А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Любовь – она такая… (сборник)" (страница 8)

   Послушай тишину


Послушай тишину.
Она аккомпанирует порой,
Когда я и молчу.
И в тон звенит
Своей особенной струной.
Послушай тишину,
И я, пожалуй, помолчу.
Осины лист мне шепчет
О трепетном сиянье звёзд.
Луна заглядывает молча
Ко мне в окно.
Послушай тишину.
И солнце улыбается и нежит
Своим лучом и светом.
Мне хорошо, когда молчу.
И в дождь, и в снег, и в ветер
Послушай тишину.

   Он был не с той, она не с тем

   Средь бела дня напасть.
   Промчался было мимо.
   Но вернулся и заглянул в её глаза.
   Увидел в них опенок счастья и почему-то усомнился.
   «Придумала, похоже, всё она.
   Собой, наверное, гордится», – подумал я.
   Решил с ней встретиться и поговорить.
   Но мало говорит она.
   Я растерялся поначалу.
   Но потом бразды правления в свои взял руки и раскрутил её, что удивительно, до откровенья!
   А в откровении она поведала историю довольно непростую.
   Всегда была закрыта и горда. Начитана, умна, и на других так непохожа!
   Всю жизнь любила одного, которому она не приглянулась.
   И замуж вышла, не любя, и часто думала о том, который с нею не знаком и, проходя, не замечал.
   И прожила всю жизнь с мужчиной нелюбимым. Но верною женой была, семейным счастьем дорожила, вот потому в глазах оттенок счастья.
   «Жить с нелюбимым, – говорит она, – большое испытанье! А жить одна я не могла. Хотелось чувствовать опору, руку, на чьё плечо порою голову склонить. А дружбу с кем попало не в моём характере водить, вот и болезни все мои от долгого терпения, от не уютности в душе».
   Красивая, подумал я. Меня она заворожила не только красотой, умом, но больше женственностью внешней.
   Однако, характер у неё мужской. Непросто с ней.
   И я подумал, коль встретил бы её тогда, когда мы были молодые, не отпустил бы ни за что. Я стал бы верным псом, оберегающим её, её покой и красоту.
   Но вот, увы, судьбе угодно было встречу подарить, когда ушли года и время не вернуть.
   Так жаль ушедшие года и реку жизни вспять не повернуть.
   Она красива до сих пор и очень уж семью свою оберегает. Похоже, предназначена была не мне.
   Но вот кому?
   Тому, наверное, её который не заметил и мимо пробежал, не оглянулся.
   Он был не с той, она не с тем, а жизнь прошла и уж не повторится боле.

   Не знаю, что со мною происходит


Не знаю, что со мною происходит.
То я в тоске томлюсь, и грусть со мною целый день.
То вдруг я радуюсь чему-то, просто, без причины.
Наверно, я сошла с ума!
Никак я не пойму причины настроения.
Ведь я уже совсем стара.
А всё волнуюсь, радуюсь, грущу.
Ну что со мною? Не пойму…
Так хочется порой покоя! Спокойствия в душе.
О чём-то невозможном я мечтаю. О чём? Никак я не пойму.
Сойди ко мне покой, воспоминанья прежней жизни,
Когда всё было ясно, кажется, иль нет?
Всегда моя душа в полёте и что-то ищет, что-то ждёт.
Чего-то явно не хватает ей, но вот чего?
Я думаю, что скоро мне конец.
И хочется урвать кусочек жизни, которая уже ушла… почти совсем…
А я мечтаю и мечтаю и всем надоедаю… своим ненужным существом.

   Татьяна – русская душой

   В Санкт-Петербурге у нас был поход в мемориальный музей – квартиру А.С. Пушкина, Набережная Мойки, 12. Это последний адрес великого поэта. Смертельно раненный на дуэли, он скончался в этом доме 29 января 1837 года.
   У нас экскурсия. Экскурсовод молодая, очаровательная, стройная девушка. Сразу обращаешь внимание на её чудесное лицо. Кажется, что в глазах её тайник радости и губы загадочно улыбаются.
   Во время небольшого перерыва сказала своей внучке шёпотом: «Какая очаровательная девушка!» А она мне тоже шёпотом: «Обрати внимание какие у неё красивые руки и пальцы!»
   Рассказывала так, что все замерли и слушали, боясь пропустить слово. Она говорила не вычурно, спокойно, с любовью к поэту, цитируя по памяти время от времени его дивные строки стихов и писем. У меня стоял ком в горле, еле сдерживала себя, чтобы не разрыдаться от её проникновенного рассказа. Мне показалось, что это чувство испытывали все. Так может рассказывать его историю только тот, кто любит его, нашего Пушкина.
   Мне очень захотелось узнать имя этой прекрасной девушки-экскурсовода. После окончания экскурсии я подошла к ней и спросила её имя. Она широко улыбнулась, блеснув белоснежным жемчугом своих прелестных зубов, в глазах какая-то неудержимая радость, ответила: «Меня зовут Татьяна – русская душой».
   К сожалению, не могу словами передать звук её голоса. Но он во мне до сих пор. Весь день была под впечатлением рассказов о Пушкине и очаровательной Татьяны – русской душой!

   Быть собой


Если спросите – откуда
Я беру свои рассказы
С их правдивостью открытой,
Иногда сентиментальной,
А порой и нежной грустью,
Я скажу вам, я отвечу:
всё из жизни моей долгой,
Интересной, беспокойной,
Из страны республик дружных,
Из страны родной, счастливой,
Повторяю свои сказы
Эти старые напевы,
Что звучат своею правдой,
Своей радостью от жизни.
Я же Ольга – в переводе, факел,
Что дорогу освещает,
Свет даёт тому, кто близок.
Всё, о чём пишу я,
Это правда, это-жизнь,
Что меня не обманула
И дала возможность быть,
Быть собой всегда и всюду.
«Быть собой – так скучно», —
Кто-то написал.
Я скажу: неправда это!
Будь всегда собой!

   Вот и вспомнишь детство…

   Уже зима. Мороз. А снег ещё не выпал. Мы привыкли, что в это время обычно навалены большие снежные сугробы. Когда я училась в школе, то носила с собой тяжёлый трёхстворчатый портфель и тяжелейшую папку с нотами. Всё это тащить было ужасно тяжело.
   Жила в зимнем регионе. Снег выпадал рано и обильно. Сугробы были высоченные, как горы. Школы, и средняя и музыкальная, находились далеко от дома, семь кварталов пешком, транспорта не было в этом направлении. Одевали меня тепло. Валенки, подшитые кожей, чтобы не промокали, если вдруг начнётся оттепель, пальто на вате с капюшоном, а под капюшон тёплая шапка. Всё для того, чтобы я не болела или болела как можно реже. Но я всё равно часто болела, потому что, когда шла из школы с этим грузом, время от времени усаживалась в сугроб, как в кресло, – отдыхала. Да кто ж выдержит на себе весь этот груз одежды и ноши! А когда вставала и доходила до обледеневшей дороги-катка, то складывала свой груз на лёд и прокатывалась на них по льду.
   Нотной папки на год не хватало по этой причине, а портфель к концу учебного года был весь в дырках на сгибах. И вдобавок освежалась сосульками. Они так вкусно хрустели! А потом ангина с высокой температурой. Мама удивлялась: «И чего она так часто болеет! Слабенькая!»
   Во дворе из сугробов мы строили крепости и там ползали. А когда наступали сумерки (чтобы взрослые не видели), забирались на крышу сарая и прыгали в сугроб. Мальчишки ещё умудрялись сделать сальто, не все, конечно.
   Хорошо было в детстве в зимнюю пору!

   Счастье жалко

   Почему же всё так случилось? Не смогли договориться, не смогли найти этот ключ от двери в нашу жизнь? Я выбрала тебя сама, потому что ты отвечал всем моим мечтам. Ты выбрал меня тоже сам, потому что я не была похожа на других. И всё шло нам в помощь. Жизнь и судьба как бы благословили нас на наше счастье. А его не случилось. Почему? Я не знаю. И ты тоже не знаешь.
   Когда увидели друг друга впервые, то оба удивились вдруг такому счастью. А оно выпорхнуло из наших рук и даже не через форточку, и не через дверь, а где-то между. Растерялось, куда лететь? И застряло в дверной щели. А дверь захлопнулась напрочь. Ты остался там, внутри, а я – снаружи. Мы были с тобой по разные стороны двери. И никто из нас не смог открыть эту дверь, потому что потеряли от неё ключ. Ты искал там, а я тут. И не нашли.
   Наверное, надо было её, эту злосчастную дверь, выбить ногами, топором, молотком, хоть чем, что было под рукой. А мы не решились. Так и остались по разные стороны двери. Ты там. А я тут. А счастье, обещанное нам жизнью и судьбой, видимо застряло в щели и не смогло вылезти. Мы не помогли ему. Мы умчались по инерции, но в разные стороны.
   Теперь оглядываемся друг на друга издалека, и понять не можем, почему же так, а не по-другому. Наше счастье так и осталось зажато в той щели. И мы его уже не сможем вытащить, ни ты, ни я.
   У тебя совсем нет счастья. Мне больно за тебя. Часть того счастья всё-таки я прихватила с собой. А ты не попытался. Наверное, мы оба виноваты…
   Счастье жалко…

   Холодно и неуютно

   Осень. Ноябрь. У нас сегодня плюс один градус тепла. Почти холодно.
   А у них плюс двадцать девять, жарко, раскрыты окна и двери, и всё равно жарко. Даже ветерок жаркий. Ты скучаешь по холоду, который только в памяти. Не скучай. У нас ещё не выпал снег.
   Вот выпадет снежок, тогда будешь мучиться воспоминаниями от ощущения тающих снежинок на твоих руках. Ты мысленно подставишь снегу свои ладони, уставшие от жары, и примешь воображаемый пушистый снежок. Я буду дуть снежинки в твою сторону, чтобы долетели… А пока всего лишь холодно и не уютно. И зелень не сошла совсем, и листья не все облетели, и снег не выпал…
   Но холодно и неуютно.
   Ты не просто скучаешь, ты тоскуешь о том разнообразии природы, которого нет рядом. А мы лишь едва успеваем менять свои одежды то на одно время года, то на другое. Самое длинное время – это прохладная осенняя и зимняя пора. Весна долго обещает тепло, которое мы ждём, ждём. Оно только наступит, не успеем, как следует согреться, как опять холодно.
   Тоскливо. Сумеречно. Солнце редко показывается, не балует нас. Вот осень. А за ней зима.
   Мы многого не просим… Любви, вниманья и душевного тепла.

   Нотная тетрадь


Вот нотная тетрадь.
Её страницы пожелтели.
Рукой написанные ноты.
А ведь прошло так много лет!
Чуть больше полувека.

В. Присовский

Аккорды. Аккорды.
16 лет тогда мне было.
Услышала, понравилось.
И ноты я переписала.
Играла с упоением и каждый раз переживала.
О чём рыдала скрипка, я не знала и не знаю.
Но льющиеся звуки рыдают, плачут и поют одновременно
В аккорде, в звукосочетании.
Уже тогда душа страдала у меня. О чём? Не знаю и не помню.
Но так любила ЭТО я играть и Бетховена «К Элизе».
А «Лунную»? Лишь первую осилила я часть.
А третью лишь чуть-чуть. Она сложна, но очень уж красива!
О, Боже! Сколько лет прошло! А всё хранится и не тлеет!
А главное, что память бережно хранит!
Как быстро время пролетело…

   Возраст

   Сидим за ужином. Наталья Михайловна говорит:
   – Вот пройдёт некоторое количество лет, и будет нам лет по восемьдесят. Встретимся, быть может, в каком-нибудь санатории, а может быть, и здесь. Узнаем ли мы друг друга?
   На эту тему её натолкнул взгляд на очень стареньких отдыхающих. Когда старость встречается в большом количестве (а нас было многовато), это очень печально выглядит. Никакие песни, ни танцы, ни смех не могут заглушить или затемнить возраст. Он особенно явно проступает, когда пожилые веселятся, танцуют. Они, кажется, забыли, сколько им лет. Их душа встрепенулась, взлетела, запела, закружилась и засмеялась. А внешность как бы пытается вернуть всё на свои места. Со стороны это выглядит очень печально и грустно, и больно до слёз.
   Жизнь, жизнь, жизнь… Как ты коротка и длинна в то же время. А возраст?
   Она высокая, совсем-совсем седая, очень прямая. Идёт с палочкой. Ей восемьдесят шесть лет. Доктор технических наук, профессор. Умный взгляд. Видно, что в молодости была красива. Но возраст взял и всё смял. Заставил пожухнуть, увять. А где-то из глубины годов выглядывает былая красота. Одета строго, элегантно, в брюках, на уставших ногах мокасины. Ноги особенно подчёркивают возраст, на них как будто нанизаны года. И эта тяжесть визуально ощущается. Руки ухожены, маникюр, но такое впечатление, что на руки надеты мятые перчатки, а сверху красивые перстни, кольца. Седые волосы собраны на затылке в пучок. Она о чём-то рассказывает своей спутнице. Голос низкий, хорошо поставлен, чувствуется преподаватель. А глаза карие, большие, красивые. В них насмешливость, грусть и недоумение: «Что ж так быстро-то?!» Да. Вот так быстро пролетели эти восемьдесят шесть лет. И всё прошло на её глазах: и разруха, и восстановление, опять разруха и опять восстановление. И уже в который раз всё это ею пережито.
   Она уехала, а я всё время смотрю на то место в столовой, где она сидела. Она как будто оставила свой образ здесь, хотя там уже сидит совсем другой человек…
   А вот та дама, шестидесяти двух лет… Её врач предупредила: ни сауну, ни бассейн не посещать! А тут такие шикарные дни: тепло, всё закрасовалось вокруг. Вечером на улице возле главного входа артисты из Москонцерта организовали танцы под своё исполнение.
   Пенсионеры забыли обо всём на свете: сколько кому лет, кто как выглядит. Танцевали как молодые, прыгали, не жалея сил и подпевали. Я сидела вдали на скамеечке, наблюдала всю эту картину с щемящим чувством. Мне почему-то всех было жалко. Очень жалко. И вдруг слышу:
   – Смотри, смотри, как она отплясывает. А говорит, что сердце больное и врачи запретили бассейн и сауну. А она везде уже побывала и ещё отплясывает…
   Заиграли «Цыганочку». Она отплясывает её и говорит:
   – Умру, а цыганочку спляшу!
   И вдруг вижу, она падает навзничь, замертво. Всё. И ничто не спасает её.
   Она ушла, вернее улетела в пляске и под музыку «Цыганочки». Её не стало в одно мгновение, как будто и не было никогда. Я пыталась разглядеть её лицо и не смогла. Её лицо почему-то в моём воображении не зафиксировалось, хотя долго на неё смотрела. Помню только беленькие симпатичные ботиночки на горочке и белые кудри на асфальте с воздушной лёгкостью легли. Вот так вот. Всё.

Одна уехала с печальным взором,
Другая улетела в мир иной.
Как сложно в этом мире строгом
Порою быть самим собой!

* * *
   И вдруг въезжает свадебный кортеж на территорию санатория. В машине музыка, невеста в красивом белом платье с нарядным женихом выходят из машины и, не обращая внимания на труп, помещённый в чёрный полиэтиленовый мешок, влетают в просторный вестибюль красивого санатория.
   Трагедия и счастье в одном сплетении.
   А Жизнь продолжается…
Чтение онлайн



1 2 3 4 5 6 7 [8] 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20

Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация