А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Дроздово поле, или Ваня Житный на войне" (страница 26)

   Глава 25
   Подвиг пернатых

   Тут птахи защебетали: какой, де, мир, вы в окошки поглядите, что на свете деется!..
   Поглядели – и вправду: «боинг» обложили, как матерущего волка. Госсекретарь злорадно ухмыльнулась, но тут мальчишок-с-локоток покрепче прижал ножик к ее горлу – и она перестала радоваться. А Златыгорка сказала: мол, лишившись крылышек Мадленка и сил самовильских лишилась ведь, знать, потому так любит эта американская вила военную силу, которая громоздится за ее плечами.
   Ваня Житный кивнул на кабину: а слабо тебе, Шишок, с американским самолетом управиться?.. Домовик сплюнул на пол, мол, какой слабо: ежели я с немецким управлялся, чего с этим-то не управиться, да только… Да только, де, нас ведь дитека дожидается, мало того, что все родные у нее погибли, так тут мы еще вовремя не воротимся… Коль улетим – так к сегодня-то никак уж не успеем до Сараева доковылять…
   Соловей пропел: дескать, и горлица ведь тоже ждет… Жаворлёночек заволновался: и кого это она ждет?! Но соловейко не ответил, а домовик сказал:
   – Надо искать другой выход!
   Тут Березай, помаргивая своими зелеными шарами, спросил, как человек, без всяких диспетчерских выкрутасов:
   – А где наш лаз?
   Домовик, быстро взглянув на него, принялся отмерять шаги и ткнул в пол: тута, де, а после пальцем круг очертил… Березай лег на пол и вгрызся в днище «боинга»… Бедный лешачонок: в обшивке самолета были дюралюминиевые слои, полимерная пленка – но ничего деревянного!
   Полесовый выгрыз ход по следу пальца домового, и тот осторожно поддел толстый круг с рваными краями, вынул и положил к ногам самовилы Олбрайт.
   А операция по освобождению госсекретаря уж началась: спецназовцы в черных масках пошли на приступ. Птахи крикнули своим: не торопитесь, де, – и первыми нырнули в прореху боинга-скворечника и на лету стали звать на помощь скучающих аэродромных воронов.
   Внимательно глядели рейнджеры вперед и по сторонам тоже, но нападение случилось, откуда не ждали – сверху: налетели черные хичкоковские птицы и выбили оружие из разномастных рук.
   А Шишок вместе с Мадлен Олбрайт, на шее которой по-прежнему сидел и болтал ножками вооруженный холодным оружием мальчишок-с-локоток, уж сиганул из рваной дыры на летное поле, сдвинул крышку канализационного люка в сторону – и вот один за другим сквозь землю стали проваливаться прыгающие из самолета калики.
   А на головы отважных рейндежеров совершила посадку еще одна эскадрилья вещих птиц и направила острие клювов в глаза, блестевшие в прорезях черных масок.
   Американская самовила фыркала через слово, бормоча: дескать, ну погодите, фак, мы из сербских косточек Вавилонскую башню возведем, фак, до самого неба! А не хватит сербских косточек – так, фак, славянских костей много: русские, например!
   Шишок, стараясь ее не слушать, подтолкнул в меченую спину: мол, беги, курва, покамесь я не передумал! Мальчишок соскользнул по бедру, по коленке рваного чулка – и вот уж стоит он со своим вострым ножичком на бетоне. А Олбрайт, придерживая на груди остатки драной одежды, выскочила из-под «боинга» и побежала по полю, крича: не стреляйте, де, я здесь, это я!.. А после: они, де, тут, скорей, скорей!
   Шишок с ручным помощником уже под ливнем пуль нырнул и в люк, домовик задвинул крышку и полез сквозь сыпавшуюся землю к «детям подземелья», те остановились в узком проходе, его дожидаючись, постень скомандовал: а ну, бегом, живо! Я, дескать, малость подзадержусь!
   Ваня Житный на ходу беспокойно оглядывался назад: послышался глухой взрыв, через время – еще один, после – третий! Росица Брегович говорила: мол, Шишок на прежних – или на новых – местах завалы устраивает, видать, вчера на барахолке не только крышку от канализационного люка да кольт приобрел, но и взрывчатку тоже! Ваня покосился на девочку: зачем объяснять то, что всем без нее ясно! Важно другое: ничего ли там с ним не случилось?!
   Добрались до гаража, но наружу не выходили – сидели в духоте, ждали.
   Вот буткнула дверь, и Шишок, очень похожий на того чертенка, который по наущению Балды под кобылку подлез, но в отличие от беса поднял ее и пронес, сколь надо, появился в темном помещении! Никто ни словечка не проронил, но все заулыбались, даже Березай показал все свои сорок два боингодробильных героических лешачьих зуба!
   И вот уж опять они в Добрыне, бегут в общежитие, где дожидается друзей Яна Божич, а с ней все три птицы. Соловей с жаворлёночком успели уж рассказать девочке с горлицей, где были да что делали. Яна надутая сидела: это что ж, дескать, – теперь у меня не будет таких крылушек, как у моей названой мамы?! Но Златыгорка утешила ее, как могла: ну, это мы еще посмотрим! Ты расти, дескать, давай, а остальное приложится…
   За город выбирались кто в кузове попутного грузовика, кто в его же кабине. На выезде из Сараева пробка образовалась: полиция проверяла документы и делала досмотр… Водитель ругался на чем свет стоит: мол, по сарафанному радио передали, что в аэропорту пытались пришить эту суку американскую, да неудачно. Но, дескать, говорят, нападавшим удалось скрыться, теперь, знать, ищут… А я-то, де, чем виноват – мне груз везти надо, а вот стой тут – жди!
   Дошла очередь и до них. Шишок, сидевший в кабине у окна, склонил голову в колени, намял свою рожу – и к полицейским обратил уже лицо Боснийского президента, дескать, ты, морда, что – у меня тоже будешь документы проверять и досмотр делать?! Очумевший полицейский отдал честь и без разговоров пропустил грузовик.
   Одно было плохо – из страны на своей машине водитель выезжать не собирался. Распрощались на росстанях горных дорог: грузовик покатил налево, калики пошагали направо.
   Несколько дней отсиживались в полупустой гостинице небольшого городка, узнавая из маленького навесного радиоприемничка последние новости. Война, дескать, закончилась: начался вывод югославских войск из Косово! Совет, де, Безопасности ООН принял Резолюцию 1244, согласно которой представители стран НАТО разделят Косово, которое – пока что – остается в составе Югославии, на пять секторов: американский, британский, немецкий, французский, итальянский. А, мол, России в собственном секторе отказано… Российские, де, миротворцы будут размещены в четырех секторах, в районах с преимущественно албанским населением в окружении натовского контингента.
   Далее сообщалось, что с двадцать четвертого марта по восьмое июня 1999 года НАТО осуществило свыше 35 000 налетов на Югославию, было использовано более 1000 боевых самолетов (среди них Ф-15, Ф-16, Ф-17) и 206 вертолетов. Выпущено свыше 10 000 крылатых ракет и сброшено около 80 000 тонн взрывчатых веществ, включая 152 контейнера с 35 450 кассетными бомбами.
   Шишок, лежа лицом вниз, все сильнее сжимал кулак единственной руки. Ваня Житный с тоской думал: эх, и почему не домовик стоит у руля государства! Ни за что бы постень не оставил Югославию одну в окружении высокоцивилизованных врагов, помог бы сербам и военной техникой, и людской силой. Не пришлось бы им сдаваться!.. Но что зря говорить! Пора было отправляться домой: в Россию, в городок Чудов, где дожидалась их бабушка Василиса Гордеевна.
   Переходили по мосту пограничную речку Дрину, как вдруг посестрима, шагавшая позади всех, остановилась и сказала:
   – Я дальше не пойду…
   – Как так?! – всполошился Ваня.
   Златыгорка, опустив голову, гуторила: дескать, я долго думала и поняла, что мне делать… Мол, обратного пути к себе домой я не знаю – мать мне его не указала, и думаю я, что откроется проход неожиданно… Но городов, де, я не люблю – непривычная я к ним… Да и тяжко, дескать, изо дня в день прятать ото всех свои крылушки, хочется летать, никого не пугая, поэтому, де, надумала я убираться в Проклятые горы – к бабушке Видосаве. Там, мол, мне глянулось – как вроде дома оказалась! В Проклятье, де, мое место!
   – И я с тобой! – тотчас уцепилась за ее руку Яна Божич.
   И Златыгорка… кивнула.
   Ваня Житный, никак не ожидавший внезапного расставанья, пытался отговорить посестриму: дескать, нет, ты с нами должна остаться, ты у нас будешь жить, как же мы без тебя?!
   Но домовик одернул мальчика: мол, окснись, все она правильно решила – что ж ей над электрическими проводами города Чудова темными ночками крылышки разминать, что ли?! Запоздалых прохожих пугать?! Али, дескать, ты ее за Колю Лабоду мечтаешь взамуж выдать?!
   Ваня и голову повесил.
   Соловей с жаворлёночком жалобно поглядывали на горлицу, с которой им тоже предстояло расстаться… После отпросились у хозяюшки: можно, де, мы их немножко проводим, скоро вернемся – догоним вас… Златыгорушка кивнула.
   И вот распрощались: встала девушка на перила хорошего моста, сбросила в быструю Дрину маскировочную плащ-палатку мигом унесенную течением, Яну Божич Березай подсадил на спину посестримы, дитёка обняла вилу за шею, – и вот расправила Златыгорка ангельские крылья и полетела над синей рекой…
   А после вильнула водотечина – и выступ прибрежной белой скалы скрыл улетевших из глаз.
   Оставшиеся на мосту калики перехожие не утирали слез, капавших в многоводную Дрину, и долго махали вслед виле, несшей на спине человеческого детеныша. Только Росица Брегович подбавила чайную ложку дегтя в горную речку слез: дескать, зря Златыгорка потащила ребенка к бабушке, кого они там из нее воспитают?!
   – Кого надо – того и воспитают! – хмуро отвечал домовик.
* * *
   Шли по петлявшему среди гор шоссе, как вдруг грохот раздался, настороживший всех, поглядели в небо: чисто там. И тут из-за поворота, в золотистом нимбе дорожной пыли показалась колонна, состоявшая из бронетранспортеров и грузовиков. Солдаты, лихо оседлавшие броню, были в пятнистой форме, и каски у них пятнистые – пойди разбери, кто такие!
   Шишок на пробу по-аглицки заговорил: дескать, куда вас несет, служивые?! Но солдаты, глядя на пешеходов, ни словечка не отвечали, домовик тогда на французский перешел, после, – сам себе удивляясь, – на итальянский: никакой реакции… Наконец, разозлившись, домовик выругался по-своему – и нате вам: какой-то служивый чуть с брони не свалился и заорал по-русски: дескать, ё-пэ-рэ-сэ-тэ! не верю своим ушам – тут по-нашему ругаются!
   Колонна даже ход приостановила, а из одного «бэтээра» высунулся сердитый полковник, замахал передовому, мол, в чем дело, почему встали? Солдаты объяснили: дак тут наши вроде, плетутся, бедолаги, по обочине – откуда они взялись-то?!..
   А Ваня Житный, взглянув на белобрысого полковника, попятился – чуть в обрыв не угодил – неужто?! Ну да – он!.. Точно – он!
   Колонна уж тронулась – полковник вот-вот скроется в машине, мальчик побежал следом и выкрикнул:
   – Егор Васильевич, а ведь я вас зна-ю!
   Военный хмуро глянул на него, а Ваня заорал:
   – Минеральные Воды, 1995 год[9], вы были в чеченском плену, я – друг вашей дочери, Стеши, ну, помните: Ваня Житный?!
   У полковника брови на лоб полезли, он заулыбался и теперь уж сам велел водителю притормозить, дескать, минута ничего не решает, в пути нагоним. Выскочил из «бэтээра» и, подбежав (не хромает уж! – отметил мальчик), пожал ему руку, мол, как же – помню! А ты, де, как здесь?! Вырос-то!
   Ваня только плечами пожимал. Одно спросил: а Стеша где, не тут ли она? – и жадными глазами окинул высунувшихся из боевых машин солдат. Полковник Туртыгин качал головой отрицательно, он оглядел полуинвалидную команду – Ваня хотел кивнуть на лешачонка, дескать, а ведь его вы тоже знаете, но вспомнил о взрыве на армавирском вокзале, после чего Березай стал березкой – и смолчал. А Егор Туртыгин, оглядываясь на колонну, посматривая на часы, бормотал: вот незадача-то, времени совсем нет, спешим очень – некогда и поговорить…
   Но тут Шишок, выпятив грудь с медалью «За отвагу», вмешался в разговор: дескать, а почему у вас танков нет? А если Т-34 против «бэтээра» пустить – то кто победит? А мы, де, в Прагу, в сорок пятом тоже на броне ведь въезжали!
   Полковник, ничего не отвечая, внимательно поглядел на человечка в красном берете югославских спецназовцев, оглянулся еще раз на колонну, что-то покумекал и, махнув рукой, дескать, а-а, была не была, где наша не пропадала! – кивнул Ване Житному с его командой: давайте-ка, ребята, полезайте в «бэтээр», поедете с нами, по пути и поговорим!
   Шишок потирал руки: а вот в бронетранспортерах-то мы еще и не езживали!
   Домовику в бронированной машине страшно понравилось: дескать, как будто в родном сундуке сидишь, под печью, телеса наращиваешь… И вправду: жара в «бэтээре» была такая, что того гляди поджаришься, как шанежки Василисы Гордеевны!
   Пернатые хоть и поворчали: мол, теснота у вас тут, как в гнезде серой куропатки, но плеч, на которых сидели, не покинули – соловей с жаворонком все никак не могли расстаться со своей разлюбезной горлицей. Обеспокоенный Ваня Житный уж несколько раз пытался отправить их вдогонку за Златыгоркой с Яной Божич, но соловейко говорил: мы сюда незнамо откуда прибыли – неужто, де, в Проклятье дороги не сыщем! А жаворлёночек его поддерживал: дескать, еще и опередим хозяюшку, она ведь с сопливым грузом, а мы порожние, – прилетит к бабушке Видосаве, а мы уж тамако!
   Когда все примялись в душной тесноте, полковник Туртыгин принялся рассказывать Ване про дочку: Стеша заканчивает в этом году школу – на золотую медаль идет!.. У нее спортивный разряд по биатлону, поступать собирается в Рязанское высшее воздушно-десантное училище…
   Ваня Житный, услыхав про десантное училище, восхищенно улыбнулся. А Березайка, выцедив из речи имя, взволновался и тут же заявил: моя, де, Стеша! Полковник покосился на лешака – но, так и не признав, стал спрашивать у мальчика, а как у тебя, дескать, дела? Но у Вани особых успехов не имелось, он по-прежнему только плечами жал, отмеченными птицами. Те ворчали: что ты нам волненье моря-то устраивашь, сиди, де, спокойно, не дергайся.
   А Егор Туртыгин попытался узнать про другое: как Ваню и его друзей в Югославию занесло – в эдакое-то время?! Мальчик не мог признаться, зачем они сюда пожаловали, и опять плечами пожимал: да вот, мол, поехали отдохнуть и – попали! Шишок кивнул. Росица кивнула. Березай кивнул. Даже все три птахи одновременно кивнули головками. Но полковник смотрел как-то недоверчиво.
   Домовик, в свою очередь, попытался вызнать, куда это наша колонна из Боснии направляется, но на этот раз полковник не стал колоться – дескать, а это покамест военная тайна!
   И скоро все темы для разговоров иссякли – в «бэтээре» воцарилось неловкое молчание. Впрочем, у полковника было занятие: отдавать приказы. А калики переезжие не прочь были покемарить.
   Проснулись от тишины – колонна, знать, остановилась. Полковника на месте не было, солдат – тоже. Друзья выметнулись из машины: конечно, на солнце было жарко, но все ж не так, как в бронированном сундуке.
   Оказалось, встречу колонне попалась горстка югославских военных, которые уходили из Косова, а вместе с ними тянулась мирная колонна сербских беженцев на стареньких легковушках «Юго», тракторах с прицепами, грузовиках «Застава»… Полковник Туртыгин разговаривал с подполковником, который спиной стоял. Возле крытых брезентом грузовиков курили сербские войники – и Ваня Житный вдруг признал двоих: Деша и повар Баня! А тут и подполковник обернулся… Домовик, одновременно с мальчиком разглядев, кто это, заорал:
   – Медведь, чтоб тебя мыши съели!
   Подполковник подбежал к вышедшим из «бэтээра» каликам и обнял домовика: вот нежданная встреча-то! Вот они – дороги войны! Цел, де, еще мой любимый красный берет?!
   – Целый! – Шишок отвечает, похлопывая по обереченной башке ладонью. – И бабам сильно нравится! Меня даже одна молодуха, по имени Видосава, ажно чуть не съела из-за твоего берета! – и домовик подморгнул своим.
   Медведь захохотал, но сразу нахмурился, дескать, видите, что делается: сербы уходят с родной земли, ни фига они не верят ооновскому – якобы – контингенту, натовцы, мол, просто голубые каски напялили, настоящий маскарад тут устроили! Понятно, что теперь при попустительстве ООН (читай, НАТО) шиптары сербов будут гнобить (читай, резать), как все равно при турках! Тогда им прикрытием была Османская империя, а теперь – Американская. Эх, я бы этого гада Черномырдина, который, как мелкий бес, летал туда-сюда, вздернул бы на первом суку – догова-аривался он, на хрен, нефтяная морда!
   Но тут полковник Туртыгин дал колонне добро следовать дальше, а сам на ходу уже вскарабкался на «бэтээр», проорав Ване Житному: дескать, что ж вы, едете, нет?! Но оказалось, что и подполковник Медведь со своими решил поворотить назад, в Косово, – мол, тут уж Сербия рядом: беженцы теперь сами доберутся. Да и многие из беженцев ведь развернули оглобли: коли русские идут в Косово, то есть надежда…
   А калики перебрались под натянутый брезентовый полог грузовика, к знакомым сербским войникам. И подполковник Медведь тут спросил: а, дескать, не знаете ли, что сталось с нашим Драганом да со снайпершей шиптарской? Вместе ведь вы отправились в Приштину… Мы, де, грешным делом, вас всех уж похоронили…
   Домовик рассказал, как было дело – и протянул подполковнику оправленный в радужное железо кусок ветрового стекла грузовика «Застава» с почти уж стершейся росписью Медведя.
   Баня с Дешей наперебой стали спрашивать: а где же остальная ваша компания? Историк, дескать, где? Меткая горбунья? Цыганка? Дите малое? Даже ученой коровы не видать… «Неужто съели?!» – изумился повар. Ваня покосился на мигом уткнувшую очки в брезент Росицу Брегович, а Шишок со вздохом отвечал: кто где… Лучше и не спрашивайте! А вас, де, что так мало-то: всего пара грузовиков?..
   Баня со вздохом отвечал: мол, вначале было нас тысяча двести ртов – готовить приходи-ило-ось! А к концу боевых действий осталось всего тридцать шесть человек – повару, почитай, и делать нечего: банки с фасолью пооткрываешь да сидишь в небо плюешь, правда, дескать, до бомбардировщика ни разу не доплюнул!
   И вдруг Шишок насторожился, да и остальные уши навострили: в небе творилось что-то неладное… Медведь покосился на Баню: мол, накаркал – по звуку ведь Б-52!
   Колонна продолжала ехать, Шишок, перебравшись на крышу кабины, гигантским прыжком преодолел расстояние до идущего впереди «бэтээра», где находился полковник Туртыгин, влез внутрь броневика и… машины остановились.
   Полковник вылез из бронетранспортера, а подполковник с каликами выскочили из грузовика. Шишок с Медведем орали, что надо рассредоточиться, дескать, бомбить будет американец, а Егор Туртыгин головой качал: мол, наш батальон входит в контингент ООН, пускай мы не сообщили натовцам, куда идем – так и не должны были, у нас свое начальство. Не станет, де, Америка бомбить русскую колонну – это ж все равно, что начать Третью мировую, не совсем же они с приветом!
   – Совсем! – в две глотки гаркнули домовик с Медведем.
   А пока двуногие пререкались меж собой, соловей с жаворонком покинули плечи Вани Житного и… кверху полетели…
   – Вы куда?! – Ваня им заорал. – А ну вернитесь!
   Жаворлёночек крикнул: дескать, мы ему сейчас покажем, этому дурню Б-52, который птичьего языка не разбирает! А соловейко поддержал товарища: мы этому железному великану такие слова сейчас скажем, что даже «Б» поймет!
   – Не надо! – заорал мальчик и ногами затопал. – Назад! Вниз! Ко мне!..
   Но птахи на гребне вершинного ветра стремительно поднимались все выше – и вот… скрылись из глаз.
   А Б-52, в связи с прекращением боевых действий, знать, уж не боялся никаких систем ПВО: летел довольно низко – его хорошо было видать с земли.
   И… кажется, бомбардировщик пролетит мимо… кажется, он летит по каким-то своим натовским надобностям…
   Да. Пронесло! Небо было чистым, уши не тревожил назойливый звук. Полковник Туртыгин, взглянув на Медведя, улыбнулся: дескать, а я что говорил! – и распорядился ехать дальше. Горлица вспорхнула с плеча Росицы и полетела к облаку: встречать отважных птиц… Но тут гул раздался с новой силой – Б-52, сделав петлю, знать, ворочался!
   Домовик, ругаясь на чем свет стоит, вытащил из левого рукава бинокль Ваниного дедушки Серафима Петровича и приставил к глазам. Мальчик стал отбирать у него бинокль и – откуда только силы взялись – отнял!
   Пусто, пусто… вот закатное солнышко, похожее на переспелое яблоко, вот на востоке объедок луны, брошенный на вылинявшую бледно-голубую скатерку. И вот он – огромный тупорылый бомбардировщик, под окном кабины нарисован мультяшный гриф, а на подкрылках-то у самолета… ой-ё-ё-й: «томагавки» ведь!..
Чтение онлайн



1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 [26] 27 28 29

Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация