А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Любовник королевы" (страница 37)

   – Он не вправе меня оставить, – тихо возразила Эми. – Я не соломенная кукла, а его жена и таковой останусь до дня моей смерти. Я не в силах это изменить. Бог соединил нас, и только Он способен разлучить. Роберт может услать меня куда-нибудь и обвенчаться с ней, но тогда в глазах каждого честного человека он станет двоеженцем, а она – шлюхой. Замуж я выходила по доброй воле, а не по принуждению. Никто не тянул меня за язык, когда я перед алтарем давала брачную клятву. Поэтому я была и останусь его женой до самой своей смерти.
   – Эми, послушай…
   – Мне нечего слушать, Лиззи. Господь милостив. Скоро Он заберет меня к себе и всех нас освободит, – едва слышно прошептала Эми. – Моя нынешняя жизнь хуже смерти. Знать, что он любил меня, потом вдруг отвернулся и теперь готов услать меня как можно дальше. Знать, что я больше его не увижу. Утром я просыпаюсь и сразу вспоминаю, что эту ночь Роберт опять был с ней. Ложась спать, я знаю, что мой супруг снова будет обнимать и ласкать ее, а не меня. Зачем он клялся мне в любви, когда просил у отца моей руки? Ведь Роберт и тогда любил ее. Получается, он с самого начала меня обманывал? Лиззи, эти мысли не дают мне покоя. Они пожирают меня изнутри, губят, но я ничего не могу с собой поделать. Горе хуже смерти. Потому я молю Бога даровать мне ее.
   – Эми, а ведь в Библии сказано, что надо смиренно принимать то, чего ты не в силах изменить. Он к тебе не вернется. Так признай это и смирись. Тебе сразу станет легче.
   Лиззи Оддингселл старалась говорить как можно убедительнее, хотя сама не слишком-то верила в это библейское поучение.
   – Разве я не приняла? Не смирилась? – тем же шепотом спросила Эми. – Никому не жалуюсь, ни о чем не прошу. Тихо угасаю в здешней глуши. Никто не вправе требовать от меня большего.
   Лиззи встала, чтобы перевернуть полено в очаге, устроенном на старинный манер. Когда в нем зажигали огонь, комнату заполняла пелена едкого дыма. Она вздохнула, вспомнив, как покойный сэр Джон противился новомодным удобствам. Дым он считал полезным для собственного здоровья, а значит – и для самочувствия всех домочадцев.
   – Я все-таки напишу своему брату, – сказала Лиззи. – Там тебя всегда рады видеть. В случае чего, поедем в Денчворт.
...
   Вестминстерский дворец
   Марта четырнадцатого дня, 1560 года
   От Уильяма Сесила
   командиру королевской лейб-гвардии

   Сэр!
   1. Мне стало известно, что французы замышляют покушение на жизнь нашей королевы и благородного господина, сэра Роберта Дадли. По моим сведениям, злоумышленники рассчитывают убить кого-то из них или сразу обоих, считая, что это обеспечит им перевес в войне с Шотландией.
   2. Посему, зная о существующей угрозе, я настоятельно прошу Вас удвоить охрану королевы во всякое время дня и ночи.
   Прошу также внимательно следить за всяким, кто приблизится или последует за упомянутым сэром Робертом, и за теми, кто может находиться возле его покоев и помещений конюшни.
   Боже, храни королеву!
   Фрэнсис Ноллис и Николас Бэкон, до которых тоже дошли разговоры о готовящихся покушениях, поспешили к Уильяму Сесилу с расспросами. Тот подтвердил, что эти слухи отнюдь не являются досужим вымыслом.
   – Боже мой, неужели не будет конца этим угрозам?
   – Пока что нет, – невозмутимо ответил Сесил.
   К ним подошел Роберт Дадли.
   – Опять угроза покушения на жизнь королевы, – сказал ему сэр Фрэнсис. – На вашу тоже.
   – На мою?
   – Теперь со стороны французов.
   – А им-то я чем помешал? – спросил Дадли, заметно испугавшийся.
   – Они считают, что ваша смерть сильно подействовала бы на королеву, – дипломатично ответил Николас Бэкон.
   Сэр Роберт раздраженно повернулся к нему и спросил:
   – А мы сами будем лишь наблюдать, как ее величеству угрожают со всех сторон? Мало нам бед от Папы Римского, так теперь еще и французы! Я уж не говорю о нападках со стороны англичан. Неужели у нас не хватает сил обезопасить королеву и самих себя?
   – Это вам не поле сражения, – заметил Сесил. – Там враги явные и открытые. А тут не знаешь, кто, когда и где. Мы можем удваивать, утраивать, удесятерять охрану. Безопаснее всего было бы не выпускать королеву за пределы ее покоев, окружить их кольцом охраны. Но представьте, каково будет ее величеству! У меня есть надежный человек, проверяющий ее пищу, и люди, наблюдающие за окнами и дверями. Без поручительства никого ко двору не допускают, и все равно что ни день, то слухи о новом заговоре, замысле убийства.
   – А французам понравилось бы, если бы мы расправились с их юной королевой Марией? – спросил сэр Роберт.
   Уильям Сесил и сэр Фрэнсис переглянулись.
   – Нам к ней не подобраться, – признался главный советник. – Когда Трокмортон был в Париже, я поручил ему изучить такую возможность. Увы, любое покушение на их королеву сразу указало бы на причастность англичан.
   – Только это вас и остановило? – с вызовом спросил сэр Роберт.
   – Да, – учтиво ответил Сесил. – Если рассуждать теоретически, устранение некоторых фигур порою идет на пользу государству. Убивая одного, можно спасти и гарантировать безопасность десятков, если не сотен других.
   – Я целиком и полностью против таких действий, – с благородным негодованием заявил Дадли. – Это противоречит заповедям Господа и понятиям о человеческой справедливости.
   – Вы, быть может, и против, а те, кто собирается вас убить, – нет, – без особого сочувствия сказал ему сэр Николас. – Теленок вряд ли разделяет воззрения мясника. Возможно, он мыслит благороднее человека. Но у того в руках тесак, и это все решает. Вот так-то, друг мой.

   В Денчворт Эми приехала не только в сопровождении Лиззи Оддингселл. Роберт послал туда Томаса Блаунта и несколько своих слуг, одетых в ливреи с гербом Дадли. Процессия тихо подъехала к дому Хайдов. Дети хозяев радостно выскочили навстречу и вдруг застыли, не понимая, что случилось с их любимой тетей Лиззи. Вместо радостных возгласов она приветствовала их лишь печальной улыбкой. Но еще больше детей удивила желанная гостья – красивая леди Дадли. Та вообще как будто спала наяву.
   Из дома выбежала Алиса Хайд, торопясь поздороваться с приехавшими. Увидев Эми, она невольно вздрогнула. Ей показалось, что в этот солнечный и теплый апрельский день вдруг повеяло ледяным холодом, но Алиса сердечно поздоровалась с золовкой и леди Дадли.
   Лица Эми и Лиззи были бледными от напряжения, словно они не ехали верхом, а шли пешком. Понимая, что сейчас все расспросы неуместны, Алиса помогла золовке спешиться. Тем временем Уильям Хайд подхватил на руки Эми и снял ее с седла.
   – Я могу пройти в свою комнату? – шепотом спросила она его.
   – Конечно. Там все приготовлено, – учтиво ответил Уильям. – Я сам вас туда провожу и велю затопить камин. Не желаете ли бокальчик бренди, чтобы согреться с дороги? Это вернет румянец вашим щекам.
   Эми посмотрела на него так, словно он говорил на иностранном языке, и сухо сказала:
   – Я не больна. Все слухи о моем недомогании – ложь.
   – Я очень рад. Вы просто утомились с дороги, и не более того, – тоном заботливого хозяина произнес он, ведя ее по лестнице, а затем и по коридору в лучшую комнату для гостей. – Ждать ли нам сэра Роберта по весне?
   Эми остановилась на пороге комнаты и совсем тихо ответила:
   – Нет. Я не жду мужа ни весной, ни летом, вообще никогда.
   Удивленный возглас Уильяма Хайда заставил ее обернуться и протянуть к нему руки.
   – Но он остается моим мужем, – почти умоляюще произнесла она. – Это никогда не изменится.
   Уильям растерянно сжал ее холодные пальцы и впервые подумал, что Эми тронулась рассудком.
   – Конечно-конечно. Он остается вашим мужем, очень хорошим, заботливым.
   Уильям случайно попал в точку. На бледном лице нынешней Эми – покинутой жены – вдруг заиграла милая улыбка прежней, наивной и влюбленной женщины.
   – Да, он такой, – сказала она. – Я очень рада, что вы, дорогой Уильям, это тоже понимаете. Сэр Роберт – прекрасный муж. Он скоро обязательно навестит меня.

   Обеденный стол был накрыт на четверых, но Эми спускаться вниз отказалась, сказав, что вообще не хочет есть и лучше поспит. После обеда, когда слуги убрали посуду, Уильям Хайд поплотнее закрыл двери столовой. Его и Алису распирало от вопросов.
   – Боже милостивый, в кого ее превратили? – воскликнул он, обращаясь к сестре. – Ведь и года не прошло. Просто тень прежней Эми. Такое ощущение, что она при смерти.
   – Твой предсказания исполнились, – вздохнула Лиззи. – Помнишь, как весело ты улыбался в прошлом году, строя предположения о возможном браке сэра Роберта и королевы? Уж не знаю, уловил ли он твои мысли, однако все случилось точь-в-точь так, как ты говорил. Роберт отказался от своей супруги и намерен жениться на королеве. Он так и заявил Эми. Прямо в лицо.
   Уильям Хайд тихо присвистнул. Алиса ошеломленно смотрела на золовку.
   – Королева сама предложила ему взять себя в жены? – спросил Уильям. – Она думает, что сумеет получить согласие обеих палат парламента?
   Лиззи пожала плечами.
   – Насколько я понимаю, все упирается в согласие Эми. Послушать сэра Роберта, так они с королевой уже выбирают имя для своего первенца.
   – Значит, он станет консортом. Елизавета даже может провозгласить его королем, – рассуждал вслух Уильям Хайд. – Роберт наверняка не забудет все то, что мы сделали для него. Всю нашу доброту.
   – А с нею что будет? – сердито спросила Лиззи, кивком указав наверх. – Мы соберемся в Вестминстерском аббатстве и будем кричать «ура». А куда денется бедная Эми?
   – Не знаю. – Уильям почесал затылок. – Лондонская жизнь не по ней. Может, останется в старом отцовском особняке или поселится в доме Симпсона, который присмотрела в прошлом году.
   – Новый брак сэра Роберта ее доконает, – сказала Алиса. – Она ни за что не переживет уход мужа.
   – Я тоже так думаю, – подхватила Лиззи. – Как бы сэр Роберт ни хорохорился, в глубине души он это понимает. Уверена, что и дьяволица королева тоже.
   – Тсс! – шикнул на сестру Уильям. – Такие слова, Лиззи, нельзя произносить даже за закрытыми дверями!
   – Всю свою замужнюю жизнь Эми болталась на дыбе его амбиций, – со злостью прошипела Лиззи. – Никогда, ни единым словом, никаким поступком не опозорила мужа. А как она его любила! Как ждала! Ночи напролет молилась о его благополучии. Надо же, такая насмешка судьбы. Муж набрал силу и власть. Зачем ему верная супруга, если он любит другую женщину, а у той хватит власти, чтобы сгноить законную жену своего избранника в Тауэре или услать неведомо куда?
   – Как Эми все это перенесет? – сокрушалась Алиса. – Я увидела ее во дворе – чуть в обморок не упала. Живая покойница, да и только.
   – Так все-таки, Лиззи, она больна? – спросил практичный Уильям Хайд. – Правду говорят, что у нее в груди рак и эта болезнь ее губит?
   – Она страдает от мучений сердца, – ответила Лиззи. – Отсюда и боль в груди. Роберту, быть может, этого не уразуметь, а вот королева наверняка понимает. Она знает, что Эми Дадли сляжет и умрет, если долго играть с ней в кошки-мышки. Или же она покончит с собой.
   – Что ты говоришь? – воскликнула Алиса. – Это же смертный грех!
   – Англия погрязла в них. – Лиззи тяжело вздохнула. – Куда уж хуже? Если королева ложится с женатым мужчиной, так уж ли велик грех законной супруги, если она бросится с лестницы вниз головой?

   Сесил написал шифрованное письмо в Антверпен, своему старому другу Томасу Грэшему.
...
   Томас!
   1. Я получил твои сведения о военных кораблях, которые, как ты предполагаешь, испанцы вооружают для отправки в Шотландию. Большое количество виденных тобой судов должно означать, что Филипп замышляет вторгнуться и в Англию.
   2. Появление испанцев в Шотландии обставлено предлогом установления там мира. Полагаю, что они уже приступили к осуществлению своего замысла.
   3. Получив мое письмо, прошу тебя сообщить всем своим клиентам, торговым партнерам и друзьям, что испанцы вот-вот вторгнутся в Шотландию и будут вынуждены воевать с тамошними протестантами, французами и нами. Предупреди всех самым настоятельным и серьезным образом, что тогда вся английская торговля переместится из Антверпена во Францию. Рынок тканей навсегда покинет Испанские Нидерланды, и это повлечет за собой неисчислимые потери.
   4. Если ты, распространяя эти вести, сумеешь посеять ощутимую панику в местных торговых и финансовых кругах, я буду бесконечно тебе признателен. Если бедняки вобьют себе в головы, что без английской торговли они обречены на голод, и взбунтуются против своих испанских господ, это будет даже лучше. Если же испанцы поймут, что им грозит общенародный мятеж, то твоя помощь окажется поистине неоценимой.
   Подпись свою Сесил, по обыкновению, не поставил, а на конверт налепил простую, неопознаваемую печать.

   Через десять дней Уильям, похожий на длинноногого торжествующего ворона, вошел в покои королевы и положил письмо на ее пустой стол. Чрезмерная тревога за положение в Шотландии не позволяла Елизавете заниматься другими делами. Только Роберт Дадли мог отвлечь королеву от ужасающих расспросов на военные темы, лишь он мог ее успокоить.
   – Что ты мне принес? – спросила она.
   – Мой антверпенский друг описывает панику, возникшую в городе, – тихо радуясь, ответил Сесил. – Вы только представьте, ваше величество! Уважаемые коммерсанты и крупные купцы сотнями покидают город, а беднота перегораживает улицы и поджигает трущобы. Испанские власти были вынуждены издать воззвание к торговцам и всем горожанам, где написали, что не пошлют свои войска в Шотландию и не выступят против Англии. С отъездом состоятельных людей уменьшился оборот денег. Мой друг пишет о полнейшей панике, охватившей всех. Испанцы опасаются мятежей, поскольку те могут быстро перерасти в гражданскую войну. Им пришлось дать клятву, что все отплывающие корабли не держат курс к шотландским или английским берегам. Власти были вынуждены несколько раз заверить купцов Испанских Нидерландов в том, что не вынашивают замыслов вторжения в Шотландию. Что бы там ни случилось, Испания останется нашим другом и союзником. Они слишком испугались за свои коммерческие интересы. Представляете, ваше величество? Испанцы во всеуслышание заявили о союзе с нами и невмешательстве в шотландскую кампанию.
   – Как здорово, Призрак! Мы спасены! – Щеки Елизаветы зарделись.
   – Но нам еще придется воевать с французами, – осторожно напомнил ей Сесил. – Однако мы можем не опасаться одновременного вторжения испанцев.
   – Мне теперь незачем выходить за эрцгерцога. – Елизавета весело засмеялась. Сесил промолчал, а королева поспешно добавила: – Хотя от меня ждут этого шага. Я же дала слово.
   Сесил кивнул, прекрасно понимая, что она лжет, и спросил:
   – Вы разрешаете мне написать лорду Грею, чтобы он начинал штурм Лейтского замка?
   Сесил точно рассчитал момент. Елизавета находилась в приподнятом настроении, была почти полностью уверена в победе.
   – Да! – воскликнула она. – Наконец-то судьба решила подарить нам удачу. Напиши лорду Грею, чтобы начинал штурм и одержал быструю победу!

   Удача, подаренная судьбой, была недолгой. Майский штурм Лейтского замка с позором провалился. Штурмовые лестницы оказались слишком короткими, и более двухсот солдат, пытавшихся забраться на стены замка, нашли свой бесславный конец на раскисшей земле, обильно политой английской кровью.
   Елизавету ужасали не только потери ее армии, но и унижение, испытываемое всеми, от лорда Грея до последнего солдата. Потерпеть поражение на глазах Марии де Гиз! Рассказывали, что эта жестокосердная француженка смотрела из окна и смеялась, видя, как английские солдаты, пронзенные копьями и стрелами, падали со своих шатких лестниц, словно подбитые голуби.
   – Они должны вернуться домой! – кричала Елизавета. – Недопустимо, чтобы мои люди умирали в грязи, под ее окнами. Она сущая ведьма. Это Мария наслала на них дождь.
   – Англичане не могут уйти оттуда, – говорил ей Сесил.
   Ногтям Елизаветы и кожице вокруг них доставалось почти так же, как солдатам у стен Лейтского замка. Кэт Эшли постоянно смазывала пальцы Елизаветы какой-то мазью, но на следующий день издевательства над ногтями возобновлялись.
   – Мои солдаты должны вернуться домой, – упрямо твердила Елизавета. – Нам суждено лишиться Шотландии. Но почему лестницы оказались коротки? Грей не знал, какова высота стен Лейтского замка? Его нужно отдать под военный суд. Герцога Норфолкского отозвать и отправить сюда, пусть тоже держит ответ. Хорош дядюшка! Это и его вина. Он был послан не на охоту. Подумать только, под стенами Лейтского замка я потеряла целую тысячу человек! Да меня на каждом углу станут называть убийцей. Скажут, что я по собственной глупости угробила столько прекрасных солдат.
   – Война – всегда смерти и увечья, – сухо напомнил ей Сесил. – Мы знали об этом еще до начала шотландской кампании.
   Он тут же осекся. Что было известно о войне этой порывистой и пугливой девочке? Она же никогда не видела поля сражения, не ходила между ранеными солдатами, умоляющими о глотке воды. Женщине не понять, какие муки выдерживают солдаты и их командиры. Елизавета не способна править как король. Ей неведома решимость мужчины, созданного по образу и подобию Бога.
   Но сейчас Англией владела королева.
   – Вы должны обрести мужество, – вновь сурово напомнил ей Сесил. – Нынче это особенно важно. Я понимаю ваш страх. Поражение под стенами Лейтского замка заставляет вас думать, будто вся война проиграна. Однако в сражении чаще всего побеждают те, кто не теряет уверенности. Чем больше сомнений и страхов у вас внутри, тем храбрее и тверже вы должны себя вести. Говорите все, что приходит вам в голову, но держите ее горделиво поднятой. Все должны видеть, что в решительные минуты прекрасная королева превращается в сильного, беспощадного короля. Ваша сестра это умела. Я видел, как она в мгновение ока завоевала поддержку всего Лондона. Вы тоже сможете.
   – Не упоминай при мне ее имя! – вспыхнула Елизавета. – Правил ее муж, а не она.
   – Потом, но не тогда, – возразил Сесил. – Вспомните, когда мятежники Томаса Уайетта подошли к городу и встали лагерем в Ламбете. Тогда она была одна, называла себя королевой-девственницей. Но лондонские ополченцы поклялись отдать жизнь за свою королеву.
   – У меня нет ее способностей! – огрызнулась Елизавета, заламывая руки. – Мне не найти в себе мужества. Я не могу выступить перед толпой и заставить людей мне поверить.
   Сесил крепко сжал ее руки и сказал:
   – Вам придется. У нас нет шансов отступить, не потеряв лица. Поэтому мы вынуждены двигаться вперед.
   – Что мы должны и можем сделать сейчас? Ты просто не хочешь сознаться, что война нами проиграна. – Взгляд Елизаветы был жалким и растерянным.
   – Ни в коем случае. Драка только началась. Нужно объявить новый набор, учесть ошибки прежнего штурма и подготовиться к новому.
   – Ты уверен?
   – Готов положить за это свою жизнь.
   Королева неохотно кивнула.
   – Вы позволяете мне разослать приказы? – спросил Сесил, не забывая о делах. – О дополнительном наборе солдат и подготовке ко второму штурму Лейтского замка?
   – Позволяю, – выдохнула она, словно девчонка, которую взрослые силой заставили согласиться с ними.

   Только Роберту Дадли удавалось успокоить Елизавету. Они все реже выезжали на верховые прогулки. Тревоги лишили королеву сна, она заметно теряла силы. День и ночь поменялись у нее местами. Елизавета нередко бродила по своим покоям часов до четырех утра, затем ложилась, погружалась в тяжелую дрему и вставала вскоре после полудня, совсем не отдохнув. Чтобы не плодить сплетни, Роберт закрывал двери ее покоев и садился вместе с нею у камина. Весна выдалась холодной и пасмурной. Роберта и самого не тянуло на улицу. Елизавета откидывала капюшон платья, украшенный драгоценными камнями, и укладывала голову ему на колени. Он гладил длинные бронзовые волосы до тех пор, пока напряжение и тревога не покидали ее лицо. Иногда Елизавета закрывала глаза и спала у него на коленях.
   Для соблюдения приличий в покоях присутствовала Кэт Эшли. Она садилась у окна, но почти сразу утыкалась глазами в рукоделие или книгу. Лишь временами бывшая гувернантка позволяла себе украдкой взглянуть на любовников. Картина почти не менялась. Роберт баюкал Елизавету, напоминая заботливую мать. Кэт боялась, что от напряжения ее величество может слечь. Такое она уже видела не однажды. Эшли привычно осматривала тонкие пальцы и запястья королевы – не появились ли первые вздутия, предвещавшие водянку. Кэт входила в число немногих людей, особенно близких к Елизавете. Она знала, что страх быстрее, чем любые другие потрясения, может нагнать на королеву эту болезнь.
Чтение онлайн



1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 [37] 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51

Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация