А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Ложный след. Шпионская сага. Книга 2" (страница 16)

   Глава 15

   Тель-Авив
   Явочная квартира Моссада
   20 января 2005 г., 21:00

   Рафи встретил меня как обычно: радушно предложил коньячку и, попыхивая любимой сигарой, принялся расспрашивать. Я изложил ему суть задания, полученного от ордена Хранителей, и попросил помощи. Рафи ответил неожиданно резким отказом.
   – Да и вообще, – спросил он, – почему тебя используют в стандартных ситуациях?
   Мне пришлось до неприличия упрямо настаивать на своем. Я объяснил, что никак не могу отказать Гансу фон Альвенслебену. И Рафи, видимо, устав от моей настойчивости, предложил мне встретиться с его сотрудником. Одед, специалист по электронной войне, мог проконсультировать меня профессионально и исчерпывающе.
   – Хочешь, поговори с ним, – сказал Рафи на прощание. – Но лично я не вижу в этом никакого смысла. Все это уже много раз проверялось, и «электронной куклы» в Афганистане быть не может.
   С Одедом я встретился на следующий день. Высокий голубоглазый блондин с пухлыми щеками. «Румяный русский бублик, – подумал я. – Такого если в гости пригласить, то можно и не кормить: и так хорошо выглядит».
   – Одед, – обратился я к инструктору, – расскажи, пожалуйста, еще раз о принципе работы прибора-перехватчика.
   – Подробно?
   – Да, конечно…
   – Я думал, ты разобрался с первого раза, ведь на вид ты умный, – ответил Одед с улыбкой. – Мы говорим об одном из методов систем связи, а ты в этом хорошо разбираешься. Я был уверен, что ты все давно понял.
   – Понял, но мне очень важно сверить свои представления с образцовыми.
   – С образцовыми, говоришь? – Одед опять едва заметно улыбнулся. – Можно и без эпитетов. Ну ладно, только слушай внимательно, повторять не буду. «Кукла», вернее, ее радиопередатчик, изготовлена на базе новейших нанотехнологий и может работать на невероятном спектре частот. Эти технологии разработали специалисты Калифорнийского университета Берк и Рутенглен. Несмотря на чрезвычайную технологическую сложность в исполнении и крайне сложную конструкцию, суть прибора очень проста: это приемник-передатчик, возможности которого в перехвате связи противника необычайно велики. Обладая малыми габаритами, он отличается несколькими серьезными параметрами, среди которых особо высокая чувствительность антенн, широчайший диапазон принимаемых радиочастот, способность мгновенного определения типа связи и очень высокая эффективность в «извлечении» сигнала из «грязи» радиошумов. Перехваченный сигнал – чаще всего разрозненные обрывки – прибор восстанавливает в единое целое и передает на главный компьютер центра управления радиопомехами. В центре содержание сообщения расшифровывается и принимается оперативное решение по его дальнейшему использованию. Главный компьютер – это последнее, что есть на сегодняшнем рынке. Фактически это искусственный интеллект, над созданием которого работали в Массачусетском технологическом институте.
   Если речь идет о текущем сборе информации или подавлении связи противника, то роль прибора на этом исчерпывается: в первом случае информация поступает в соответствующие накопители, во втором – на радиопередатчики, генерирующие шумы, которые забивают соответствующий канал связи. Иначе дело обстоит, когда готовится запуск ответного фальшсигнала.
   Я несколько оживился.
   – Судя по твоей реакции, тебя интересует именно это?
   – Да-да, продолжай, пожалуйста…
   – Раз ты взял на себя труд вспомнить рабочий термин, попрошу тебя еще раз напрячься и вспомнить теоретическое определение. «Электронная кукла» представляет собой целевое средство нарушения связи противника, способное формировать ложный ответ, подставляемый вместо истинного, ожидаемого на какой-либо запрос ответного сигнала. Цель воздействия заключается в дезорганизации противоборствующей стороны. Применяется в основном в авиации, отчасти также в артиллерии и танковых войсках. – Одед говорил как курсант военной школы, но это, судя по всему, его волновало мало.
   – Давай-ка вначале расскажу про искусственный интеллект, ведь в этой «кукле» заключены все его элементы. У людей интеллект как таковой – это свойство материи, появляющееся на определенном этапе ее развития. У материи есть другие свойства, более понятные: масса, сложность организации, частички, из которых она состоит, их взаимодействие. Интеллект же естественный или искусственный – это способность к самоуправляемым процессам познания окружающей среды, адаптация к ней и использование ее в собственных целях. Интеллект может быть творческим или генетическим. Генетический интеллект – это способность к процессам познания, но он управляется заложенными в нас генами, прошедшими этапы эволюции. Творческий же интеллект – способность к познанию и адаптации без заданной программы. Искусственный интеллект проходит ту же эволюцию усложнения, что и естественные системы. Когда-то генетический интеллект был заинтересован в короткой жизни индивидуума и быстрой смене поколений для ускорения адаптации к окружающей среде. Затем, когда появился творческий интеллект, он уже нуждался в индивидууме с более продолжительной жизнью, ведь для творчества нужен опыт, а это требует времени. Вот тебе и объяснение увеличения продолжительности жизни на Земле.
   Для искусственного же интеллекта все рамки развития и адаптации устанавливает его создатель – человек, и делает он это в соответствии со своими потребностями. Но тут появляется одно «но»: такая система очень быстро становится самовоспроизводящейся и может менять рамки, заданные ей создателем, продолжая развиваться уже в своих целях. В этом заключается одна из серьезнейших опасностей таких разработок. Такие постбиологические существа, обладающие творческим интеллектом, и сильны, и опасны. Их новые цели зависят от эволюции окружающей среды. Меняется среда, а с нею меняются и цели «куклы»: она просто приспосабливается. И никакой контроль не поможет…
   Одед помолчал, затем продолжил:
   – А механизм эволюции природы – это не только случайные изменения и естественный отбор. Эти факторы необходимы, но недостаточны для обеспечения происходящего изменения. Эволюция природы часто шла скачками, причем только посредством механизма творческого интеллекта, который делает возможным самоускоряющееся развитие и познание. Искусственный интеллект обязан пройти все эти этапы.
   В технике вероятно множество различных видов реализации творческого интеллекта. Но всегда следует понимать тексты программы и их сложность: количество элементов в ходе эволюции увеличивается, хотя сами элементы остаются однородными. В общем, больше не буду загружать тебя подробностями, а то голова заболит, не про нас будет сказано! – Одед лукаво подмигнул мне. – Думаю, что в общих чертах для твоих целей ты уже понял достаточно. Главное – надеюсь, ты теперь не сомневаешься, что искусственный интеллект уже используется.
   А если говорить о практическом применении такой схемы… – Одед взял карандаш и быстро набросал элементарную схему. – В формулировке есть все необходимое для демонстрации. Предположим, наш прибор перехватил обрывки какого-то ожидаемого сообщения, чаще всего это бывает запрос на команду, в доли секунды соединил их в удобоваримый сигнал и переправил на дешифровку в компьютер центра управления радиопомехами. Компьютер определяет совпадение перехваченного сообщения с ожидаемым нами запросом и, удостоверившись в таковом, дает две команды. Первая – на подавление радиопередатчика отвечающей, то есть дающей санкцию на выполнение, стороны противника. Для чего?
   – Чтобы блокировать возможность противника вовремя выслать ожидаемый на запрос ответ, – ответил я, ни секунды не раздумывая.
   – Верно… Вторая команда, – теперь Одед, не дожидаясь моей реакции, ответил сам, – подтверждение нашему прибору, который моментально переходит с радиоприема на режим передачи этой самой «электронной куклы». Очень милое, кстати, название с никак не милыми, между прочим, последствиями.
   – Как формируется командный сигнал, то есть сама «кукла»?
   – Фальшивка готовится заранее: в принципе известно, что ты хочешь направить в сторону запрашивающего противника. Если же произошло случайное вклинивание, незапрограммированное попадание в какой-либо важный сеанс связи и ты решаешь воспользоваться моментом, то в силу отсутствия заготовленной «куклы» реализация выглядит несколько сложнее. Хотя и такое возможно…
   – Ты говорил, что прибором-перехватчиком самого высокого уровня владеют только американцы и израильтяне, так?
   – Совершенно верно. Что-то подобное есть и у русских, но согласно нашим данным они отстают на несколько лет.
   – Значит, третьего образца не существует?
   – В будущем, конечно, появится, но пока нет.
   Внимательно слушая Одеда, я мысленно представлял действие прибора в ходе операции, закончившейся столкновением вертолетов. Похоже, в главном я убедился: сценарий трагических событий точно демонстрирует действие описываемого прибора. Еще со времен подготовки на курсах Моссада я хорошо помнил один из важнейших постулатов в построении принимаемых к отработке версий: если речь идет о возможном использовании сложного технического средства, необходимо в первую очередь тщательным образом сопоставить сценарий анализируемой ситуации с алгоритмом действия предположительно задействованного аппарата. Если подобное наложение дает совпадение более семидесяти пяти процентов, то вероятность применения соответствующего устройства настолько высока, что все прочие версии автоматически становятся второстепенными. Уверенность в существовании третьего образца может многое изменить, и прежде всего концепцию поиска: чтобы обнаружить источник технического обеспечения в «зонтике» Мухаммеда, совсем не обязательно кидаться в объятия к головорезам, которые при первом же неосторожном шаге зажарят тебя живьем. Круг возможных обладателей техники такого уровня очень узок, поэтому гораздо разумнее не проводить задуманную разведку боем, а сконцентрировать усилия на широком и тщательном отборе информации. Сторонник активных действий, скорее всего, выдвинет контраргумент – время: предлагаемым путем можно прийти к результату в неопределенном будущем, а на верхних этажах ТСХ наверняка торопят. И все же…
   В общем, было о чем поразмыслить. Узнав все, что мне было нужно, я от души поблагодарил Одеда и распрощался с ним. В жизни я много раз убеждался в том, что внешность бывает весьма обманчива. Например, медлительный, добродушный Рафи обладал чрезвычайно острым аналитическим умом и умел принимать серьезнейшие решения в считаные секунды. Так и Одед: более всего походивший на рекламного пекаря или повара, он мало того что легко оперировал немыслимым объемом технических знаний, так еще и умел объяснять сложнейшие вещи, что называется, «на пальцах». Вот и верь физиогномистам с их теориями!
* * *
   Как ни странно, с Рафи мне сразу повидаться не удалось: он не проявил ни малейшей заинтересованности во встрече со мной. Возможно, в этом есть своя закономерность: ведь он догадывается, что подготовка к заданию, о котором он знал, в прошедшие две недели закончиться не могла, а тратить драгоценное время на сопереживания своим подчиненных он себе, надо полагать, позволить не в силах. Тогда я пошел на крайность и использовал код срочной необходимости – шаг, заранее гарантирующий недовольство шефа.
   – Что случилось? – На одутловатом лице Рафи читалось сдержанное нетерпение.
   Я изложил свои соображения.
   – Есть что-нибудь еще? – Как и следовало ожидать, его тон не обещал лояльности по отношению к проявленной инициативе.
   – Нет, это, собственно, и есть цель встречи…
   – Я так и знал! – Рафи нахмурился. Сделав внушительную паузу, он продолжил: – Ты не успел даже как следует вникнуть в суть дела, а уже собираешься ни много ни мало – менять концепцию!
   – Да, но…
   – Я еще не закончил! – Оказывается, и этот, всегда спокойный, флегматичный на вид человек умеет повышать голос. – То, что тебе кажется важнейшим открытием, мы давно уже прошли: подобная версия разрабатывалась первой, но единогласно была отвергнута всеми ведущими специалистами.
   – Но почему? – недоумевал я.
   – Да потому, что подобной штуковиной сегодня владеют всего две армии в мире: американская и израильская. Технология, на основе которой она сделана, охраняется с такой же серьезностью, как, скажем, важнейшие стратегические запасы! В подтверждение скажу тебе еще кое-что, хотя, в общем-то, говорить этого не следует… Если бы технологию смогли выкрасть или каким-то другим образом добраться до источника, во что я в принципе не верю, то наши связи с американцами оказались бы оголенными! Уж такие-то не могут ускользнуть от нашего внимания, наверняка как-нибудь да проявились бы…
   – И все-таки я предполагаю, что вполне может существовать третий экземпляр прибора. Точнее, я даже убежден в этом. Ведь существует координация действий между центром DЕA в Вашингтоне со штаб-квартирой в Буэнос-Айресе. Работа идет в Вашингтоне, а на местах согласуется со штабом в Буэнос-Айресе. Кроме того, все их действия связаны со штаб-квартирой ФБР в Вашингтоне. Это три линии связи. Две операции проваливаются одна за другой, причем именно в тех случаях, когда идет охота за одним и тем же лицом. Куда уж больше совпадений?
   – Ты не обязан напоминать мне известные факты!
   – Вывод напрашивается сам собой: или американцы сработали сами против себя – у них это бывает, или…
   – Исключено.
   – …или существует третий вариант подобной хреновины!
   Я понимал, что мои слова звучат вызывающе, и Рафи просто остолбенел, услышав их.
   «Он шокирован, – подумал я. – Очень хорошо. Пусть подумает!»
   Похоже, моя настойчивость все же возымела действие. Судя по всему, вначале Рафи решил, как говорится, опустить меня на землю, раз я вызвал у него такое сильное раздражение. Но сейчас бывший глава Моссада погрузился в задумчивость. В принципе, я неоригинален, но в самом начале этой набившей оскомину истории практически все, кто так или иначе был причастен к делу, на корню отвергли подобное моему предположение. А вдруг за этим что-то стоит? Не слишком ли рано специалисты сделали выводы?
   – Давай немного подумаем!
   Слова Рафи звучали вполне примирительно, но я продолжал, словно не слыша его:
   – У меня такое ощущение, что это типичный случай эмоционального перехлеста: вы не можете позволить себе допустить, что израильтян, вездесущих и признанных знатоков своего дела, кто-то догнал. Да и американцы страдают этой болезнью – гордыней. А гордыня – вещь страшная, ведь она означает ощущение собственного превосходства над другими. Прежде всего это непонимание своего истинного места во Вселенной, своего предназначения в этой жизни. У человека, одержимого такими мыслями, большая часть энергии уходит на прямое или косвенное доказательство своей правоты, на борьбу с окружающими. К тому же гордыня – это не только высокомерное отношение к окружающему миру. Она порождает агрессию, причем не только внешнюю, но и внутреннюю, направленную на того, кто это чувство испытывает. Вот и получается: американцы решили, что весь мир станет жить по их законам, а израильтяне, хотя они и поскромнее, но тоже много чего о себе возомнили. А окружающие не хотят слушать, что вы им там говорите. У них свои законы, понятия, привычки и культура.
   Все это я выпалил залпом, мне было необходимо заставить босса думать по-другому, и никакого другого способа, кроме нахального непочтительного давления, я не нашел.
   Рафи явно не ожидал услышать подобные речи.
   – Если бы у меня было право советовать, то я на данном этапе высказался бы против каких-либо серьезных шагов.
   Я чувствовал, что увлекся, но остановиться уже не мог.
   – Будет лучше, если ты вовремя вспомнишь, что у тебя такого права нет, и тем более нет права решать, что и как делать.
   Рафи не на шутку рассердился, раздражение буквально исказило его лицо. Но это и было моей целью.
   – Да нет, конечно, я все понимаю… – Замечание босса не произвело на меня никакого впечатления, но притормозить все же пришлось. – Просто как всякий свежий в данной ситуации человек я сразу понял, что мы крутимся вокруг собственного хвоста.
   – Хорошо, забудем на время о наших недоразумениях.
   Рафи явно не хотелось идти на конфликт.
   – Пока продолжай заниматься изучением необходимого для выполнения задания материала, а я в оперативном порядке организую повторную проверку всех теоретических возможностей утечки информации или копирования существующих образцов.
   Это уже прозвучало достаточно спокойно, во всяком случае, без раздражения. Что ж, я добился своего. По его реакции я понял, что вся история теперь всплыла перед ним совсем в ином свете.
* * *
   Нетерпение, спровоцированное Леоном, подтолкнуло Рафи на встречу с американским коллегой адмиралом Кеем: ведь если технология ушла на сторону, то только из Штатов. Ситуацию в Израиле Рафи знал досконально – здесь все было под контролем и утечки быть не могло.
   Неожиданные визиты друг к другу в последние годы превратились у Рафи с Кеем в своеобразную игру. Кроме того, именно Кей стал причиной того, что после успешно выполненного по его просьбе задания по раскрытию утечки информации из ЦРУ Рафи вернули на службу. Премьер-министр Израиля по просьбе президента США попросил его поработать еще год и «залатать оставшиеся дырки» в системе безопасности ЦРУ. Теперь агентов «Гальбы» вылавливали одного за другим; они и не понимали, откуда на их головы сваливались проколы и неудачи. Потихоньку год перерос в два, и конца, похоже, пока видно не было. Опыт работы с Рафи настолько пришелся по душе Кею и его боссам, что они решили с помощью Моссада раскрыть еще несколько подозреваемых «кротов» и в других секретных службах (что Рафи в данный момент и делал, причем довольно успешно).
   Вот и сегодня восторг от приятного сюрприза, непременно изображаемый хозяином, принимающим дорогого гостя, стал темой спектакля: кто лучше сыграет свою партию, тот до следующей встречи будет чувствовать себя победителем.
Чтение онлайн



1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 [16] 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27

Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация