А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Барометр падает" (страница 22)

   16. Праздничная ночь

   Киллиан сидел на пляже, наблюдая за приливом, слушая плеск волн. Март в восточном Ольстере всегда приносил мелкую и постоянную морось, но сегодня, несмотря на серый день и темные тучи, дождя не было. По крайней мере, уже какое-то время. Этим утром Шотландия была скрыта из виду красноватой дымкой, что, впрочем, не мешало паромам уверенно находить туда дорогу, отправляясь из Ларна.
   На Айлендмэги они жили уже третий день, Киллиан отдыхал, но тревога не покидала его.
   Заметив идущего к нему через дюны Донала, Киллиан помахал ему.
   Пейви дали им новую одежду. Теперь Киллиан и Донал выглядели одинаково, как будто братья-близнецы – немецкие плащи-тренчи с армейских складов, ботинки и потертые джинсы.
   Донал встал рядом с Киллианом и вынул из кармана трубку.
   – Nus a dhabjon dhuilsha, – сказал он на белфастском шельте, а затем перевел на ирландский: – Go mbeanna Dia is Muire duit[9].
   – И тебя тоже, – ответил Киллиан по-английски.
   Растерев на ладони немного табака, Донал набил трубку, раскурил ее и присел рядом с Киллианом:
   – Я раздобыл тебе телефон.
   – Спасибо! Не отследят?
   – Украден этим утром, номер отключат только к завтрашнему дню.
   – Где именно? Если он позаимствован где-то поблизости, они смогут приблизительно определить, где я нахожусь.
   Донал улыбнулся:
   – В Белфасте. С тобой все будет в порядке, хотя, если у них имеется хоть капля мозгов, они все равно смогут тебя найти.
   – Скоро мы уедем.
   – Как знаешь.
   Киллиан взял телефон. Блестящая красная штучка с картинкой «Хелло, Китти».
   – Ты не представляешь, как я благодарен тебе за помощь! Может, тебе нужны деньги? Я же тут ничего не делаю, только ем твою еду и сплю в твоем доме.
   – Все нормально. Ты наш блудный сын, и обязанность каждого из нас – помочь тебе.
   Киллиан попытался всунуть в руку Донала пятидесятифунтовую купюру. Тот отказался даже прикасаться к ней:
   – Дружище, мне не нужны твои деньги.
   Киллиан потер подбородок, задумался и предложил:
   – Давай я тебе хоть на кладбище помогу могилы копать. Слышал, вы беретесь за такую работу, если деньги нужны.
   – Не стоит.
   – Поверь, мне самому лучше будет, если я займусь чем-нибудь.
   – Как хочешь. Я ухожу в полдень. Только я и лопата. Скучная работа. Они вообще-то поляков нанимают, если могут себе позволить.
   – Я не боюсь тяжелой работы. Так что, по рукам?
   – Да, если хочешь. По крайней мере будет с кем поговорить.
   – Вот-вот, а то у меня сущее бабье царство.
   Донал зевнул, встал, смахнул песок с брюк:
   – Ты знаешь, у нас сегодня праздничный вечер. Играешь на чем-нибудь?
   – Увы, нет.
   – Ну ладно, время идет. На твоем месте я бы уже позвонил и выкинул телефон от греха подальше.
   – Пожалуй, последую твоему совету, – согласился Киллиан.
   – Slainte[10].
   – Slainte.
   Донал направился к трейлерам, попыхивая трубкой.
   Из-за ближайшей дюны появилась бегущая по пляжу стайка детей и собак. Дети играли в «сбей жестянку» – сложную игру вроде пряток, в которую и Киллиан играл в детстве. Он разглядел дочерей Рейчел.
   Девочки ничем не выделялись из толпы пейви: волосы были заплетены в косички, вместо джинсов и футболок появились юбочки и домодельные свитера. И никакой обуви! Дети-пейви приняли девочек в свою компанию. Разумеется, Рейчел по-прежнему присматривала за детьми, особенно за маленькой Сью. Киллиан решил, что Рейчел потому наблюдает за детьми, что рядом море. Ребенку, если он не пейви, очень просто в горячке игры забыть, насколько непредсказуемой может быть водная стихия.
   Но она держалась на почтительном расстоянии. Киллиан видел, как она сидит на краешке раскладного стула перед трейлером, делая вид, что читает книжку. Рейчел тоже была босой, волосы свободно ниспадали на плечи.
   – Привет, Киллиан! – подбежала запыхавшаяся Сью.
   – Привет.
   – Я нашла лучшее место, где спрятаться!
   – И где?
   – В старой телефонной будке!
   – Отличная идея, – ответил Киллиан, хотя это было первое, где бы он стал искать.
   – Я спрячусь в телефонной будке! – На сей раз Сью крикнула еще громче.
   – Хорошо придумала, – повторил Киллиан, теперь точно уверенный, что об этом слышали все.
   Она посмотрела на него как на законченного идиота.
   – Если кто спросит, скажи, что я там спряталась. – Ее голос был подозрительно громким.
   – Хорошо. – Киллиан по-прежнему не мог понять, куда клонит ребенок.
   – Но на самом деле я спрячусь за контейнером на автостоянке. Когда Тара пойдет к телефонной будке, я побегу на площадку, собью жестянку и выйду из игры, – заговорщическим шепотом сообщила Сью.
   Киллиан улыбнулся и хлопнул по колену:
   – Ловко!
   – Я знаю.
   Сью выглядела здоровой и веселой, казалось, за прошедшие три дня она даже подросла немного.
   – Olann an cat cluin bainne Ids![11] – произнес Киллиан.
   – Мяу! – выпалила Сью и тут же исчезла.
   «Уже набралась!» – подумал Киллиан.
   Но пора было звонить по телефону, улыбка сползла с его лица.
   Он набрал номер Шона.
   – Алло? – раздался в трубке его голос.
   – Это я, Киллиан.
   Долгая… очень долгая пауза.
   – Где ты находишься? – спросил Шон.
   – Я предпочел бы не говорить этого, дружище, – уклончиво ответил Киллиан.
   – Мне-то ты можешь сказать, – попытался надавить Шон.
   – Нет.
   – Ты с ней, да? А дети? Она переманила тебя на свою сторону, да?
   – Не в этом дело.
   – А в чем? – прошипел Шон.
   – Я узнал много нового и интересного.
   – Например?
   – Могу поделиться. В семидесятых годах наш друг торговал детьми, находившимися на его попечении, собрал внушительную коллекцию домашнего порно с этими детьми.
   Опять долгая пауза.
   – Киллиан, а давай я тебе вопросик один задам, – проскрежетал Шон.
   – Спрашивай.
   – У тебя что, совсем ум за разум зашел?
   – Да нет вроде.
   – Ты хоть догадываешься, кто вчера явился ко мне домой, а?!
   – Кардинал Брэди посетил тебя, чтобы покаяться, что он покрывал священника-педофила?
   – Не смешно. Том Эйкел и его новый приятель. Тот самый русский. В мой дом, чтоб тебя черти драли! А Мэри была вынуждена с милой улыбочкой им чай подавать. – Голос Шона так и сочился ядом.
   – Шон, мне жаль, что…
   – Они объяснили мне что к чему Дело теперь уже не только в Коултере, ты знаешь? Эти люди, мягко скажем, чуть более опасные, чем мы думали. Не говоря уже про то, что этот русский – просто психованный сукин сын. Эх ты!
   – Шон, послушай, мне действительно очень жаль, что они тебя втянули во все это, но…
   – Тебе жаль, говоришь?! Мне пришлось чуть ли не из кожи вон выпрыгнуть, чтобы его успокоить и как-то уладить это дело. А русский выродок – Старшина – заслуженный ветеран чеченской войны, профессиональная машина для убийств. Казнил священника в Мексике, устроил бойню в Баллимене. Ты хоть можешь представить, что я думал, смотря на этого маньяка, с минуты на минуту ожидая, что он прирежет меня и Мэри?! И ты смеешь утверждать, что тебе жаль?! Твою мать! Слушай, окажи услугу, уберись куда-нибудь, хоть к черту в задницу, а когда будешь так далеко, как только сможешь, скажи нам, где эта женщина!
   – Понимаешь, ситуация изменилась. Ноутбука больше нет. Он исчез навсегда. Все закончилось. Конец.
   – Том так не считает.
   – А как он считает?
   – Возьми и позвони ему! Давай-давай!
   – Хорошо.
   Молчание.
   Дрогнувшим голосом Шон произнес:
   – Киллиан, как же ты мог так поступить? После всего, что я для тебя сделал…
   Киллиан потряс головой. Ну как это объяснить? Он пытался жить в нормальном мире, но не получилось. Он потерял уверенность в своих силах, веру в себя. И все это совпало с крахом ирландской экономики. Он сделал шаг назад, снова согласившись работать на Шона, но его приезд в Ирландию вернул его не на год, а на несколько десятков лет назад. Шон, конечно, заменил ему когда-то отца, но сейчас и здесь Киллиан был в окружении своих сородичей.
   Это был совершенно другой мир.
   Мир, держащийся на обязательствах людей друг перед другом, на долге, сокровенных знаниях, народной мудрости и традиции.
   В этом мире честь имела непреходящее значение.
   Ему нравились Рейчел и девочки. Он взял их под свою защиту, дал им обещание.
   – Хорошо, Шон, попытаюсь дозвониться до Тома.
   – Надеюсь, тебе повезет. И прошу, не смей мне звонить, пока не уладишь дело.
   Киллиан был потрясен этим… этим предательством со стороны старого друга. Но, обращаясь к кому-то невидимому, он произнес в его оправдание:
   – Он просто защищает себя и свою семью! Я бы так же поступил на его месте.
   Но он сам, призраки и фамильяры[12] знали, что это ложь.
   Отогнав непрошеные мысли, Киллиан достал бумажник, нашел листок с номером Тома. Секретаря ему удалось обойти, сказав:
   – Я Киллиан. Мистер Эйкел ждет моего звонка.
   – Киллиан… – раздался голос Тома.
   – Это я, Том.
   – Ты где?
   – Не могу сказать.
   – Какого черта ты не можешь, если работаешь на меня!
   – Уже нет.
   – Мы заключили соглашение. Ты где?!
   Их встреча в Макао, казалось, произошла целую вечность назад.
   – Может, заключим новое? – предложил Киллиан.
   Он ожидал, что Том взорвется ругательствами, но тот явно колебался.
   – Слушаю, – настроженно ответил Том.
   – Полагаю, наш друг сообщил тебе, что стало с компьютером?
   – Сообщил.
   – Насколько я понимаю, все вернулось к прежнему раскладу.
   – Ты о чем?
   – Ситуация вернулась к исходной точке: против тебя у нас ничего нет, а вот у тебя есть кое-что против нас.
   – Значит, уже «нас»?
   – Том, завязывай, а? Мы же взрослые люди и говорим о серьезных делах.
   На какое-то время наступила тишина.
   – Точно нет копий файлов с компьютера? – с надеждой спросил Том.
   – Устрой мне испытание на детекторе лжи, если не веришь. Посуди сам, зачем ей диск с сохраненными файлами, если у нее был сам компьютер?!
   Киллиан отчетливо слышал, как Том меряет шагами паркетный пол своего шикарного офиса на Ройял-авеню. Киллиан подошел к кромке воды.
   Мимо него пробежала Сью, направлявшаяся к площадке с криком:
   – Раз, два, три, я свободна, догони!
   Киллиан стоял на мокром песке, наблюдая, как вода заливает его ботинки. Паром давно исчез в розоватой дымке, и окружающее пространство опустело. Только в небе парила пара чаек.
   – Тебе можно верить? – наконец послышался голос Тома.
   – Да.
   – Она будет молчать?
   – Она будет молчать, и ты будешь молчать. Рейчел и Ричард разделят опеку над детьми. Я постараюсь убедить ее, что все странности нашего друга остались в далеком прошлом. Ты не знаешь, есть новости в расследовании убийства ее родителей?
   – Нет. Копы по-прежнему считают, что они погибли из-за попытки ограбления.
   – Сколько им нужно времени, чтобы докопаться до правды? Пять дней? Неделю?
   – Не знаю. Не это сейчас главное. Боюсь, когда Рейчел узнает о смерти родителей, она все выложит полиции.
   – Она будет молчать.
   – Дело не только в Коултере, мне тоже грозит опасность. На кону моя жизнь!
   – Понимаю. Я все ей объясню.
   – В этом деле есть еще один фигурант. Он верит, что видео уничтожено при взрыве зажигательной бомбы в восемьдесят втором году. Этот теракт устроили он сам и его друзья. Двадцать лет Коултер лгал ему и мне.
   – Расскажи ему.
   – Нет! Не скажу и не собираюсь. Иначе мы все – покойники!
   – Том, послушай…
   – Это ты меня послушай! Киллиан, я никогда тебе не доверял. Но я слышал, что ты человек слова. Ты заключил с нами соглашение. Так выполни свое обещание. Сам знаешь, времени остается все меньше и меньше. Как только она узнает, что произошло в Баллимене на самом деле, тут же слетит с катушек. – Голос Тома был подчеркнуто бесстрастен.
   – Нет, обещаю тебе. Хотя бы потому, что ей нужно защищать своих детей. И, если она проболтается, у нее не останется козырей против нашего общего друга.
   – Ей, собственно, и говорить-то ничего не нужно. Достаточно только намека, чтобы уничтожить дело всей жизни нашего друга, его репутацию. Это поломает и мою карьеру, черт побери! На кону наши жизни. Это подлинная катастрофа! Я просто не готов взять на себя такой риск.
   – Я ручаюсь за нее, – настойчиво повторил Киллиан.
   Том откашлялся:
   – И последнее: как ты понимаешь, есть еще одна проблема – это ты. Ты был в Баллимене, она показывала тебе ноутбук. Как убедиться в твоем молчании?
   – Ты шутишь, Том? Я человек простой, простодушный. И дешевый. Пара тысяч меня более чем устроит. Это тебе по карману, я думаю.
   Тишина.
   Плеск волн, разбивающихся о берег.
   Детский смех.
   На том конце разговора Том лихорадочно обдумывал проблему.
   – Ну что? – прервал молчание Киллиан.
   – Давай уточним. Ты уговариваешь ее молчать, и все возвращается на круги своя?
   – Да.
   – А гарантии?
   – Заставь ее подписать какую-нибудь бумагу. Ты же адвокат! Если она позволит хотя бы раз высказаться о нашем друге или о тебе в каком-нибудь издании, то… и так далее и тому подобное.
   Снова молчание.
   – Том, думай скорее, мне необходимо избавиться от этого телефона.
   – Хорошо. Мне кажется, это приемлемый вариант. Нужно только еще обсудить ситуацию с нашим другом. – Из голоса Тома впервые за время разговора исчезли тревога и напряжение.
   – Договорились, – согласился Киллиан.
   – Через пару часов я тебе перезвоню.
   – Нет-нет, как только мы закончим разговор, я уничтожу этот телефон. Я сам позвоню тебе.
   – Наш друг в Лондоне. Неужели невозможно подождать, пока я его разыщу?
   – Том, прекрати хитрить!
   – Да с чего ты взял? Я всего лишь представитель Коултера, живущий в гребаном Белфасте. А наш друг, находящийся сейчас в Англии… о, это чертовски занятой человек, у него миллион дел, к нему вообще невозможно дозвониться. Мне придется беспокоить Паулу, выяснять его сегодняшний распорядок дня…
   – Том, я не буду ждать. Телефон выброшу Через два часа я тебе сам позвоню, – с нажимом повторил Киллиан.
   – Хорошо, хорошо, успокойся. Позвони мне в пять, хорошо? В пять я сообщу тебе о нашем решении.
   – Договорились, в пять.
   – Значит, еще раз: ты разбираешься с девчонкой, я разбираюсь с нашим другом, а потом мы пожмем друг другу руки. Так?
   – Годится.
   – Вот и чудно. И кстати, Киллиан…
   – Что?
   – Постарайся не напортачить! – жестко сказал Том на прощание.
   – Ну что ж, можно и попытаться, – задумчиво произнес Киллиан, обращаясь к окружающим призракам.
   Должен ведь существовать способ, как все сделать мирным путем.
   В самом начале своей карьеры Киллиан действительно убивал людей. Еще нескольких он искалечил, а еще несколько десятков людей избил до полусмерти. Некоторые из них не совершили ничего гнуснее просрочки внесения платы за крышу.
   Но со временем он приобрел репутацию человека, способного убедить людей платить по счетам и молчать в тряпочку без применения пыток – выстрелов в коленную чашечку, например. Киллиан стал известен благодаря таланту мирно улаживать дела, став этаким Талейраном. Он умело заговаривал людей, рассказывая им правдивые и придуманные истории, – в этом все пейви были мастера.
   Он отлично владел оружием, но предпочитал обходиться без него.
   Вот почему дело в Эннискиллене так грело ему Душу.
   Чисто, аккуратно. Жаль только паромщика, которого псих, судя по всему, убил.
   Наверное, и это дело удастся провернуть с тем же изяществом. Киллиан уже по горло сыт убийствами.
   Самым сложным в намечавшейся операции было сообщить Рейчел о гибели ее родителей. Но Киллиан знал, что сделать это придется в любом случае. Как бы ни было здесь хорошо, весело и приятно, бесконечно такая жизнь продолжаться не могла.
   Зайдя в море, Киллиан раскрыл телефон, размахнулся и зашвырнул мобильник как можно дальше. Телефон раза четыре подскочил на воде, прежде чем пошел ко дну.
   – Неплохо, – пробормотал Киллиан, вернулся, миновал играющих детей и вернулся в лагерь пейви.
   Кивнул Кейти, которая кормила цыплят рядом с трейлером.
   Женщина улыбнулась ему и махнула за спину кулаком с оттопыренным большим пальцем, намекая, что ее сожитель, Томми, дома. Киллиан подмигнул.
   Подошел к трейлеру Донала.
   – Привет! – обратился он к Рейчел.
   Она подняла взгляд от книги:
   – Привет.
   За эти три дня она перестала выглядеть истощенной. Хороший сон, ветер и солнце вернули цвет ее лицу. Она выглядела потрясающе. Красавица!
   – Что читаем? – поинтересовался он.
   – «Над пропастью во ржи».
   – Не читал. Хорошая?
   – Пока нравится. Дошла до места, где герой хочет узнать, куда улетают утки на зиму.
   Киллиан прищурился:
   – Ну, чирки улетают в Испанию, а кряквы летят в Марокко.
   – Нет, это нью-йоркские утки.
   – М-м… Не знаю, может, в Мексику?
   Рейчел отложила книгу и улыбнулась:
   – Не думаю, что это важно. Суть не в этом.
   Киллиан многозначительно откашлялся.
   Теперь Рейчел была вся внимание:
   – Что случилось?
   Киллиан присел перед ней на корточки. Перед его глазами возникла жуткая картина: мачеха Рейчел, замученная до смерти, тело покрыто ожогами от сигарет… ее убитый отец…
   – Ну? – поторопила его Рейчел.
   Киллиан сокрушенно покачал головой и вздохнул. Рейчел была так красива, так счастлива, что он не смог заставить себя рассказать об этом ужасе. Да и спешки особой нет. Впереди целый день.
   – Короче… хм-м… я хотел бы… если ты не возражаешь… э-э… Я тут подумывал помочь Доналу сегодня на кладбище.
   Рейчел выглядела озадаченной.
   – Это из-за того, что мы сидим у него на шее?
   – Боже, нет! Он же смертельно обидится, если ты такое ему скажешь. Нет, просто мне надоело сидеть без дела.
   – А, ну да.
   – Тебе хорошо тут? Ничего, что я ненадолго оставлю тебя одну?
   Рейчел откинула волосы с лица, завязала их в конский хвост. Усмехнулась:
   – Тут я чувствую себя лучше и спокойней, чем когда-либо в моей жизни.
   Эти слова Киллиан повторил Доналу два часа спустя, когда они работали на маленьком древнем кладбище Милл-Бэй, находившемся на Айлендмэги неподалеку от Лox-Ларн.
   – Вот оно как?! Я рад это слышать! – совершенно искренне воскликнул Донал.
   Киллиан все ждал от Донала намека на то, что им придется подыскивать себе другой трейлер или покинуть лагерь, но так и не услышал ничего подобного, а потом понял, что такого и быть не могло, они могли жить в его доме, сколько им нужно, – и говорить об этом не стоит.
   – Ну как тебе работа? – хитро улыбнулся Донал.
   – Приятно немного поразмяться, – ответил Киллиан.
   Мужчины скинули плащи и намечали могилу.
   Это была тяжелая работа, но Киллиан был привычен к такому труду.
   Он воткнул лопату в землю. Поднял, повернул под прямым углом, лезвие лопаты снова ушло в мягкую траву Вынул лопату из бороздки, стер с нее грязь и снова ударил в землю параллельно первой борозде. Затем наметил последнюю сторону. Киллиан отошел на шаг назад, окинув довольным взглядом квадрат на влажной земле. Через секунду он поднажал на лопату, за раз вынул солидный кусок дерна и отложил его в сторону.
   – Неплохо, – пробормотал Киллиан.
   После десяти минут изнурительной работы мужчины покончили с первой частью работы. Вся трава была снята и сложена в аккуратный холм.
   Дальше можно было быть не столь аккуратным, так как предстояло просто копать землю. Они взяли из сарайчика большие и широкие лопаты для снега и начали буквально вычерпывать землю. Земля была сырая, мягкая, как шоколадный пирог, работа пошла быстрее.
   Им стало жарко. Вскоре появились дождевые облака, заполнившие западную часть неба.
   – Когда похороны? – вдруг спросил Киллиан.
   – Уф-ф… скоро, думаю, – перевел дух Донал.
   – А кого хоронят?
   – Какого-то старика. Как мне сказали, это кладбище официально считается закрытым. Чтобы тебя здесь похоронили, ты должен быть из какой-нибудь старинной местной семьи. Красивое местечко, – заметил Донал.
   Киллиан кивнул. Отсюда открывался вид на Лox-Ларн и зеленые холмы Антрима за ним. Рядом были пастбища для овец, от кладбища разбегались узкие тропинки через заросли крапивы и кусты смородины.
   Тишина.
   Когда дождь накрыл самые дальние дома на полуострове, могила была почти готова. Мужчины уже работали в яме, и Киллиан остановился, чтобы вытереть о брюки влажные ладони.
   Под ногами набрались лужицы, земля стала скользкой.
   – Как по-твоему? Достаточно? – спросил Киллиан у Донала.
   Могила была глубиной пять футов.
   – Да, думаю, в самый раз, – согласился Донал.
   Мужчины вылезли из ямы, накрыли ее брезентом и быстро побежали под дуб, переждать дождь.
   Из сумки Донал извлек бутыль красного вина, высокий ирландский хлеб, пачку сливочного масла и домашнее малиновое варенье. Мужчины приступили к трапезе – лежа, пили вино, ели хлеб с вареньем и маслом и наблюдали за кроншнепами и куликами-сороками, вышагивающими по прибрежной грязи озера. Их обед заставил Киллиана вспомнить о древнегреческих пирах-симпосиях. Была ли Рейчел его утраченной половинкой? Вряд ли. Она была самодостаточна. Им не суждено было остаться вместе. Дни, проведенные в обществе пейви, доказали это Киллиану.
Чтение онлайн



1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 [22] 23 24 25 26 27 28 29

Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация