А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Воруют! Чиновничий беспредел, или Власть низшей расы" (страница 15)

   Обман здесь царил на каждом шагу: Москва жила под девизами «Не обманешь – не продашь», «На грош – пятаков купить». Покупателям впаривали обувь на бумажных подметках, а когда они спустя несколько дней являлись в ту же лавку с претензиями на обмен товара, их охаивали: ишь, сам купил это невесть где – а нас, честных торговцев, надуть пытается. У нас брал? Да знать мы тебя не знаем, и товар – не наш! А общепит тех времен? В большинстве «народных» трактиров в районе Трубной площади, Хитровки и Старой площади Гиляровский заказывал лишь запечатанную водку да каленые яйца в скорлупе: от всего прочего можно было запросто отравиться или схлопотать инфекционную болезнь.
   «В то время был большой спрос на описание жизни трущоб, и я печатал очерк за очерком, для чего приходилось слоняться по Аржановке и Хитровке. Там я заразился: у меня началась рожа на голове и лице, температура поднялась выше сорока градусов. Мой полуторагодовалый сын лежал в скарлатине, должно быть, и ее я принес из трущоб. На счастье, мой друг доктор А.И. Владимиров, только что окончивший университет, безвыходно поселился у меня и помогал жене и няне ухаживать за ребенком. У меня рожа скоро прошла, но тут свалилась в сыпном тифу няня Екатерина Яковлевна, – вошь я занес, конечно, тоже с Хитрова рынка…» – свидетельствует Владимир Гиляровский. Причем рассказывает он это о Москве конца 1880-х годов.
   Но это еще цветочки. В старой Москве вас могли ограбить догола ночью. Пристукнуть – и труп спустить в уличный колодец, ведущий в текущую под землей в трубе (с екатерининских времен) Неглинку. В районе Трубной площади бытовала масса самых грязных притонов и борделей. Здесь неосторожного могли запросто опоить снотворным, обчистить – и выбросить на улицу, а то и в ту же Неглинку. Когда эту речку в трубе чистили, то часто находили в ней человеческие кости. Неглинка в дождливое время из-за хронической засоренности трубы периодически затапливала Неглинный проезд, одноименную улицу и часть Трубной площади, причем вода заливалась в окна первых этажей домов. (Окончательно проблему Неглинки решат лишь при Сталине.) Нормальных канализации и водопровода в Москве до советских времен просто не имелось. Богатые домовладельцы, чтобы не вывозить фекалии, мочу и нечистоты из своих сортиров бочками, тайно прокладывали в Неглинку подземные стоки, а уж Неглинка все это выносила в Москву-реку. Как все это воняло – рассказывать не надо.
   Особенно страшным был выходящий на Цветной бульвар Малый Колосов переулок, переполненный заведениями с красными фонарями и грязными притонами. Именно здесь любили опаивать сонным зельем, подчас – насильно. Таиланд, как говорится, отдыхает. Только красные смогли свести с тела Москвы эти гнойные язвы.
   А Охотный Ряд, где ныне, в здании сталинского Госплана СССР, угнездилась Госдума РФ? В старой Москве это было средоточие мясных и рыбных лавок. Страшная вонь, полчища крыс, дикая антисанитария царили здесь. В лавках – некрашеные стены, пропитанные кровью, кучи куриного помета, крысы, перья, мясники в грязных фартуках и с нечищеными ножами. Рядом – ямы, до краев наполненные нечистотами и отбросами. У стен – навалы из навоза и гниющих кишок забитых животных. Здесь же – полуразвалившиеся сараи, где сложены гниющие шкуры, хлевы. Настоящая грязная и вонючая Азия в самом сердце древней русской столицы! Все это позорище ликвидировали при Сталине, построив на месте сего романовского «кишлака» красивейшее здание гостиницы «Москва». Разрушенное, блин, представителями низшей расы в 2003 году и замененное потом новоделом в исполнении «узбек-таджикстроя». Господи, какие интерьеры, какие мозаичные панно были уничтожены тогда, в 2003-м! Видимо, нынешнюю низшую расу просто корежит от вида всего советского, великого. Вот она и уничтожает все, что осталось от СССР, под любым предлогом.
   Но мы отвлеклись от главной темы. Даже в Москве, при поздних Романовых, был сущий Восток, причем в самом центре города, не считая Марьиной Рощи, Хапиловки и прочих окраин. Даже не Бухара, не Ташкент, а кишлак, подобие самых грязных трущоб нынешнего третьего мира. Посмотрите на фотографии торговцев в старой Москве. Они носят на голове и лотки с арбузами, и решета с ягодами, и кувшины с лимонадом. Ну сущая тебе Нигерия пополам с Чадом!
   А если взять Питер тех же времен? Он, увы, не знал своего Гиляровского. Но кое-что продемонстрировать можно. Например, открыв книгу «Капитальный ремонт» Леонида Соболева – человека из того времени, хорошо знавшего то, о чем пишет. Вчитаемся в его описание Петербурга 1914 года.
   «…Столица прикрывала гранитом и мрамором свою неистребимую российскую вшивую грязь, нищету; невежество и крепостническое самоуправство. Облицованные гранитом каналы ее воняли страшной устойчивой вонью обывательских клозетов. Великолепная Нева поила острова и окраины неразбавленной холерной настойкой, очищая фильтрами воду только для центральной части города. Под безлюдным паркетным простором барских квартир сыро прели в подвалах полтораста тысяч угловых жильцов с кладбищенской нормой жилплощади в один-два метра на душу. Двадцать две тысячи зарегистрированных нищих украшали своими лохмотьями паперти соборов, в которых на стопудовых, литого серебра иконостасах выглядывало из-за колонн драгоценной ляпис-лазури невыразительное лицо царицы небесной, окруженное сиянием из самоцветных камней стоимостью в сто тысяч рублей…»
   Скажете, зло написано? Не спешите с выводами. Дело в том, что жилищная проблема в обеих столицах царской России была страшенной. А. Купцов, при работе над книгой «Миф о красном терроре» перевернувший гору статистических изданий еще царских времен, приводит красноречивый факт: в Москве 1910 года 25 % населения размещались в «квартирах» в одну комнату со средним числом обитателей в такой комнате в 6,5 человека. Внаем сдавали даже не комнаты, а углы и койки. Отдельная квартира в той стране была роскошью для немногих: в 1911 году квартирный налог в Российской империи платило всего 650 тысяч человек! Все остальные снимали жилплощадь у квартирных владельцев. При этом съем квартиры в Москве или СПб. стоил в 1910-е годы от 300 до 600 рублей в год. При том, что дневные заработки рабочего были намного меньше среднедневной платы за полноценное жилище. Например, рабочие-металлисты получали 93 копейки в день, химики – 69 копеек. Потому и вынуждены были жить по углам, снимать сырые подвалы и каморки, существовать в заводских казармах. Комнату-то можно было и за 8 рубликов в месяц снять. Самого понятия «квартира» в нынешнем понимании этого слова для многих просто не существовало. Ну, снимал человек квартиру в доме, принадлежащем купцу, и в своей квартире на условиях субаренды сдавал внаем комнату – семейной паре, две койки – мастеровым, полуподвал – прачке для житья и работы. В провинциальных городах было еще хуже…
   Так что, читатель, для миллионов русских, что после 1917 года стали жить в коммунальных квартирах, такие жилищные условия казались просто раем небесным по сравнению с каморками, углами, подвалами да койками.
   Нынешние почитатели «России до 1917 года» плохо представляют себе ту дикость, в которой жила основная масса русского населения. Зачем за примерами далеко ходить? Сколько раз – уже в советские времена – кулаки ломали и сжигали тракторы, объявляя их «антихристовыми машинами»? А сцена из «Тихого Дона» Шолохова, где над станицей пролетает аэроплан? Помните: там старуха при виде самолета вопит: «Ой, смертынька моя пришла!», валится на землю и напускает лужу мочи от страху? Могу напомнить рассказ Антона Павловича Чехова «Злоумышленник», где полиция ловит крестьянина, откручивающего гайки с болтов, соединяющих рельсы на железной дороге. Он использует их в качестве грузил для рыбалки, и ему даже в голову не приходит, что таким образом он может вызвать катастрофу поезда. Между тем это не вымысел Чехова: прототипом такого горе-рыболова послужил подмосковный крестьянин Никита Пантюхин. Великий мастер ловить налимов, он-то и откручивал гайки с путей. Делал он это от страшной бедности: не было у него денег на покупку свинца для отливки грузил. На ноге у крестьянина была многолетняя гниющая язва (что-то вроде туркменской пендинки). Лечил ее крестьянин, прикладывая к ней ил из омута или пруда, а то и нюхательным табаком посыпая. Когда Чехов (а он был врачом по профессии) осмотрел язву и прописал нужную мазь, Никита отказался ее использовать. «Зря деньги не плати, а что мазь эта стоит, мне отдай деньгами либо табаку нюхательного купи: табак червяка в ноге ест». А когда ему сказали, что его гаечный промысел чреват большой бедой, Никита с детской непосредственностью ответствовал: «Нешто я все гайки-то отвинчиваю? В одном месте одну, в другом – другую… Нешто мы не понимаем, что льзя, а что нельзя?»
   Как говорится, нет слов – одна немая сцена. Хоть стой, хоть падай. И это не какой-нибудь глухой уголок Афганистана, а романовское Подмосковье 1880-х. Стоит ли удивляться тому, что потом крестьяне будут шарахаться прочь и креститься, когда красные предложат им прививки от болезней, меры профилактики заболеваний, нормальную гинекологию…
Даже если не страдать национальным мазохизмом…
   Не хочу страдать национальным мазохизмом. В принципе, если вы почитаете описания жизни в нефешенебельных районах Парижа или Лондона тех же времен, то увидите мерзость и грязь ничуть не меньшие. Лондон времен королевы Виктории – еще та помойка. Впрочем, и позже – тоже, достаточно заглянуть в книгу «Люди бездны» Джека Лондона. Но именно красные поставили грандиозную цель: сделать города чистыми, научно организованными, насыщенными современными жилищно-коммунальными технологиями, лишенными трущоб и при этом утопающими в зелени парков и скверов. Именно этим коммунисты заставили и Запад измениться, стать гуманнее и чище. Именно красные, а не царская Россия. Она-то образцом организации городской жизни как раз и не блистала. Да и могло ли быть иначе при господстве низшей расы хапуг?
   Да, до 1917 года западные рабочие хотя жили лучше русских коллег, но и для них нормальные квартиры были роскошью. В той же Голландии рабочий и крестьянин с женами своими спали в каком-то подобии шкафа, где ноги не вытянешь. А детей на ночь клали в какие-то ящики под этой шкафоподобной кроватью. Не верите? В Голландию поезжайте, как я, – вам сами голландцы покажут. Они мне в 1998 году так и говорили: «Наши рабочие получили нормальные жилищные условия только после вашей социалистической революции». На Западе рабочим стали обеспечивать квартиры и приличные дома только после того, как тамошние капиталисты перепугались: а вдруг им тоже кишки выпустят, как в России?
   Нынче принято считать, будто бы в царских городах жили (как у Булгакова) исключительно подобия профессора Преображенского. В квартирах с библиотеками, столовыми, роскошными личными кабинетами, с отдельными комнатами для кухарки и горничной. А потом пришли большевики-хамы, которые превратили все эти роскошные жилища в грязные коммуналки, где быдло стало мочиться мимо унитаза и т. д. И все уверены в том, что они-то уж точно – не случись 1917 года – жили бы, как профессор Преображенский.
   Ну, во-первых, специалисты подобного уровня при Сталине жили в больших квартирах или даже в своих домах, имея домработницу-прислугу. Во-вторых, большинство из нынешних антисоветчиков в старой России были бы босяками, низами общества, коим полагается даже не комната в коммуналке, а угол в комнате. В-третьих, элита, конечно, имеет полное право на жилища экстра-класса и прислугу. Но при этом она должна заботиться о том, чтобы остальной народ жил по-человечески. Не в ночлежках типа «Сухого оврага» и не по четыре семьи в одной комнате, а в отдельных квартирах и в своих небольших, но домах. И так, чтобы на 10 тысяч человек населения не приходилось 1,6 врача, как в России 1913 года.
   «Элита» царской России не смогла обеспечить русскому народу ни нормального жилища, ни достойной медицины. А потому и лишилась всего.
   СССР нужную «жилищную» цель поставил. Да, «хрущевки»-пятиэтажки (кои правильнее называть «сталинками») – не лучший способ решения жилищной проблемы, ибо жилье такого типа разобщает нацию и ведет к падению рождаемости. Однако квартиры в пятиэтажках, а потом и в более высотных советских домах стали громадным шагом вперед по сравнению с бараками, разделенными на «углы» и «койки» комнатами и коммуналками. Даже хрущевская квартира по нынешним американским меркам – огромная роскошь для большинства американцев. То, что в тамошнем обществе стоит сотни тысяч долларов, Советский Союз давал своим гражданам бесплатно. Да, иной раз – после двадцати лет ожидания, но сегодня рядовому «расеянину» («украинянину» и проч.) приходится копить деньги на жилье такого рода те же двадцать, а то и тридцать лет. СССР к 1981 году снабдил отдельными квартирами 80 % своих граждан. И не сомневайтесь – к 2000 году довел бы этот показатель почти до ста процентов, если бы не развал Союза и не «потерянное десятилетие». В стране 1980-х разворачивалось гигантское строительство, создавалась, по сути, новая стройиндустрия. Возникали планы расширения кооперативно-коммерческого и индивидуального строительства, набирали силу МЖК – молодежные жилищные кооперативы. Если бы все это было доведено до завершения, квартирный вопрос сегодня уже не существовал бы.
   Благодаря советскому наследию в больших городах РФ и Украины до сих пор нет трущоб. У нас до сих пор есть водопровод, канализация и горячее водоснабжение.
   Опять все разрушила и поломала все та же низшая раса мародеров и клептократов. В позднеромановской России она даже Москву и Питер покрыла паршой трущоб и впихивала в одну комнату по нескольку семей. А в конце XX века раса выродков разрушила Красный проект, обрекая миллионы русских на полную неспособность купить или получить достойное жилище.
   Так что не надо нам вешать лапшу на уши по поводу «прекрасного 1913 года». Равно как и лапшу по поводу «эффективного менеджмента» нынешней бело-сине-красной (жовто-блакитной) «элиты». Она уже успешно разрушает жилищно-коммунальную сферу и не может предложить ни одного реального способа уничтожения «квартирного вопроса». А как деградирует при этих антисоветчиках медицина – никому рассказывать не надо. Мы, представители русско-советской высшей цивилизации, смотрим на «постсовковую» дикость с брезгливостью и болью в душе.
   Постсоветские «недогосударства» успешно возродили всю мерзость царской России и – ни одного ее достоинства. Когда я писал эту главу, в триколорной Расее на государственном уровне решили праздновать 400-летие династии Романовых. Ах, какой великий юбилей! Видимо, рыбак рыбака видит издалека. Сознают нынешние подонки низшей расы, правящие в РФ, свое духовное родство с теми подонками.
   Сильно сознают!
   Но можно сказать больше: выродившись в низшую расу, верхи Российской империи в начале XX столетия не решили ни одной из жгучих национальных проблем. И тем самым подвели державу к краю страшной катастрофы.
   Итак, продолжим наше историческое расследование.
Чтение онлайн



1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 [15] 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43

Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация