А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Лорд с планеты Земля (сборник)" (страница 23)

   3. Плата за молчание

   Мы садились на космодром Схедмона вручную. Это было чем-то вроде высшего пилотского шика – сажать корабль самим, когда на планете имелся новейший космопорт со всеми системами автопосадки, от дистанционного управления и ракетных буксиров до экспериментальных устройств принудительного спуска в гравитационном луче.
   Если обычная посадка на полупустом космодроме или просторах незаселенной планеты представляет несложную задачу даже для начинающего пилота, главное – иметь запас свободного хода, то посадка на бетонном пятачке, лишь в два с половиной раза превышающем диаметр корабля, – серьезное испытание и для мастера. Несмотря на чуть меньшую обычной гравитацию.
   Маневрированием управлял Редрак. Он сидел в глухом черном шлеме, закрывающем все лицо, – сейчас у него не было времени на многочисленные пульты и экраны. Самая важная информация проецировалась на внутреннюю поверхность шлема и повторялась речевым синтезатором в наушниках. Из пилотажного пульта были выдвинуты дополнительные консоли, покрытые сотнями сенсоров прямого управления двигателями. В обычных условиях они не использовались – любая их команда могла быть продублирована нажатием нескольких клавиш основного пульта. Но сейчас Редрак управлял двигателями вслепую, касаясь сенсоров отработанными за многие годы движениями, – так играет пианист, не глядя на инструмент.
   Задача Ланса была чуть проще. Он контролировал работу главного реактора и двигателей, подачу топлива и охлаждение дюз – какие бы сумасшедшие нагрузки ни выжимал из корабля Редрак, резерв хода не должен теряться.
   Клэн почти лежал, его кресло было максимально опущено, и он видел сразу все экраны – начиная с главного, занимающего половину потолка, и кончая видеокубом с оптической картинкой, светящимся над его правой рукой. Должность, которую предпочел для себя Клэн, называлась довольно заумно – пилотажный тактик – и была из разряда тех излишеств, которые в определенных ситуациях переходят в ранг жесткой необходимости. Фактически клэниец управлял всеми маневрами корабля в критические моменты полета.
   – А-три, – негромко сказал Клэн. – Пауза. Пауза. В-четыре. Пауза. Зависаем. Еще. А-один, едва-едва…
   Команды, отдаваемые Клэном, походили на бред пьяного шахматиста. Наверное, не только для меня, но и для Ланса бессистемное чередование номеров маневренных двигателей и абсолютно вольных по форме советов было невыполнимым и малопонятным. Но Редрак Шолтри действительно оказался пилотом экстра-класса. Это чувствовалось по голосу Клэна – вначале чуть настороженному, неторопливому, а теперь уверенному и быстрому.
   Эрнадо, занимающий не слишком-то сложную должность навигатора, пока скучал. Его работа начнется лишь в том случае, если Редрак решит поднять корабль за пределы атмосферы и зайти на посадку повторно. Случай скорее гипотетический.
   И только два человека на корабле были сейчас абсолютно лишними. Я и Данька. Капитан и юнга. Не важно, что пульт, за который посадили мальчишку, был втайне от него отключен от линии активного управления, а мой, капитанский, мог отменить любой приказ Редрака или Клэна. Я все равно не собирался вмешиваться и демонстрировать экипажу свои школярские познания.
   – Д-четыре, – диктовал Клэн. – Д-пять, д-шесть дважды. Д-семь! Хорошо, мы ушли… Пауза. Гасим до нуля…
   Оставаясь неслышимым для остальных, я негромко объяснял Даньке смысл происходящего. Хоть на это моих знаний хватало.
   – Сейчас экипаж работает по боевому пилотажному расписанию. Есть еще боевое-боевое, или дуэльное. Тогда мы с тобой и все не занятые в маневрировании – то есть Эрнадо и Ланс – контролировали бы системы защиты и нападения. Основы космического боя знаешь?
   – Ага, Редрак объяснял. – Голос Даньки в канале двусторонней связи дрожал от возбуждения. – Сер… Капитан, а на этом экране, в центре пульта, вид сверху?
   – Да. Главный экран сейчас показывает космодром с высоты нашего полета. Это чуть меньше трех километров. Площадка, на которую мы садимся, обведена красным пунктиром.
   – Посадочные огни?
   – Нет, просто подсказка корабельного компьютера. Световые маяки существуют, но на практике не используются.
   – Здесь столько кораблей… Если Редрак ошибется, мы можем в них врезаться?
   – Только не на этом космодроме. Нас перехватят гравитационным лучом и посадят на отведенное место. Дело кончится небольшим штрафом… и огромным позором.
   На минуту Данька замолчал, разглядывая силуэты кораблей, заполняющих огромное, медленно приближающееся поле. Шары и сигары, конусы и цилиндры, диски и пирамиды. Корабли разных планет всех существующих классов – от легких спортивных яхт до боевых крейсеров; расстояние и воздушная дымка сглаживали детали, и корабли казались набором наглядных пособий по стереометрии, в шахматном порядке разложенных на столе. Космопорт Схедмона был одним из самых больших в галактике – планета служила перевалочным пунктом между сырьевыми колониями, не имеющими Храмов, и основными мирами. Здесь корабли заправлялись и ремонтировались, а экипажи получали отдых перед полетом в гиперпространстве напрямую: от Храма Схедмона на сигнал Храма своей планеты.
   Кроме того, Схедмон с незапамятных времен являлся торговым и культурным центром этого сектора галактики.
   А еще, говоря откровенно, все окрестности космопорта представляли собой знаменитый притон, предлагавший развлечения на любой вкус…
   – Капитан, а не проще было бы садиться по гравитационному лучу? Нам не пришлось бы так маневрировать.
   – Данька, ты когда-нибудь ездил на велосипеде без рук или с закрытыми глазами?
   – Ездил, – с заметной гордостью ответил мальчишка.
   – А зачем? Проще было бы держаться за руль и смотреть на дорогу.
   – Понятно…
   Клэн продолжал бубнить свои буквенно-цифровые комбинации в очень быстром темпе и уже без всяких добавлений. Корабль завис метрах в пятидесяти над посадочной площадкой.
   – Ноль-ноль, маневровые стоп, тяга минус ноль два. Тангаж ноль, отклонение ноль… тяга минус четыре… Стоим. Минус пять… Пять, а не четыре! Стоим… Опоры. Гравикомпенсация. Минус десять! Стоп двигателям, идем на резерве… Дистанция плюс один, касание…
   Корабль слегка качнулся, опустившись на поле.
   Редрак медленно стянул черный шлем, дополнительные консоли его пульта с тихим гудением отъехали в сторону. Огоньки на панелях замерцали желтым и зеленым. Лицо Редрака показалось мне почти незнакомым – на нем не осталось и следа прежней недоверчивой напряженности. Лишь гордость – полноправная гордость человека, сделавшего почти невозможное.
   – Мы сели один в один, – удовлетворенно сообщил он. – Отклонение в пределах сантиметра!
   Клэн кивнул и привстал из своего кресла, протягивая Редраку руку. Пилот не колеблясь пожал ее. Судя по всему, на их планетах обычаи вполне земные.
   – Ты пилот, – просто сказал Клэн.
   – Ты тактик, – ответил Редрак.
   Я задумчиво смотрел на них. Передо мной словно открывалось что-то новое, непривычное. Никогда бы не подумал, что клэнийца может обрадовать что-нибудь, кроме военной победы, а Редрак способен переступить через вколоченную гипнокодированием подозрительность.
   Оказывается, возможно все.
   Даже для Клэна жизнь не сводится к бесконечному поединку во имя родной планеты. Даже для него есть просто работа – обычная работа, в которую можно вложить все силы, и друзья – те, кто стоят плечом к плечу во время этой работы.
   – Всем спасибо, – сказал я. – Два часа на формальности и таможенный досмотр. Затем отдых… рекомендую прогулку по местным притонам.
   Редрак ухмыльнулся. Ланс понимающе кивнул. Эрнадо пожал плечами. Клэн спросил:
   – Мое присутствие может оказаться полезным?
   – Вероятно, – не скрывая скепсиса, сказал я.
   – Ищем Белый Рейдер?
   – Человека, которым должен интересоваться экипаж Рейдера.
   – С удовольствием прогуляюсь по злачным местам Схедмона.
   Я задумчиво посмотрел на Даньку:
   – По кабакам мы прогуляемся без тебя, кадет. Договорились?
   Мальчишка напрягся, обиженно возразил:
   – Я тоже член экипажа. А если будет стриптиз, то могу и отвернуться!
   Первым засмеялся Ланс. Потом остальные. Лишь Редрак едва улыбнулся:
   – Мальчик прав, капитан. Он имеет право идти – по уставу. Любой член экипажа имеет право на отдых после полета, длившегося более пяти суток.
   – Хорошо.
   Я искоса взглянул на Эрнадо. Но все было в порядке – ни малейших следов прежней отстраненности на лице.
   – Эрнадо, перед выходом из корабля выдайте кадету парализующий пистолет. И объясните, как с ним обращаться.

   Пробитый в мягком известняке ход был узким и извилистым. Кое-где с потолка капала вода, собираясь на полу в мелкие хрустально-чистые лужицы.
   – Главное достоинство ресторана «Грот», – разглагольствовал Редрак, – это обилие входов и выходов. Есть очень культурные, с лифтами и эскалаторами, а есть такие – со всем необходимым для романтиков… Даже с пятнами крови на стенах, там, где кого-то пришили. Пятна регулярно подкрашиваются.
   Данька осторожно взял меня за руку. Похоже, он считал меня большей гарантией от неприятностей, чем парализатор, занимающий законное место в кобуре на поясе.
   Коридор окончился довольно неожиданно – радужной голографической завесой. Я почему-то ожидал увидеть массивную дверь из дерева или металла.
   Пройдя сквозь иллюзорную «штору», мы оказались в прохладном полумраке небольшого зала. Каменные стены, поблескивающие искорками кристаллических включений, низкий неровный потолок… Пещера, слегка облагороженная, обставленная массивной мебелью и освещенная фальшивыми факелами, узкая и длинная, с многочисленными гротами-расширениями, в которых прятались низкие круглые столики. Заняты были немногие.
   – Слишком рано? – спросил я.
   – Наоборот, поздно. Веселье длилось с вечера до утра. В полдень здесь всегда тихо, даже местные жители рискуют заглянуть.
   Мы заняли один из пустовавших столиков, возле которого было лишь три кресла. Наш экипаж сегодня отдыхает двумя группами, «незнакомыми» друг с другом. Во всяком случае, до тех пор, пока это будет возможно.
   Я был абсолютно убежден, что ресторан обслуживается официантами. Но никто не спешил появиться возле столика. Зато в воздухе возникла светящаяся надпись на стандарте, призывающая нас вслух заказать требуемые блюда или же запросить рекомендуемое меню.
   – Сервис на уровне кафе-автомата, – вздохнул я.
   Редрак пожал плечами:
   – Увы, мой капитан… Слишком мало желающих работать официантами в ресторане, где чуть не каждый день происходит перестрелка. Зато кухня здесь великолепная.
   – Могли бы установить генератор нейтрализующего поля, – заметил я.
   – Тогда пропала бы вся романтика «Грота». Сюда идут именно потому, что есть риск не вернуться.
   Заказывать блюда я предоставил Редраку с Данькой. Меня больше интересовали посетители. Полускрытые в каменных нишах столы не позволяли рассмотреть их достаточно ясно, но ничего интересного пока не было. Парочка молодых людей метрах в десяти от нас – слишком уж нежно прижимающихся друг к другу… Забавно, но достаточно обыденно. Пожилая дама с двумя кавалерами средних лет – также вполне тривиально.
   Компания из пяти-шести полупьяных пилотов в незнакомой форме – более чем естественно.
   – Боюсь, мы зря явились в это заведение, – сказал я, принимая из открывшегося в стене люка огромные блюда. Мясо с гарниром – мне, суп и сладости – Даньке, три тарелки салата и бутылка вина – Редраку.
   – По крайней мере не останемся голодными, – непринужденно заметил Редрак. – Сейчас осмотрюсь.
   Наполнив свой бокал, он небрежно извлек из кармана очки. Самые обычные на вид, с зеркально-темными стеклами и простой пластиковой оправой… И электронной начинкой, превращающей их в гибрид бинокля и прибора ночного видения.
   – Эрнадо, Клэн, Ланс, – вполголоса произнес он. – А я-то решил, что мы их опередили.
   – Где они?
   – На противоположной стороне, через семь столиков.
   – Что еще?
   Редрак молча разглядывал дальний угол ресторана. Потом поднес руку к лицу, поправляя очки и подстраивая увеличение. Отхлебнул вина, против обыкновения не смакуя.
   – Редрак!
   Пилот повернулся ко мне. В зеркальной черноте очков плясали отблески пламени «факелов».
   – Вы верите в удачу, капитан?
   По телу пробежал холодок. Я вытер губы салфеткой, скомкал ее и отложил в сторону:
   – Да.
   – Он здесь. За столиком в угловой нише с каким-то молокососом и двумя девчонками.
   – Ты уверен?
   Редрак поморщился и с оттенком обиды процедил:
   – Включите свой браслет.
   – Я оставил его на корабле. Сообщи Эрнадо.
   Редрак кивнул. Спросил:
   – Дождемся, пока парень двинет на выход?
   Я заколебался. Самое разумное – брать «языка» в одном из многочисленных извилистых выходов из ресторана, на худой конец – в кабине лифта. Но что-то холодными молоточками стучало в груди. Не то нетерпение, не то страх, не то моя проклятая интуиция…
   – Берем немедленно. Вариант «наглый кавалер».
   Редрак стянул очки и молча выбрался из-за стола. Пошел по узкому проходу, покручивая их в ладони. Выронил, проходя мимо столика, за которым мирно обедала вторая половина нашего экипажа. Нагнулся, поднял очки, что-то вежливо бормотнул.
   Эрнадо небрежно кивнул в ответ. Повернулся к Лансу, с улыбкой что-то произнес.
   Все шло по плану. Сейчас Ланс с топорной деликатностью пьяного молокососа начнет отбивать у побывавшего на Земле пирата даму. Потом они выйдут в ближайший коридор – «разобраться». А там их уже будут поджидать Клэн с Эрнадо.
   Не слишком-то честно. Но весьма эффективно.
   Я взял оставленный Редраком бокал, глотнул нестерпимо кислого вина. И это у них лучший сорт?
   Все шло отлично. Ланс медленно выбирался из-за стола, Эрнадо с Клэном уже исчезли. В дверях туалетной комнаты показался Редрак с мокрым до нарочитости лицом.
   – Сидеть на месте, ни во что не вмешиваться, – приказал я ничего не подозревающему Даньке. – Начнется пальба – ныряй под стол. Ясно?
   Мальчишка поперхнулся блюдом, напоминающим мороженое, посыпанное разноцветной фруктовой пудрой. Переспросил:
   – Что?
   – Это приказ, кадет! – рявкнул я, ухитряясь не повышать при этом голоса и сохраняя добродушную улыбку. – Ни во что не вмешиваться! В любого чужака, подходящего к столику, – стреляй!
   Из кармана куртки я достал собственные «очки». Надел их и коснулся крошечной кнопки… Мир вокруг дернулся, словно я прыгнул вперед. Лицо редраковского знакомого теперь было перед глазами. Полутьма рассеялась. Он что-то оживленно говорил, энергично жестикулируя и самодовольно улыбаясь. Да, поговорить парень любит. И выпить явно тоже.
   Вторая кнопка. Узконаправленные микрофоны с системой активной фильтрации звука… Чавканье молодой девушки – звук был настолько неприятен, что я поморщился и мотнул головой. Микрофоны перенастроились.
   – …все-таки сомневаюсь. Ты уж прости, Дрэй.
   Слегка кивнув, я подтвердил фиксацию этого голоса. Молодой собеседник нашего будущего знакомого в чем-то не соглашался с ним. Послушаем, пока Ланс продолжает ломать комедию, бродя от столика к столику и расточая любезности дамам. Не нарвался бы он на скандал раньше времени.
   – …Да зачем мне тебе врать!
   А это уже говорил Дрэй. Человек, покупавший плутоний в Нью-Йорке. Я опять склонил голову, подтверждая датчикам необходимость прослушивать и этого. Ох и набрался же он!
   – Я тебя вижу первый раз… и последний, если не разучусь управлять кораблем… Ты не человек, ясно? Ты рыба в мелкой луже, курица в клетке… Родился на этой планете и сдохнешь здесь же… Как эти… земляне… Был я там, понимаешь? Был!
   – Но мне рассказывали, – очень вежливо и абсолютно не реагируя на оскорбления, сказал собеседник Дрэя, – что планеты, которой нет, достичь в реальном пространстве невозможно. Только через… как его… гипертуннель.
   Я начал привставать – а рука сама собой скользила за отворот куртки.
   Этот юноша, беседующий с Дрэем, не был пьян. Не был он и коренным схедмонцем. Только пьяный и самоуверенный кретин мог не заметить особой гортанности в его стандартном галактическом. Акцента, который порождает чуть-чуть иное строение голосовых связок…
   Умело и упорно он вытягивал из Дрэя необходимые ему сведения. Сведения о Земле. Усердно расправлявшаяся с очередным блюдом девушка внимательно вслушивалась в их разговор. А вторая, покручивая в пальцах хрустальный бокал, пристально разглядывала приближающегося Ланса. И в глазах ее было не скучающее любопытство дешевой проститутки, а холодный расчет профессионала-наблюдателя.
   – Дурак. Ты меня понимаешь не больше, чем этот стол… Я достиг планеты, которой нет, после слепого прыжка с опорой на маяки Схедмона, Оара и Рэг-П… а вектор знаешь на что ориентировался? На звезду…
   По-моему, уже хватит, чтобы уверенно задать курс.
   – Ложись! – крикнул я, вырывая из кобуры под мышкой бластер. Лазерный излучатель импульсного действия малой мощности, с принудительной системой охлаждения и эффективной дальностью стрельбы по живой мишени в сто двадцать метров…
   Девушка, старательно поглощавшая пищу, вскочила из-за стола. В ее руках блеснул металл – и времени на раздумья у меня не осталось.
   Тонкий белый луч протянулся через узкий и длинный зал ресторана. Я не хотел убивать – да и не такой уж я меткий стрелок… Лазерный импульс вонзился в пистолет, уже направленный в мою сторону. Через десятую долю секунды металл пистолета раскалился докрасна. Еще через одну десятую расплавилась изоляция энергоразрядника и десять мегаватт вошли в тонкую руку, сжимающую бластер.
   Девушка не успела ни вскрикнуть, ни шевельнуться. Она умерла мгновенно – обугленный черный труп простоял еще пару секунд, прежде чем обрушиться на пол горсткой праха.
   Дрэй, похоже, мгновенно протрезвел. Он прыгнул через стол в сторону ближайшей двери. Но еще в воздухе его остановил сильный удар недавнего собеседника. Юноша действовал со скоростью, достойной клэнийца. Но он им не был. Тонкие клыки, выскользнувшие изо рта… Сейчас пэлийцу было не до того, чтобы контролировать инстинкты.
   Сбитый на пол Дрэй даже не успел подняться, а драка шла уже над ним. Ланс, мгновенно оценивший ситуацию, попытался оттащить Дрэя в сторону – и с трудом парировал молниеносный выпад пэлийца. Несколько секунд они обменивались ударами – потом между ними сверкнула голубая вспышка парализующего пистолета. В игру включилась вторая девушка. Ланс упал.
   Следующим выстрелом она заставила замереть Дрэя. Юноша легко подхватил его, забросил на спину и шагнул в сторону выхода. Девица равнодушно посмотрела на неподвижного Ланса – и подняла свое оружие.
   Конечно, парализующий пистолет не убивает. Но три-четыре выстрела подряд обычно останавливают работу сердца… Подруга пэлийца успела выстрелить еще лишь раз.
   Редрак, подстегиваемый психокодом, опередил даже меня. Он метнул нож – самый обычный, не плоскостной и не вибрационный. Но его оказалось достаточно – на девушке было лишь длинное вечернее платье с широким вырезом на спине. Туда и вошел клинок.
   На мгновение мне показалось, что все в порядке. Редрак легко успевал догнать похитителя, а за ним последовал бы я… Но тут из-за спрятанных в нишах столиков стали выскакивать люди – и началась общая свалка.
   Я не заметил, как появились в толпе Клэн с Эрнадо. И Редрака вновь увидел лишь после того, как тот бросил на стул неподвижное тело Ланса, выхваченное им из самой гущи событий…
   Пригнувшись – словно это могло сделать меня менее заметным, – я следил за пэлийцем, утаскивающим Дрэя. Он был не один даже после гибели своих спутниц. Его прикрывали не менее шести человек. Если для остальных посетителей происходящее было лишь отличной возможностью «поразмяться», паля во все стороны, то эта маленькая слаженная группа умело прикрывала отход товарища.
   Я видел, как скользил сквозь толпу Клэн, оказавшиеся на его пути разлетались, словно сухие листья от порыва ветра. Но вот он добрался до двух рослых парней с длинными плоскостными мечами – и остановился, выхватывая собственный меч. Секунда, другая… Его начали медленно теснить назад. Клэнийца. Наемника. Человека, чьей профессией было убийство!
   Нас обыграли.
   Эрнадо расчищал себе дорогу непрерывным огнем парализатора. Веер голубых лучей укладывал отдыхать всех без разбора. Но вдруг, совершенно неожиданно для меня, Эрнадо прыгнул в сторону. И не зря. Там, где он только что стоял, клокотал оранжевый огненный шар. Тяжелый плазменный бластер, армейская модель. Оружие, многими презираемое за излишнюю мощность.
   Мой наставник ухитрился опередить стрелка. Ускользнув из-под удара, он скрылся в одной из скальных ниш – оттуда послышался сдавленный женский визг. И сразу же у входа в его импровизированное убежище заплясало темно-желтое пламя. Если Эрнадо и не изжарится отраженным тепловым излучением, то выглянуть из грота не сможет наверняка.
Чтение онлайн



1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 [23] 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59

Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация