А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Лорд с планеты Земля (сборник)" (страница 20)

   Парни дружно повернулись ко мне. Из закрытых ртов торчали острые кончики «прокалывающих» клыков.
   Я медленно пошел к столику. Что мне известно о планете Пэл? Бывшая гиарская колония. Пэлийцы неплохие бойцы и отличные строители. Любят кровь теплокровных животных.
   – У меня к вам небольшая просьба, – тихо сказал я.
   – Говори, – на хорошем галактическом ответил парень, продолжающий держать обреченного зверька.
   – Включите голографическую завесу над своим столиком. Нам неприятен ваш способ питания.
   – Просьба отклоняется, – с неприкрытой издевкой ухмыльнулся пэлиец. – Каждое разумное существо имеет право на открытое исполнение своих обычаев.
   – Если они не оскорбляют других разумных существ.
   – Мы не находим в своем поведении ничего оскорбительного. В отличие от твоего.
   Пэлиец опустил зверька на тарелку. И небрежно коснулся рукояти плоскостного меча на поясе.
   Вооружены были все трое.
   Я даже не потянулся к своему мечу, висящему в ножнах за спиной. Если уж дело дойдет до драки, я выхвачу его быстрее, чем любой из улыбчивых вампиров. Им помешают стол и близость друг к другу.
   – Я принц планеты Тар, – все так же негромко сказал я. – Тот самый, кто убил правителя Гиар, триста лет державших вашу планету в рабстве.
   Клыки вампиров дрогнули, втягиваясь обратно.
   – Ты сделал это не ради нашего мира, – не убирая ладони с меча, сказал пэлиец. – Мы ничем тебе не обязаны.
   – Я убил Шоррэя Менхэма, – повторил я. – Вы добиваетесь дуэли?
   До них наконец-то дошло.
   – Чего ты хочешь?
   – Теперь – большего, чем вначале. Но требования могут еще возрасти.
   – Говори.
   – Прибавь: ваше высочество.
   Клыки мелькнули в уголках губ – и вновь исчезли.
   – Говорите, ваше высочество.
   – Вы ограничите свой ужин традиционными местными блюдами. Животных отошлете обратно с просьбой выпустить их на волю.
   Пэлийцы молчали.
   Я не хочу видеть кровь этих зверьков. Но могу захотеть узнать цвет вашей.
   – Хорошо.
   – Ваше высочество!
   – Хорошо, ваше высочество.
   Я поднял с тарелки зверька. Посадил на сгиб локтя. И не спеша двинулся обратно, всей спиной чувствуя ненавидящие взгляды.
   Официант, приносивший заказ, едва заметно подмигнул мне. И направился к столику вампиров с явным намерением забрать клетку-кастрюлю. Неплохой слух у парня…
   Данька ждал меня, вцепившись в рукоять своего виброножа. А ведь похоже, что не раздумывая бросился бы на помощь, завяжись драка… Я ощутил что-то вроде гордости – не за себя и не за мальчишку, а скорее за Землю.
   У нее складывается вполне определенная репутация. А для планеты, «которой нет», это уже неплохо.
   – Держи. – Я кинул зверька Даньке на колени. – Трофей. Остальных сейчас выпустят.
   Данька прижал к груди шевелящийся «трофей». Восхищенно произнес:
   – Они тебя здорово испугались!
   – Дело не в этом, Данька. Пэлийцы не уклоняются от боя. Просто их мир кое-чем мне обязан…
   Я налил себе полный бокал водки, выпил, отрезал ломтик мяса. Данька, поглаживая зверька, спросил:
   – Это котенок, да?
   – Что-то вроде. Можешь взять его на корабль, он должен неплохо переносить полеты.
   – Я его назову Трофеем, – заявил Данька.
   – Валяй. Пускай будет Трофеем.
   По телу разливалась бездумная эйфория опьянения. Мир вокруг становился все приятнее.
   – А вон Эрнадо с Редраком. – Мальчишка привстал, махнул идущим через зал.
   Эрнадо казался, как всегда, невозмутимым. А вот Редрак был явно чем-то расстроен. Подозвал официанта, решившего, наверное, обосноваться поблизости от нас в ожидании новых развлечений, и заказал пару бутылок «Черного мага» и фрукты.
   – Рассказывай, – приказал я. – Но только прежде чем вывалишь плохие новости, сообщи хорошие.
   – Тогда мне придется молчать.
   – Придумай что-нибудь.
   Редрак пожал плечами. Приподнял бутылку, разглядывая вино на свет. Заявил:
   – Это настоящее выдержанное вино, настоянное на тонизирующих травах. Сойдет за хорошую новость?
   – Сойдет. Переходи к остальным.
   – Я нигде не нашел своего знакомого. Или его нет на планете, или он радикально изменил вкусы. Его не видели ни в «Звездной короне», ни в «Приюте одержимых»…
   – Ясно. Продолжай.
   – Мы уточнили стоимость переброски на Землю. Наших денег хватит на гиперпереход для мальчика, имеющего при себе два-три килограмма груза.
   Я покачал головой:
   – Это не годится. Даньку может выбросить в любой точке планеты: посреди океана, в пустыне, в джунглях… Нет, на это я не пойду.
   – Мальчик очень рвется домой? – поинтересовался Эрнадо.
   – Совсем не рвется, – признался я.
   – Тогда появляется вариант… – Эрнадо замолчал.
   – Ну?
   – В диспетчерской космопорта нам предложили выгодный фрахт. Доставка небольшого ценного груза на колонизируемую планету. Нас выбрали как скоростной корабль с надежным капитаном. Принц планеты Тар не польстится на выгоды перепродажи груза…
   – Похоже, мое инкогнито ненадежно.
   – Да, капитан.
   – Детали?
   – Груз – зародышевые клетки колонистов. Три «инкубатора», общий вес – пять тонн. Срок выполнения – десять дней. Оплата после возвращения – шесть тысяч энергоединиц. Хватит для переброски двухсот килограммов массы на Землю.
   – Неплохо… Такое задание можно считать и хорошей новостью.
   – Можно было бы… Но есть одна сомнительная сторона в этом фрахте.
   – Какая?
   – Груз надо доставить в систему Рейсвэй, куда улетел от нас белый крейсер. Очень похоже на западню.
   Я кивнул. Западня? Возможно. Но уничтожить нас крейсер мог и на планете. Невелик труд – добить поврежденный корабль.
   – Эрнадо, если мы повременим с отправкой Даньки домой, нам хватит денег на полный ремонт корабля?
   – Да.
   – Тогда заключай договор о перевозке груза и приступай к ремонту.
   – Это уже выполнено, капитан. Я взял на себя смелость предугадать ваше решение.
   Мы уставились друг на друга. Эрнадо примиряюще заметил:
   – Фрахт мог уйти, капитан, а вы не захватили с собой коммуникатор. Мне пришлось действовать на свой страх и риск.
   – Надеюсь, – тихо сказал я, – что это твоя первая и последняя догадка такого рода. Не рискуй, хорошо? Свои решения я принимаю сам.
   – Слушаюсь, капитан. – На лице Эрнадо не дрогнул ни один мускул.
   Обстановку разрядил появившийся официант. Он нес большой пластиковый пакет с эмблемой ресторана, наполненный такими же фирменными бутылками.
   – Небольшой сувенир от нашего заведения, – возвестил он. – Пять бутылок коктейля «Ностальгия» и пять – вина «Черный маг».
   Поставив пакет возле столика, официант быстро ретировался. Редрак пораженно уставился ему вслед:
   – Никогда не слышал о такой разорительной рекламе. Возможно, и они знают, что вы принц, капитан?
   Я кивнул в сторону Даньки, играющего с котенком:
   – Нет. Скорее им пришлась по душе моя беседа с пэлийцами. Никогда не встречал планету, где любят вампиров.
   – Драки не было? – озабоченно спросил Редрак.
   – Нет, мы поладили миром.
   Еще с полчаса мы провели в ресторане, молча поглощая заказанные блюда. Данька распробовал лейанские сладости и полностью отключился от окружающего. Неудивительно: творения лейанских кондитеров превосходили… ну, скажем, швейцарский шоколад настолько же, насколько этот шоколад был лучше карамели «Взлетная».
   Из ресторана к кораблю мы шли пешком мимо административных башен, где, несмотря на ночь, светились все окна, и огромных складов с увешанной оружием охраной. Впереди шли Эрнадо с Редраком, за ними – мы с Данькой. Я нес урчащего Трофея, вцепившегося мне в комбинезон как самый настоящий кот, мальчишка – пакет с ресторанными подарками.
   Когда мы проходили мимо глубокой бетонированной траншеи – одной из многих пересекающих взлетное поле и предназначенных для отвода пламени взлетающих кораблей, – Данька очень натурально ойкнул. Я услышал, как звякнули бутылки в упавшей с пятиметровой высоты на бетон сумке.
   – Я случайно, – быстро сказал мальчишка. – Простите…
   Остановившись, я с любопытством посмотрел на всем своим видом выражающую раскаяние фигурку. В свете далеких фонарей и крошечной местной луны довольная улыбка Даньки едва угадывалась.
   – Там была коробка с твоими сладостями, – вздохнул я и услышал в ответ:
   – Ну и черт с ней.
   – А ты знаешь, что бутылки из местного стекла не бьются?
   Данька опустил глаза и покачал головой. Я потрепал его по щеке:
   – Ладно, малыш, пойдем. Ты зря за меня боишься, но все равно – спасибо.

   7. Мститель

   Меня разбудил настойчивый сигнал интеркома. Я взглянул на светящиеся цифры и соскочил с постели. До выхода из гиперпространства оставалось еще четыре часа. Должно случиться что-то чрезвычайное, чтобы меня разбудили посреди ночи.
   – Капитан слушает, – сказал я, натягивая комбинезон. На экране появилось лицо Редрака.
   – Мы засекли дрейфующий корабль.
   – Ну и что с того?
   – Корабль подает сигналы бедствия во всех диапазонах.
   – Он в обычном пространстве?
   – Да.
   – Действуй по уставу.
   Я быстро прошел через каюты, взглянул на Даньку – тот мирно спал в моей спальне, в ногах у него свернулся клубочком Трофей. За трое суток полета «котенок» вымахал до размеров пуделя, ничуть не утратив при этом игривости.
   Пока лифт поднимал меня в рубку, я торопливо пролистал книжечку полетного устава, свод правил, единых для всех кораблей галактики. Мы были обязаны прийти на помощь – если только не видели убедительных признаков ловушки. В первом же космопорте, где мы сядем, контролеры проверят записи нашего «черного ящика», имеющего прямой выход к компьютеру и невообразимое количество пломб. Если будет обнаружено нарушение, да еще такое, как неоказание помощи терпящим бедствие, нас объявят вне закона.
   Говорят, пиратские корабли часто пользуются этим пунктом для перехвата идущих в гиперпространстве торговцев.
   В рубке уже были и Эрнадо, и Ланс. Я кивнул им, усаживаясь в свое кресло. Внешне стандартный пульт перед ним позволял отдавать приоритетные команды, перекрывающие сигналы с любого другого пульта и отменяющие решения центрального компьютера.
   – Мы будем рядом через три минуты, – сообщил Редрак. – Я запустил «мерцающий» зонд.
   «Мерцающий» зонд был сложным и дорогим устройством, способным на миллисекунду выйти из гиперпространства в реальный космос, собрать информацию и вновь вернуться к кораблю.
   – А что детекторы? – Мимоходом взглянув на огромный экран гиперлокатора, я отвернулся. В переплетении разноцветных линий и точек, отображающих на плоскость пятимерное пространство, мог разобраться лишь пилот высочайшего класса. Такой, как Редрак.
   – Упрощение до минимума, – скомандовал Редрак. Экран мгновенно очистился, теперь на нем были лишь две точки: мерцающая зеленым – наш корабль, идущий на сверхсветовой скорости, и неподвижная красная – чужак, дрейфующий в обычном пространстве.
   – Информации негусто, капитан. Корабль не маленький, сопоставим с крейсером. Защитные поля отключены, вокруг – множество мелких объектов и рассеивающееся газовое облако.
   – Похоже на правду, – с сожалением сказал Эрнадо. – Картина катастрофы полная, пройти мимо нельзя.
   – Сейчас вернется зонд, – предупредил Редрак.
   Вспомогательные экраны вспыхнули изображением. Чернота «настоящего» космоса, разноцветная мозаика звезд… И что-то смятое, оплавленное, напоминающее исполинский цилиндр, плавно завершающийся полусферой.
   – Это не западня, – дрогнувшим голосом сказал Ланс. – Это крейсер клэнийских наемников! И кто-то разнес его на кусочки! Двигательный отсек оторван, боевые палубы разрушены, жилые отсеки разгерметизированы…
   – Выходим из гиперпространства, – хмуро сказал Редрак. – Не понимаю, что тут произошло, но эскадра, уничтожившая клэнийский крейсер, напрашивается на неприятности. С этими ребятами ссориться не стоит.
   Пол мелко завибрировал. Наш корабль выходил в трехмерный космос и гасил скорость. Где-то в глубине машинных палуб стремительно сжимались шары гравикомпенсаторов, поглощая чудовищную энергию торможения. За несколько минут мы сбросили скорость, близкую к скорости света, – и за это придется расплачиваться неделями и месяцами полуторной перегрузки. Существовал, правда, еще один выход из положения…
   Я подумал о Даньке, задыхающемся сейчас под внезапно навалившейся тяжестью, и приказал:
   – Щадящий режим для капитанской каюты.
   – Есть, капитан.
   Индивидуальный гравикомпенсатор моей каюты включился, снижая силу тяжести вокруг до единицы. Я произнес в интерком:
   – Данька, оденься и оставайся в каюте до дальнейших распоряжений.
   – Скорость погашена, – сообщил Ланс. – Мы в полусотне километров от цели.
   – Сколько гравикомпенсаторов было задействовано на снятие инерции?
   – Тридцать два процента, капитан.
   – Дать команду на их отстрел в пространство.
   Редрак заколебался:
   – Слишком расточительно, капитан… Треть общего запаса… Мы лишимся боевого резерва.
   Я молча коснулся клавиш, отдавая команду со своего пульта. Корабль вздрогнул, перегрузка исчезла. Собравшие в себя энергию торможения черные шары компенсаторов теперь будут годами плыть в космосе, распространяя вокруг себя зону гравитационной аномалии, медленно увеличиваясь от размеров спичечной головки до полутораметровых шаров.
   – Мы не можем ползать по «Терре», как пришибленные мухи, – сказал я. – Премия за спасение корабля будет достаточна, чтобы закупить новые компенсаторы.
   Впрочем, возражения уже были излишни.
   – Спасательная команда – Эрнадо, Редрак. Возьмите два катера, аварийные зонды, спасательные капсулы. Мы с Лансом прикроем вас с корабля.
   – Надеюсь, это не понадобится, – заявил Редрак, выбираясь из кресла. – Клэнийский крейсер способен уничтожить пару-другую боевых катеров даже в таком состоянии. У него каждый метр обшивки нашпигован датчиками и излучателями.
   Я кивнул. Риск был крайне велик, но, увы, неизбежен.
   – Подавайте непрерывные сигналы: «Друг. Иду на помощь», – посоветовал я. – Возможно, это подействует.
   Редрак вяло махнул рукой и скрылся вслед за Эрнадо в дверях лифта.
   Я снова включил интерком:
   – Данька, можешь подняться в рубку. Только без нашего пушистого друга, ясно?

   – Планета Клэн – это маленький скалистый мирок в системе белого карлика, известного как Дьявольская Звезда, – рассказывал я Даньке то, что когда-то слышал от Эрнадо. – Температура на поверхности колеблется от минус двухсот до плюс ста шестидесяти пяти. Излучение Дьявольской Звезды убивает незащищенного человека за несколько дней. Но на Клэне есть кислород и вода, есть Храм Сеятелей, есть жизнь. Вполне соответствующая местным условиям, надо сказать… Клэнийцы гуманоиды, но диапазон условий, в которых они могут жить, немыслим. Жесткое излучение, кипящая вода, жидкий азот, ртутные испарения, пятипроцентное содержание кислорода – все это для них неприятная, но терпимая внешняя среда. Они столетиями воевали между собой и, войдя в галактическую цивилизацию, освоили лишь одну профессию – солдат-наемников.
   – Крайне дорогих солдат, – вставил Ланс.
   – Да. Нанять на несколько месяцев клэнийский крейсер под силу не каждой планете. К тому же у них очень четкие правила чести. Они соглашаются воевать лишь в случае, когда считают это этичным, когда их вмешательство не нарушает законов враждующих планет. Шоррэй Менхэм в свое время не смог уговорить их участвовать в захвате Тара.
   – Мне кажется, дело в том, что они уважают нашу планету, – снова вмешался Ланс. – Мы веками продаем им оружие…
   На обзорных экранах катера Эрнадо и Редрака кружили вокруг разрушенного исполина. Пока никаких признаков жизни клэнийский корабль не подавал.
   – Чаще всего крейсера клэнийцев нанимаются в качестве патрульных целыми планетными федерациями – охранять торговые трассы, охотиться за пиратскими кораблями… Экипаж каждого крейсера – одна семья, в прямом смысле этого слова. Они дерутся до конца, даже если силы абсолютно неравны. Предать свой корабль для клэнийца немыслимо…
   Я замолчал, осознав невозможную деталь: Ланс вставлял реплики в наш разговор, а разговаривали мы с Данькой на русском!
   – Ланс!
   Пилот смущенно отвернулся. Данька покраснел.
   – Это еще что за новости? – тихо спросил я. – Заговор за спиной капитана? Мы не клэнийцы, но…
   – Капитан, я не думал, что вам будет неприятно, – растерянно сказал Ланс на стандарте. – Мальчик просил научить его галактическому, но я счел это излишним. На Земле он ему не пригодится… да и не все корабельные разговоры ему следует знать. А для вас всегда будет радостно вспомнить родной язык, поговорить на нем… Мы использовали лингвенсор и церебральный гипнотранслятор, так что я теперь владею русским в том же объеме, что и Даниил.
   Я набрал побольше воздуха – и выдал очень длинную фразу на родном языке. Ланс сравнялся цветом лица с Данькой.
   Видимо, словарный запас бытового русского у Даньки был неплохой.
   Черт побери, действительно приятно вспомнить родной язык. Даже в чем-то радостно, как выразился Ланс.
   – Кто еще пользовался гипнотранслятором? – спросил я. – Эрнадо?
   – Нет, он знает девятнадцать языков, его мозг и так перегружен. Редрак.
   Я слепо уставился в экран. Глупо было обижаться – Ланс действовал из лучших побуждений. А Даньке, конечно же, надоело общаться только со мной. Тем более что последние дни я провел с Эрнадо в тренировочном зале, занимаясь безжалостной порчей плоскостных мечей.
   И все же обида не отпускала. Данька мог и сказать мне, чем занимался с Лансом.
   – Сергей…
   Я повернулся к Даньке.
   – Мы думали, выйдет сюрприз.
   – Если я найду на корабле настоящий кожаный ремень, сюрпризы участятся, – пообещал я.
   Данька без тени улыбки кивнул.
   – Капитан, лучше я отсижу пару дней в карцере, – на галактическом произнес Ланс. – Моя вина гораздо больше…
   – Дурак, – тоже переходя на галактический, сказал я. – Того, кто хоть пальцем тронет мальчишку, я убью на месте.
   – Понимаю. Но Данька любую угрозу воспринимает всерьез. Его воспитывали… излишне строго.
   Я вновь выругался, на этот раз стараясь подбирать выражения помягче. Сказал:
   – У меня великолепный экипаж. Мальчишку нельзя наказывать, ему вдоволь досталось на нашей родной планете. Ты всегда готов признать своей чужую ошибку. А Редрак Шолтри умрет на месте, если его убедить, что он виновен… Идея была его?
   – Да… Как вы узнали?
   – Он сходит с ума от подозрительности. Редрак спокоен за свою жизнь до тех пор, пока предупреждает нас о всех мыслимых и немыслимых опасностях. А Даньку он считает вражеским агентом. Язык врага надо знать, так говорят на Земле…
   Из фона послышался голос Редрака:
   – Капитан, есть сигнал из жилых ярусов! Выхожу из катера, попробую попасть внутрь.
   – А еще у вас говорят: легок на помине, – похвастался новыми познаниями Ланс.
   Я кивнул. Произнес на русском:
   – Хорошо, Редрак, валяй…
   Нагнулся поближе к фону и прошептал еще пару слов.

   Мы вошли в ангар, едва компрессоры заполнили его воздухом. От серебристых дисков катеров тянуло холодом, на броне выступила изморозь. Ланс расстегнул кобуру, пробормотал:
   – Даже один клэниец – это уже слишком много. Так нам говорили в училище…
   Люк первого из катеров раскрылся, наружу выбрался Эрнадо. Я заметил, что фиксатор меча был расстегнут: мой учитель явно подготовился к любым неожиданностям.
   – Уверены, что на крейсере никого не осталось? – спросил я.
   Эрнадо покачал головой:
   – Жилые ярусы мы обшарили полностью. А на боевых постах и машинных палубах радиация слишком велика. Даже для них.
   Редрак тоже открыл люк, но выходить не спешил. Ланс поморщился и положил руку на пистолет.
   И тут появился клэниец. Он слегка пошатывался, но в общем-то выглядел неплохо для человека, шесть часов пролежавшего в полуразгерметизированном скафандре под обломками металлических переборок. Следом выбрался Редрак, прихрамывая куда больше обычного.
   На первый взгляд клэниец мало чем отличался от человека. Широкоплечий, но вполне пропорционально сложенный, со светлой кожей… Последнее, впрочем, было фактором непостоянным. Цвет кожи у клэнийцев менялся в очень широких пределах, играя роль природной маскировки и одновременно защищая от солнечного излучения. Лицо было молодым, абсолютно безэмоциональным и без каких-либо шрамов или ожогов. Это, впрочем, не говорило о его малом боевом опыте или потрясающей удачливости. Просто регенерация у клэнийцев развита куда больше, чем у других народов галактики. Говорят, отсеченные ухо или палец вырастают у них заново через два-три месяца.
   Окинув нас быстрым взглядом, клэниец безошибочно определил во мне старшего. Прошел по металлическим плитам ангара – его высокие ботинки на толстой подошве издавали лязгающий звук и словно прилипали к полу. Остановился в нескольких шагах, склонил голову:
Чтение онлайн



1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 [20] 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59

Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация