А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Любовник королевы" (страница 42)

   – Какое мне дело до тех, кто разорится? – раздраженно бросил ей Роберт. – Меня волнуют не собственные потери, а то, что у тебя есть от меня секреты! От своего мужа!
   – Когда это начиналось, мы еще не были обручены, – виноватым тоном ответила Елизавета. – Конечно, я должна была тебе рассказать. Но из-за этой Шотландии… Ты помнишь, в каком состоянии я находилась.
   – Хватит отговариваться Шотландией! Там теперь мир. Накрепко запомни: мы с тобой женаты и у тебя не должно быть от меня никаких секретов. – Роберт говорил жестко, как король, отчитывающий провинившуюся придворную даму. – А теперь, Елизавета, иди и оденься надлежащим образом. Когда вернешься, ты очень подробно расскажешь мне обо всем, что вы с Сесилом придумали и провернули за моей спиной. Я не позволю себя дурачить. Скрывать от меня что-то – все равно что изменить мне с другим мужчиной. Это называется «наставить рога», а я отнюдь не из породы рогоносцев!
   Дадли спохватился и подумал, не зашел ли слишком далеко. Но Елизавета встала, готовая пойти к себе в спальню одеваться.
   – Я пошлю к тебе фрейлин, – пообещал Роберт, обрадованный ее покорностью. – Потом у нас с тобой будет долгий и обстоятельный разговор.
   У дверей спальни Елизавета задержалась и сказала:
   – Прошу тебя, не сердись на меня, любовь моя. Я не хотела тебя обидеть, никогда не позволила бы себе намеренно так поступить. Ты же знаешь, каким тяжелым для меня выдалось это лето. Я тебе обязательно все расскажу.
   Извинения королевы заслуживали награды. Роберт стремительно подошел к ней, взял ее руки и стал целовать пальцы.
   – Ты – моя любовь. Мы друг для друга – истинное золото, которое никто и ничто не может испортить. Между нами всегда будет полнейшая честность и открытость. Только тогда я смогу помогать тебе и давать советы. Лишь в этом случае у тебя отпадет надобность советоваться с кем-то еще.
   Она потянулась к нему, подставила губы для поцелуя и сказала:
   – Так оно и будет, Роберт.

   На обратном пути Сесил позволил себе завернуть в Бургли. Милдред встретила его с присущей ей сдержанной радостью. Серые глаза жены сразу подметили морщины на лице мужа и ссутулившиеся плечи.
   – Ты выглядишь усталым, – коротко сказала она.
   – Ехал на жаре по пыльным дорогам, – столь же лаконично ответил Сесил, ни одним словом не обмолвившись о нескольких своих путешествиях между Ньюкаслом и Эдинбургом и нелегких переговорах с Ранданом.
   Сесил заранее предупредил жену о своем приезде, поэтому в просторной комнате, примыкавшей к спальне, его уже ждала лохань с горячей водой и чистая смена белья. Там же на столе стоял кувшин прохладного эля и лежал теплый, недавно выпеченный хлеб. Несколько позже, когда Сесил вымоется, переоденется, слегка подкрепится и отдохнет, Милдред велит подать обед, состоящий из его любимых блюд.
   Спустившись к обеду, Уильям нежно поцеловал жену в лоб и сказал:
   – Спасибо за все.
   Она улыбнулась и повела мужа к столу, где уже ждали дети и слуги. Главе семьи полагалось прочитать молитву, предваряющую обед. Милдред была убежденной сторонницей Реформации и в быту строго придерживалась протестантских традиций.
   Сесил прочитал краткую молитву, после чего приступил к трапезе. Затяжные обеды тяготили его при дворе, поэтому дома он старался сократить это время до разумных пределов. После обеда к нему подвели четырехлетнюю дочь Анну и поднесли малыша Уильяма. Он рассеянно благословил детей, а потом вместе с женой удалился в приватную гостиную, где их уже ждал весело потрескивающий огонь и кувшин эля.
   – Значит, мир, – сказала Милдред, зная, что муж не покинул бы Шотландию, не завершив возложенного на него дела.
   – Да, – коротко ответил он.
   – Что-то я не вижу радости на твоем лице. Ты же должен ощущать себя настоящим миротворцем.
   Сесил взглянул на нее так, как еще никогда не смотрел за все годы их совместной жизни. Мало сказать, что без всякой радости. Он напоминал человека, которому нанесли тяжелый удар. Не по гордости, не по честолюбию. Уильяма будто предал кто-то из близких друзей.
   – Никакой я не миротворец, – сказал он. – Да, мы заключили самый выгодный мир, какой только был возможен при нашем нынешнем положении. Французская армия уйдет из Шотландии. Наши интересы там ничуть не пострадали, даже укрепились. Все это без единого выстрела. Мирный договор должен был бы стать величайшим событием моей жизни, моментом триумфа. Победа над французами у нас всегда считалась славным достижением. Одолеть их, имея разделенную страну, пустую казну, армию, вовремя не получающую жалованье, и переменчивую женщину у кормила власти… Это можно было бы считать чудом.
   – В чем же тогда дело? – до сих пор не понимала Милдред.
   – Кто-то настроил королеву против меня, – признался Сесил. – Я получил от нее письмо, от которого мог бы заплакать, если бы не знал, что она чуть ли не из кожи вылезла, дабы не усугублять положение.
   – Королева выдвинула новые требования, да? – догадалась Милдред.
   – Ей мало мира в Шотландии. Получается, я обязан привезти с собой еще луну и звезды. – Сесил вздохнул. – Думаю, она не обрадуется, когда мы встретимся и я скажу, что привез ей лишь мир в Шотландии.
   – Но ведь Елизавета не дурочка. Если ты расскажешь ей правду, она тебя выслушает. Думаю, королева поймет, что ты сделал все возможное, куда больше, чем кто-либо другой на твоем месте.
   – Она по уши влюблена. Сейчас ее величество слушает лишь биение собственного сердца и голос предмета своей любви.
   – Дадли?
   – Кто же еще?
   – Значит, история продолжается, – сказала Милдред. – Даже сюда доходят слухи. Настолько скандальные, что просто не верится.
   – Я им верю. Большинство из них – правда.
   – Говорят, будто они с Дадли тайком поженились, у них родился ребенок, которого они прячут.
   – А вот это полная ложь. – Сесил поморщился. – Но я уверен, будь Дадли свободен, она сразу выскочила бы за него замуж.
   – Так это сэр Роберт отравляет ей мозги и настраивает против тебя?
   – Думаю, что он, – кивнул Сесил. – У нас при дворе есть лишь один фаворит. Я полагал, королева будет наслаждаться его обществом и слушать мои подсказки. Но когда мне пришлось уехать, ее советником сделался Дадли, а он слишком легкомысленный человек, чтобы давать здравые рекомендации.
   Милдред встала, подошла к мужу, положила руку ему на плечо и спросила:
   – Уильям, что ты намерен делать?
   – Перво-наперво вернуться ко двору. Рассказать, как все происходило, каких результатов удалось добиться. Но я не жду от нее ни наград, ни благодарности. Скорее всего, мне будет заявлено, что мои действия стоили казне дополнительных расходов. Если королева не послушается моих советов, мне придется вновь написать прошение об отставке и вернуться сюда. В прошлый раз она не сумела обойтись без меня. Посмотрим, как будет теперь.
   – Уильям, ты не можешь оставить ее целиком во власти этого обаятельного предателя, – ужаснулась Милдред. – Нельзя, чтобы Англия управлялась прихотью этой пары. Нами станут править капризные, тщеславные дети. Нельзя оставлять в их руках нашу церковь. Народ не будет им доверять. По правде говоря, они – пара прелюбодеев. Тебе необходимо оставаться при ней. Ты должен спасти Елизавету от самой себя.
   Сесил, старейший и самый уважаемый советник королевы, всегда внимательно прислушивался к жене.
   – Милдред, чтобы сражаться с таким человеком, как Дадли, мне понадобятся закулисные способы и тайные средства. Это не вопрос личной неприязни. Роберт постепенно становится врагом страны. Из удачливого придворного, стремительно вошедшего в фавор, он превратился в предателя. Мне пришлось бы поступить с ним… как с Марией де Гиз.
   – Которая умерла столь внезапно? – нарочито нейтральным тоном спросила Милдред.
   – Да, так оно и было.
   Милдред мгновенно поняла мужа, но спокойно выдержала его взгляд.
   – Уильям, ты должен и дальше исполнять свой долг перед нашей страной, церковью и королевой. К каким бы средствам тебе ни понадобится прибегнуть, ты творишь богоугодное дело.
   Он посмотрел в ее спокойные серые глаза и спросил:
   – Даже если бы мне пришлось совершить преступление? Великий грех?
   – Даже тогда.

   Сесил вернулся в Лондон в самом конце июля. Оказалось, что двор покинул Уайтхолл и переместился не слишком далеко, вниз по южному берегу Темзы, заняв очаровательный частный особняк, как нельзя лучше подходящий для летней погоды и охоты. Сесила предупредили, что его не будут встречать с триумфом, как героя и миротворца. Так оно и случилось.
   – Как ты мог лишить нас истинной победы? – даже не поздоровавшись, накинулась на него Елизавета. – Может, французы тебя просто подкупили? Или ты переметнулся на их сторону? Что с тобой случилось, Сесил? Ты заболел? Слишком устал, чтобы надлежащим образом исполнять порученное дело? Может, сказывается возраст? Как ты смел забыть о своем долге передо мной и страной? Мы истратили бездну денег, пытаясь помочь Шотландии, а ты позволил французам отправиться домой, не заставив их выполнить наши требования!
   – Ваше величество… – начал Сесил.
   Он почувствовал, как у него от гнева вспыхнуло лицо, потом огляделся по сторонам, чтобы увидеть возможных слушателей. Их было много. Почти половина двора вытягивала шеи, желая услышать перепалку между королевой и ее главным советником. Елизавета устроила ему встречу в самом большом зале особняка. Мало того, что это помещение было полно народу. Люди стояли на лестницах. Часть придворных собралась на верхней галерее. Елизавета явно намеревалась устроить ему публичную порку. С таким же успехом она могла это сделать на любом лондонском рынке.
   – Ты позволил французам уплыть домой, не потребовав от них твердых гарантий по возвращению Кале! – продолжала распаляться Елизавета. – Это хуже, чем потеря данного города. Тогда хоть была война и мы до последнего сражались за наш оплот на континенте. Сейчас, по своей прихоти или глупости, ты оставил Кале в их руках, не сделав ни малейшей попытки потребовать его назад.
   – Ваше величество…
   – А мои геральдические леопарды! Эта девчонка поклялась, что уберет их со своих гербов? Нет? Да как ты смел вернуться ко мне, не заручившись твердым обещанием, что она больше не будет позорить моих леопардов?
   Сесилу нечего было возразить, и не только потому, что поток упреков изливался на него безостановочно. Он молчаливо ждал, когда ее гнев иссякнет и можно будет попытаться говорить по существу.
   – Елизавета!.. – послышался тихий уверенный голос.
   Сесил сразу же повернулся в сторону главной лестницы, желая увидеть того, кто осмелился назвать королеву по имени. Это был Дадли.
   Роберт сочувственно посмотрел на Сесила и продолжил:
   – Лорд-секретарь усердно трудился, служа тебе, и вернулся в Лондон с наилучшими результатами, каких смог добиться. Возможно, мы и разочарованы его достижениями, но у меня нет сомнений насчет верности сэра Уильяма. Он остается нашим преданным слугой.
   Сесил с удивлением смотрел, как каждое слово Дадли гасило ее гнев.
   «Как этот лошадник выразился? “Нашим преданным слугой”? Выходит, я теперь служу ему?»
   – Давай сейчас не будем терзать расспросами лорда-секретаря, а выслушаем его позже, – предложил королеве Дадли. – Тогда он объяснит нам все свои решения и расскажет о положении дел в Шотландии. Как-никак, у него была нелегкая миссия. Да и путь сюда весьма утомителен.
   «Взнуздал ее, как кобылу», – подумал Сесил, приготовившись к новой порции унижений.
   – Идем, Елизавета, – сказал Дадли, протягивая королеве руку.
   «Это что же, он прилюдно называет ее по имени да еще командует ею?»
   Поведение королевы ошеломило его сильнее, чем ее гневный выплеск. Она пошла к Дадли, почти побежала, как выдрессированная гончая несется на зов хозяина. Потом они вдвоем покинули зал. Выходя, Дадли обернулся и послал Сесилу едва заметную улыбку, говорившую: «Ну вот, теперь ты сам убедился, каков расклад».

   Уильям Хайд позвал сестру к себе в кабинет, святая святых, куда члены его семьи допускались крайне редко. Лиззи Оддингселл сразу поняла, что разговор предстоит серьезный, без скидок на женские эмоции и напоминаний о родственных узах.
   Брат восседал за большим круглым столом, имевшим множество ящиков, на каждом из которых значилась буква алфавита. Столешница и ящики вращались вокруг оси, поэтому мистер Хайд всегда мог пододвинуть к себе нужный, где лежали договоры с фермерами-нанимателями, чьи фамилии начинались на эту букву, а также книги, в которых фиксировалась оплата аренды, и прочие бумаги.
   Лиззи Оддингселл уже приходилось бывать в кабинете брата, она помнила, что ящик с буквой «Z» никогда не использовался. Почему бы не сделать стол с меньшим числом таких ячеек, предусмотрев по одной для нескольких букв? Это было бы куда разумнее, поскольку английские фамилии практически не начинались ни на «Z», ни на «X».
   – Сестра, я хочу поговорить с тобой о леди Дадли, – начал разговор Уильям Хайд.
   Он сразу же назвал ее по степени родства, а подругу – с упоминанием титула. Что же заставило брата взять официальный тон?
   – Я тебя слушаю, брат, – принимая это, сказала Лиззи.
   – Вопрос деликатный. Словом, я думаю, настало время увозить ее из нашего дома.
   – Увозить? – повторила Лиззи.
   – Да.
   – Куда же?
   – К кому-то из друзей.
   – Но его светлость не делал никаких распоряжений по этому поводу, – попробовала возразить Лиззи.
   – А ты за все это время получила от него хоть какое-то распоряжение? – парировал Уильям.
   – Нет. Ничего с тех самых пор… – Она помолчала. – Да, как он навещал ее в Норфолке.
   Уильям Хайд вопросительно посмотрел на сестру, словно она чего-то недоговаривала.
   – Это было в марте, – неохотно добавила Лиззи.
   – Когда она отказала ему в разводе и они крупно поссорились?
   – Да.
   – С тех пор он не писал ни ей, ни тебе?
   – Мне – точно нет. А ей… – Лиззи подняла голову и сразу же поймала упрекающий взгляд брата. – Жене лорд Дадли тоже не прислал ни одного письма.
   – Ее содержание оплачивается?
   Лиззи невольно поежилась. Разговор начинал походить на допрос.
   – Конечно, – только и сказала она.
   – А тебе он платит?
   – Я не нуждаюсь в его деньгах, – с достоинством возразила она. – Я ее подруга, а не служанка.
   – Знаю, но ведь он платит тебе?
   – Деньги привозит его слуга.
   – Стало быть, сэр Роберт не полностью отказался от нее, – задумчиво произнес Уильям Хайд.
   – Зато он постоянно забывает писать, – с упреком сказала Лиззи. – Его визиты можно пересчитать по пальцам. Эми месяцами не видела мужа…
   – Обычно сэр Роберт присылал своих людей, чтобы проводить ее от одних друзей к другим, – произнес Уильям, будто рассуждая сам с собой. – Он всегда договаривался о ее пребывании. Как ты только что сказала, лорд Дадли до сих пор никого не прислал и сам с марта не подавал вестей о себе.
   Лиззи кивнула, а Уильям Хайд добавил:
   – Сестра, ты должна забрать ее отсюда и увезти в другое место.
   – Но почему?
   – Потому что она становится нежелательной персоной в нашем доме.
   – Почему? Чем она тебе не угодила? – Лиззи не верила своим ушам.
   – Если оставить в стороне чрезмерную набожность, наводящую на мысль, что у этой женщины совесть нечиста…
   – Брат, что ты говоришь? Она цепляется за Бога, как за жизнь. У нее совершенно чистая совесть. Просто Эми пытается не утратить волю!
   Уильям Хайд взмахнул рукой.
   – Сестра, не надо повышать голос. Давай обсуждать это дело спокойно.
   – Я не знаю, как можно не волноваться, когда ты называешь эту несчастную женщину нежелательной персоной в твоем доме!
   – Я не стану продолжать наш разговор, если ты не пообещаешь, что будешь говорить спокойно. – Он встал.
   – Я знаю, к чему ты клонишь, – глубоко вздохнула Лиззи.
   – К чему?
   – Ты пытаешься избавиться от лишних хлопот. Положению Эми сейчас не позавидуешь. Казалось бы, хуже некуда. Но ты все-таки решил сделать его еще хуже.
   Уильям Хайд шагнул к двери, будто собирался открыть ее и выпроводить сестру.
   – Ладно, Уильям, – торопливо сказала Лиззи. – Не надо на меня злиться. Не думай, что это не отражается на моем положении. Еще как. Причем не в лучшую сторону.
   Он вернулся к столу, сел и продолжил:
   – Как я уже говорил, даже если оставить в стороне чрезмерную набожность, дальнейшее нахождение Эми в этом доме может осложнить наши отношения с ее мужем.
   Лиззи ждала, а мистер Хайд без обиняков заявил:
   – Она должна уехать. Раньше я думал, что мы оказываем ему услугу, принимая ее у себя и защищая от клеветы. Мы точно выполняли все его распоряжения. Скажу тебе откровенно, тогда я считал ее… своеобразным подарком судьбы. Я думал, сэру Роберту приятно, что у нас она обрела тихую гавань, полагал, что он будет мне благодарен, но сейчас я изменил свое мнение.
   Лиззи подняла голову и внимательно посмотрела на Уильяма. Он был ее младшим братом, когда-то почти ничего не знал о мире, отношениях между людьми и ловил каждое слово старшей сестры. Затем все поменялось. Уильям Хайд стал состоятельным, пожалуй, даже очень богатым человеком, главой семьи и теперь стоял на ступеньку выше, чем она. Он разбирался в людях лучше ее и учитывал тонкости, на которые Лиззи не обращала внимания.
   – Как же ты думаешь теперь, брат?
   – Я считаю, он просто выбросил ее из своей жизни, – все так же откровенно ответил мистер Хайд. – Она отказалась выполнить его просьбу и сильно рассердила мужа. Больше она не увидит сэра Роберта. Меня волнует не это. Важнее другое. Все те, кто принимает ее у себя, тоже больше не смогут общаться с ним. Я вовсе не намерен ссориться с сэром Робертом. Восхождение его звезды еще не закончилось. Мне незачем навлекать на себя гнев этого человека. Пока же получается, что мы не ему помогаем, а поддерживаем ее бунт против него. Я не хочу числиться в пособниках Эми.
   – Но она – его жена, которая не сделала ничего дурного ни мужу, ни тебе, – напомнила брату Лиззи. – Она не бунтует против мужа. Эми просто верна брачной клятве, которую когда-то дала.
   – Меня не заботит, кому и какие клятвы она давала в прошлом, – отчеканил Уильям. – Я учитываю нынешнее положение вещей. Сэр Роберт и королева Англии живут как муж и жена, только их брак пока не узаконен. Леди Дадли – помеха на пути их счастья. Я не хочу быть хозяином дома, где нашла пристанище женщина, мешающая счастью королевы Англии.
   У Лиззи не было доводов, противостоящих железной логике брата, а никаких призывов к милосердию он слышать не желал.
   – Но что ей теперь делать?
   – Переехать в другой дом.
   – А дальше?
   – В третий, пятый, десятый… пока она не уступит сэру Роберту, не получит средств на свое содержание и не найдет себе постоянное жилье.
   – Ты хочешь сказать, пока ее не заставят согласиться на развод, не отправят в какой-нибудь иноземный монастырь или пока она не умрет от сердечного удара.
   – Сестра, только не надо разыгрывать передо мной трагедию, – поморщился Уильям Хайд.
   – Я не разыгрываю. Положение Эми и впрямь трагическое.
   – Но я-то здесь при чем? – теряя терпение, воскликнул Уильям Хайд. – Нечего обвинять меня в черствости. Не я создавал эти сложности. Не хочу сломать на них шею.
   – А кто же тогда виноват? – с вызовом спросила Лиззи.
   Она не думала, что у брата хватит жестокости сказать такое вслух, но ошиблась.
   – Она, кто же еще! Потому Эми должна отсюда уехать.

   Три предыдущие попытки Сесила поговорить с Елизаветой провалились. Королева не позволила ему и рта раскрыть, снова и снова обвиняя его в преступной мягкости, проявленной на переговорах с французами. Первые два раза он встречался с ней в присутствии Дадли и нескольких придворных, стоял, опустив голову, и слушал гневные слова о своей нерадивости в исполнении государственных дел, забвении интересов родины, равнодушии к национальной гордости англичан и их правам. Конечно же, именно Сесил был виновен в плачевном состоянии английских финансов. После публичной порки в главном зале он не пытался защищаться и только удивлялся, как уверенно королева поет с чужого голоса.
   Да, по нотам Роберта Дадли. Сесил без труда угадывал это по интонациям. Оба раза Дадли стоял возле окна, смотрел на летний сад и нюхал ароматический шарик, поднося его к носу изящной белой рукой. Он постоянно менял положение тела, тихо или, наоборот, громко вздыхал и прочищал горло. Королева сразу же умолкала и поворачивалась в его сторону. Казалось, она готова дать ему высказаться. Сесилу было даже интересно, что этот знаток лошадей и устроитель придворных празднеств скажет по поводу государственной политики.
Чтение онлайн



1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 [42] 43 44 45 46 47 48 49 50 51

Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация