А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "For сайт «Россия»" (страница 10)

   – Алтан, скажи, а каким образом у тебя, в такой глуши и столько каналов ловит антенна, а? У меня спортивный интерес как у технаря…
   – Не знаю, работает. Каждый слышит то, что хочет, то, что ему нужно услышать. И видит то же самое. Кстати, в нем программа – записывает новости, некоторые передачи. И я толком не знаю, выпуски за какие даты мы сейчас с вами видели, – пожал плечами шаман.
   – Аааа. Хм, кстати, с Днем рождения, Сергей! – перевел разговор любопытный Ренат, посмотрев на часы. Они показывали пять минут первого. Наступил следующий день.
   – Спасибо, и тебя с тем же!
   – У вас что же, Дни рождения совпадают?
   – Ну, да, так и есть. Такая вот случайность, Алтан.
   Молодой шаман снова оценил одного и другого гостя своим пронзительным и лукавым взглядом, словно смотрел не он, и не человек, было в этом взгляде нечто таинственное и покровительственное, то, что «сверх».
   – Сколько тебе лет исполняется? – обратился он к Сергею.
   – Тридцать три.
   – Эх, ты, шаманище, наверняка и сам это знаешь!.. – парировал Ренат.
   – Не стоит пришивать пуговицу с помощью заклинания, если это вполне можно сделать руками с иголкой и ниткой.
   – Ладно, не сердись. Я по-доброму. А мне сегодня девятнадцать.
   – И молодец.
   – Алтан, а сколько тебе лет? Я вот смотрю и никак не могу разгадать, ни по внешности, часто носогубные складки выдают человека, ни уж тем более по поведению не могу предположить. Но, думаю, ты еще очень молод, – предположил Почаев.
   – Может и так. Если говорить о паспортных данных, то мне действительно немного лет – среднее от вашего возраста. А в целом, какое это имеет значение?.. – Пожал плечами молодой шаман и сбросил с плеч цветастый халат, сопровождавший его весь день. Теперь стало очевидно, что Алтан среднего роста и обладает поджарой, даже, скорее, стройной фигурой. На нем не было ничего лишнего, ничего, что могло бы испортить внешность. Все черты просты, лаконичны и привлекательны. Этот человек говорил приятным тенором, иногда напевал, порой имитировал щебетание птиц. Общение с ним было неописуемо приятным и умиротворяющим для собеседников.

   Шаман подошел к двери. Он пожелал спокойной ночи, потушил свет и свечи, оставив в комнате аромат плавленого воска, шерсти, из которой были сотканы многие предметы обихода в хижине, а также вкус беседы, который каждый из участников ощущал по-своему.
* * *
   Проснувшись первым, Ренат вышел из комнаты и направился к огромному бидону с той самой сладкой водой. Выпив полную кружку, он присел рядом на деревянный табурет. Через несколько минут вышел и Сергей. Оба выглядели еще не проснувшимися и взъерошенными. Выпив кружку вкуснейшей воды, Почаев уселся рядом. Именинники молчали. Запустив облако холодного пара, с улицы зашел хозяин.

   – О, приветствую вновь рожденных!
   – Ха, интересная у вас традиция так поздравлять.
   – Спасибо, спасибо, Алтан.
   – В этот день без подарков никак нельзя.
   – Это приятно.
   – Я вам дарю обереги. Они одинаковые по форме, лишь камни отличатся.
   Шаман протянул два браслета – в правой и левой руке. Выполненные тугим плетением шерстяной нити, судя по всему, внутри содержали проволоку для поддержания формы. Аккуратные и невычурные змейки смотрели на своих хозяев одна бледно розовым глазом, а другая ярко зеленым, испещренным разноцветными жилками.
   – Я сделал для вас эти талисманы в продолжение нашего разговора. Можете не носить их постоянно на руке, можно в кармане или сумке. Но в ответственных делах держите поблизости, наготове.
   Змейки не были соединены в кольца, то есть браслет мог подойти для любой ширины запястья, круг был разомкнут.
   Усевшись на правой руке у Сергея и на левой у Рената, змейки обрели своих повелителей.
   – Чувствами живешь, – кивнул в сторону компьютерного специалиста молодой шаман. – Ничего, скоро уравновесишь дух.
   Завтрак уже был готов. На стол накрыто: круглый хлеб, мясо, яичница, молоко и пара банок еще закрытых консервов. Когда уселись за стол, Алтан между делом сказал:
   – Две тройки. Если одну поставить зеркально к другой, то получится снова знак бесконечности. Интересное это время в жизни человека – тридцать три года. Ха-ха! Извините за каламбур: время со знаком бесконечности. Но, и, правда, куда ступишь сейчас, туда и дальше пойдешь, Сергей.
   – Думаю, я уже пошел. По крайней мере, события последних дней дают мне основания так полагать.
   – Ты тоже свой выбор сделал, – кивнул шаман в сторону Рената.
   – Да, уж! От такого «программного обеспечения» мой мозг просто взрывается.
   – Запомните, ваши талисманы будут работать, только если вы будете друзьями, единомышленниками. Если когда-то ваши пути разойдутся, то и браслетов не станет.
   – О как! Это ты специально? Нет, не подумайте чего плохого. Я рад знакомству с Почаевым и ссориться с ним не намерен.
   – Нет, я не нарочно. Это не моя воля, а ваша общая дорога. Кстати, вас скоро перестанут преследовать.

   На этих словах людей с маленькими глазами в комнате не осталось, – удивление и любопытство стали главными чувствами сейчас.
   – Да, иначе и быть не могло.

   Глава 5
   Клубок из жизни и смерти

   В комнате было темно и прохладно, поэтому оставленный коллегой плед пришелся кстати. Белые стены, выложенные до потолка старым, уже посеревшим от времени кафелем, делали состояние находящегося в помещении человека безразличным или, скорее даже, безликим. Чай остывал на соседней тумбочке, раскрытая книга внушительных размеров покоилась на ногах девушки, все внимание было отдано книге поменьше, но так же весьма полезной: «Патологии головного мозга». Издание содержало много иллюстраций, отражающих различные срезы строения головного мозга человека, а также графические данные, полученные в ходе клинических исследований. Екатерина перевернула очередную страницу. Кажется, о желанном чае она уже и забыла. Тишину ночи разрезал неприятный скрип. Звук доносился с улицы. Девушка резко встала, от чего на пол упал и коричневый клетчатый плед, и обе книги. Она подошла к окну. В свете одинокого фонаря маячили две фигуры, в мужчине плотного телосложения она узнала фельдшера скорой помощи Ивана Петровича. Он жестами показывал молоденькому и худощавому мальчишке, чтобы тот откатил каталку, но юнец продолжал сидя курить. Когда миновала третья сигарета аргументы Ивана Петровича, который топтался у крыльца приемного покоя, иссякли, любопытство Екатерины Пироваевой, напротив, взяло верх. Она накинула жакет и вышла из кабинета. Спустившись по лестнице в приемный покой, она вышла на улицу и застала ту же картину, открывавшуюся ей из окна.
   – Доброй ночи.
   – Хмм, доброй… Скажете тоже! – огрызнулся молодой человек, не поднимая на нее глаз.
   – Привет, Катюша, – пробурчал фельдшер. – Не обращай внимания, просто у парня первое дежурство и труп.
   – Бывает, – сочувственно выдохнула Пироваева.
   – Зачем в медицинский пошел, если мертвецов боишься? – продолжал поучать Иван Петрович. Когда он проходил под фонарем так, что свет падал на его залысину, и она блестела, казалось, что его седоватая голова озаряется мыслью. Глаза у фельдшера всегда оставались добрыми и влажными, зачастую казалось, что он вот-вот расплачется от сочувствия, если увидит того, кого нужно пожалеть.
   – Трупов я не боюсь! – громко и резко оправдался мальчишка, вскочив на длинные худые ноги как у цапли.
   – И что же тогда? – Иван Петрович продолжал свой странный допрос, явно не причисляя паренька к тем, кто нуждается в поддержке.
   – Тебя как зовут?
   – Андрей.
   – Очень приятно, Андрей, а меня Катя, как ты уже понял.
   Пироваева осуждающе глянула на видавшего виды фельдшера, от чего тот смутился и отвел глаза в сторону.
   – Пойдем, выпьем чаю, расскажешь, может, легче станет.
   – Не могу, я же на дежурстве…
   – Да иди уже с глаз долой! Если так сильно понадобишься, найду, не беспокойся, – махнул рукой Иван Петрович.
   Что такое первое дежурство Катя знала не понаслышке: не так давно сама была в такой роли, и воспоминания еще очень свежи. Она еще не научилась дремать в ночную смену и оставалась в полной боевой готовности.
   – Проходи. Сейчас я поставлю чайник, мой чай уже остыл. Как раз составишь мне компанию.
   – Ты не подумай, что я боюсь трупов, – сам начал разговор Андрей. – Покойники в морге уже какие-то безличные. А здесь совсем другое, когда жизнь уходит из человека прямо на твоих глазах. Когда его тело становится тяжелым и ватным в твоих руках, а он, сипнув еще несколько раз, больше не вдыхает одного воздуха с тобой, а только глухо пару раз выдыхает, оставшийся в легких.
   – Да, Андрюша, провожать тяжело.
   Он впервые посмотрел в глаза своей собеседнице и, прочитав в них искреннее сочувствие, а не покровительственную насмешку, расслабился и потянулся за чашкой, в которой дымился фруктовый ароматный чай. На столе в раскрытых пакетиках лежал зефир и печенье.

   – Угощайся, угощайся. Давай не стесняйся, коллега. Я тебе вот что скажу: еще сложнее провожать близкого человека. Когда мне было пятнадцать, бабушка, у которой я проводила все свободное время и в которой души не чаяла, ушла. Знаешь, несмотря на профессию медика, мне не нравится глагол «умирать» в нем есть обреченность. Хмм, понимаю, что в смерти нет места надежде, но она нужна не тому, кто уходит – ведь кто точно знает, есть ли что-то и что именно после жизни? Надежда нужна тем, кто остается, ведь им еще предстоит идти. Так вот, мама, естественно, впала в истерику, когда я позвала ее, сказав, что бабушка… – Катя кашлянула и провела рукой по своим гладким волосам, блестящим, как черный атлас.
   – Да, ты поняла то, что я хотел сказать, то, что я чувствую. Может, мне и правда не место в «скорой» и в медицине вообще?..
   – Перестань. То, что ты всеми силами хотел успеть, это правильно и благородно. Я думаю, что в нашей профессии лишь равнодушие недопустимо. Все остальное нам простительно, ведь мы все-таки люди…
   – Согласен. Хороша закалка в первое дежурство!
   – Так вышло. Как знать, может, именно ты был нужен рядом тому, кто уходил. Ну, чтобы не мешали криком. Может, наша истерика все затрудняет?
   – Ты прямо философ.
   – Случается, когда переживешь такие вот, как у тебя сейчас, моменты. Это бабушка, никогда не забуду ее поблекшие глаза и покинутое жизненной силой тело. Хватит! Хватит философствовать. Тебе лучше?
   – Да.
   – Отлично. Ты, наверное, еще студент?
   – Да, хотел подработать и опыта набраться.
   – Тогда с боевым крещением!
   Пироваева протянула руку. Ее кисть была горячей, мягкой, но сильной. Как и она сама. Казачка по происхождению, Пироваева крепкого, но в то же время, женственного телосложения, высокого роста, с темными длинными волосами и бархатным взглядом очень темных карих глаз. Аккуратные широкие и остроконечные брови дополняли выразительность взгляда. Иногда на ее бледноватом лице вспыхивал алый румянец, покрывая щеки и губы девушки. Как это произошло после следующих слов.
   – Рад с тобой познакомиться, Катя. Надеюсь, подружимся.
   – Обязательно.
   Она быстро справилась со смущением. Оно было вызвано вовсе не симпатией к коллеге, а тем, что он был единственным, кому она рассказала об уходе и о бабушке. Это ее особые переживания, те, которые прячут в глубине души. Но сейчас она почувствовала: обнажить их необходимо. Что касается амурного смущения, то здесь Пироваеву довести до пунцовых щек было крайне сложно. Одним из ее любимых хобби было подшучивать над кавалерами.
* * *
   Двадцать второе утро текущего месяца началось относительно спокойно. Если не считать то обстоятельство, что в больнице, как назло, сегодня катастрофически не хватало вспомогательной силы: санитары, словно сговорившись, ушли на больничный, у студентов закончилась летняя практика, август в этом плане был совсем не урожайным. Пришлось Пироваевой вспомнить недавние годы учебы, когда любую подсобную медицинскую работу сгружали им, молодняку. Казалось бы, и оборудование в больнице новое, а элементарного расходного материала, такого как, например, пакеты, которыми укрывают трупы при перевозке из отделения в морг, не было. И – кощунство! – Екатерина вынуждена была снимать использованный кусок целлофана, привезя очередного покойника для того, чтобы было чем укрыть следующего. Они с коллегами отметили странную особенность – люди и умирать предпочитают не в одиночку, время ухода из жизни одного пациента за другим стали называть мертвым сезоном. Продолжался он, как правило, недолго: день-два и пожинал от нескольких до десятка жизней. Случалось такое, благо, не часто, но бывало. И сейчас дама с косой явно пришла за своей данью. Кате страшно хотелось очутиться дома, в своей постели и сладко выспаться, но… пора везти третьего. Она по-прежнему не дремлет во время дежурства, поэтому вторые сутки работы давали о себе знать. Сняв с очередного покойника дежурное целлофановое покрывало, она обнаружила, что в области лица оно осталось чуть влажным и теплым.
   – Заработалась!.. Пора домой. А то, вот, признаки жизни находить стала, – сказала она в жутковатую и прохладную пустоту длинного коридора.
   Ответом ей, конечно, была тишина. Крикнув громко патологоанатома, который должен был принять вновь прибывшего, Катя поняла, что у коллеги перекур. А это могло затянуться. Она решила все-таки найти смотрителя тел и попросить вернуться к работе. В конце концов, он заступил на свою смену всего пару часов назад. Проходя мимо привезенного человека, она задела его руку и та свесилась вниз. Стало жутко и неприятно. Уложив на место высвободившуюся руку, Пироваева услышала еле уловимый свистящий звук дыхания. Быстро собравшись с мыслями и силами, на что потребовалось около десяти секунд, врач стала проверять тщательнее дыхание и прослушивать пульс. При обнаружении у человека на каталке и того и другого, Пироваева сделала искусственное дыхание, прижав для фиксации каталку к серой стене. Мужчина захрипел, стал дышать чаще и громче. На шум лязгающей и скрипящей каталки прибежал патологоанатом.
   – Катька, с ума, что ли сошла?! Заканчивай свои реанимационные мероприятия, умер, значит умер.
   – Да живой он еще! – не своим голосом завопила Пироваева. Срочно его в интенсивную, быстрее, помоги же, чего стоишь?!
   Анатолий Евгеньевич, конечно, не из робкого десятка, но такие бурные события в его абсолютно тихом обиталище случай редкий. Вот и растерялся он сначала. Катя оттолкнула его в сторону и, вцепившись в каталку, попыталась управиться сама, но тщетно.
   – Галька так не вовремя ушла, оставила меня одну вас дожидаться!.. – крикнула в сердцах молодая врач.
   – Давай, давай, что же вы человека раньше времени приговорили?!
   Патологоанатом вцепился в рукоятки каталки и резкими движениями тянул уже не своего пациента вперед. К счастью, головой вперед…
   Как вскоре выяснилось, у Тихоненко (по иронии судьбы фамилия ему соответствовала даже внешне) случилась сильная аллергическая реакция на успокоительное. Оно было необходимо потому, что пациент кардиологического отделения, куда он попал с инфарктом, слишком разволновался, когда пришла жена, бросившая его неделю назад. А он любил, а может, и еще любит. Просто любит. Ну, эмоциональный человек этот Тихоненко с видом невинного одуванчика и загул жены любимой воспринял как вселенскую трагедию. Это тоже нормально, некоторым людям очень сложно пережить предательство. Бывает, почти невозможно. Но Тихоненко справился, пусть даже и чудесным образом, а иначе и не назовешь. Оказалось, что раньше времени пациент поступил в морг, случайно, как ни кощунственно это звучит. «Засуетились, перепутали». Дело в том, что его отвезли по ошибке, вернее отправили по ошибке, не дождавшись трупного окоченения. А пока оно ожидалось, Тихоненко остался все-таки на этом свете. Провидение… Так он оказался под дефицитным, но совершенно не завидным целлофановым покрывалом. Постановление главного было лояльным по отношению ко всем участникам драматического инцидента. Персоналу, который передал Пироваевой «покойника», сделали строгое взыскание и лишили премий на обозримое будущее, а Пироваевой за чудо воскресения пожали руку и сказали: «Молодец, так держать!».
   Домой Екатерина возвращалась в пустом настроении. Казалось бы, радуйся – человек жить остался. Но, к удивлению молодого врача, она не испытала ничего экзистенциально трепетного при возвращении пациента «с того света». Казалось, все было как обычно, ничего удивительного. То ли уставший мозг отказывался впечатлиться сотворенным чудом, то ли это настолько естественное состояние – жить, что, как все простое, мы не замечаем его, принимая как должное. Впрочем, сейчас не до размышлений. Едва не проспав свою остановку, девушка выпрыгнула из автобуса, двери которого все-таки успели прищемить подол пышной цветастой юбки. О чем водитель был оповещен криком, который невозможно не услышать или проигнорировать. Освобождение из плена транспорта прогнали остатки сна.
   Но усталость продолжала побеждать. Одернув юбку длиной чуть выше колена, Екатерина почувствовала, как свинцовая тяжесть разливается по ногам. День близился к концу, а, значит, можно раньше лечь спать и… до утра! Привыкшая на генетическом уровне к жаркому климату, она все-таки очень ценила такое благо цивилизации как кондиционер. Пожалуй, здесь, в Краснодаре, это один из самых ходовых товаров. Придя домой, Пироваева заставила себя, прежде чем лечь спать, перекусить и принять душ. Теперь с чистой совестью и таким же телом можно предаться снам и грезам. А завтра ее ждали Голубые Дали.
* * *
   Утро двадцать восьмого августа, как и следовало ожидать, было солнечным и жарким. Предстояли выходные – целых два дня свободы и праздности. И никакие «плюс 30» не могли нарушить планов Екатерины Пироваевой. Проснувшись в прекрасном настроении и даже окрыленная, она начала собираться.
   «Наверное, моя заторможенная радость за спасенную жизнь проснулась только сегодня», – подумала она, просушивая густые темные волосы махровым полотенцем. Именно легкое состояние души не позволило взять с верхней полки шкафа ни краги, ни гаркроты. Последние всегда казались Кате чем-то вроде аксессуара для средневекового инквизитора. Хотя, конечно, бывало у лошадей такое настроение, что шпоры не помешали бы. Но Пироваева старалась обходиться без жестких мер. В конце концов, с любым живым существом можно договориться, а уж с лошадью тем более.
   С антресоли, где хранилось только снаряжение, и ничего иного сюда положить было нельзя, в спортивную сумку перекочевали белая водолазка, темные специальные женские бриджи, красная жилетка, шлем. Из двух пар были выбраны кожаные перчатки более тонкие из всех и на кокетливых пуговицах. Теперь она во всеоружии и вволю разгуляется в «Гусаре».
   Дорога была без приключений, но Кате не терпелось увидеть своего любимого гусара – молодого и резвого жеребца Вента. Его прекрасный экстерьер не оставлял никого равнодушным, а крутой нрав и юный возраст препятствовали стремлению многих оседлать и укротить его. Впрочем, не будем наговаривать на скакуна: было определенное количество людей, которых Вент любил, позволял не только за собой тщательно ухаживать, но и прекрасно показал себя в конкуре и кроссе. В число счастливчиков, которым Вент ответил взаимностью, входила и Екатерина Пироваева. Их историю можно назвать «сошлись характерами». Когда молодая девушка седлает скакуна и доверяет ему быстро мчаться, в такие минуты они становятся одним целым, единым организмом, огромное сердце которого шумно и быстро бьется, а кровь в самых важных и мелких артериях, венах кипит и словно расплавленный металл обжигает обоих. Ветер, воля и только «Полный вперед!». В то время, когда она была в седле, ничего не существовало: ни преград, ни страха, только скорость, абсолютная свобода и безусловное, безграничное доверие между человеком и животным. И полет, полет, полет!..
   Как наездница Пироваева весьма отчаянная и умеет загонять до устали молодую лошадь. Видимо, такая удаль передалась ей по наследству от предков-казаков.
   Вент встретил ее бодро и сразу стал заигрывать. Привлечь внимание темноглазой красавицы хотел не только молодой скакун.
   – Здравствуйте! Я давно за вами наблюдаю. Вы… вы… вы…
   – Я.
   – Хотел сказать, что вы отважная наездница и восхищаете меня своим мастерством, – мужчина немолодых лет склонился в почтительном поклоне.
   – Благодарю вас за комплимент. – Иногда Екатерина нарочито «окала», и сейчас был как раз тот самый момент.
Чтение онлайн



1 2 3 4 5 6 7 8 9 [10] 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20

Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация