А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Барометр падает" (страница 10)

   В гостиницу он приехал в девять, как раз успел сделать последний заказ в номер: пирожки с острой начинкой, кувшин пива и текилу Поспрашивав в баре, раздобыл грамм коки. У себя в номере он вынюхал «дорожку», закурил и уселся на балконе. Из номера открывался вид на автостоянку и трассу Пахло керосиновыми плитками и дешевым кукурузным маслом.
   Когда действие коки пошло на убыль, вернулись старые воспоминания. С запозданием он понял, что вовсе не рад им.
   Слишком поздно… запах крови… вопли…
   В его памяти осталось три ярких картинки Чечни: парашютный десант, мертвый омоновец и два часа, последовавшие за тем, как в здание горсовета попали зажигательные снаряды.
   Спустившись в мини-бар, он взял пару бокалов «Модело», осушил их и с убийственной ясностью вспомнил подробности. Ярко-желтый огонь, полыхавший среди серых развалин. Дмитрий, взводный снайпер, стрелявший во всех, кто пытался выбраться оттуда. Обреченные люди, кричавшие что-то по-русски своим убийцам, запертые в горящем здании, где уже начала обваливаться деревянная крыша. Женщины, которые выбрасывали в окна детей, пытаясь спасти хотя бы их. Напрасно: приказы, полученные солдатами, были самые недвусмысленные – никто не должен выжить! Никаких свидетелей. Извращенно-прекрасное зрелище: Большая Медведица, золотые отблески огня, красноватые следы трассирующих пуль – военный фейерверк… Когда капитан Кутцо сказал, что они обеспечили безопасность, взвод вошел в здание. Шестеро человек были еще живы. Четверых мужчин они расстреляли, а двух женщин оставили, чтобы потом их зверски изнасиловать. Эти женщины дожили до конца войны и потом рассказывали потрясенным западным журналистам о том, что видели и пережили. К черту этого Ельцина!
   Марков прикоснулся к шее, где должен быть крестик. Нет креста… Он потерял его давно, задолго до того, как в первый раз очутился в Нью-Йорке на Брайтон-Бич.
   Маркова клонило в сон. Зазвенел телефон.
   Он вернулся в номер, вытащил из кармана куртки красный резиновый мячик, который всегда носил с собой. Сжал, бросил на ковер, поймал при отскоке.
   Взял телефон.
   – Как день прошел? – спросил Берни.
   – Как надо.
   – А заплатили тоже как надо?
   – А твое какое… – запальчиво начал Марков, однако заставил себя остыть. – Все путем, – поправился он.
   – Приятель, ты зря теряешь там время. Кстати, звонила Марина, но я засомневался, нужно ли сообщать ей, где ты.
   – Я сам с ней свяжусь.
   – Твои дела, братишка. Есть настоящая работа для тебя – большие деньги.
   – Сколько?
   – Ты о Майкле Форсайте слышал?
   – Да.
   – Он тебе все сообщит. Пятьдесят тысяч. Нужно кой-кого найти.
   – Где клиент?
   – В Ирландии. Был там когда-нибудь?
   – Не-а.
   – Не возражаешь насчет поездочки?
   – За пятьдесят тысяч я хоть на гребаный Марс отправлюсь.
   – Значит, по рукам. Когда вернешься в Вегас?
   Марков нащупал в кармане ключи от машины.
   У него забронирован билет на завтра, но если поехать прямо сейчас, без остановок…
   – Давай за завтраком поговорим, – ответил он.

   7. Хвост

   Когда он приехал в Каррик, то чувствовал себя настолько уставшим, что осилил только одну кружку пива в «Джорди армс». Вернувшись домой, лег спать и проспал тринадцать часов.
   Проснувшись, Киллиан долго не мог понять, какой сейчас день недели. Шел дождь, и на всех яхтах, стоящих у пристани, обвисли снасти.
   Он долго лежал в постели, обдумывая, как потратить деньги, которые он получил после поездки в Нью-Йорк. Этой суммы хватит, чтобы два года жить здесь на съемной квартире или внести плату по закладной на квартиру сроком на четыре месяца. Хороши были оба варианта.
   А впереди – возможность получить еще больше денег.
   Пятьдесят тысяч фунтов в счет аванса за первый месяц работы.
   Если он найдет эту женщину, которая сейчас в бегах, он получит еще четыреста пятьдесят тысяч. Женщину и детей.
   Чем дольше он лежал, тем сильнее его одолевала клаустрофобия.
   Киллиан встал, распахнул окно, полной грудью вдохнул морской воздух.
   Иногда дом казался ему тюрьмой. И так было со всеми домами, где бы он ни жил.
   Но вернуться в жилой прицеп он не мог… ни сейчас, ни позже.
   Он смотрел на дождь, на причал с яхтами и катерами, на замок Каррикфергюс, чей серый силуэт явственно проступал сквозь туман.
   Нет, к прежней бродячей жизни он не вернется, и он попытается покинуть Дело. Мог бы покинуть после этого задания.
   Ветер задувал дождь со снегом и морские брызги в комнату Через минуту голова стала мокрой.
   Он не обращал на это внимания.
   – Я крутой парень, ясно? – произнес он, закрыл окно и пошел в ванную.
   Нагнулся, чтобы увидеть себя в зеркале. Он был высокого роста, а бледность и четырехдневная щетина придавали ему сходство с человеком, выжившим после долгого пребывания в плену Кто-то утверждал, что может с первого взгляда определить, что он трэвеллер, а кто-то – что он совсем не похож на тинкера, кроме того, у них чрезвычайно редко можно увидеть седые волосы: самым старым пейви, как они себя называли, из всех, кого он знал, была бабушка Деклана Маккуорри, скончавшаяся в пятьдесят девять лет.
   Пришла кошка. Как она узнала, что он вернулся? Надо бы об этом написать в «Фортэн тайме».
   Что он точно знал, так это как она пробралось к нему: через подвальное окошко, вверх по ступенькам подвальной лестницы и через щель в кухонной двери.
   Присев на край унитаза, Киллиан взял кошку на руки и продолжал разглядывать себя в зеркало. На него смотрел измотанный до предела, с опустошенным взглядом мужчина.
   К этому дому он присматривался уже год, с тех самых пор как экономика Ирландии покатилась под откос. Всего лишь за шесть месяцев уровень безработицы подскочил с пяти процентов до одиннадцати, по всему острову застройщики продавали недвижимость по бросовым ценам. Он никак не мог продать две свои роскошные квартиры, из которых открывался вид на Лаган в Белфасте. За каждую он просил по полмиллиона, но последнее предложение, которое он получил, – четыреста тысяч за обе квартиры, а значит, он задолжает триста тысяч как минимум.
   Разумеется, деньги этого чертова Дика Коултера могли помочь ему избавиться от долгов. Он мог бы продать квартиры и купить этот дом. Боже, да он мог начать жить по-настоящему!
   Нет, нельзя долго об этом думать.
   Можно сглазить.
   – Будь что будет. Я хочу сказать, что никогда нельзя загадывать, верно? – обратился он к кошке.
   Кошка была непривычна к длинным речам. Старушка, жившая по соседству, никогда с ней не разговаривала, и кошка недоуменно смотрела на своего второго хозяина, наклоняя голову то вправо, то влево, как прислушивающаяся собака.
   – Знаешь, где я был? Я весь мир объехал, Китти, поверь мне! – воскликнул мужчина.
   Такую простенькую кличку кошка получила после того, как старушка назвала ему полное имя кошки – а было это год назад, – такое вычурное, жеманное, что новый владелец тут же его забыл. Хотя, будь у него побольше воображения, он бы все же придумал что-нибудь поинтересней «Китти».
   Киллиан встал с унитаза, вышел в комнату, накрошил кошке тунца из консервной банки и залез в ванну.
   Пока отмокал, перечитал еще раз сведения о Рейчел Коултер. Побрился, оделся и вышел на улицу. Оглядел дом снаружи – несколько раз он видел граффити на стенах и на заборе, а однажды какой-то пацан намалевал: «Тинкеры, убирайтесь прочь!», после чего Киллиан переговорил с командиром местной ячейки Добровольческих сил Ольстера. Надписи больше не появлялись, мало того, кто-то следил за его садом, пока он был в отъезде.
   С домом было все в порядке. В коридоре лежало письмо, которое уведомляло клиента банка о состоянии счета на кредитной карте с отметкой о списании денег за полотенце, которое Киллиан прихватил в «Фермонт-отеле».
   Позавтракал Киллиан в «Джорди»: пирог и чашка кофе – вместо кружки пива – и пошел к пункту проката автомобилей, находившемуся на Корнмейкер-стрит.
   Пока еще Киллиан не был уверен в том, понравится ли ему жить в этом городе, возможно потому, что здесь слишком много наглой, чересчур уверенной в себе молодежи. Даже девятнадцатилетний разгильдяй, оформлявший ему машину напрокат, и тот выглядел слишком крутым, чтобы ходить в школу. Сначала парнишка заявил, что контора открывается в полвосьмого, затем машина оказалась белым «фордом-фиестой», хотя Киллиан заказывал в Интернете «лендровер». Киллиан прикинулся возмущенным, и парень сделал вид, будто просматривает список заказов на компьютере.
   – К сожалению, свободных машин больше нет, – ответил он.
   – Да ладно, черт с ним, – нехотя согласился Киллиан.
   Машина была припаркована в самом дальнем углу площадки, под деревом, вся была заляпана птичьими отметинами, а в салоне пахло как в дешевой парикмахерской.
   – Спасибо, и катись к черту… – одними губами произнес Киллиан, когда выезжал с автостоянки.
   – Пока, и почему бы тебе самого себя не трахнуть, а? – одними губами ответил менеджер.
   Киллиан научился читать по губам у Кева Макдоннелла на заднем дворе отеля «Трамп-Атлантик-Сити». Он показал парню средний палец. Молокосос намек понял и ответил тем же жестом. И они оба рассмеялись.
   – Каррикфергюс, – с удовольствием произнес Киллиан, подозревая, что его нелюбовь к этому месту – мнимая.
   Он ехал по побережью на север.
   Из радио доносилась какая-то мерзость: политика, кантри, софт-рок.
   Горы, узкие долины, деревья, маленькие опрятные городки, а на другой стороне Северного пролива – приличный кусок Шотландии. В лучах утреннего солнца это было фантастическое зрелище.
   Какое-то время Киллиану казалось, что его преследуют: в зеркале заднего вида маячил парень за рулем большого джипа, но, едва Киллиан свернул в сторону дамбы, джип отстал.
   Население Колрейна состоит из студентов, госслужащих и еще раз из студентов.
   Последним известным местом жительства Рейчел Коултер была стоянка жилых прицепов. Добраться до нее можно было, проехав через центр городка дальше вдоль берега. Невдалеке был Портраш – излюбленное место туристов и любителей серфинга. Люди Коултера нашли Рейчел, но, хотя на нее охотились трое, она сумела ускользнуть, а они даже не записали номер машины. Что ж… Как верно заметил Шон, время дилетантов прошло.
   Он въехал на стоянку, поспрашивал у местных, пока ему не посоветовали обратиться к Анне – она жила в соседнем с Рейчел трейлере. В первого взгляда на эту женщину Киллиан понял, что деньги ей предлагать бесполезно. Она была бедной иеговисткой – в ее взгляде горел отблеск вечности.
   Вокруг бегала целая стайка детей: двое распевали какой-то псалом, который заставил бы знаменитого фольклориста Алана Ломакса сломя голову бежать за диктофоном, а остальные играли в какую-то сложную игру, в ходе которой постоянно и горячо спорили о правилах. Киллиану пришлось подождать, пока женщина утихомирит детей.
   Почти сразу Киллиан понял, что женщина ничего не знает. Рейчел Коултер не доверяла ей, что с ее стороны было весьма предусмотрительно.
   – Вам бы Дейва лучше спросить, – со вздохом произнесла Анна. – Вон его прицеп. Она ведь на его машине-то уехала…
   Дейв был хозяином трейлера, который снимала Рейчел, и именно его машиной она воспользовалась, когда в спешке скрывалась от преследователей.
   Как и следовало ожидать, костоломам Коултера ничего не удалось вытянуть из Дейва.
   Дейв сидел на раскладном стуле, пил пиво и следил за новоприбывшим, делая вид, что читает автомобильный журнал «Топ гир».
   – Мистер Рейнолдс? – спросил Киллиан. – Да?
   – Я Киллиан. – Он нагнулся и протянул Дейву руку, но тот ее не пожал.
   – И что же вам от меня нужно? – осторожно поинтересовался Дейв, коренастый мужчина с рыжеватой бородой, на предплечье которого красовалась татуировка «КФ» – Королевский флот.
   – Служили на флоте? – полюбопытствовал Киллиан.
   – Да, служил, а что?
   – Я был как-то раз на «Каролине»…
   – Ну да? – Дейв заинтересовался.
   – Очень хороший корабль! – заявил Киллиан.
   Киллиан действительно как-то раз побывал на корабле Королевского ВМФ «Каролина». Он находился на запасной базе в Белфасте. Киллиану тогда было восемнадцать. Он вместе с приятелем добрался до корабля на краденой лодке, забросил веревку с крюком, поднялся на борт, вломился внутрь и украл серебряное блюдо стоимостью пять тысяч фунтов.
   – Да, вот это был корабль! Последний в своей серии, он еще в Первую мировую воевал…
   – Неужели? Не знал. – Киллиан изобразил приличествующее случаю удивление.
   – Этот корабль принимал участие в Ютландском сражении! – усмехнулся Дейв.
   Киллиан изобразил еще большее удивление. Когда Дейв улыбался, он преображался в снисходительного и всезнающего старого служаку, добряка и рубаху-парня, каким был когда-то.
   Это все в прошлом, сейчас он медленно спивался, а кто бы не спился?
   – Значит, служили в армии? – спросил Дейв.
   – Я нет. Мой дед эмигрировал в Америку и служил в армии США. После Второй мировой остался без работы, а ведь имел диплом дантиста.
   – Да, чертовски плохие были времена. Читал об этом. Он с вашей бабушкой после войны жил?
   – Шутите, что ли? Дед в Штатах завел новую семью. Правда, моей матери он посылал деньги, до тех пор пока ей восемнадцать не исполнилось. У нее к тому времени уж двое на руках было. Такие дела.
   Дейв кивнул – знакомая история.
   – Ну что ж… Чем могу помочь, мистер Киллиан?
   – Я ищу Рейчел Коултер, – выдохнул Киллиан.
   Дейв сразу насторожился, важно пригладил бороду и мрачно процедил:
   – Не вы один.
   – Она продала в Дерри машину, которую вы ей одолжили, – продолжил Киллиан.
   – Я сам дал ей машину И она все сделала правильно. – Глаза Дейва сузились в щелочки, правой рукой он скручивал журнал в трубку.
   – Думаю, полиция машину уже нашла. Возможно, вам скоро ее вернут.
   – Мне она не нужна, я отдал ее Рейчел, – отрезал Дейв.
   – Не возражаете, если я сяду?
   – А кто вам запрещает?
   Киллиан разложил стул и сел рядом с Дейвом. Прикрыл глаза и шумно вздохнул:
   – Вы, конечно, не знаете, куда она направлялась?
   – Не знаю и знать не хочу – Дейв отрицательно замотал головой.
   – Это ее караван? – спросил Киллиан, указывая на единственный прицеп, у которого все окна были закрыты.
   – У нас принято говорить «трейлер». Да, это ее трейлер.
   – Не возражаете, если загляну внутрь?
   – У вас есть ордер?
   – Я не легавый.
   – Тогда не позволю.
   Киллиан улыбнулся и, откинувшись на спинку стула, какое-то время вертел головой, оглядывая местность. Ему понравилось: океан, высокие сосны на холме, свежий воздух.
   – Я бы мог взломать замок на двери трейлера, когда вы будете в отлучке. Зачем создавать лишние проблемы? Вы ведь, полагаю, уже уничтожили всё подозрительное? Письма, карты, телефонные справочники с отмеченными номерами и тому подобное, верно? – произнес Киллиан после паузы.
   Дейв промолчал, опасаясь причинить вред себе правдивым ответом.
   – Точно не забыли телефонные справочники? На «желтых страницах» попадаются порой весьма любопытные адреса, – усмехнулся Киллиан и широко зевнул, устраиваясь поудобнее на стуле.
   Дейв занервничал, видно, понял, что у Киллиана много свободного времени и столько же терпения и он может хоть на целый день задержаться в гостях.
   – Хорошо, что вам нужно? – резко спросил Дейв.
   – Понимаете, мистер Рейнолдс, я хочу ей помочь.
   – Помочь? – В голосе Дейва слышалось неприкрытое недоверие.
   – Я работаю на ее адвокатов, – ответил Киллиан и передал Дейву свою визитку, на которой значились только его имя, номер телефона и адрес электронной почты.
   Дейв взял визитку, внимательно разглядел и убрал в карман рубашки.
   – Нам нужно установить с ней контакт до того, как ее поймают люди Коултера, или, упаси боже, до того, как она причинит вред детям. Полагаю, вы в курсе, что ее могут обвинить в похищении детей?
   – Да слышал… – признался Дейв.
   – Делом занимается Интерпол, и, поверьте мне, это безжалостные люди. Они ни перед чем не остановятся. Могут предъявить вам обвинение в соучастии в преступлении. Она ведь скрылась на вашей машине. К тому же согласно отчету, с которым я ознакомился, вы не слишком-то охотно шли на сотрудничество…
   – Я не сделал ничего плохого. Эти выродки убили моего пса. Я собираюсь предъявить иск. Коултер совсем обнаглел, и я собираюсь получить компенсацию за Трешера. Вот только найду адвоката. Я так любил это глупое животное!
   – Понимаю вас. – Киллиан сокрушенно покачал головой.
   Через минуту, посетив трейлер, мужчины снова сидели на стульях, вслушиваясь в гул далеких волн.
   Киллиан расслабился. Отличная обстановка. Пожалуй, стоило последовать примеру Люка из Бостона и загрузить в свой «айпод» запись шума прибоя.
   Дейв тоже наслаждался тишиной, потому что прошло довольно много времени, прежде чем он, откашлявшись, спросил:
   – Что с ней будет?
   – Не знаю. Возможно, Коултер ее найдет, а если не найдет он, то это сделают пилеры. Думаю, Коултер получит детей, а ее отправит в тюрьму. Дело-то несложное…
   – Рейчел сказала, что Коултер ударил ее, что ему нельзя доверять детей.
   – Она сообщила вам какие-нибудь подробности? – заинтересовался Киллиан.
   – Она не особенно распространялась, но как-то обмолвилась, что боится его. Даже по ее взгляду можно было об этом догадаться. И, боже правый, вы бы видели, каких ублюдков он за ней послал! – со вздохом покачал головой Дейв.
   – Складывается впечатление, что он редкостный мерзавец, каких еще поискать.
   Когда в очередной раз воцарилась тишина, Дейв зашел в трейлер и вернулся, держа в руках две банки пива «Харп», одну из которых протянул Киллиану.
   – Спасибо большое, – поблагодарил тот.
   Выпив треть банки, Дейв внимательно посмотрел на своего собеседника:
   – Если именно вы найдете Рейчел, чем вы сможете ей помочь?
   – По правде говоря, не знаю, сможем ли мы вообще сделать для нее что-нибудь. Дело зашло слишком далеко. – Киллиан поежился, сделав вид, что собирается с мыслями. – Он допил пиво и, будто ему в голову только что пришла эта мысль, добавил: – Думаю, если мы сможем ее убедить сдаться, то детей передадут под надзор ее родителей в Баллимене. Нужно попытаться представить дело как жалобу на домашнее насилие, и, возможно, суд разрешит оставить детей под их опекой до того момента, когда надзор можно будет снять.
   – Она рассказывала о своем отце; по ее словам, он хороший человек.
   – Наверно. Он когда-то работал инженером, а мать… мачеха… она играла за ирландскую хоккейную команду.
   – Серьезно? – улыбнулся Дейв.
   – Угу На Олимпийских играх в Монреале.
   – Ну надо же! Олимпийские игры в Монреале?! Она никогда не упоминала об этом, – расхохотался Дейв.
   – Думаете, ей нужно было об этом написать у себя на лбу?
   – Да нет, конечно… – Киллиан смял банку и встал.
   Разгладил пиджак. Для этого дела Киллиан подобающим образом оделся: синий костюм, галстук, черный плащ, черные туфли. Отличное сочетание, старомодное. Еще бы широкополую шляпу…
   – Спасибо за пиво, приятель. Я пошутил насчет взлома двери, и мне жаль твоего пса. За это мерзавцу еще придется ответить. Знаете, что я своим хозяевам сказал? Что Рейчел стоило бы рассказать свою историю на «Телешоу Опры». Коултер – человек довольно известный, из этого дела получилась бы настоящая драма. Вам наверняка бы понравилось. – Киллиан горько усмехнулся.
   – Да, пожалуй, – согласился Дейв.
   Киллиан на прощание протянул руку, и на сей раз тот ее пожал.
   – Если что вспомните, позвоните мне, хорошо? – попросил Киллиан и пошел прочь.
   Шагая, он решил, что, пожалуй, провел здесь время зря, а когда подошел к «форду», уверенность в бесполезности визита стала почти стопроцентной.
   Но он ошибся.
   – Эй, мистер! – неожиданно крикнул Дейв.
   – Да? – обернулся Киллиан.
   Дейв подошел ближе:
   – Понимаете… Не знаю, поможет ли вам это, но я сказал ей о домике, который сдает внаем мой друг. Мы с ним вместе на флоте служили. Это рядом с Леттеркенни. Знаете, если машина обнаружили в Дерри, значит, Рейчел, уехала в том направлении… – и передал Киллиану листок бумаги с адресом.
   Киллиан кивнул:
   – Это ценная информация.
   Мужчины еще раз пожали друг другу руки.
   – Надеюсь, мы сможем ее найти раньше, чем он, – сказал Киллиан.
   – Если найдете, передайте, что я спрашивал о ней… и о детях, – попросил Дейв.
   Киллиан заверил, что обязательно выполнит просьбу, и Дейв пошел к трейлеру.
   – Постойте, нет ли у вас случайно ее недавнего фото? Мне бы не хотелось полагаться только на свадебные снимки, – окликнул его Киллиан.
   Вместо ответа Дейв кивнул и вернулся с фотографией Рейчел и ее детей на фоне трейлера.
   Женщина была мало похожа на себя на свадебных фото: намного старше, бледней… Опустошенный взгляд запавших темных глаз. Отдаленно напоминает фотографа Доротею Ланг. Нет, плохое сравнение. Рейчел – современная женщина и выглядит соответствующим образом. Но ее красота слишком быстро увяла, «как у Джулии Робертс, когда та обзавелась детьми», – так ее Шон описал.
Чтение онлайн



1 2 3 4 5 6 7 8 9 [10] 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29

Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация