А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "О чем думала королева? (сборник)" (страница 1)

   Павел Амнуэль, Ольга Бэйс, Леонид Шифман, Юрий Кемист, Александр Бэйс
   О чем думала королева?

   От составителя

   Перед вами сборник научной фантастики. Однако не той старой доброй НФ, которую современный читатель воспринимает как нечто архаичное, уходящее, относящееся к истории литературы. Произведения, включенные в сборник, принадлежат новому направлению в хорошо знакомом жанре – направлению, уже получившему название «эвереттическая проза». Эвереттика – наука о многомирии. Эвереттическая проза – область научно-фантастической литературы, исследующая художественными средствами жизнь человека в вечно ветвящемся мироздании.
   О многомирии и его связи с научной фантастикой рассказано во вступительной статье к этому сборнику.
   Леонид Шифман, автор повести «Плагиатор», опираясь на идеи многомирия, разворачивает перед читателем увлекательный, насыщенный удивительными событиями сюжет. Многомирие здесь – повод к размышлениям и о вечных проблемах людей: о любви, верности, талантливости, порочности и о том, что могут принести в нашу жизнь новые представления о мироздании.
   В повести Павла Амнуэля «О чем думала королева» эвереттика представлена в развитии новых необычных идей, она позволяет читателю заглянуть в близкое, но странное и непредставимое будущее. Гипотеза становится теорией, и мир меняется…
   В пяти фантастических новеллах «Записки психоаналитика» Ольга Бэйс предлагает читателю самому использовать идеи эвереттики для понимания методов доктора Гриффса.
   В рассказах Леонида Шифмана и Александра Бэйса идеи многомирия представлены в гротесковой и ироничной интерпретации. Это эвереттика с улыбкой.
   Повесть Юрия Кемиста «Новые Горизонты» – произведение, которое, опираясь на интересные и непривычные эвереттические идеи, представляет читателю не новый, но очень редкий в современной литературе жанр научно-художественной прозы. «Новые Горизонты» требуют от читателя немалых интеллектуальных усилий. Эта повесть, как и остальные произведения сборника, предназначена для читателей думающих и получающих удовольствие от процесса мышления.
   Подробнее об авторах сборника можно узнать на сайте: http://milkywaycenter.com/

   Павел Амнуэль Многомирие в научной фантастике

   В начале пятидесятых годов прошлого века физики были уверены в том, что наша Вселенная – единственная, что время одномерно и однонаправлено, и, хотя события вовсе не обязаны подчиняться механистической идее Лапласа, все равно развитие происходит по одной непрерывной мировой линии, а то, что этот процесс бесконечно сложно описать, так это проблема не мироздания, а наша, человеческая.
   За полвека ситуация в физике изменилась кардинально. В 1957 году американский физик Хью Эверетт опубликовал статью, в которой дал новую, отличную от копенгагенской, интерпретацию квантовой механики. Физики знают, что уравнение Шредингера, описывающее движение элементарной частицы, имеет не одно, а по крайней мере два решения. То есть, в результате каждого акта взаимодействия частица может двигаться так, а может и иначе. До Эверетта физики полагали, что правильно какое-то одно решение, а остальные не имеют физического смысла. Иными словами, в момент взаимодействия частица выбирает, как в дальнейшем будет происходить ее движение. Свобода воли у электрона? «Нет, – утверждали физики, – конечно, никакой свободы воли у электрона не существует. Выбор траектории происходит случайным образом (электрон подбрасывает монетку и поступает в соответствии с тем, каким окажется жребий?), и в результате, понятно, реальность оказывается хотя и не полностью предсказуемой, но вполне однозначной».
   «Это не так, – заявил Эверетт. – Если уравнение Шредингера имеет несколько решений, то реализуется не одно из них, а все без исключения». Это значит, что в момент, когда электрон должен сделать “выбор”, по какой траектории ему двигаться дальше, мироздание разветвляется, и возникает столько новых вселенных, сколько решений имело в данном случае волновое уравнение. И эти вселенные отличаются друг от друга лишь тем, что в каждой из них данный конкретный электрон движется по иной траектории. Сколько решений у уравнения – столько новых вселенных и возникает. Сто? Тысяча? Миллион?
* * *
   Не о том ли писал в 1918 году Борис Пастернак в «Белых стихах»?

Он мог сказать: «Я знаю, старый друг,
Как ты дошел до этого. Я знаю,
Каким ключом ты отпер эту дверь,
Как ту взломал, как глядывал сквозь эту
И подсмотрел все то, что увидал»…


«Сто Ганских с кашлем зябло по утрам
И, волосы расчесывая, драло
Гребенкою. Сто Ганских в зеркалах
Бросало в дрожь. Сто Ганских пило кофе.
А надо было богу доказать,
Что Ганская – одна, как он задумал…»

* * *
   И не эти ли принципы квантовой механики имел в виду Хорхе Луис Борхес, когда в 1944 году писал в рассказе «Сад расходящихся тропок»:
   «Стоит герою любого романа очутиться перед несколькими возможностями, как он выбирает одну из них, отметая остальные; в неразрешимом романе Цюй Пэна он выбирает все разом. Тем самым он творит различные будущие времена, которые в свою очередь множатся и ветвятся…
   В отличие от Ньютона и Шопенгауэра ваш предок не верил в единое, абсолютное время. Он верил в бесчисленность временных рядов, в растущую головокружительную сеть расходящихся, сходящихся и параллельных времен… Вечно разветвляясь, время ведет к неисчислимым вариантам будущего».
   Писатели и поэты, похоже, всегда были лучшими пророками…
* * *
   Эвереттовская интерпретация квантовой механики, разумеется, не сразу приобрела сторонников. История становления нового направления в физике – эвереттики – выходит за рамки статьи, скажу лишь, что в современной науке уже не является маргинальной идея многомирия, идея Мультиверсума, одной из составных частей которого является наша Вселенная (Универсум). Главное в идее Мультиверсума – проблема выбора. Выбор происходит не только при элементарных взаимодействиях, но и при любых физических процессах, огромное число которых происходит в Универсуме каждое мгновение, каждый момент времени. При такой трактовке ветвление мироздания происходит, в частности, и тогда, когда вы утром выбираете – выпить чай или кофе, когда по дороге на работу делаете выбор – перейти дорогу на красный свет или подождать зеленого. Вы выбираете – поспорить с начальством или стерпеть незаслуженный упрек, купить ребенку игрушку или новый костюмчик… И всякий раз, какой бы выбор вы ни сделали, Вселенная ветвится, и возникают новые ветвления Мультиверсума, в одном из которых вы пьете кофе, а в другом – чай. В одной ветви Мультиверсума вы дали начальнику отпор, а в другой стерпели. И если вы помните, что выпили утром кофе, то вам нужно также запомнить, что уже существует ветвь Мультиверсума, в которой вы пили чай.
   Это выглядит фантастическим, но современная физика находит эвереттике и гипотезе Мультиверсума все больше доказательств. Нынешние космологические представления эвереттичны по сути, включая совершенно еще не разработанную гипотезу о существовании темной материи и энергии. Известный русский физик Андрей Линде, автор космологической теории инфляции, выступая в декабре в МГУ, говорил о Многомирии, как о прямом следствии своей инфляционной модели. С этим мнением согласны такие авторитеты, как Уиллер, Де Витт, Гелл-Манн, Дойч… Еще один российский физик М.Б. Менский опубликовал в «Успехах физических наук» ставшую затем популярной гипотезу о том, что реальность есть отображение с различных точек зрения единого кристалла бесконечно сложной формы: Мультиверсума. Этот символ получил в физике название «кристалла Менского». Другой российский ученый Ю.А. Лебедев, автор книги «Неоднозначное мироздание», ввел в обращение определение «склеек» – ситуаций взаимодействия двух или нескольких ветвей Мультиверсума. Развиваются даже идеи эвереттической истории, с которыми более детально можно ознакомиться на сайте Международного института эвереттических исследований:
   http://www.everettica.org/index.html.
   В конце прошлого века 58 % ведущих американских физиков считали, что трактовка Эверетта «правильная», 13 % полагали, что она «скорее правильная, чем ошибочная», и только 18 % отвергали возможность существования Мультиверсума. За прошедшие годы число приверженцев эвереттики лишь увеличилось. Лауреат Нобелевской премии, известный физик Стивен Вайнберг сказал во время одной из своих лекций: «О Мультиверсуме существует многообразие мнений, и точки зрения ученых значительно отличаются. В аэропорту Остина, по пути на эту встречу, я заметил на прилавке октябрьский выпуск журнала “Астрономия”, имевший на обложке заголовок: “Почему вы живете в множественных вселенных”. Внутри я нашел сообщение о дискуссии на конференции в Стэнфорде, где Мартин Рис сказал, что он уверен в реальности Мультиверсума настолько, чтобы держать пари на жизнь его собаки, в то время как Андрей Линде сказал, что готов держать пари на свою собственную жизнь. Что касается меня, то у меня достаточно веры в Мультиверс, чтобы держать пари на жизни и собаки Мартина Риса, и Андрея Линде».
* * *
   Концепция существования иных миров, отличных от нашего, возникла в литературе в XVIII веке. Пример – «Кандид» Вольтера, где один из персонажей Панглос заявляет: «Все к лучшему в этом лучшем из миров». Однако вплоть до XX века идея многомирия ни в фантастике, ни в науке развития не получила.
   В 1895 году, том же году, когда была опубликована «Машина времени», Герберт Уэллс рассказом «Дверь в стене» открыл для фантастики существование параллельных миров.
   Для литературы идея «Двери в стене» была столь же революционна, как идея Эверетта (высказанная 62 года спустя) для физики.
   В 1910 году был опубликован рассказ русского автора Николая Морозова «На границе неведомого» – уэллсовская идея иномирия была повторена, но и в этом случае дальнейшего развития не получила.
   В 1923 году Герберт Уэллс вернулся к идее параллельных миров и поместил в один из них утопическую страну, куда отправляются персонажи романа «Люди как боги».
   Роман не остался не замеченным. В 1926 году появился рассказ Г. Дента «Император страны «Если», а еще два года спустя – «Катастрофа пространства» С. Красновского и «Бесцеремонный Роман» В. Гиршгорна, И. Келлера и Б. Липатова. В рассказе Дента впервые возникла идея о том, что могут существовать страны (миры), история которых могла пойти не так, как история реальных стран в нашем мире. И миры эти не менее реальны, чем наш.
   Персонажи «Бесцеремонного Романа» попадают в прошлое, вмешиваются в исторические события, в результате чего направление развития меняется, возникает иной мир, «боковая линия истории», отличающаяся от нашей.
   В 1944 году Хорхе Луис Борхес опубликовал в своей книге «Вымышленные истории» рассказ «Сад расходящихся тропок». Здесь идея ветвления времени, впоследствии развитая Эвереттом, была, наконец, выражена с предельной ясностью:
   «Стоит герою любого романа очутиться перед несколькими возможностями, как он выбирает одну из них, отметая остальные; в неразрешимом романе Цюй Пэна он выбирает все разом. Тем самым он творит различные будущие времена, которые в свою очередь множатся и ветвятся…
   В отличие от Ньютона и Шопенгауэра ваш предок не верил в единое, абсолютное время. Он верил в бесчисленность временных рядов, в растущую головокружительную сеть расходящихся, сходящихся и параллельных времен… Вечно разветвляясь, время ведет к неисчислимым вариантам будущего».
   Несмотря на появление перечисленных выше произведений, идея многомирия начала серьезно развиваться в научной фантастике лишь в середине пятидесятых годов XX века, примерно тогда же, когда аналогичная идея возникла в физике.
   Одним из пионеров нового направления в фантастике был Джон Биксби, предположивший в рассказе «Улица одностороннего движения» (1954), что между мирами можно двигаться лишь в одну сторону – отправившись из своего мира в параллельный, вы уже не вернетесь назад, так и будете переходить из одного мира в следующий. Впрочем, возвращение в свой мир также не исключается – для этого необходимо, чтобы система миров была замкнута, и где-то когда-то переход из мира N в мир N+1 вновь привел бы героя в мир № 1, тот, из которого он родом.
   Научное исследование проблемы многомирия началось в 1957 году, когда американский физик Хью Эверетт III опубликовал тезисы своей докторской диссертации, названной «Формулировка квантовой механики через соотнесенные состояния». Причиной появления работы Эверетта стало давнее противоречие между двумя разными квантово-механическими формулировками – волновой и матричной. Эверетт это противоречие разрешил, и его исследование привело почти через полвека к появлению в физике концепции Мультиверсума.
   В 1957 году (одновременно с диссертацией Эверетта) американский фантаст Филипп Дик опубликовал роман «Глаза в небе», действие которого происходило в параллельном мире, а в 1962 году – роман «Человек в высоком замке», ставший классикой жанра. Идея ветвления исторического процесса впервые здесь была разработана на высоком художественном уровне. Действие романа «Человек в высоком замке» происходит в мире, где Германия и Япония победили своих противников во Второй мировой войне и оккупировали США; восточная часть досталась Германии, западная – Японии.
   В 1962 году был опубликован роман английского писателя Джона Браннера «Времена без числа» – о мире, в котором Испанская армада не погибла во время морского перехода, а благополучно добралась до берегов Англии, высадила десант и победила.
   Идея параллельных и разветвляющихся миров оказалась не менее богатой в литературном плане, нежели идеи путешествия во времени и контакта цивилизаций. Однако, несмотря на огромное количество фантастических произведений о параллельных и ветвящихся мирах, на самом деле не так уж много (если не сказать – мало) таких, где предлагался бы качественно новый опыт, давалось бы новое, оригинальное объяснение тому или иному мысленному эксперименту. Идеи многомирия развивали в своих произведениях Клиффорд Саймак, Альфред Бестер, Брайан Олдисс, Рендалл Гаррет, в СССР – братья Стругацкие, Ариадна Громова и Рафаил Нудельман.
   В романе Клиффорда Саймака «Кольцо вокруг Солнца» (1982) описаны многочисленные планеты Земля, существующие каждая в своем мире, но на одной и той же орбите, и отличаются эти миры и эти планеты друг от друга лишь незначительным (на микросекунду) сдвигом во времени. Многочисленные Земли, которые посещает герой романа, образуют единую систему миров.
   Клиффорд Саймак неоднократно возвращался к проблеме параллельных миров – кроме «Кольца вокруг Солнца» можно упомянуть опубликованные ранее роман «Вся плоть – трава» (1965) и рассказ «Пыльная зебра» (1954), ставший «прародителем» множества аналогичных произведений других фантастов, ничего по сути к идее, высказанной Саймаком, не добавивших.
   Любопытный взгляд на ветвление миров высказал Альфред Бестер в рассказе «Человек, который убил Магомета» (1958). «Меняя прошлое, – утверждал герой рассказа, – меняешь его только для себя». Иными словами, после изменения прошлого возникает ответвление истории, в котором лишь для персонажа, совершившего изменение, это изменение и существует. В дальнейшем, несколько десятилетий спустя, идея «личного прошлого» пришла и в физику – как обычно, не из фантастики, а в результате развития эвереттических идей и гипотез.
   В 1962 году был опубликован роман советских авторов Ариадны Громовой и Рафаила Нудельмана «В институте времени идет расследование» – классический фантастический детектив, действие которого начинается с убийства научного сотрудника. Сыщик расследует преступление, которое невозможно понять, не осознав, что время ветвится, что каждое новое изменение в прошлом порождает новую ветвь мироздания – старое и новое существуют независимо друг от друга. Именно так и описывал ветвление волновых функций Хью Эверетт III пятью годами ранее – однако для фантастики произведение Громовой и Нудельмана было новаторским – именно в нем впервые идея ветвления была перенесена с микро– на макро-уровень.
   В повести братьев Стругацких «Понедельник начинается в субботу» (1962) описаны путешествия персонажей в разные варианты описываемого фантастами будущего – в отличие от уже существовавших в фантастике путешествий в различные варианты прошлого.
   В 1968 году английский фантаст Брайан Олдисс опубликовал роман «Доклад о вероятности А». Это произведение действительно построено в форме научного доклада, написанного различными наблюдателями, следящими каждый из своего мира за событиями, происходящими в мире параллельном. Каждый из миров назван «вероятностью», поскольку каждый возник как осуществление с некоторой вероятностью некоего события, возможного в каждом из этих миров.
   Шестидесятые годы прошлого века стали временем интенсивной разработки идеи многомирия в самых разных ее вариантах. Это и параллельные миры, развивающиеся независимо друг от друга, это и миры, развивающиеся независимо, но связанные друг с другом множеством подпространственных переходов, это миры, друг из друга вытекающие, как ручьи… Трудно назвать фантаста шестидесятых-семидесятых годов, кто не написал бы романа, повести или хотя бы рассказа на тему о многочисленных вариантах нашего мироздания, о возможности прожить несколько альтернативных жизней, а человечеству – пережить множество альтернативных исторических событий.
   По большей части это были миры, физически от нашего мира мало отличавшиеся – варьировались поступки героев (напр., «Лавка миров», 1959, и «Три смерти Бена Бакстера», 1957, Роберта Шекли), человеческие судьбы (напр., «Дракон» Рэя Брэдбери, 1955) и судьбы целых народов (напр., в романе «Трансатлантический туннель, ура!», 1972, Гарри Гаррисон описал мир, в котором Джордж Вашингтон был убит, а потому американская революция не состоялась). Развилки во времени, менявшие историю Земли, происходили в далеком прошлом, когда нашу планету населяли динозавры (трилогия об Эдеме Гарри Гаррисона, 1984–1988), и в прошлом недавнем («Гамма времени» Александра и Сергея Абрамовых).
   Развилки и ветвления могут приводить к самым неожиданным последствиям. В цикле романов Рэндалла Гаррета «Слишком много волшебников» (1966) развилка произошла в средние века, когда люди интересовались магией, волшебством и сумели направить развитие цивилизации по принципиально иному пути. Не наука получила право на жизнь, а магия, и к XX веку в Англии совершают преступления и разгадывают детективные загадки маги и волшебники, пользующиеся потусторонними силами так же легко, как в нашей «вероятности А» мы пользуемся простыми физическими законами.
   Влияние Мультиверсума (гомеостатического мироздания) на судьбы людей показано в повести советских фантастов Аркадия и Бориса Стругацких «За миллиард лет до конца света» (1977). К альтернативной истории человечества братья Стругацкие обратились в повести «Отягощенные злом» (1988).
   Из других произведений российской фантастики, связанных с многомирием, можно назвать роман Андрея Лазарчука «Иное небо» (1994). Историческая развилка здесь та же, что уже была «исследована» Филиппом Диком в романе «Человек в высоком замке» – Вторая мировая война заканчивается победой Германии, Россия завоевана, действие романа Лазарчука происходит много лет спустя после той «исторической победы». Интересен роман Андрея Валентинова «Капитан Филибер» (2007) – первый русскоязычный роман, где дана прямая ссылка на эвереттику.
   Интересен цикл альтернативно-исторических романов Хольма Ван Зайчика (2000–2005). Ван Зайчик – это псевдоним двух российских писателей – рассматривает историческую развилку, произошедшую в годы завоевания Руси татаро-монголами.
   В американской фантастике интересен роман Дина Кунца «Краем глаза» (1999). Развитие идеи многомирия состоит здесь в возможности взять из ИДЕИ каждого мира понемногу – так, чтобы там это оказалось незаметно, а здесь получить результат. Аналогичная идея, впрочем, высказывалась и ранее в повести израильского фантаста Павла Амнуэля «Каббалист» (1998).
   Одна из концепций Мультиверсума показана в романе Павла Амнуэля «Тривселенная» (1999) – существование трех параллельных вселенных, одна из которых материальна, другая состоит из нематериальных идей, а в третьей законы природы позволяют идеям переходить в материальную форму, а материи – обращаться в идеи.
Чтение онлайн



[1] 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32

Навигация по сайту


Читательские рекомендации

Информация