Восход солнца на завтра не отменяется. – На скамейке наблюдается шевеление; старое поучение не утратило своей утешающей силы. – Вы сегодня выложились как надо, и это все, что от вас требуется. Я вами горжусь, и вы тоже можете собой гордиться. Ничего такого не случилось, чтобы головы вешать.
   Он делает шаг в сторону, освобождая место Дейву Мэнсфилду, который оглядывает свою команду. Когда он начинает говорить, его обычно громкий голос звучит еще тише, чем голос Уотермена.
   – Мы, когда сюда ехали, знали ведь, что им надо нас победить? – спрашивает он задумчиво, будто рассуждает сам с собой. – Если бы они этого не сделали, вылетели бы. В субботу они приедут на наше поле. И тогда нам надо будет победить их. Вы хотите этого?
   Все взгляды устремлены на него.
   – Я хочу, чтобы вы запомнили, что говорил вам Нейл, – все так же задумчиво, совсем не так, как он ревет на тренировке, продолжает Дейв. – Вы – команда. Это значит, что вы любите друг друга. Вы любите друг друга, в победе или в поражении, потому что вы – команда.
   Скажи кто-нибудь этим ребятам раньше, что они должны любить друг друга, когда находятся на поле, они бы нервно рассмеялись. Сейчас они не смеются. Выдержав вместе Клаксоны Хэмпдена, они начали понимать.
   Дейв оглядывает их и кивает.
   – О'кей. Собрать снаряжение.
   Ребята собирают биты, шлемы, амуницию кэтчера и все прочее в холщовые чехлы. Когда все это грузится в старый зеленый пикап Дейва, кое-кто уже снова смеется.
   И Дейв с ними, но по дороге домой он уже не смеется. Дорога сегодня кажется очень долгой.
   – Не знаю, сможем ли мы их побить в субботу, – говорит он по пути. Говорит тем же задумчивым тоном. – Я этого хочу, и они хотят, но я просто не знаю. Хэмпден сейчас поймал имп.
   Имп – это, конечно же, импульс – мистическая сила, которая влияет не только на игры, но и на целый сезон. Бейсболисты – народ суеверный, в какой бы лиге ни играли, и почему-то игроки Бангор-Веста выбрали своим талисманом маленькую пластиковую сандалию – остаток от пупса какого-то юного фэна. И этот дурацкий талисман они назвали Имп. Его цепляют каждый раз к сетке-ограде дагаута, и часто бэттеры касаются его тайком перед тем, как выходить отбивать. Между играми Импа поручают Нику Траскосу, обычно играющему левым филдером. Сегодня он впервые забыл привезти талисман.
   – Хорошо бы, чтобы Ник не забыл Импа в субботу, – мрачно говорит Дейв. – Но даже если он не забудет… – Дейв качает головой. – Не знаю. Просто не знаю.

   Платы за вход на игры Малой Лиги нет – устав это недвусмысленно запрещает. Вместо этого в четвертом иннинге кто-нибудь из игроков пускает шапку по кругу, собирая пожертвования на снаряжение и уход за полем. В субботу, когда встречаются в Бангоре в финальных играх первенства Малой Лиги графства Пенобскот команды Хэмпдена и Бангора, уже по изменению сбора можно судить, насколько вырос местный интерес к судьбе команды. На матче Бангор – Миллинокет собрали 15 долларов 45 центов, когда же шапка возвращается после пятого иннинга в субботу, она набита мелочью и долларовыми купюрами. Общий сбор составляет 94 доллара 25 центов. Скамейки заполнены, вдоль изгородей стоит народ, автостоянка забита. У Малой Лиги есть одно общее почти с любым американским спортивным или зрелищным предприятием: ничто так не способствует успеху, как успех.
   Поначалу дела оборачиваются для Бангора неплохо: команда ведет к концу третьего иннинга 7:3, и тут все идет насмарку. В четвертом иннинге Хэмпден записывает на свой счет шесть очков, почти все честно заработанные. Бангор-Вест не прогибается, как было в Хэмпдене после травмы Мэтта Кинни. Ребята не вешают носа, как сказал Нейл Уотермен. Но когда они выходят отбивать во второй половине шестого иннинга, противник опережает их на два очка: 14:12. Вылет из первенства кажется близким и реальным. Имп на своем обычном месте, но Бангор-Вест все еще в трех аутах от конца сезона.

   Среди ребят, которым после поражения 9:2 в Хэмпдене не приходилось напоминать держать голову выше, Райан Иарробино. Он в этой игре сделал три бола при двух страйках, сыграл хорошо, и ушел с поля, зная, что хорошо сыграл. Парень он высокий, спокойный, широкоплечий, с копной темно-каштановых волос. Один из двух прирожденных спортсменов команды Бангор-Вест, а второй – Мэтт Кинни. Они физически почти противоположны – Кинни тощий и подчеркнуто низкорослый, а Иарробино высокий и мускулистый, но у них есть общее качество, в этом возрасте редкое: каждый из них доверяет своему телу. Остальные игроки, как угодно одаренные, относятся к своим ногам и рукам как к шпионам и потенциальным предателям.
   Иарробино – из тех ребят, которые кажутся как-то более уместны, когда одеты для состязания. Он один из немногих игроков обеих команд, которые, когда натянут шлем бэттера, не напоминают увальней, напяливших мамину кастрюлю. Когда Мэтт Кинни стоит на горке и бросает мяч, он смотрится точно на своем месте. А когда Райан Иарробино входит в правый квадрат бэттера и на миг вытягивает конец биты в сторону питчера перед тем, как принять стойку с битой у правого плеча, он тоже кажется таким, каким и должен быть. Вид у него правильный еще до того, как он соберется для первой подачи: можно провести точную прямую через его плечо, бедро и лодыжку. Мэтт Кинни создан, чтобы бросать бейсбольный мяч. Райан Иарробино создан, чтобы его отбивать.

   Последний звонок Бангор-Весту. Джефф Карсон, чей хоумран в четвертом иннинге переломил игру и который раньше заменил Майка Уэнтворта на горке, теперь заменен Майком Тардифом. Первым против него выходит Оуэн Кинг. Кинг делает три бола и получает два страйка (промахнувшись к ограде на подаче в землю), потом делает еще один бол, зарабатывая проход. Роджер Фишер идет за ним к плите, заменяя постоянно компанейского Фреда Мура. Роджер – небольшого роста мальчик с индейскими темными глазами и волосами. Кажется, его ничего не стоит выбить в аут, но впечатление обманчиво: Роджер играет хорошо. Однако сегодня его противник сильнее. Его выбивают тремя страйками.
   В поле игроки Хэмпдена зашевелились и стали переглядываться. Они близки к цели, и они это знают. Автостоянка слишком далеко, чтобы могли сказаться Клаксоны Хэмпдена, болельщикам приходится ограничиваться простыми криками ободрения. Две женщины в сиреневых бейсболках Хэмпдена стоят за дагаутом и радостно обнимаются. Еще несколько фэнов похожи на бегунов, ждущих выстрела стартового пистолета – ясно, что они собираются броситься на поле в тот момент, когда их мальчики выбьют Бангор-Вест ко всем чертям.
   Джо Уилкокс, который кэтчером быть не хотел, но все же на эту работу попал, однобазовый сингль к середине и в поле левого центра. Кинг останавливается на второй. Выходит Артур Дорр, правый филдер Бангора, одетый в саму старую в мире пару кедов, который за весь день хита не сделал. На этот раз у него получается, но точно на шорт-стопа Хэмпдена, которому едва пришлось шевельнуться. Шорт-стоп резко кидает мяч на вторую, надеясь поймать Кинга вне мешка, но удача кончилась. Все же два аута есть.
   Фэны Хэмпдена продолжают подбадривать игроков. Женщины за дагаутом подпрыгивают от радости. Где-то еще трубят Клаксоны Хэмпдена, но чуть рановато, и это ясно любому, кто посмотрит на лицо Майка Тардифа, утирающего со лба пот и заправляющего мяч в перчатку.
   В правый квадрат бэттера входит Райан Иарробино. У него быстрый и почти от природы совершенный свинг, и даже Рон Сент-Пьер ему мало за него выговаривает.
   Первую подачу Тардифа Райан отбивает этим свингом, самым сильным за день – и с винтовочным треском мяч влетает в перчатку Кайла Кинга. Тардиф нарочно дает подачу мимо. Кинг возвращает мяч, Тардиф задумчиво сосредоточивается и подает низко быстрый. Райан провожает мяч взглядом, и судья объявляет второй страйк. Мяч задел внешний угол? Может, и нет, но судья сказал, что так и было, а значит, вопрос закрыт.
   Теперь болельщики обеих сторон затихли, да и тренеры тоже. Их просто нет. Остались только Тардиф и Иарробино, балансирующие на краю последнего страйка последнего аута последней игры двух команд. Сорок шесть футов между этими лицами. Только Иарробино смотрит не на лицо Тардифа. Он видит только его перчатку, и я будто слышу, как Сент-Пьер говорит Фреду: «Тебе надо только смотреть, как я подам – сбоку, в три четверти или сверху».
   Иарробино ждет – он должен увидеть, как подаст Тардиф. Тот становится в позицию, и становится слышен далекий топоток теннисных туфель где-то на корте, но здесь – только тишина и резкие черные тени игроков на земле, как силуэты, вырезанные из черного картона, и Иарробино смотрит, как подаст Тардиф.
   Тардиф подает сверху. И вдруг Иарробино весь в движении, колени и левое плечо идут чуть вниз, полосой мелькает в лучах солнца алюминий биты. Удар воловьей шкуры по алюминию – дзинь! – как ложкой по жестяной кружке, только сейчас этот звук другой. Совсем другой. Не «дзинь», а «хрусть», и мяч высоко в небе, уходит к левому полю – дальний отбив, уже явно уходящий высоко, широко и красиво в воздух летнего дня. Мяч потом найдут на стоянке под машиной футах в двухстах семидесяти пяти от плиты дома.
   На лице двенадцатилетнего Майка Тардифа – оглушенное, громом пораженное неверие. Он заглядывает в перчатку, будто надеясь увидеть там мяч, надеясь, что выстрел Иарробино из трагического положения – два страйка при двух аутах – это просто приснившийся кошмар. Женщины за бэкстопом переглядываются в полном недоумении. И полная тишина перед тем мигом, когда орут уже все, когда игроки Бангор-Веста выбегают из дагаута к дому, поджидая бегущего Райана Иарробино, и наваливаются на него с объятиями толпой, когда он прибегает, и только двое сейчас знают, что это действительно случилось. Один из них – сам Райан. И когда он проходит первую, вскидывает руки к плечам в коротком, но выразительном жесте торжества. И когда Оуэн Кинг пересекает плиту в первом из трех ранов, заканчивающих для Хэмпдена этот сезон, понимает и Майк Тардиф. И в последний раз в Малой Лиге стоя на позиции питчера, он разражается рыданиями.

   – Надо помнить, им только двенадцать, – говорит время от времени один из тренеров, и каждый раз слушатель понимает, что он – Мэнсфилд, Уотермен или Сент-Пьер – напоминает об этом себе самому.
   – Когда вы на поле, мы вас будем любить и вы друг друга тоже, – не устает повторять ребятам Уотермен, и теперь, когда чуть не пробил двенадцатый час в игре с Хэмпденом, после победы 15:14, никто уже не смеется. Но он говорит дальше: – Но с этой минуты я буду вас гонять – и сильно. Во время игры вы от меня увидите только одну любовь, что бы ни случилось. Но дома, на тренировках, вы узнаете, как я умею орать. Кто будет партачить – сядет на скамейку. Расслабуха кончилась, парни – все на берег. Начинается работа.
   Через несколько дней на тренировке Уотермен дает пушечный отбив направо. По дороге мяч чуть не отрывает нос Артуру Дорру. Артур проверял, застегнута ли у него ширинка, или шнурки на кедах рассматривал, или черт его знает, что еще там делал.
   – Артур! – орет Нейл Уотермен, и Артур сильнее вздрагивает от его рыка, чем от близкого пролета мяча. – Быстро сюда! На скамейку! Ну!
   – Да я… – начинает Артур.
   – Быстро сюда! – рявкает Нейл. – Ты не играешь!
   Артур хмуро трусит к скамейке, понурив голову, и на его место выходит Дж. Дж. Фиддлер. Еще через несколько дней Ник Траскос упускает шанс выбить, когда ему не удается сделать слабый отбив двух подач в пяти попытках или вроде этого. И сам направляется к скамейке с пылающими щеками.
   Мачиас, победитель объединенного первенства графств Арустук и Вашингтон, следующий на очереди – два выигрыша в трех играх, и победитель станет чемпионом Третьего округа. Первая игра должна быть на поле Бангора за кокакольной фабрикой, вторая – на поле Боба Била в Мачиасе. Последняя игра, если в ней будет необходимость, будет играться на нейтральном поле где-нибудь между двумя городами.

   Как и обещал Нейл Уотермен, как только сыграли национальный гимн и началась первая игра, тренерский состав становится весь – одно сплошное ободрение.
   – Все путем, ничего страшного! – кричит Дейв Мэнсфилд, когда Артур Дорр плохо рассчитывает прием длинного удара, и мяч падает у него за спиной. – Делай аут, делай! Брюхом играй! Только давай делаем аут!
   Вроде бы никто точно не знает, что значит «играть брюхом», но, раз так выигрываются игры, никто не возражает.
   В третьей игре не возникает необходимости. Бангор-Вест сильно выполняет подачи рукой Мэтта Кинни в первой и выигрывает 17:5. Вторую игру оказывается несколько труднее выиграть, но только потому что погода не благоприятствует: при первой попытке разражается затопляющий летний ливень, и Бангор-Весту приходится еще раз ехать 168 миль туда и обратно в Мачиас, чтобы выиграть дивизион. Наконец игра происходит, двадцать девятого июля. Семья Майка Пелки утаскивает питчера номер два Бангор-Веста в Дисней-Уорлд в Орландо, и уже трех игроков не хватает в команде, но вступает Оуэн Кинг и подает пять иннингов, страйками выбивая восьмерых, пока не устает и не уступает в шестом иннинге место Майку Арнольду. Бангор-Вест выигрывает и становится чемпионом Малой Лиги по Третьему округу.
Чтение онлайн



1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 [21] 22 23 24 25 26

Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация