А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Лорд с планеты Земля (сборник)" (страница 54)

   4. На острие иглы

   Корабль Сеятелей был превращен в штаб – он оставался самым надежным укрытием на Ар-На-Тьине. Весь его внутренний объем сейчас был реализован в просторном круглом зале, разделенном стеклянными перегородками. За одной из них сидели перед терминалами офицеры Ар-На-Тьина. Местное оборудование выглядело нелепо внутри корабля – но поставить его было проще, чем переучивать людей для работы с мысле-управлением.
   – Наш крейсер поврежден, – хмуро рассказывал Ланс. – Идут ремонтные работы… Крейсер фангов уничтожен полностью.
   Я отпил из чашки – горячий кофе скользнул по пищеводу и провалился в ледяную пустыню. Если бы мне сказали, что внутри меня идет снег, я бы не удивился.
   – Пленные есть?
   – Нет. Крейсер захватили катера Ар-На-Тьина… Здесь не так уж много городов, в Хейорзе и Риоме у всех были друзья, родные. Ракету, идущую на Шей, удалось перехватить, там жертвы минимальны.
   Я кивнул и допил кофе.
   – Где твой меч? – поинтересовался Ланс.
   – Там же, где Хейорз. Спасибо, Ланс. Ты хорошо поработал, пока я решал ребусы.
   – Ты о чем?
   – Ерунда, Ланс. Я едва не познакомился с Отрешенными.
   Расспросить меня Ланс не успел.
   «Капитан, у корабля посетитель. Редрак, известный под именем…»
   – Впусти.
   В стене протаяло отверстие, и перед нами появился Редрак. Уже не в костюме, а в боевом комбинезоне старой модели, вроде тех, что мы использовали на «Терре». Я усмехнулся, Ланс приветливо кивнул – он был не в курсе моей беседы с бывшим пилотом.
   Редрак молчал, разглядывая нас.
   – Как дела? – спросил я. – Удалось выиграть еще одну планету – вместо этого жалкого мирка? Ар-На-Тьин долго не протянет.
   – Ты был прав, – тихо сказал Редрак.
   – Картинки видал? – продолжал допытываться я. – Хейорз… ну да Бог с ним, с мясокомбинатом. Риом куда интереснее – большой город, полтора миллиона жителей… Запись!
   В воздухе перед нами возник экран – словно открылось окно в потусторонний мир. Пылающая равнина, стеклянно отблескивающая в лучах солнца. Море огня, закованное в ледяные берега. Серый пепел, застилающий желтое небо.
   – Море стекла и огня, Редрак, – зло сказал я. – Репетиция будущих Апокалипсисов. Нравится?
   – В Риоме жила моя… – Редрак запнулся, – женщина. Я наказан, Сергей. Я не поверил – и наказан.
   – Зачем ты здесь?
   – Повиноваться.
   Я покачал головой. Подошел к Редраку – светящийся экран погас при моем приближении. Спросил:
   – Слушай, ты специально так поступаешь? Усложняешь ситуацию, потом сам же расхлебываешь.
   – Я хотел оказаться… – Редрак на мгновение прикрыл глаза, через силу выдохнул, – …сильнее тебя. Выше тебя, лорд. Хотел доказать – мы не ниже Сеятелей. Мы хроноколонисты – так нас называют земляне. Гомункулусы, марионетки. Но – люди.
   Он говорил по-русски – я даже не заметил, когда Редрак перешел на него со стандарта.
   – Разве я когда-нибудь говорил, что Сеятели выше своих потомков? – делая ударение на последнем слове, спросил я.
   Редрак молчал.
   – Отвечай своему императору! – выкрикнул Ланс.
   Редрак вздрогнул и бесцветно повторил:
   – Я виноват. Ты был прав. Я наказан.
   Повинуясь моему желанию, в воздухе материализовались кресла. Свет померк, стеклянные перегородки утратили прозрачность.
   – Редрак, не знаю, что теперь делать, – устало сказал я. – Если бы ты выставил своих клиентов, фангам досталась бы пустышка вместо планеты. Ар-На-Тьин без собравшихся на нем заложников ничего не стоит. Теперь же… Ты проверял гипертуннель?
   – Наводка неустойчива, – еле слышно ответил Редрак. – Гипертуннель перехватывается… на всех векторах…
   – Наведи канал на Рантори-Ра, – приказал я. – И отправь по гипертуннелю мезонную бомбу… с секундным замедлением взрыва.
   Редрак поднял глаза. Слабо улыбнулся:
   – Больше одного раза эта шутка не пройдет, фанги станут определять характер пересылаемого груза. Но одним перехватчиком у них будет меньше.
   Редрак кивнул.
   – Что еще следует сделать? – спросил я. – Ты же пират… бандит с большой космической дороги. Говори! Раздача оружия населению?
   – Проводится.
   – Психологическая подготовка: умрем за родину, идет священная битва, фанги жрут новорожденных младенцев…
   – Газеты, радио, ти-ви заполнены всем этим. – Редрак пожал плечами. – Жрут младенцев? Хорошо. Пока мои ребята сообщали, что они вампиры, насилуют человеческих женщин…
   – Кастрируют мужчин, – продолжил я. – Пусть твои проповедники поработают – как в те дни, когда расхваливали игорный бизнес… и производство синей пыли.
   Редрак снова опустил голову.
   – Армия, – вслух размышлял я. – Раздача наград, денежные премии, сто грамм…
   Ланс скептически улыбнулся:
   – Сто утром и сто вечером… спирта.
   – Уже, – сообщил Ланс.
   – Подготовка подполья – нам не удержать планету…
   – Ведется, – торопливо, словно стараясь реабилитироваться, сказал Редрак.
   – Что еще, Редрак?
   – Внешняя помощь. Я связался с руководством… моих планет. Они отправляют корабли.
   – Отлично. Будут еще клэнийские… Дома Алер.
   – Если мы успеем собрать все силы, планету будет очень непросто взять. – В голосе Редрака появилась легкая надежда.
   Я кивнул. И спросил:
   – А как по-твоему – успеем?
   – Первые корабли начнут прибывать через десять-двенадцать часов… только Сеятели успели бы раньше. – Редрак помолчал. – Сомневаюсь, капитан. Фанги атакуют нас через два-три часа – и постараются захватить Ар-На-Тьин до захода солнца. Это еще пять-шесть часов. Когда они захватят планету – их не выкурить.
   – Объясни своим клиентам ситуацию. Раздай оружие. Если среди них есть военные – пусть прибудут в штаб. Иди.
   Редрак побрел к стене, в которой уже возникло отверстие.
   – Постой! Редрак… если я увижу, что планету не удержать, что твои высокопоставленные гости становятся заложниками – я отдам Храму приказ активировать кварковую бомбу.
   Он окаменел. Тихо сказал, качая головой:
   – Ты не сможешь отдать этот приказ, Сергей.
   – Смогу – потому что сам буду на планете. Редрак, нам придется драться насмерть.
   Редрак исчез. Я посмотрел на Ланса и сказал:
   – У меня нет права отдавать такие приказы. Иначе я бы не сомневался. Если фанги смогут диктовать свою волю правителям самых развитых после Земли миров… Ланс, оставь меня на полчаса. Я хочу отдохнуть.
   Ланс кивнул. Но уходить не спешил.
   – Сергей, а помощь Сеятелей?
   – Какая помощь? Ты же сам работал в этой конторе, Ланс. Сеятелям нужно, чтобы фанги и хроноколонии завязали битву в этом секторе. Земля не поможет.
   – Ты говоришь о руководстве, – тихо сказал Ланс. – О Маккорде и тех, кто за ним стоит. А я знаю боевые формирования Сеятелей изнутри. Десантные группы, корабли поддержки…
   – Чушь! Военная дисциплина… – начал я. И осекся.
   Ведь это было совсем недавно. Меньше десяти лет назад – плевать на абсолютное время, я меряю жизнь лишь своими часами. Горы – красивые до нереальности, до желания скинуть пудовый бронежилет и растянуться под ласковым солнцем… Скинь, попробуй, если надоело жить.
   Мы стоим вокруг человека в военной форме, он еще жив. К сожалению, жив. Не дай Бог, врачи спасут ему жизнь – изуродованному, замученному, бесполому отныне парню, которого призвали в армию – мирить два озверелых народа.
   Пилот нашего вертолета молча смотрит на лейтенанта. Тот отводит глаза. Нам запрещено воевать. Нас погнали на смерть, на бойню – президенты и премьеры в накрахмаленных рубашках, так любящие демонстрировать свое миролюбие под дулами телекамер.
   – Это провокация… – говорит лейтенант. А пилот, словно не слыша, отвечает:
   – В трех километрах село.
   – Чье? – не выдерживает лейтенант.
   – Их или их, – равнодушно отвечает пилот. – Я зайду и дам залп…
   – У тебя номер на борту. Увидят…
   – Значит, доделаете работу.
   Бронежилет больше не давит, и автомат лишь продолжение рук. А приказы… когда их слушали те, кто ходит рядом со смертью?
   – Ланс, – обрывая нахлынувшие воспоминания, сказал я. – Свяжись с кем можешь, объясни. Пусть они будут рядом, когда все начнется. Я, наверное, слишком многое забыл.
   Ланс кивнул и вышел. Мгновенно, не дожидаясь приказа, свет померк, а из пола выступила низкая широкая кровать.
   – Спасибо, – сказал я стенам и лег. – Мне надо отдохнуть… час, не больше, потом все уберешь.

   Я шел сквозь метель. По гладкому как стекло льду нескончаемой равнины. Вдали, на горизонте, плясало багровое пламя. Снежинки в его свете казались черными. А может, такими и были.
   – Ты знаешь, где находишься?
   Голос шел сзади – тихий, странно знакомый голос.
   – Знаю, – прошептал я. – Хейорз. Эпицентр теплового взрыва.
   – Не оборачивайся.
   – И не собирался. Я знаю, кто ты. Отрешенный.
   Тишина, лишь слабый шелест снега. Куда я иду? Зачем? И как оказался на братской могиле Хейорза?
   – Почему мне нельзя оборачиваться?
   – Ответ за ответ.
   – Хорошо. Почему нельзя обернуться?
   – Чтобы ты не увидел моего лица.
   – Вряд ли оно меня удивит. Ты способен принять любой облик.
   – Конечно. Но тебе лучше его не видеть. Теперь мой вопрос. Когда ты понял?
   – Что понял? – Я засмеялся. – Зачем тебе задавать вопросы, Отрешенный? Для тебя нет тайн, не так ли? Ты можешь получить ответ на любой вопрос…
   – Я знаю ответы лишь тогда, когда мне не нужны вопросы…
   Опустившись на колени – на ровный как стекло лед, на плавящееся как лед стекло, я спросил:
   – Отрешенный, что это? Сон, галлюцинация, реальность?
   – Тебе так нужен ответ?
   – Да!
   – Это сон. Но не принимай его за бред. Сон лишь иная вероятность жизни. Вероятность вне времени и пространства.
   – И ты можешь в нее вмешиваться.
   – Могу. Для меня существует очень мало возможностей – сон, бред, туннельный гиперпереход. Лишь те мгновения, когда ты не веришь в реальность происходящего. Когда нет ориентиров, когда правда и ложь – как два отражения в зеркале сознания. Когда ты свободен.
   – Я свободен, когда понимаю, что происходит… – Я отнял от лица ладони, пальцы были ледяными. Короткие порывы ветра бросали в меня черную снежную пыль. За спиной бесплотной тенью, неумолимым конвоиром стоял Отрешенный.
   – Не рассказывай мне ничего, – сказал я. – Но если я скажу сам – правильно, ты подтвердишь это?
   – Да.
   – Через сотни, тысячи, миллионы лет цивилизация фангов достигнет полного контроля под пространством и временем. Верно?
   Тишина. Я засмеялся:
   – Точно. Я так и думал. Через сотни и миллионы лет цивилизации людей и фангов достигнут абсолютного могущества. Так?
   – Да.
   – Крайности сходятся, не так ли, Отрешенный? – Я встал, подставляя лицо под холодные пощечины ветра. – Люди, фанги – какая разница, если уже не осталось тел… и планет, на которых живут. Просто разум – всемогущий, всесильный. Нес… тот фанг, с которым я дрался на Клэне, не врал. Вы их потомки. Но и человеческие одновременно.
   – Да.
   – Значит, войны не будет, – сказал я. – Не может быть – иначе мы истребили бы друг друга.
   – Война будет. Погибнут Земля и Фанг. Погибнет большинство населенных планет. Остатки цивилизаций будут отброшены в варварство. Лишь через миллионы лет они вновь встретятся… и найдут возможность для сотрудничества.
   – Значит, она есть, эта возможность?
   – Возможно все.
   – И мы можем не воевать?
   Пауза. И равнодушный голос Отрешенного:
   – В той реальности, где я существую, война была.
   Я скривился:
   – Ты не лучше Сеятелей, Отрешенный. Ты так же уверен в неизменности прошлого. И так же стремишься сохранить эту неизменность.
   – Я не стремлюсь, Сергей. Мне все равно. Можно изменить прошлое – тогда войны не будет.
   – И тебя тоже! – с яростью воскликнул я. – Ты сдохнешь, ты не возникнешь вообще!
   – Почему? Я возникну – как результат мирного сотрудничества людей и фангов. Может быть, даже раньше – на несколько миллионов лет раньше…
   Я молчал. Я понял – наконец-то понял, с кем говорю.
   – Что тобой движет? – прошептал я. – Что?
   – Скука. Я знаю все – и могу все. Для меня нет целей – они осуществляются в момент появления. Для меня нет тайн – я знаю ответ сразу после формулировки вопроса. Для меня нет расстояний и времени – я нахожусь везде и всегда.
   – Мне жалко тебя, Бог, – сказал я. И обернулся к неподвижной фигуре, скрытой бездонной тьмой. – Мне жаль тебя.
   – Теперь ты знаешь, – сказал Отрешенный.
   – Там, на плато у Хейорза, – это был Ты, – прошептал я. – Все, кто там был, – Ты. И Данька с Земли – это Ты. И среди моих врагов… выйди на свет!
   Я скорее почувствовал, чем увидел, как на губах Отрешенного появилась улыбка.
   – Да будет Свет, – серьезно сказал он.
   Небо взорвалось белым сиянием. Разноцветные тени заплясали в стеклянной равнине. И я увидел лицо Отрешенного.
   Лицо Бога.
   Миллион лиц. Шоррэй Менхэм, правитель Гиар. Вайш, пэлийский вампир. Данька с Земли. Мой друг Дос из двадцатого века. Бывший сержант императорских войск Эрнадо. Император Тара. Императрица Тара. Пират Редрак Шолтри. Принцесса. Тьер с планеты Клэн. Фанг по имени Нес. И еще миллионы миллионов лиц – которых я не видел никогда, которые просто не успею увидеть, сколько бы мне еще ни прожить. И лицо, всегда смотревшее на меня из-за стекла, с тонкой пленочки амальгамы…
   – Мы твои куклы? – Не было ни страха, ни обиды. Лишь легкое отвращение.
   – Нет.
   – Постой, – прошептал я. – Я понял. Тебе нужно то, чего не может дать сила. Тебе нужны азарт борьбы и боль поражения. Радость и тоска. Любовь и дружба. Все то, чего ты лишен.
   – Да.
   – Жизнь и смерть… Ты лишен всего. Ты жив, лишь пока живы мы. И тебе наплевать на то, как мы живем. Заключенный в концлагере или миллионер на борту своей яхты – какая разница. Ты пьешь наши эмоции, любишь нашей любовью и ненавидишь нашей ненавистью. Ты лишь фотопленка, ловящая наши улыбки и слезы, зеркало, отражающее чужие свечи. Ты – Бог.
   Я хохотал, стоя в холодном сиянии посреди стеклянного моря.
   – Бедный Бог! Ты лишь наша тень. Ты можешь все – но ничего не творишь. Нет у тебя такой потребности. Ты слабее Сеятелей, отважившихся покорить время. Ты слабее меня, пошедшего против судьбы. Зачем ты вообще появляешься перед нами, Бог? Зачем говоришь, зачем принимаешь человеческий облик? Доедай огрызки наших эмоций, грейся в тепле наших чувств. Дремли в своей паутине, Бог!
   – Я могу вмешиваться.
   Мой смех оборвался. Я смотрел на тень, которая была всем и ничем, внезапно осознавая: этот равнодушный Бог, единый и многоликий Отрешенный – тот, кто уже вмешивался в мою судьбу, лишил меня, чего лишен и сам – чувств.
   Отрешенный подошел ближе. Его лицо теперь было моим лицом… Плевать. Я сам решу, кто настоящий, а кто отражение.
   Нет Бога без человека.
   – Есть миг, Сергей. Его не измеришь твоими единицами времени, но он есть. Когда человек, в сознании которого я живу, гибнет, когда я осознаю себя… Есть миг, когда я уже могу все, но еще не разучился желать. Тенью человеческих желаний, ты прав. Но я еще могу действовать – пусть через миг и утрачу всякий интерес к происходящему.
   – Значит, когда я лишился любви… – Я попробовал улыбнуться.
   – Миг, когда в кварковом распаде погибал пилот гиперперехватчика фангов. Разумный, чье сознание рисовало тебя гением смерти. Безжалостным убийцей, отважным защитником своей планеты. Он восхищался тобой, Сергей. По-своему, конечно. Он видел в тебе очень красивого врага – а это главное для фангов.
   Я оцепенел. Ночные кошмары, бредовые видения. Гениальные прозрения и угрызения совести. Чем вы оплачены? Смертью тех, кто знал нас? Последней мыслью умирающего? Почему тогда убийцы не падали, сраженные волей Бога – послушного Бога, исполняющего волю погибшего? Может быть, потому, что мы все-таки больше любим, чем ненавидим? И последняя мысль – о тех, кто нам дорог, а не о тех, кто ненавистен…
   – И кто же оплатил твой визит ко мне, Отрешенный? – спросил я. – Мой враг или друг?
   – Порой враг может подарить больше, чем друг, – безразлично пробормотал Отрешенный. – Но… Я пришел волей друга, Рэс-Ор-Мьен. Я пришел волей друга, Близкий-Мне-Мужского-Пола…
   – Тьер! – Я бросился к Отрешенному – к беспомощной кукле, к восковому манекену, вылепленному людьми. – Тьер, девочка…
   Это была она – девочка с Клэна. С прежним лицом, но чужими словами. С обугленной раной в груди – раной, с которой не справится даже организм клэнийца…
   – Сергей, Тьер с планеты Клэн уже нет. Она умерла.
   – Тьер!
   Я поймал ее руки, зная, что это лишь морок, обман безжалостного Бога. Теплые руки девочки, любившей меня всю жизнь.
   – Тьер…
   – Уже нет Тьер. Есть лишь ее последние желания, ее воля. Крейсер «Алер» погиб в сражении с крейсером фангов. Он был слишком поврежден в предыдущих боях. Прости за это Дом Алер. Тьер молила тебя об этом. Крейсер «Алер» не смог прийти тебе на помощь.
   – Прости меня за это, семья, – сказал я, глядя в глаза девочки, которой уже не было. – Прости меня.
   – Тьер ждала этих слов,– сказала Тьер. – Она хотела, чтобы ты вернул себе любовь. Она желала этого… верилавэто.
   – Спасибо, Тьер…
   – Она хотела, чтобы ты нашел истину. Узнал, кто такие Отрешенные. Победил…
   – Нет, Тьер. Я буду драться сам.
   Ее лицо заколебалось – как отражение в бегущей воде. Может быть, на меня теперь смотрели те, кого я еще узнаю. Или же люди, с которыми не встречусь никогда.
   – Отрешенный, мне не надо ее дара. Верни жизнь Тьер!
   – Нет.
   – Верни ей жизнь! Ты лишь тень – моя, Тьер, всех людей и фангов, всех разумных во Вселенной. Это так просто – дать жизнь. Отрешенный! Бог!
   Я не заметил, как перешел на крик. Но тень с незнакомым лицом, стоящая передо мной, оставалась недвижимой.
   – Ее нет. Ты отказываешься от дара Тьер? От ее веры в тебя? Герой, благороднейший из Сеятелей, друг Клэна…
   – Спасибо за правду об Отрешенных, – прошептал я. – Спасибо за чувства, которых я был лишен. Но победу я добуду сам, Тьер.
   – Это было ее последней мыслью, – спокойно сказал Отрешенный. – Когда «Алер» растворялся в атомном пламени, когда расплавленный металл переборок капал на ее тело…
   – Замолчи, мразь! Она хотела, чтобы победил я! Я сам – а не Бог, равнодушный к людям! – закричал я. – Молчи! Когда я умру – последним желанием будет жизнь тех, кто верил в меня! Исполни его – сейчас!
   – Нет.
   Отрешенный пожал плечами. Он опять был мной – беспомощный Бог, властелин Вселенной…
   – Скажи слово. То, что движет фангами, – то, что остановит войну. Иначе я вновь войду в твой разум.
   Я усмехнулся, глядя в неподвижное лицо:
   – Красота.
   Отрешенный начал таять – сгусток дыма в сияющем свете.
   – Проваливай к дьяволу, – прошептал я. – Бог…
   Я стоял посреди стеклянного моря, опоясанного огненными берегами. В ослепительном сиянии опускались с небес темные тени.
   – Привет, фанги, – сказал я, глядя вверх. – Как же вы могли быть такими… такими наивными?
Чтение онлайн



1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 [54] 55 56 57 58 59

Навигация по сайту


Читательские рекомендации

Информация