А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Лорд с планеты Земля (сборник)" (страница 4)

   4. Наставник для лорда
   Убежища везде одинаковы. В любом мире, на любой планете они имеют лишь одну цель – сохранить человеку жизнь. О комфорте при их строительстве не задумываются. «Волчье логово» Гитлера или подземная ставка Сталина – не в счет.
   Бетонный купол, в который я вошел, а вернее, приплелся вслед за незнакомцем, напоминал снаружи маленький холмик, обложенный дерном и обсаженный деревцами. Внутри же он сиял первозданной наготой. Бетонные стены не были даже оштукатурены, кое-где проглядывала стальная арматура. Посредине виднелся прорезанный в полу металлический люк, полускрытый множеством пластиковых ящиков, внушительного размера канистр и баллонов. В стороне валялось нечто, напоминающее надувной матрас, но не прямоугольной, а квадратной формы. На нем – пара скомканных простыней и одеяло, рядом, прямо на бетонном полу, – вскрытые баночки с остатками какой-то пищи. Я невольно сглотнул слюну.
   – Вы голодны, ваша светлость, – бросив на меня быстрый взгляд, сказал мужчина. – Садитесь, я приготовлю обед.
   Почти без сил я опустился на пружинящий матрас. Взглянул на потолок, где одиноко и ярко светился белый матовый шар на витом шнуре. Похоже, электрическое освещение. Ничего особенно удивительного.
   Передо мной оказалась пара открытых баночек: одна с густой, заправленной мясом кашей, другая с дымящимся бульоном. И это знакомо, саморазогревающиеся консервы.
   – Попробуйте, ваша светлость, – подавая мне узкую двузубую вилку, произнес мужчина. – Мне кажется, что наш метаболизм схож и никаких недоразумений от этой пищи не будет.
   С недоумением взяв предложенную вилку, я случайно сжал ее черенок. Зубцы щелкнули, расширяясь и сливаясь в маленькую полусферу. В руке у меня оказалась удобная, глубокая ложка. Такого я на Земле не встречал.
   Каша оказалась вполне сносной, а горячий бульон – просто великолепным. Допивая его, я спросил:
   – Почему вы называете меня светлостью?
   Мужчина улыбнулся:
   – Человек, обрученный с принцессой, становится лордом. Кем вы являлись на своей планете, значения не имеет.
   Отставляя опустевшую баночку, я пожал плечами:
   – Меня зовут Серж… во всяком случае, друзья зовут так. Я всего лишь студент… бывший сержант десантных войск. Как ваше имя, если я могу его узнать?
   Во взгляде мужчины появилось легкое любопытство.
   – Меня зовут Эрнадо. Друзья называют просто Сержантом. Я тоже сержант десантных войск, и тоже бывший. Наших войск больше не существует, а десантники, похоже, уничтожены полностью. Они защищали дворец до последнего.
   Наши взгляды встретились.
   – Как всегда, как и у нас, – тихо сказал я. – Первыми принимаем бой и первыми его завершаем. Побеждая или погибая.
   Поколебавшись секунду, Эрнадо протянул мне руку:
   – У вас есть такой обычай, Серж?
   Я сжал его ладонь, твердую и горячую, как не успевший остыть после закалки металл.
   – Да, Сержант. А еще мы называем друзей на «ты».
   Бесстрастное лицо Эрнадо опять прорезала короткая, быстрая улыбка.
   – Это здорово, Серж. На наших планетах хорошие обычаи.
   И тогда я почувствовал, как что-то внутри меня медленно расслабляется.
   – Объясни мне, что происходит, Сержант, – попросил я.

   – Наша планета может показаться тебе странной, – начал Сержант, усаживаясь на матрас рядом со мной. – Тем более что ты не знаком ни с одним из еще более странных миров, существующих во Вселенной. Начать можно с того, что нами правит император.
   Я пожал плечами.
   – Ты не удивлен, потому что на твоей планете королевская власть еще не отошла в далекое прошлое, в предания и легенды. Но во Вселенной монархия – редкость. Игра случая. В мирах, где соседствуют и ежечасно соприкасаются десятки, сотни самых разных цивилизаций, монархия выжить не может. Она слишком консервативна, слишком озабочена внутренним самосохранением, чтобы успешно защищаться от внешней агрессии. Однако на нашей планете власть императора уцелела.
   – Почему? – совсем не риторически спросил я. Все, что хоть отдаленно касалось принцессы, меня интересовало.
   – По многим причинам. Планета была колонизирована беглыми монархистами во главе с наследным принцем Таром. На остатках кораблей военного флота они спаслись с восставшей планеты Итания, спаслись, отправившись в неисследованную область космоса. Им удалось открыть эту планету, пригодную для жизни, но крайне ограниченную в природных ресурсах. Достаточно сказать, что лишь полпроцента ее территории может использоваться для земледелия, а запасы полезных ископаемых ограничиваются металлическими рудами и крайне бедными урановыми породами. Нищая биосфера, практически отсутствуют уголь и нефть. Запасы пресной воды сосредоточены в горных ледниках и нескольких озерах, они ничтожно малы и обеспечивают существование не более миллиона людей. Наш мир, ставший спасением для горстки беглецов, не представлял никакого интереса для захватчиков. Развиваясь в течение пятисот лет без постороннего вмешательства, наши предки создали общественный строй, имеющий множество своеобразных ритуалов и правил. Связанный договорами о дружбе с десятками соседних цивилизаций, рассматривающих нас как забавную и безобидную случайность, наш мир сумел достичь величия.
   Эрнадо неторопливо вынул из ножен меч:
   – Это было нашим первым шагом к славе. Атомарный меч, созданный в лабораториях императора Тара Восьмого, приковал к нам внимание всей Вселенной. Дело в том, – пояснил он, увидев мое недоумение, – что уже много сотен лет было известно нейтрализующее поле, широко применяемое в планетарных войнах. Именно это поле, вырабатываемое генератором убежища, помешало тебе развалить меня в молекулярную пыль. В радиусе действия генератора невозможно применение лучевого, взрывного и прочего энергетического оружия. В нейтрализующем поле глохнут реактивные и бензиновые двигатели, с трудом функционируют лишь маломощные электрические. Войны, происходившие на планетах, превратились в дикарские побоища холодным оружием, ведущиеся под прикрытием генераторов поля. Использовались отравляющие вещества и биологическое оружие, поэтому солдаты сражались в противогазах, а то и в космических скафандрах. Атомарный меч, перед которым обычное холодное оружие не более чем бесполезный хлам, стремились иметь все развитые планеты. Именно поэтому они не позволили друг другу завоевать нас. В течение пятидесяти трех лет, пока секрет атомарных мечей не был раскрыт другими цивилизациями, мы неслыханно разбогатели и стали одним из общепризнанных центров производства оружия.
   А дальше последовали другие изобретения. Молекулярный деструктор, модификацией которого является твой пистолет. Гиперпространственный локатор, гравитационные и паутинные мины, электронная мошкара…
   Сержант на мгновение замолчал. Порылся в кармане плаща, достал плоскую коробочку. Щелкнул крышкой. Извлек из коробочки крошечную оранжевую капсулу, сдавил ее пальцами. Послышался слабый хруст, запахло недозрелым лимоном. Легкий, кисловато-сладкий, свежий аромат… Я насторожился, ожидая демонстрации нового оружия. Но Эрнадо невозмутимо отправил капсулу в рот. Замер на секунду с безмятежно-довольным выражением на лице. Сказал, перехватив мой недоуменный взгляд:
   – Это слабый стимулятор. Его употребление приятно, но наносит определенный вред организму.
   – А у вас нет другого стимулятора? – с внезапно проснувшимся интересом спросил я. – Его употребляют, вдыхая дым тлеющих сушеных листьев. Тоже приятно и вредно.
   На лице Сержанта появилось легкое недоумение, смешанное с отвращением.
   – Дурацкий метод, – без всякой дипломатии заявил он. – Никогда о таком не слышал… Хочешь?
   Он протянул мне коробочку с капсулами. Цитрусовый аромат таял в воздухе.
   – Нет, – после секундного колебания ответил я. – Если уж приходится избавляться от одной вредной привычки, то не следует заводить другую. Ведь к этим капсулкам наверняка привыкают?
   Эрнадо, кажется, смутился.
   – Да, – пробормотал он. – Бросить, правда, можно…
   – Не надо, – твердо повторил я.
   Эрнадо кивнул:
   – Хорошо. Я же, с твоего разрешения…
   Он сделал несколько жевательных движений. И продолжал:
   – В производстве оружия мы почти сравнялись с исчезнувшими цивилизациями прошлого. Теми, что исчезли из-за чрезмерных успехов в оружейном деле. Наших мастеров сравнивали с оружейниками Сеятелей, а эта раса не знала равных в межзвездных войнах. Независимость и богатство планеты позволяли следовать множеству красивых традиций. Среди них особо выделялась церемония Обручения принцессы.
   По спине у меня прошел холодок. Я подался вперед, к Эрнадо, боясь упустить хоть слово.
   – Обручение принцессы символизирует единство нашей планеты со всеми обитаемыми мирами Вселенной. В сопровождении нескольких охранников принцесса в день своего четырнадцатилетия отправляется в путешествие. Она посещает самые разные планеты, цивилизованные и отсталые, и знающие о нашем мире, и не успевшие еще покорить свою звездную систему. Принцесса путешествует инкогнито, в одиночестве. Охрана вмешивается лишь в случае прямой опасности для ее жизни или чести.
   – Я помню, как энергично действовала охрана на моей планете, – не удержался я.
   Эрнадо улыбнулся:
   – А я помню, как ты отважно бросился ее защищать. Мы находились в десяти метрах от вас. Но опасности не было.
   Принцессе ничего не стоило уничтожить трех самонадеянных аборигенов.
   – Но почему же тогда… – Я осекся. Понял.
   – Ей захотелось проверить тебя, Серж.
   – Продолжай, – буркнул я.
   – Не обижайся, Серж. Ни на меня, ни на нее.
   – Ладно, рассказывай.
   – На одной из планет принцесса выбирает себе жениха. Он получает из ее рук кольцо, способное по приказу принцессы перенести его на нашу планету. Ну а когда принцессе исполняется девятнадцать, назначается ее свадьба.
   – И жених выдергивается из своего мира прямо под венец? – иронически предположил я.
   – Конечно же нет, Серж. Объявляется турнир претендентов. Все желающие участвовать собираются на планете для состязаний.
   – Не позавидуешь вашим принцессам, – меня охватила злость. – Сидеть и ждать, кто победит на жениховских игрищах.
   – Победитель известен заранее, – мягко сказал Сержант. – Имя подлинного избранника негласно доводится до всех участников. Победить его – дурной тон и весьма рискованное предприятие.
   – Почему? Достаточно смелый и сильный авантюрист…
   – Ну, хотя бы потому, что император может не одобрить будущего зятя. Свадьба будет отложена или отменена. А несостоявшийся жених с горя покончит с собой… или его корабль не выйдет из гиперперехода.
   – Ясно. – Я отвел взгляд. – Сержант, а те, предварительные женихи… символизирующие единство со Вселенной… Они часто побеждали в турнирах?
   – Они в них иногда участвовали, – беспощадно произнес Эрнадо. – Но, как правило, принцесса не считает нужным тревожить юношу, приглянувшегося ей пять лет назад.
   – Выходит, мне повезло, – совершенно серьезно сказал я.
   – Да, – кивнул Сержант. – Погибнуть за принцессу, за императора – великая честь.
   – Почему же обязательно погибнуть? Неужели турниры так опасны?
   – Турнир уже состоялся, – усмехнулся Эрнадо. – Победитель его – Шоррэй Менхэм, правитель Гиарской федерации.
   Голос почему-то сел, и мне пришлось откашляться.
   – А что, он и должен был стать победителем? Принцесса… выбрала Шоррэя?
   Эрнадо покачал головой:
   – Нет. Более отталкивающую личность трудно себе представить. Я не любитель сплетен, но поговаривают, что принцесса любит своего напарника по космическим гонкам, какого-то молодого навигатора, человека без гражданства, космического бродягу, наемника…
   В голосе Сержанта послышалось откровенное раздражение. Вряд ли верноподданного монархиста радовали симпатии принцессы к бродяге, и уж никак не мог военный-профессионал, сержант элитных десантных войск, испытывать симпатию к наемнику. Но деликатностью он при этом не отличался, иначе не стал бы так четко определять отношение принцессы к «молодому навигатору».
   Любит…
   Что ж, ты позвала, и я пришел. Остальное – вздор.
   – Этот… Шоррэй… победил на турнире всех претендентов? Включая бродягу-навигатора?
   – Победил. – В голосе Эрнадо мелькнула злость. – Неожиданность… для некоторых… состояла в том, что друг принцессы даже не явился на турнир.
   – Что-то случилось с кораблем?
   – Проще, Серж. Проще. Его запугали или подкупили. А скорее всего – и то и другое.
   На минуту мы замолчали. Я – пытаясь скрыть невольное удовлетворение. Эрнадо – разжевывая очередную капсулку.
   – А как же право императора отложить свадьбу?
   – Шоррэй Менхэм – правитель федерации двадцати развитых, густонаселенных планет. Отказ в свадьбе – это оскорбление всех Гиар. Вполне достаточный повод для войны, победить в которой мы не сможем.
   – Он так любит принцессу, что готов воевать?
   – Принцессу? Конечно нет. Женившись на принцессе, Шоррэй становится номинальным наследником императора. Он может удалиться в свою звездную систему, один или с женой, и спокойно ждать. Когда же власть перейдет к нему, Шоррэй одним указом присоединит планету к своей федерации. А наш общественный строй позволит ему сделать это единолично, не спрашивая согласия жителей.
   – И не существует способов помешать ему? Передать право наследования, например?
   – Законных способов нет. А незаконные – опять же повод для войны. Я думаю, что его юристы хорошо покопались в наших законах, перебирая варианты.
   – Что ж… – Я обвел взглядом убежище. Ящики, коробки, холодный электрический свет с потолка. Потайной недостроенный бункер, о котором, на мое счастье, знал предусмотрительный сержант Эрнадо. И докончил фразу: – На месте императора я рискнул бы отказать Менхэму.
   – Правильно, Серж. Он и решил рискнуть.
   – Значит…
   – Гиарские корабли стали садиться на планету через час после императорского заявления. Результаты видишь сам. Остатки армии прячутся по всей планете, корабли охраны бежали или погибли в бою. Что с императором – не знаю. Возможно, он мертв, возможно, успел скрыться. И самое страшное – нет повода для вмешательства союзных планет. Шоррэй Менхэм действовал в рамках наших законов. И лишь одно препятствие стоит на пути его законного брака с принцессой…
   Эрнадо вытянул из коробочки еще одну капсулу. В воздухе поплыл лимонный аромат.
   – Дай одну, – протянул я руку. Почти все стало понятным, сложилось в четкую, хоть и набросанную лишь общими штрихами картинку. Кружилась голова, нестерпимо хотелось курить. – Дай.
   – Вначале раздави, – посоветовал Эрнадо, протягивая капсулу.
   Тонкая оболочка лопнула в моих пальцах. Я опустил капсулу на язык, почувствовал резкий, горьковато-кислый вкус. Тело стало легким, противно-непослушным… голову задернула туманная дымка. Эрнадо с любопытством смотрел на меня.
   – И это препятствие, отделяющее Шоррэя Менхэма от принцессы, – я. Карикатурный лорд с отсталой планетки. Случайный герой, встретившийся принцессе.
   – Да, Серж. До турнира ты считался официальным женихом принцессы. Ты лорд. И даже то, что тебя не пригласили участвовать в турнире, не отменяет твоего права.
   – Какого?
   – В течение трех суток после турнира ты имеешь право потребовать поединка или попросту выкрасть принцессу и обвенчаться с ней.
   – И что ты посоветуешь, Сержант?
   – Похищение, Серж. В поединке у тебя не будет ни единого шанса. В похищении, конечно, они тоже близки к нулю, но…
   – Но принцесса стоит смерти, – прервал я его. Наркотическое безумие разноцветной метелью кружилось в голове. Сознание туманилось. Возможно, на мой организм эти «легкие» капсулки действуют более чем сильно.
   – Я постараюсь дать тебе шанс, – пожал плечами Эрнадо. – Я всего лишь сержант десантных войск, но моя должность – инструктор по бою на одноатомниках. Стрелять и драться ты, наверное, умеешь и сам.
   – Умею, Сержант. Скажи, а ты часто видел принцессу?
   На секунду лицо Эрнадо осветила улыбка.
   – Да, Серж. Мне приходилось бывать в охране дворца. Я даже давал ей уроки боя на мечах.
   – И сколько надо времени, чтобы научиться ими пользоваться?
   – Полгода-год. А у нас лишь два дня, Серж.
   Меня охватил легкий страх. Слишком уж спокойно говорил Эрнадо, чтобы принять его слова за запугивание.
   – А нельзя выучиться побыстрее? Ваш язык я научился понимать без всякого обучения.
   – Язык ты выучил во время гиперперехода, под влиянием кольца. А эта безделушка на твоем пальце стоит не меньше звездолета средних размеров. Убежище, увы, не императорские лаборатории.
   Я кивнул:
   – Хорошо. Давай приступим с завтрашнего утра, Сержант? Мне очень хочется спать.
   – Как вам будет угодно, лорд. – Эрнадо снова затянулся в незримую броню этикета.
   Я невольно улыбнулся:
   – Как будет угодно вам, учитель. Но скажите мне лишь одно: как звать принцессу?
   Эрнадо покачал головой. Сказал:
   – Ты задаешь вопрос, на который нет ответа. Имя принцесса получит лишь в день свадьбы, от будущего мужа. То, как ее звали в семье, не важно… и довольно интимно.
   – Понял. – Я растянулся на матрасе, заложил руки под голову. – Хорошо, Эрнадо. У меня есть еще два дня, так что придумать имя успею.
   С минуту Эрнадо молчал. Потом произнес с заметным восхищением:
   – Наверное, приятно быть таким наглым и самоуверенным, как ты.
   – Не знаю, – пробормотал я, засыпая. – У меня не получается быть другим…
   Что ж, принцессе нужно имя. А мне нужна принцесса. Остальное – мелочи, которые, самое большее, могут меня убить.
   Действительно, приятно быть наглым. Хотя бы снаружи.
Чтение онлайн



1 2 3 [4] 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59

Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация