А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Любовник королевы" (страница 31)

   Эми подтянула полы платья к себе, словно не хотела, чтобы даже подол ее одежды прикасался к Роберту, потом повернулась и вышла из комнаты.

   Над Темзой висел холодный ноябрьский туман. Королева стояла возле высокого окна во дворце Уайтхолл, смотрела на стылую реку и куталась в меховую накидку.
   Здешние камины пожирали бездну дров, но в залах и коридорах было холодно и сыро.
   – Все равно здесь лучше, чем в Вудстоке, – сказала Кэт Эшли.
   Елизавета скорчила гримасу и раздраженно ответила:
   – Лучше, чем казематы Тауэра и множество других мест. Но не лучше летней поры. Ничего, кроме холода и смертельной скуки. Кстати, где сэр Роберт?
   – Как где? – Бывшая гувернантка сразу перестала улыбаться. – Отправился навестить свою жену.
   Елизавета дернула плечом.
   – Не надо кривиться, Кэт. Я имею право знать, где находится мой шталмейстер, и рассчитывать на то, что он вспомнит о своих обязанностях при дворе.
   – У него тоже есть право побыть с женой, которую он так давно не видел, – не сдавалась Кэт. – Понимаю, ваше величество, для вас это болезненно, однако…
   Разлука с сэром Робертом давала о себе знать. На лице королевы редко играл румянец, зато придворные теперь куда чаще видели на нем холодную безучастность. Казалось, Дадли увез с собой и ее звонкий смех, и способность радоваться жизни.
   – Однако слишком рано поздравлять меня с успешным преодолением, – угрюмо сказала Елизавета. – Я думала, что принесу жертву один раз, потом все зарубцуется. Нет, я каждый день переживаю все заново. Они наполнены сознанием того, что мы живем друг без друга. По утрам я просыпаюсь и знаю, что уже не улыбнусь ему, а он не посмотрит на меня с любовью. Я ложусь спать, тоскуя о нем. Я не знаю, как мне дальше жить без него. Я считаю дни со времени его отъезда. Сегодня – пятьдесят первый, а я продолжаю страдать от любви к нему. Чем мне утешаться? Сознанием высших государственных интересов? Кэт, я устала приносить жертвы.
   Эшли посмотрела на свою бывшую воспитанницу и сказала, желая утешить ее:
   – Но ведь сэр Роберт может оставаться вашим другом. У вас есть шансы видеться, пусть и не наедине.
   – Я тоскую не по его дружбе, – призналась Елизавета. – По нему. По его присутствию. Мне хочется видеть тень Роберта у себя на стене, ощущать запах этого мужчины. Без него я не могу ни есть, ни заниматься государственными делами. Если я берусь читать книгу, мне сразу хочется узнать его мнение. Если слышу новую песню – представляю, как спела бы ее ему. Без него померкли все краски. Из мира ушло все тепло. Наверное, и жизнь тоже. Разве я сейчас живу? Я влачу существование. Я тосковала по Екатерине Ноллис, когда та жила в изгнании. А сейчас… Нет, это не тоска по уехавшему другу. Так ослепший человек вспоминает о своих глазах. Можешь считать, что без него я ничего не вижу.
   Двери отворились, и в покои королевы вошел Уильям Сесил. Лицо его было весьма мрачным.
   – Вот и сэр Уильям пришел, – равнодушно произнесла Елизавета. – Скорее всего, опять с дурными вестями.
   – Хочу сделать обычный доклад вашему величеству, – невозмутимо ответил главный советник и выразительно посмотрел на Кэт.
   Та поняла намек и неслышно удалилась.
   – Так что, я верно угадала? – спросила Елизавета, когда они остались вдвоем.
   – Вы всегда отличались проницательностью, – заявил Сесил, не забывавший о комплиментах. – А вести и впрямь дурные. Я велел Ральфу Садлеру, нашему доверенному человеку в Бервике, передать шотландским протестантам тысячу крон. Об этом стало известно лорду Ботуэллу. Тот делал вид, что перешел на сторону протестантов, но сам оставался верным Марии де Гиз. Словом, люди Ботуэлла перехватили Садлера и похитили деньги. Мы потеряли их безвозвратно.
   – Тысяча крон! – взвилась королева. – Так это же почти половина средств, собранных нами на помощь шотландцам.
   – Мы не могли не откликнуться. Шотландские лорды-протестанты продавали фамильную утварь, чтобы вооружить своих людей. Кто мог подумать, что Ботуэлл окажется коварным предателем? Денег, естественно, жаль, но хуже другое. Теперь регентша знает, что мы вооружаем ее врагов.
   – Но деньги-то были французскими, а не английскими, – торопливо возразила Елизавета, уцепившись за спасительную соломинку. – Мы можем отрицать все их обвинения.
   – Французские деньги из Бервика, которые вез наш человек Садлер. Отрицать можно, только регентша все равно не поверит.
   – Сесил, что нам теперь делать? – испуганно спросила Елизавета.
   – У французов появился веский повод объявить нам войну. Мы его сами им подбросили.
   Елизавета отошла в сторону, принялась разглядывать свои ногти и сказала:
   – Французы не посмеют объявить мне войну. Они знают, что я собираюсь замуж за Габсбурга, и побоятся ссориться с Испанией.
   – Тогда, ваше величество, не тратьте понапрасну время и выходите за эрцгерцога, – надавил на нее Сесил. – Наши друзья и враги должны узнать об этом заблаговременно. Вы объявите о вашей помолвке и назовете время свадьбы: нынешнее Рождество.
   – У меня нет выбора? – спросила Елизавета, в глазах которой читались тоска и испуг.
   – Вы же сами знаете, что нет. Его высочество готовится выехать в Англию.
   – Я должна буду выйти за него, – сказала Елизавета, попытавшись изобразить улыбку.
   – Вы так и поступите.

   Вернувшись, Роберт Дадли обнаружил в холодных залах дворца весьма лихорадочное бурление придворных интриг. Его познакомили со шведским герцогом Иоанном Финляндским, прибывшим в Лондон по поручению принца Эрика, выразившего желание жениться на Елизавете. Герцог сорил деньгами, расточал щедрые обещания всякому, кто поддержит кандидатуру его господина.
   Елизавета, изображая веселость, танцевала с Иоанном, гуляла и беседовала с послом эрцгерцога и вконец запутала обоих. Они так и не узнали о ее истинных намерениях. Но стоило Сесилу отозвать ее в сторону, от маски притворного веселья не осталось и следа. Новости из Шотландии оказались удручающими. Лорды-протестанты окружили Лейтский замок, рассчитывая, что возьмут регентшу измором раньше, чем она дождется французов. Этот план был весьма наивным, поскольку стены замка отличались неприступностью, а продовольствия у осажденных вполне хватало. Никто не верил, что у шотландцев достанет терпения и сил на длительную осаду. Их армия была нацелена на молниеносный удар и скорую победу. Осада требовала дисциплины, а этим шотландцы похвастаться не могли. Для затяжной войны их силы не годились. Теперь уже никто не сомневался в том, что дело не ограничится единичным выступлением. Шотландию и Англию ждала настоящая губительная война, и потому за нервозным весельем двора Елизаветы скрывались настороженность и тревога.
   Королева учтиво, но достаточно холодно приветствовала вернувшегося Роберта и не пригласила его побеседовать наедине. Он ответил ей такой же учтивой улыбкой и держался на расстоянии.
   – Между вами действительно все кончено? – спросила брата Мэри Сидни, поглядывая то на него, то на Елизавету, которая сидела и наблюдала за танцующими.
   – А что, по мне не видно? – ответил он раздраженно.
   – Думаю, вам уже не придется встречаться наедине. Вряд ли ты теперь решишься подойти к ней, – вздохнула Мэри. – Представляю, какие чувства ты сейчас испытываешь.
   – Никаких, – коротко ответил он. – Мертвые не страдают. Можешь считать меня живым покойником. Каждое утро я просыпаюсь и знаю, что уже ничего не прошепчу ей на ухо, не коснусь ее руки. Я больше не могу прервать их разговор с Сесилом и предложить ей покататься верхом, отвести ее в сторону даже для самой невинной беседы. Каждый день я приветствую Елизавету как абсолютно чужой ей человек и вижу боль в ее глазах. Каждый день я раню ее холодностью, а она разрушает меня своей. Мне везде одинаково плохо: и вдали от двора, и здесь. Эта отстраненность убивает нас обоих, а я не смею шепнуть ей ни одного нежного слова. – Роберт посмотрел на ошеломленную сестру, затем снова перевел взгляд туда, где сидела королева. – Она ведь совсем одна. Я же вижу: Елизавета держится из последних сил. Она напугана, и я ничем не могу ей помочь.
   – Напугана? – повторила Мэри.
   – Наша королева боится за собственную жизнь, за судьбу Англии. Представляю, как ее ужасают грядущие битвы с французами. Королева Мария пыталась воевать с ними и потерпела поражение, испортив собственную репутацию. За эти годы они стали еще сильнее, чем были. Война теперь будет происходить не на их земле, а на английской.
   – Как по-твоему, какую линию действий она выберет?
   – Будет тянуть время, насколько возможно, – предсказал Роберт. – Но французское подкрепление все равно достигнет Шотландии. Они разобьют протестантов, осаждающих Лейтский замок. О том, что может случиться дальше, и думать не хочется.
   – Что ты намерен делать?
   – Любоваться ею издали, молиться за нее и терзаться смертной мукой.

   К середине ноября произошло то, чего так боялся Сесил. Усыпив бдительность осаждающих, силы регентши открыли ворота Лейтского замка и атаковали протестантов. Те были вынуждены отступить к Стирлингу. Войска регентши вновь заняли весь Эдинбург. Шотландским протестантам было нанесено сокрушительное поражение.

   ЗИМА 1559/60 ГОДА

   На зиму Эми вернулась к мачехе в Стэнфилд-холл, тот самый дом, где провела отрочество. Она ехала по мокрым дорогам. Дул холодный ветер. Свинцово-серые дождевые тучи почти цеплялись за коричнево-бурые холмы, напоминавшие куски прохудившейся домотканой материи. Солнце, столь докучавшее ей в августе, теперь вообще не показывалось. Эми путешествовала одна, без сопровождающих, плотно надвинув капюшон дорожного плаща и опустив голову.
   Она не знала, когда увидится с Робертом. Да и зачем ему ехать в Норфолк, где он испытал столько унижений? К кому? К опостылевшей жене? Пусть ему теперь и нельзя миловаться с королевой так, как летом, он остается придворным со своим кругом обязанностей. Роберт наверняка уже занят подготовкой к рождественским празднествам: маскарадам, охоте, спектаклям и иным развлечениям, которыми двор станет тешить себя в течение долгих двенадцати дней. Придворные будут привычно улыбаться, говорить любезности Елизавете и думать, что это последнее Рождество при ее правлении. Если трон под ней зашатается, Роберт будет одним из немногих, кто сохранит ей верность до конца. Не только потому, что утрата власти Елизаветой означала бы и новый крах семейства Дадли. Роберт действительно любит эту беспринципную, распутную женщину. Пусть волею обстоятельств их отношения прервались, свидания проходят только на глазах придворных, но Елизавета была и остается его единственной любовью.
   – Я не виню его, – шептала Эми, стоя на коленях в Сайдерстоунской приходской церкви.
   Ее глаза были привычно устремлены к алтарю, с которого успели снять распятие. Пустовал и цоколь, где еще год назад стояла статуя Девы Марии, простирающей в благословении каменную руку.
   – Я не виню его, – шептала Эми, обращаясь к пустым пространствам, оставленным для молящихся новым священником, сторонником Елизаветы. – Я не хочу осуждать ни его, ни ее, ни вообще кого бы то ни было. Я должна освободиться от своего гнева и горя, отпустить супруга. Пусть уходит к другой женщине и любит ее больше, чем когда-то меня. Я должна изгнать из своего сердца всю ревность, боль и отчаяние, иначе эти чувства меня разрушат. – Она уронила голову на ладони. – Боль в груди не утихает ни на минуту, свербит днем и ночью – это моя душевная рана. Она пронзает мне сердце, будто копье. Чтобы исцелиться, я должна простить его. Всякий раз, когда меня охватывает ревность, боль вспыхивает с новой силой. Я заставлю себя простить его, даже ее, найду в себе силы это сделать.
   Эми подняла голову и посмотрела на алтарь. На его каменной поверхности оставался слабый след от распятия, когда-то стоявшего там. Эми закрыла глаза и стала молиться, представляя, что распятие по-прежнему находится на алтаре.
   – Я не поддамся ереси. Пусть он приедет и скажет, что она передумала и готова выйти за него… Даже тогда я не дам согласия на развод. Нас с Робертом соединил Бог, и люди не в силах нас разлучить. Я это понимаю. Он – тоже. Наверное, даже она, грешная и жестокосердная, думает так же.

   В громадных дворцовых покоях Сесила было холодно, однако лоб главного советника королевы покрывала испарина. Он трудился над письмом, адресованным Елизавете. Это не был очередной меморандум с пронумерованными пунктами. Более того, письмо не предназначалось для непосредственного вручения королеве. Вначале оно должно было отправиться с надежным человеком Уильяма в Шотландию, к лордам-протестантам. Получив его и переписав слово в слово, будто оно составлено ими самими, те отправят это послание обратно, непосредственно королеве. Хитроумный замысел Сесила имел своей целью поторопить Елизавету с отправкой английской армии в Шотландию.
   Видя, что осаждающие потеряли бдительность, французский гарнизон в Лейте вышел через подземный ход и наголову разбил шотландцев. Герцог Арранский – главная надежда Сесила – пришел в полное смятение. Милый мальчик запоздало сообразил, что это не игра в солдатики, где можно расставить опрокинутые фигурки и все начать заново. Его охватила бешеная ярость, быстро сменившаяся полной растерянностью и детскими слезами. Сесил запоздало чесал затылок, ругая себя за то, что сделал ставку на неопытного Джеймса Гамильтона. Всякая перспектива его брака с Елизаветой и объединения двух стран отпала сама собой. Несостоявшийся полководец был близок к помешательству. Шотландские лорды остались без предводителя. Если Елизавета не окажет им поддержки, это будет означать, что друзей у них нет, они брошены на произвол судьбы. Когда французское подкрепление достигнет Шотландии и сойдет с кораблей, отступление протестантов превратится в их разгром. Вчера из Парижа приехал трясущийся от страха сэр Николас Трокмортон и сообщил, что нормандские порты забиты кораблями, французские солдаты вооружены до зубов и готовы отплыть, едва только подует попутный ветер. По словам посла, французы не скрывали своих замыслов вначале завоевать Шотландию, а затем двинуться на Англию. Они были полностью уверены в скорой и почти бескровной победе.
   Несколько вариантов письма Сесил скомкал и бросил в огонь. Текст должен был выглядеть так, будто разгромленные шотландские лорды сами выстрадали его. Наконец Сесил почувствовал, что нашел нужную тональность. Он взял чистый лист, обмакнул перо и начал писать.
...
   Ваше величество!
   Мы, Ваши единоверцы, обращаемся к Вам, нашей союзнице и ближайшей соседке, не менее нашего обеспокоенной возможностью французского вторжения, и просим о помощи. Если Вы не поддержите нас, то нам придется рассчитывать лишь на свои силы, которых не хватает. Мы готовы биться до последнего, но в одиночку нам против французов не выстоять. Они не удовлетворятся захватом Шотландии и обязательно вторгнутся в Англию. Тогда Вам тоже потребуется помощь. Вы пожалеете, что своевременно не помогли нам, но будет поздно. Никого из нас, кто мог бы Вам помочь, к тому времени уже не останется в живых.
   Мы не бунтуем против королевы Марии Шотландской, сражаемся только с ее корыстными французскими советниками и регентшей Марией де Гиз, узурпирующей престол вместо нашей законной королевы. Соотечественники регентши сами спровоцировали нас на эту борьбу, ибо повели себя в нашей стране как хозяева. Вторгнувшись в Шотландию, они нарушили все соглашения, какие были заключены с Францией. Семья регентши – наши заклятые враги, равно как и ваши.
   Если бы мы обратились с подобной просьбой к Вашему отцу, он обязательно пришел бы нам на помощь и объединил бы наши страны, что входило в его великие замыслы. Мы считаем Вас достойной дочерью Вашего отца и просим откликнуться на наш призыв о помощи.
   Сесил подумал и сделал приписку, адресованную непосредственно шотландским лордам.
...
   Можете добавить что-нибудь от себя, но никаких выпадов против законной правительницы. Открытый мятеж королева не поддержит. Если к моменту написания письма окажется, что французы убивали женщин и детей, расскажите ей об этом во всех подробностях. О деньгах не заикайтесь. Пусть ее величество думает, что кампания будет быстрой и необременительной. Добавьте несколько впечатляющих фраз о положении, в каком находитесь, после чего не мешкая перепишите основное содержание и отправьте королеве. Да поможет вам Бог.
   – И нам тоже, – пробормотал Сесил, понимая, что затеял опасное дело.
   Он сложил лист и в трех местах шлепнул печатью, по которой его нельзя было бы опознать. Подписывать письмо он не стал. Сесил редко где-либо указывал свое имя.

   Задуманный Робертом маскарад вновь был посвящен нестареющей теме Камелота. Он добросовестно выстраивал цепочку эпизодов, но вдохнуть радость в предстоящее празднество не мог.
   Королева сидела на троне, изображая душу Англии. Перед нею кружились в танце молодые фрейлины. Позже должны были появиться персонажи специально написанной пьесы, в которой прославлялось величие Англии. Это была некая противоположность маскараду, основной упор делался на тех, кто посягал на славу и величие Круглого стола. У зрителей должно было сложиться впечатление, что Англии с первых дней угрожали враги, но храбрые британцы всегда побеждали их с невероятной быстротой и легкостью. В стране, созданной фантазией Роберта, над Елизаветой не висела постоянная угроза войны.
   Круг танцующих не помешал королеве заметить Дадли среди придворных. Однако ее взгляд не остановился на нем, хотя он стоял достаточно близко к трону на случай, если ей все-таки захочется поговорить с ним. Увы, темные глаза Елизаветы скользнули дальше, зато все окружающие видели, что он безотрывно смотрит на нее.
   «Стою тут как желторотый мальчишка», – сердито подумал Роберт.
   Один раз королева все-таки посмотрела на него и слабо улыбнулась, словно они оба превратились в бесплотных духов и прошлое, связывавшее их с детства, тоже стало призрачным. Нынешняя Елизавета повернула голову к Каспару фон Брейнеру, послу эрцгерцога, которого Англия жаждала заполучить в союзники. Королеве предстояло выйти за него замуж. Она спросила у посла, когда, по его мнению, эрцгерцог прибудет в Лондон.
   Каспар был человеком весьма серьезным, и даже чары Елизаветы не могли заставить его улыбнуться. Он вполголоса что-то ответил королеве, а затем, уже громче, попросил разрешения удалиться, сославшись на плохое самочувствие.
   – Видишь, сколько бед ты натворил? – резким тоном спросил Роберта герцог Норфолкский.
   – Каких же?
   – Барон фон Брейнер сомневается в том, что королева настроена выходить замуж, поскольку открыто находится в любовных отношениях с другим человеком. Он посоветовал эрцгерцогу пока не приезжать в Англию.
   – Я был и остаюсь верным другом королевы, – заявил Дадли, оскорбленный таким тоном. – Я желаю ей искреннего блага, и других мечтаний у меня нет.
   – Блага? Да ты глядишь на нее, как пес, исходящий вожделением, – все более раздражаясь, возразил герцог Норфолкский. – Ты крутился возле нее, чтобы никто из европейских принцев не посмел претендовать на руку Елизаветы. Думаешь, в Европе не слышали сплетен о вас? Там не знают обо всем, что вы творили летом, и верят, что ваши амуры прекратились? Ты на пару месяцев удалился, чтобы сплетни поутихли, а теперь вернулся. Так кому из достойных мужчин захочется брать ее в жены? Найдутся ли любители ветвистых рогов?
   – Ты позволил себе оскорблять королеву и ответишь мне за это, – сказал Дадли, побледневший от гнева.
   – Тебе ли говорить об оскорблениях, когда ты разрушил ей жизнь? – парировал герцог Норфолкский.
   – Чем? Тем, что какой-то эрцгерцог не желает сюда ехать? – усмехнулся Дадли. – Ты еще выпячиваешь свое родство с королевой! По-твоему, она должна выйти замуж за иностранца? Какой же ты после этого англичанин? Зачем нашему престолу еще один иноземец? Что хорошего мы видели от Филиппа Испанского?
   – Она должна выйти замуж, – заявил герцог Норфолкский, распалившийся не меньше Роберта. – За равного ей по крови, а не за такого пса, как ты!
   – Джентльмены! – послышался спокойный голос сэра Фрэнсиса. – Вы же английские аристократы. Веселое празднество – отнюдь не место для словесных перепалок. Вы только огорчаете нашу королеву. Она уже смотрит в вашу сторону.
   – Это вы объясняйте ему, – буркнул герцог, проталкиваясь между Дадли и сэром Фрэнсисом. – Мне не до глупейших празднеств, когда у моей родственницы попорчена репутация, а страна чахнет, не имея надежных союзников.
Чтение онлайн



1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 [31] 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51

Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация