А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Лорд с планеты Земля (сборник)" (страница 56)

   6. Минус на минус

   Тяжесть.
   Жар.
   Красно-белое пламя вокруг.
   Никакой опоры.
   Словно падаешь в исполинскую топку… в звезду…
   Я попытался повернуться – и красно-огненное качнулось, сдвигаясь в сторону. Что происходит? Фанг, целившийся в танк из чего-то жуткого – матовый шар с прикладом, толстый ствол, похожий на конус… И сразу же – жар, тяжесть, огонь…
   Маленький атомный заряд? Броня способна выдержать и такое… не помню лишь, за счет чего.
   – Что происходит?
   Мгновение тишины. И беззвучный голос в сознании: «Задействован генератор нейтрализующего поля. Критическая ситуация. Попадание из аннигилятора».
   Аннигилятор? Неужели в меня выстрелили античастицами – а я остался жить?
   Впрочем – нейтрализующее поле. Энергетика любого процесса вокруг меня тормозится. Я болтаюсь в центре огненного ада, невредимый благодаря созданному на Земле снаряжению. Интересно лишь, как удалось уменьшить многотонные генераторы до размеров молекулы. Но черт с ними, с учеными. Сделали – и спасибо…
   В ноги мягко толкнуло.
   «Выбирайся», – посоветовала броня.
   Я посмотрел вниз – ноги по щиколотку ушли в вязкую оранжево-черную кашу. Рядом с телом, где начинало действовать поле, она казалась темной, вокруг – багрово светилась.
   Помогало лишь то, что к броне расплавленная мостовая не прилипала, скатывалась, как вода с промасленной бумаги. Я пошел сквозь пламя, уже опадающее, теряющее силу. Все, что могло гореть, сгорело, все, что плавилось, превратилось в жидкость. Но дома вокруг площади стояли – лишенные стекол, с тлеющими деревяшками рам и дверей, осыпавшимися углами и сорванными крышами, черными от копоти стенами. У одной из стен, присыпанный какой-то горящей щепой, придавленный телом убитого солдата, слабо шевелился фанг. Я направился к нему, лишь мимоходом оглянувшись.
   Танка конечно же не было. Поблескивало сквозь спадающее пламя серебристое пятно жидкого металла – и все.
   Непроизвольным жестом я закинул руку за плечо. Меча не было – равно как и пистолета, надетого поверх молекулярной брони. Все, что не было защищено, испарилось.
   «Меч…» – шепнул костюм.
   Правая рука потяжелела. Я опустил взгляд – и увидел, как с ладони стекает лента сверкающего металла. Костюм дал мне меч.
   «Вторичная радиация, – снова зашелестело в мозгу. – Поле отключено. Уходи».
   Фанг наконец-то выбрался из-под тела своей жертвы. Его комбинезон был порван, выпачкан в чем-то желто-оранжевом… Ах да, это же кровь фангов…
   Губы фанга шевельнулись, и я скорее понял, чем услышал его слова: «Хорошо, очень хорошо».
   Я не хочу убивать тебя. – Собственный голос казался мне чужим. – Выслушай, это важно и для Земли, и для Фанга.
   Губы фанга растянулись в плохой копии человеческой улыбки. Он протянул руку к карману на груди, вынул маленький черный шарик. Граната? Что ж, пусть попробует.
   Фанг подкинул шарик вверх – и тот повис, качаясь под порывами горячего ветра.
   – Говори, – сказал фанг.
   Я пожал плечами. Нас разделяло лишь несколько метров. Фанг был обречен – обезоруженный и наверняка нахватавшийся радиации.
   – Мы не поняли друг друга, – начал я. – Вы решили, что наша истина в этом… – Я посмотрел на вырастающий из руки меч и запнулся. А в чем же еще? – Вы не правы! – закричал я, убеждая скорее себя, чем фанга. – Это никогда не было…
   Фанг снова улыбнулся:
   – Ибо не было дома, где не было бы мертвеца… Глаз за глаз, зуб за зуб, руку за руку, ногу за ногу. Ты хочешь доказать обратное?
   – Я могу доказать… Послушай…
   – Поздно, – очень спокойно сказал фанг. – Это уже ни к чему. Нельзя взять меч и не дать ничего взамен.
   Он поднес руки к лицу – и плавно повалился на землю. Я подбежал к нему, вгляделся в нечеловеческие черты. Мертв. Убил себя или умер от ран? Какая разница…
   – Ты не понял, – зло сказал я.
   Хотелось верить, что он действительно не понял меня.
* * *
   Я шел вдоль шаткого деревянного забора, поминутно оглядываясь – где-то позади шумели двигатели машин. Наверняка боевых. Наверняка не наших.
   – Стой, – окликнули меня из-за забора. Я оглянулся – в дырке от сучка торчал темный кристалл лазерного излучателя.
   Ну и что дальше?
   – Ты кто? – поинтересовались из-за досок.
   – Человек, – честно ответил я.
   – А что это на тебе? – продолжил содержательную беседу владелец излучателя.
   – Броня. Кстати, лазером ее не прожжешь.
   Собеседник помолчал и резонно заметил:
   – Так какого хрена ты там стоишь? Перебирайся!
   Забор был высотой метра под два, но бронекостюм добавил мне прыгучести. Я с места перескочил жалобно всхлипнувшие доски и оказался перед увешанной оружием троицей. Тот, кто держал меня под прицелом, был совсем еще сопляком, другой, с солидной плазменной пушкой наперевес, перешагнул грань среднего возраста.
   Третий, коренастый, с настороженным взглядом бледно-голубых глаз, оказался знакомым.
   – Привет, Дьини, – сказал я, мысленно приказывая броне открыть лицо. Прозрачная изнутри пленка недовольно соскользнула с кожи, собравшись тугим валиком на подбородке.
   – О! Император Тара! – Дьини не выглядел особенно удивленным. – Ты что здесь делаешь?
   – А ты?
   – У меня дом спалили! – Голос Дьини взвился. В нем чувствовалась обида предпринимателя времен кончины нэпа, у которого экспроприировали мыловаренный заводик. – Товаров масса!.. Все, что не успел продать… А сколько потерял, когда перед фанговским вторжением распродавал по дешевке! Дом сожгли, гады… А ты-то что здесь делаешь?
   – У меня сожгли жизнь, – любезно сообщил я. Огляделся.
   Забор, за которым скрывались обиженные граждане Ар-На-Тьина, огораживал неглубокий, изрядно замусоренный котлован.
   – Что это? – поинтересовался я.
   – Больницу строят, – сообщил молокосос, державший меня на прицеле. Подумал и добавил: – Бесплатную…
   – Ага, – сказал я. – Лет десять уже строят, верно? И какого черта вы здесь делаете?
   Арнатьинец средних лет ожидающе воззрился на Дьини – тот явно был главным в этой забавной тройке. Поймал разрешающий кивок и с энтузиазмом начал:
   – Хотим потрепать гадов. У нас атомная мина…
   Я вытаращил глаза. Молокосос подвинулся в сторонку, предоставляя мне насладиться видом увесистого конуса из желтого металла.
   – Ну-ну, – протянул я, прозревая. – Вы хоть знаете, как пользоваться?
   – Знаем-знаем, – отрезал молокосос. – Направленный взрыв, вторичная радиация минимальна. Исключительно для вооруженных сил Земли. Ха!
   Посмотрев на Дьини, я увидел, что тот снисходительно улыбается.
   – Хотите совет? – риторически сказал я. – Бросьте эту затею. Собираетесь прислонить мину к забору, чтобы сработала на проходящую машину? Детекторы уловят мину через эти гнилые доски, а по вам влепят хорошую порцию плазмы.
   Дьини нахмурился, но его соратники дружно покачали головами. А юный террорист убежденно сказал:
   – Не уловят. Мы мину за столб спрячем.
   Метрах в пяти действительно стоял железобетонный столб со свисающими с фарфоровых изоляторов порванными проводами. Неплохо, но…
   – Дай свою пушку, – резко сказал я, отбирая у мужчины плазмомет. Тот покосился на Дьини – и отдал оружие. Я установил минимальную мощность, прицелился в столб и выстрелил.
   Полыхнуло, в лицо ударила жаркая волна. Пленка защитного костюма сделала попытку наползти на лицо – и отхлынула, уловив мое недовольство. Основание столба теперь походило на очиненный карандаш. Из раскрошившегося бетона торчали кривые железные прутья.
   Земля вокруг почернела и дымилась.
   – Так-то лучше, – пояснил я, возвращая оружие. – За этим фоном потеряется излучение мины… надеюсь. Прислоните ее к столбу – и валите отсюда.
   – Нет, – гордо вскинулся молодой.
   Дьини глянул на него и с усмешкой заявил:
   – Мы патриоты своей планеты. Мы добьем тех, кто останется в живых. Шейр, ты окопаешься на двадцать метров дальше столба, а ты, Сьир, с противоположной стороны. Я возьму лазер и пойду на ту сторону котлована.
   Я промолчал. Возможно, на месте Дьини я поступил бы так же. Вразумление идиотов не входит в мои жизненные планы.
   – А почему с той стороны? – поинтересовался молокосос. Без всякой неприязни, просто с любопытством.
   – Хороший пес не стережет посреди отары, – наставительно произнес Дьини. – Издалека хороший обзор.
   – Удачи, – искренне сказал я арнатьинцам. Почему-то мне казалось, что в их компании на пленных охотиться не стоит.
   – Эй! – окликнул меня Дьини. – Может, тебе нужно оружие, император? У нас лишний бластер есть.
   Я покачал головой и пошел вдоль ограды. Трем патриотам Ар-На-Тьина пригодится все их оружие, раз уж они устроили засаду на вражеские танки. В памяти всплыли прочитанные еще в детстве «нескладушки», и я пробормотал:

Строгий заяц при дороге, подпоясанный ломом…
А кому какое дело, может, волка стерегет.

   Обойдя котлован, я проломил трухлявый забор и оказался на узкой и грязной улочке. Одноэтажные развалюхи вокруг казались необитаемыми.
   Вряд ли фанговские десантники появятся здесь в ближайшие недели… Я побрел к центру города, где до сих пор хлопали взрывы и тянулись к небу струи дыма.

   Шаг, еще шаг. Посреди главной улицы Ар-На-Тьина, на виду у всех возможных врагов. Только где же они, враги? Лишь ровный шум на всех диапазонах, – не доверяя компьютеру, я прослушал радио сам. Глушат – что и следовало ожидать. Из города все вооруженные части вышвырнули – несомненно. Но неужели фанги не оставили экспедиционных частей в захваченном городе, после того как схватки переместились к космодрому и прочим укрепленным точкам?
   – Стой, человек! – рявкнули сзади. Пришлось обернуться. Фанг.
   – Стою, – как можно спокойнее сказал я. – Необходимо переговорить. Важно для Земли и Фанга.
   Враг в боевом комбинезоне – вроде того, в котором был Нес на Клэне, с незнакомым оружием в руках. Его шерсть была темно-коричневой, почти черной – если не ошибаюсь, это признак молодости.
   – Не двигаться, не говорить, за неповиновение – смерть, – протараторил фанг и что-то зашептал, склонив набок голову. Явно в микрофон. Если наши силы не глушат фанговские частоты связи – значит, дело совсем уж туго.
   – Нам нужно говорить, – упрямо сказал я. – Это важно. У меня вдруг мелькнула сумасшедшая мысль – фанг не знает стандарта, а лишь вызубрил пару фраз…
   – Молчать! – взвизгнул фанг. – Я предупреждаю! Никаких разговоров!
   Ствол его пушки смотрел прямо на меня. Не страшно, если уж молекулярная броня спасла от аннигиляции, значит, ручным оружием меня не уничтожить.
   – Слушай, а ты ведь не уверен в своей правоте! – внезапно прозревая, сказал я. – Как тебя звать, враг? Ты знаешь, что мы могли быть друзьями?
   Я сделал шаг к нему. Еще один. По лицу – или морде – фанга пробежала непонятная гримаса.
   – Стрелять в безоружного некрасиво, – сказал я.
   Он оцепенел.
   – Война отвратительна, – с воодушевлением продолжил я, приближаясь. – Твой народ ошибся…
   Зря. Фанг мотнул головой и сказал:
   – Прошлое вернее настоящего. Общая истина важнее личной…
   Я прыгнул – точнее, прыгнул мой бронекостюм. Огненный шар с ревом пронесся подо мной, и здание вдали окуталось пламенем.
   Пять метров – какая чушь, если это расстояние преодолевают не слабые человеческие мускулы, а молекулярная броня… Мои руки сомкнулись на оружии фанга, вырывая ствол, отбрасывая в сторону…
   Мы прокатились по бугристой мостовой, фанг сделал несколько попыток вырваться и затих. Я прижал его к земле, прошипел:
   – Нужно поговорить, слышишь, пес?
   Лицо фанга было спокойно-безмятежным. Красивым, черт бы побрал эту красоту…
   – Я ухожу, землянин, – сказал фанг. В янтарно-желтых глазах насмешливость и печаль. – Я ушел красиво, я не хочу меняться. Спасибо.
   Его руки дернулись, словно пытались подняться к лицу. И я вспомнил жест предыдущего фанга…
   Возможно, умереть в тот миг, когда этого захочешь, – природное умение фангов. Может быть – следствие тренировок. Какая разница.
   Я встал над мертвым телом. Потянулся к лежащему в метре оружию – из перчатки выстрелила металлическая лента, коснулась плазмомета и вложила его в ладонь.
   – Спасибо, – устало сказал я.
   Они не будут говорить со мной. Они убьют себя, если я попытаюсь их переубедить.
   «Я не хочу меняться».
   Мы дали им новый смысл жизни – войну. Дали, сами того не заметив. И обратно уже не заберем – трудно измениться второй раз за короткую жизнь, трудно предать то, во что по-настоящему поверил…
   Тускло-серая тень мелькнула над крышами. Я отпрыгнул в сторону, еще не осознав, что увидел – вражеский катер, самонаводящийся снаряд, научившегося летать фанга…
   Метрах в десяти, черным силуэтом на фоне красного пламени полыхающего дома, стояла смутно знакомая фигура. Вот она шевельнулась – и на обтягивающей тело металлической пленке блеснули блики.
   – Ланс? – глупо спросил я. Больше никто не мог получить от корабля Сеятелей молекулярную броню.
   Вместо ответа одетый в серую пленку поднял оружие. И в ту секунду, пока я вскидывал трофейный плазмомет, пока искал на непривычной формы прикладе спусковую кнопку, до меня наконец-то дошло: у Земли и Фанга един не только технический уровень, но и военная тактика.
   Наверное, лишь на одном из тысяч фангов была молекулярная броня.
   Мы выстрелили одновременно – и улицу затопила огненная река. Жар – тень того жара, что бушевал вокруг, тяжесть – тень той бури, что крушила сейчас стены домов. Я старался не думать о людях, укрывшихся за сомнительной защитой деревянных дверей и задернутых занавесей.
   Не думать…
   Я брел сквозь огонь – к фангу, принесшему смерть на эту планету, к фангу, спровоцировавшему меня на гибельный выстрел. Оружие я откинул – ничто в мире больше не заставит меня стрелять, укрывшись за непреодолимой броней.
   …Стекла, опадающие желтыми каплями; шторы, вспыхивающие под ударом огненной волны; двери, слетающие с петель, отвешивающие спрятавшимся людям смертоносные затрещины…
   Вокруг нас с фангом – смерть. А мы живы.
   – Доволен, Господь? – заорал я, раздвигая руками оранжевое пламя. Бронекостюм что-то настойчиво бубнил, но я уже не воспринимал его мысленный шепоток. – В тебя влились новые сущности, Бог? Человеческие страдания, память, страх? Ты стал еще совершеннее, абсолютный разум?
   Где же ты, фанг… Я огляделся – но среди пламени не было серебристого силуэта. Неужели я ошибся – и мой враг вполне уязвим?
   Из-под ног поднялась серая тень. Взмахнула рукой – мгновенно удлинившейся, превратившейся в клинок. Совершенно машинально я блокировал удар – словно в руке моей был меч. И меч появился.
   Атомарники скрестились – и прошли друг сквозь друга, как кулак сквозь дым. Я не успел еще ничего понять, а мечи исчезли, втянулись обратно в наши костюмы. Молекулярная броня сама принимала решения в этом поединке.
   Мы стояли как две оплавленные статуи на закопченной мостовой. Секунды передышки, неизбежные мгновения на то, чтобы принять решение, понять, как вести бой против абсолютно равного по силе врага… И я узнал противника. Мутно-серая пленка меняла лицо не больше, чем солнцезащитные очки.
   – Рад новой встрече, Нес, – прошептал я.
   – Взаимно, Сергей с Земли, – так же тихо отозвался фанг.
   Я не успел ничего придумать, просто ударил его. Скорее даже толкнул открытой ладонью. И Нес быстрым движением подставил под удар свою руку.
   Наши ладони встретились – как у играющих в «ладушки» малышей. Между сближающимися серыми перчатками полыхнуло бледное пламя. И металл клацнул о металл.
   Мне вдруг показалось, что бронекостюмы разойдутся, пропуская наши руки, – как тогда, бесконечно длинные часы назад, когда я хлопнул по плечу Ланса…
   Но броня Земли и броня Фанга не признали друг друга.
   Металл костюмов вскипел грязно-белой пеной, едва ладони соприкоснулись. Руку обжало, словно тугой резиновой манжетой. С ладоней струился вниз, разлетался в порывах ветра невесомый порошок – прах неуничтожимой брони.
   «Псевдоразумные» молекулы, каждая из которых была одновременно и щитом, и мечом, и генератором всевозможных полей, распадались. Бронекостюмы пожирали друг друга.
   Я засмеялся, продолжая удерживать руку. Пленка на моем теле колыхалась, истончаясь и сползаясь к руке. «Опасность, опасность», – звенел в мозгу слабеющий голос.
   Вначале броня соскользнула с левой руки, и я почувствовал обжигающий жар испепеленной улицы. Затем металлопленка сползла с ног. Ботинки зашипели, коснувшись мостовой. Боевой комбинезон не способен противостоять тому аду, в который превратилась улица. «Радиация», – взвизгнул броне-костюм и замолчал. Серая пленка сошла с лица, и я невольно зажмурился.
   Когда я заставил себя открыть глаза, между моей ладонью и мохнатой ладонью Неса катался серый комок – шипящий, вздрагивающий, словно капля воды на раскаленной сковородке. Я убрал руку. Серый комок сделал отчаянную попытку растянуться между нашими руками – и упал, превращаясь в тончайшую пыль.
   – Конец броне, – сказал я, глотая раскаленный воздух и невидимые миллирентгены.
   Нес кивнул. Мы смотрели друг другу в глаза.
   – Я хочу поговорить о красоте, Нес.
   – Со мной?
   – Со всеми фангами… – Я усмехнулся. – Чем больше, тем лучше.
   Нес молчал.
   – Я отпустил тебя на Клэне, – тихо сказал я. Ноги жгло как огнем, глаза слезились. – И не хочу вновь выяснять, кто из нас сильнее в рукопашной. Послушай меня, Нес.
   Фанг потянулся к нагрудному карману комбинезона. Затем, словно в раздумье, опустил руку и расстегнул маленький футляр на поясном ремне. Достал из него серебристый шнур, встряхнул.
   – И куда нас перебросит? – поинтересовался я, глядя на широкий обруч в руках Неса. Воздух в нем дымился, дрожал туманной пленкой.
   – На мой корабль, – безмятежно сказал Нес. – На флагман атакующей Ар-На-Тьин эскадры.
   Это меня не удивило. Нес не мог быть простым десантником, раз уж он носил молекулярную броню…
   Не колеблясь я шагнул к фангу, держащему над головой обруч-гиперкатапульту. Нес изобразил что-то похожее на улыбку. И разжал руки. Мутное стекло гиперперехода упало на нас.
Чтение онлайн



1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 [56] 57 58 59

Навигация по сайту


Читательские рекомендации

Информация