А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Дым небес" (страница 2)

   Ничего поэмнее не придумала?

   Найдя, наконец, свою мобилочку, Эмма тут же прикладывает её к уху.
   – Эм? – слышится в трубке вкрадчивый голос Алёши.
   – Что? – весело отвечает она.
   – Ты где?
   – Угадай, – улыбается она.
   Её коронная улыбка расползается до ямочек на щеках.
   – Снова сосёшь свою соску?
   – С чего ты взял? – мгновенно слетает её улыбка.
   – Я вижу, ты не можешь без этого.
   – Ты видишь, что я курю?
   На всякий случай, она щелчком выстреливает окурок вниз.
   – Вижу.
   Из-за угла бойлерной, держа трубку возле уха, выходит Злой.
   – Я тебя предупреждал? – с укором произносит он.
   – Предупреждал…
   – Я тебе говорил, что если ещё раз увижу тебя с сигаретой…
   – Говорил.
   Несмотря на всю трагичность ситуации, Эмма усмехается. Её смешит то, что они разговаривают по телефону на виду друг у друга.
   – Теперь можешь курить, сколько захочешь! – зло доносится из трубки.
   – Ладно, Эмма, я пошла, – говорит ей подружка, не желая присутствовать при разборках.
   Вытащив швабру, она выходит из кабинета.
   У Эммы темнеет в глазах. Когда она их открывает, в глазах её стоят слёзы. Эмма коротко всхлипывает носом, и слёзы, не удержавшись, стекают по её щекам.
   – Значит, всё? – шепчет она в трубку.
   – Всё, – отрезает он. – У тебя был выбор: или я или Давидов.
   – Я не могу бросить вас обоих, – пытается она улыбнуться.
   – Ты выбрала его, – настаивает Злой.
   – Блин, короче, чего ты хочешь? – всхлипывает она.
   – Я не хочу тебя больше видеть! – бросает он ей в ответ.
   Прекратив разговор по телефону, Злой суёт его в карман и, не глядя больше на неё, проходит мимо под окнами. Он обожает вот так демонстративно ставить точку.
   – Ну и ладно, ну и пожалуйста, – обижается она, произнося свою любимую фразу.
   Эмма – девушка импульсивная и непредсказуемая. Она всегда действует под влиянием момента, никогда не задумываясь о последствиях. Она поднимается и кричит ему вслед, выглядывая из окна:
   – Тогда ты видишь меня, короче…в последний раз!
   Обернувшись, Злой замечает, что Эмма стоит на подоконнике и, держась за раму, готовится прыгнуть вниз. Длинные волосы, свесившись, полностью скрывают её лицо.
   – Обалдела? – шепчет Злой, стискивая губы и заводя глаза кверху. И тут же кричит ей, – Эм, ты чё?
   – Ничё! – обиженно отвечает она, хмыкая носом.
   – Совсем уже? – крутит он пальцем у виска.
   – Ага!
   – Ничего поэмнее не придумала?
   – Неа.
   – Жизнь наскучила?
   – Как видишь.
   – Не можешь бросить курить – проще броситься самой?
   – Ты угадал, – отвечает она с надеждой, что Злой, как всегда, бросится её спасать.
   Но надежда гаснет очень быстро.
   – Ну и правильно, – стебётся он над ней.
   Эмма наклоняется вперёд, выставляя ногу. Ещё секунда, и она сделает это.
   – Дура! Ты же себе только ноги переломаешь! С крыши надо!
   Эмма в ответ пожимает плечами и прыгает с подоконника на пол.
   – С крыши, так с крыши, – легко соглашается она.

   Я тебя забанил

   …В последнее время с Эммой творится что-то непонятное. Она стала очень нервной и подверженной частой смене настроения: то вдруг засмеётся, как ненормальная, то вдруг ни с того ни с сего заплачет.
   В неё будто вселилась какая-то сущность, которая и заставляет её совершать безрассудные поступки. Иногда Эмма ощущает себя ангелом, иногда – бесом. Всё бы ничего, но порой эта сущность нашёптывает ей, что от беса неплохо бы избавиться. И ничего страшного не случится. Ведь твой ангел-хранитель всё равно останется с тобой.
   Выйдя из пустого кабинета, Эмма выбирает в меню мобилки любимую песню, втыкает в уши наушники и включает воспроизведение. В такт первым аккордам она начинает подмахивать головой, бессмысленно глядя перед собой.
   Ему важнее не я, а то, что от меня воняет табаком, думает она. Значит, он меня нисколечки не любит! Не захотел, чёрт лысый, чтобы я прыгала со второго этажа. Конечно! Зачем ему калека? Это ж придётся возить меня на кресле-каталке и подавать мне костыли, как в клипе Леди Гаги.
   Эмма представляет себя в этом кресле-каталке, и ей вдруг становится жалко себя. Он хочет твоей смерти, – предупреждает её ангел-хранитель. Ну, раз хочет… – подсказывает ей бес. Эмма выходит на лестничную площадку и поднимается на третий этаж.
   Злой знает, что в школе на крышу в принципе попасть невозможно. Все двери, ведущие туда, всегда закрыты на висячий замок. Но мало ли, что ещё может прийти сейчас в голову Эмме? Поэтому он, огибая флигель, спешит к главному входу, бегом несётся по коридору и буквально взлетает на третий этаж.
   Можно представить его изумление, когда он видит, что решётчатая дверь на крышу широко раскрыта, а рядом на ступеньке лежит открытый висячий замок.
   Взбежав по узкой лестнице, он открывает глухую металлическую дверь и оказывается на плоской, покрытой просмоленной толью, крыше. Эммы нигде не видно. Лишь в дальнем левом крыле он видит склонившегося над телевизионной антенной учителя физики.
   Справа открывается вид на Сапёрную слободку, слева – на Девичью гору. Отсюда гора выглядит не самым лучшим образом. Пейзаж портят две дальние трубы ТЭЦ и пять радиовышек напротив, издалека предупреждающие о себе красными и белыми полосами.
   Алексей заглядывает за правый угол лестничной надстройки и замечает там Готику – известную всей школе гимназистку, прозванную так за свою приверженность к готическому стилю. А известна она, прежде всего, тем, что ни с кем не дружит. Одетая явно не по погоде, та стоит в длиннополом пальто, прислонившись спиной к бетонной плите, и задумчиво смотрит перед собой.
   Об этой гимназистке постоянно судачат на переменках и распускают самые невероятные слухи. Якобы каждый день Готика ходит на кладбище, что нет ни одного кладбища, на котором бы она не была, что у неё острые клыки, как у вампира, и этими клыками она прокусывает себе вены, а потом сама у себя пьёт кровь.
   Вся в чёрном, начиная от ботинок с высокой шнуровкой и заканчивая длинными курчавыми волосами, Мария Чернавская словно излучает вокруг себя мрачную и таинственную ауру. Глаза у неё, под стать фамилии, также чёрного цвета, и в них лучше не заглядывать.
   Брови, предварительно выщипанные, нарисованы чёрным карандашом. Губы накрашены блэк-помадой, а лицо явно натёрто мелом, отчего она выглядит бледной, как покойница.
   Злой проходит мимо неё с таким видом, будто её здесь нет.
   Она также делает вид, что его в упор не видит.
   Обогнув надстройку, Алексей замечает за углом Эмму, стоящую спиной к нему у самого края крыши, возле невысокого, чисто символического бортика.
   – Эм! – зовёт он.
   Она не оборачивается.
   Подбежав ближе, он слышит её голос, словно она что-то бормочет:
   – Давай, до свиданья… да, я ненормальная…
   – Эм! – осторожно говорит он.
   Она не отзывается, продолжая что-то бормотать, будто не в себе:
   – Ты ничего не поймёшь…
   – Что я не пойму? – удивляется Алексей.
   Но она будто не слышит его.
   – На прощанье… я сделаю вот что! – исступлённо повторяет она, глядя перед собой. – И ты никогда не уйдёшь!
   – Эм, – мягко произносит он, в любой момент готовый схватить её за руку.
   Неожиданно она оглядывается.
   Обнаружив рядом Алёшу, она выдёргивает из ушей наушники, и он понимает, что она всего-навсего напевала слова песни. В её глазах он видит радость и облегчение, что он, наконец, появился и в очередной раз успел прибежать, чтобы спасти её. Но именно эта радость и вызывает в нём почему-то обратную реакцию.
   – Ну и что дальше? – зло спрашивает он. – Давай, давай, вперёд. Чего стоишь?
   – Ты этого хочешь? – изумлённо спрашивает она.
   – А мне пофигу! Хоть кури, хоть умри! Я тебя забанил!
   – Забанил? Ну тогда…
   Она пытается снять с безымянного пальца колечко, которое он ей недавно подарил. Но у неё не получается.
   – Ничего. Потом сам снимешь. Когда меня уже не будет.
   – Напугала. Отсюда всё равно не убьёшься. Уж лучше вон с Девичьей, – кивает он на Гору. – Ведь это так романтично: с обрыва прямо в речку Лыбедь вниз головой.
   – Хорошо. Я так и сделаю, – обещает Эмма.
   – Дура ты!
   Вовсе не это он хотел от неё услышать. Злой лезет руками в задние карманы джинсов, что-то нащупывает там, и, наконец, протягивает перед ней зажатые кулаки.
   – В таком случае, выбирай!
   – Что тебе ещё нужно?
   – Ты должна выбрать, – настаивает Злой.
   – Не хочу, – мотает она головой, – не буду.
   – В каком из них? – требует Злой.
   – В этом! – ударяет Эмма по левому кулаку.
   Злой раскрывает кулак и на ладони оказывается скомканный чёрный кулёк – тот, который обычно используют для мусора.
   – А причём тут кулёк?
   – А ни при чём! Ты выбрала. Теперь он твой, – протягивает он ей кулёк.
   Эмма берёт его в руки.
   – И чё мне с ним делать?
   – Как чё? Наденешь себе на голову – чтобы страшно не было.
   – Дурак, что ли?
   – А потом в этом мусорном мешке можешь смело прыгать в мусоропровод со своего этажа!
   – Ты полный урод. Я тебя ненавижу! – вся на нервном срыве орёт Эмма и бросает в него мобилку.
   Мобилка ударяется в бетонную стену лестничной надстройки и разлетается на части. Из-за стены неожиданно появляется Готика и вступается за Эмму.
   – Чего ты к ней пристал?
   – Я тебе мешаю? – огрызается Злой.
   – Да, мешаешь! – отзывается она.
   – Пошла, ты знаешь куда! – угрожает ей Злой.
   – Куда? – интересуется она.
   – К себе на кладбище, чёрное чмо!
   Слышно, как звенит звонок на четвёртый урок.
   Учитель физики уже направляется в их сторону.
   Слово «кладбище» Готика пропускает мимо ушей, а вот последнее выражение её задевает.
   – Что ты сказал?
   Она снимает с плеча чёрную сумку и, размахнувшись, пытается ударить его по голове.
   – Сам туда же послан!
   – Сдурела? – защищается он рукой, а потом сам замахивается на неё.
   – Попович! Алексей! – кричит ему издали учитель физики. – Я не понял! Ты как себя ведёшь? И вообще, что вы тут делаете? Ну-ка, живо все отсюда! Вы что, звонка не слышали?
   Злой спохватывается и смотрит на часы.
   – Ничего, я с тобой ещё разберусь, – мстительно обещает он Готике, и первым покидает крышу.

   Мара-Мария

   – Спасибо, – благодарит Эмма свою защитницу, засовывая чёрный пластиковый мешок для мусора в задний карман джинсов.
   – Не за что! Их надо ставить на место, иначе они сядут на голову, – советует ей Готика.
   – Я не могу, – мотает Эмма головой, – и ненавижу себя за это.
   Отвернув лицо и глядя с края крыши на землю, она добавляет:
   – И вообще, я хочу сейчас умереть.
   Готика с удивлением смотрит на Эмму. Ей хочется пожалеть её, но вместо этого она с едва заметной улыбкой иронически спрашивает:
   – По-настоящему?
   – Нет, – с вызовом отвечает Эмма, почувствовав в её вопросе издёвку, – понарошку!
   – Всё-всё, – гонит их учитель физики, – выходите. Я закрываю дверь.
   Они спускаются по лестнице.
   – А тебя как зовут? – спрашивает её Готика.
   – Эмма.
   – Как? – удивляется Готика.
   – Эм-ма, – раздельно произносит она. – Моя мать, как будто догадывалась, кем я впоследствии стану.
   – Понятно.
   – А тебя? – в свою очередь спрашивает Эмма.
   – Вообще-то Мария, но на самом деле я – Мара.
   – Мара? – удивляется Эмма.
   – Да, это у меня такой ник на готическом форуме.
   На лестничной клетке их пути расходятся.
   – У тебя здесь сейчас урок? – спрашивает Мара-Мария.
   – Здесь, – кивает Эмма.
   – Ну ладно тогда, пока.
   – Пока.
   Эмма выходит в коридор. Готика смотрит ей вслед.
   – Подожди! – окликает её Мара-Мария. – Вот, на, возьми, – достаёт она из сумки свою мобилку.
   – Ты чего? Зачем? – удивляется Эмма, возвращаясь. – Не надо!
   – Ты же свою разбила! А мне эта больше не нужна.
   – Да, ладно, ты чего? – отказывается Эмма, – как это не нужна?
   – Мне всё равно никто не звонит. И потом…мне самой некому звонить.
   – Не, ты чего, я не возьму.
   – Я всё равно собиралась её выкидывать!
   – Ну, ладно, тогда давай, – Эмма принимает мобилку и разглядывает её, – спасибо.
   – Не за что.
   – Такая классная…я даже не знаю.
   – Ну, вот и пользуйся! И хоть иногда … вспоминай меня при этом.
   Готика спускается по ступенькам вниз. Эмма возвращается в коридор третьего этажа. На урок ей идти не хочется. Она включает по пути телефон, просматривает меню и список контактов. В нём, действительно никого нет, даже родителей. Или, возможно, она все контакты удалила.
   Коридор опустел, в нём никого нет. Эмма подходит к окну и смотрит вниз. Она видит, как из парадного подъезда выходит на крыльцо Мария. Спустившись по ступенькам с крыльца, она выходит за ворота на улицу и, надев тёмные очки, сразу же сворачивает налево.
   Эмма неожиданно для самой себя бросается вниз по лестнице, выскакивает из школы и устремляется вслед за Готикой.
   Та ещё не успела уйти далеко.
   – Мария! – зовёт её Эмма.
   Готическая девушка продолжает идти, словно не слышит её. Она выглядит довольно странно для такого тёплого предмайского дня. Её чёрное длиннополое пальто, хотя и расстёгнуто нараспашку, но воротник поднят вверх, словно она зябнет от холода.
   – Мария! – громче зовёт Эмма, идя вслед за ней.
   Острые концы воротника, устремлённые вверх, словно шпили готического собора, лишний раз подчёркивают её стиль. На ногах – чёрные ботинки «стилы» с высокой шнуровкой. На боку болтается чёрная сумка, ремешок которой перекинут через плечо.
   – Мария!
   Но та не оборачивается, словно глухая, и продолжает идти своей демонстративной независимой походкой, не замечая никого и ничего вокруг.
   – Мара! – почти кричит Эмма, догоняя её.
   На своё готическое имя Мария, наконец, отзывается и оборачивается.
   – Что? – вынимает она из уха наушник, в котором гремит музыка.
   Чёрные очки и наушники мп3-плейера позволяют ей полностью отключаться от внешнего мира.
   – Ты что, не слышала, что я тебя зову?
   – Слышала.
   – Чего ж не оборачивалась.
   – Я думала, это не меня.
   Эмма пытается увидеть её глаза за тёмными стёклами и не может придумать ничего лучшего, чем спросить:
   – А ты сейчас куда идёшь?
   Невинный, на первый взгляд вопрос явно смущает готическую девушку. Замявшись, она снимает очки, а затем водружает их себе на волосы.
   – Да так, в одно место…
   – Домой?
   – Нет.
   В распахе пальто видна ажурная чёрная блузка с жабо и рюшами и узкие чёрные джинсы, перехваченные ремнём. На шее у Готики – шипованый ошейник, явно намекающий всем, что к ней лучше не обращаться с глупыми вопросами.
   – А можно я с тобой немного пройдусь?
   Готика удивлённо пожимает плечами.
   – Можно, если немного.
   Они идут рядом. Эмма не знает, о чём ещё спросить. Разговор как-то не клеится.
   – А что ты сейчас слушаешь?
   – Музыку.
   – А правда, что ты любишь ходить на кладбище? – спрашивает Эмма.
   – Правда.
   – И ты ходишь туда одна?
   – Одна. Пока ещё не нашлось желающих составить мне компанию. Особенно ночью.
   – Что, ты и ночью там бываешь?
   – А днём там неинтересно. Слишком много народа. Зато ночью такой кайф. Представь, светит луна. Повсюду кресты и звёзды. Запах сырой земли, ветер, завывающий в деревьях, листва, шуршащая под ногами. Единственное место, где можно спокойно подумать о смысле жизни и смерти.
   – А на какое кладбище ты ходишь?
   – В последнее время я обожаю бывать на Зверинецком. А так, я обошла уже почти все: и Байковое, и Берковцы и Лукьяновское…
   – Знаешь, если ты сейчас идёшь туда, я могла бы составить тебе компанию.
   – Спасибо, конечно…за компанию, – подчёркивает Мара и вновь вынимает наушник из уха. – Но сейчас я иду не туда.
   – А куда?
   Мара останавливается.
   – Тебе туда нельзя.
   – Да, ладно. Я чё, маленькая? – обижается Эмма.
   – Нет, – серьёзно отвечает Мара. – Но тебе туда нельзя.
   – Скажи хоть, куда?
   Мара молча качает головой: нет.
   Эмма смотрит на неё умоляющим взглядом.
   Мария внимательно смотрит на неё и неожиданно открывает ей свою тайну:
   – Я иду на Девичью.
   – Но туда же нельзя! – вырывается у Эммы.
   – Вот. А о чём я тебе только что говорила?
   – Ты ходишь на Девичью? – ошарашено переспрашивает Эмма.
   – Только никому об этом не говори, ладно?
   – Никому, клянусь. И тебе там не страшно?
   – Не-а.
   – Ну ты даёшь! А как же Дымный Бес?
   – А он мне пофигу.
   – Но там же девушки пропадают!
   – Как видишь, я до сих пор ещё не пропала. И потом…я давно уже никого и ничего не боюсь.
Чтение онлайн



1 [2] 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16

Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация