А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Готовьте ваши денежки" (страница 7)

   – Я тебя убью! Убью собственными руками! – пообещал Давыдов.
   – Не горячись, – криво улыбнулся Марк. – Я ведь могу подсказать тебе, как выйти на того, в чьих руках сейчас находится картина.
   Взгляд Семена стал более осознанным, он шлепнулся на стул и выдохнул:
   – И у кого же она?
   – Я расскажу всю правду, но с одним условием. Ты должен ее отпустить, – кивнул Марк в мою сторону.
   – Что?
   – Отпусти ее! – прошамкал мой попутчик разбитыми губами.
   Я не верила своим ушам. Мужик, которого я искренне ненавидела, на которого кидалась с кулаками и проклятьями, просит, чтобы меня отпустили? Я не ослышалась?
   – Отпусти девку, и я расскажу все, что знаю. Она все равно не имеет к этому делу никакого отношения. От нее проку не будет – она ничего не знает, – повторял мой самый заклятый враг просьбу о моей пощаде.
   – Марк… – рванулась было я к нему, но меня успел ухватить за плечо Колька.
   Марк посмотрел на меня в упор:
   – Успокойся, твоя работа на этом закончена, – произнес он. – Уходи.
   – Я не уйду без него! Он вам не врет! У него нет картины! – в отчаянии выкрикнула я. – Я сама видела, как он передал ее своему напарнику. У него действительно ничего нет! Марк, расскажи им.
   – Уходи! – Марк произнес это с такой интонацией, что я разом затихла и позволила оттащить себя.
   Давыдов смотрел то на меня, то на Марка, то снова на меня.
   – Она и правда не в курсе. Ее наняли, чтобы она охраняла меня какое-то время, пока все не раскроется… – говорил Марк.
   – Наняли? Охранять? – с сомнением переспросил Семен.
   – Да. Она была моим телохранителем.
   – И кто же ее нанял?
   – Тот, кто все это организовал.
   Семен приблизился ко мне вплотную, я невольно сделала шаг назад, но стоявший за спиной Колька тут же толкнул меня обратно.
   – Это правда? – спросил Семен.
   – Да, меня нанял Миша Кравец охранять Марка. Его люди похитили мою тетю и угрожали, что убьют ее, если я не буду на них работать. Я должна была встретить Марка на Зеленоградском вокзале и сопроводить до Тарасова.
   – Ты знала, что охраняешь вора?
   – Нет, – мотнула я головой.
   – А про картину знала?
   – Нет. Догадывалась, но не знала. Мне рассказал об этом он, – я кивнула в сторону Кольки. – Он рассказал, что Марк украл у вас картину.
   – Было дело. Отпустите девку, – неожиданно подал голос Колян. – Она действительно не с ним.
   Очевидно, наши с Марком разборки на глазах общественности не прошли даром.
   – Она была не в курсе этой аферы. По крайней мере у меня пыталась выяснить, в чем суть дела. Не думаю, что она врала в тот момент. Да и с ним, – Колян кивнул в сторону пришибленного Марка, – устроила такую драку, что мама, не горюй!
   – Значит, вы не из этой компании… – задумчиво протянул Сенька. – Ну-ка, скажи мне, красивая, с кем твой дружок виделся в Зеленограде? Правда, успел скинуть кому-то картину или все враки?
   – Марк отдал картину своему компаньону, я видела. У него ничего нет.
   – Какому компаньону?
   – Знаю, что его зовут Ник. И только…
   – Это правда, – подал голос Марк. – Отпусти ее.
   – Хорошо, будь по-твоему. Думаю, девка и впрямь больше ничего не знает, – после некоторой паузы произнес Семен. – Но если что… – пригрозил он, затем обернулся к своим соратникам. – Вывезите девку отсюда.
   Все дальнейшее было, как в дурном сне: Колька схватил меня под руку и потащил к выходу. А я спотыкалась, запиналась и отчаянно оглядывалась назад, на сгорбившегося человека в черном драповом пальто. Я ждала, что он посмотрит на меня, подаст какой-то знак.
   Что все это значит?
   Что, черт побери, только что произошло?!
   И неужели… Неужели это все правда?..
   Когда Колька открыл дверь гаража, я ухватилась за косяк и еще раз обернулась назад.
   – Шагай! – поторопил меня идущий следом Сашка.
   Я переступила порог, отвернулась. Марк так и не поднял головы.
   А я еще долго оглядывалась и все чего-то ждала, на что-то надеялась… И даже когда Колька толкнул меня в салон моего «Фолька», я упрямо оборачивалась на грязную дорожку, ведущую к гаражам.
   Где-то там, в одной из металлических ракушек, остался МОЙ ПОПУТЧИК.
* * *
   Я не сразу поняла, в чем суть нашей странной экскурсии: Колька вел мой «Фольк», я – подавленная и разбитая – молча сидела рядом, прямо за нами на черной «Мазде» ехал Сашка. Я не разбирала дороги, не старалась запомнить маршрут и очнулась, только когда машина остановилась, я огляделась по сторонам и сообразила, что мы где-то на другом конце города.
   Колька развернулся ко мне вполоборота.
   – Ну, что, прощай! – подмигнул он мне. – Дальше уж как-нибудь сама.
   Я потрясла головой в знак согласия, хотя с трудом соображала, что сейчас от меня требуется.
   – Отчаянная ты девка! Не должен я был этого делать, ну да ладно, уж больно понравилась ты мне. Жалко, если такая пропадет!
   Колька расстегнул наручники у меня на руках, еще раз подмигнул и, не прощаясь, выскочил из машины. Быстро пересел в «Мазду», дожидающуюся его чуть поодаль. Иномарка тут же стартанула с места и унеслась вниз по улице.
   А я еще долго сидела в машине одна, зажав в руке визитку своего новоявленного знакомого, смотрела, как накрапывает реденький дождик, и курила одну сигарету за другой. В голове никак не укладывалось: мой попутчик был всего лишь подставной уткой, он был нужен для того, чтобы морочить голову Давыдову и его команде. Марк должен был бегать из города в город, путать следы, уводить ищеек Семена подальше от человека, который вез в Тарасов настоящую картину! А я должна была до поры до времени охранять его обреченную на расправу шкуру. Тот, кто организовывал кражу картины, знал наверняка – рано или поздно Марк попадется Давыдову, а вместе с ним и я. И вот тогда по законам бандитских разборок права на выживание не гарантировалось ни одному из нас!
   Ну да, все сходится! По-другому быть не может! Марк отлично знал, что наш приговор уже подписан. Стоило задуматься еще в первый день нашего знакомства, когда он сказал, что знает про слежку. Конечно, знает! Ведь он сам старательно тащил за собой этот хвост еще из Сызрани! И уж точно следовало насторожиться после того, как мой попутчик настоял на том, чтобы остаться в той же гостинице, несмотря на обнаружившуюся слежку.
   Вот только что-то мне подсказывает, что Марк планировал еще какое-то время водить за нос людей Давыдова. Ведь номер в гостинице был снят еще на два дня, а оригинал картины мой горе-попутчик передал только вчера… Именно вчера на задворках ночного клуба Марк тайно вручил оригинал полотна своему напарнику по имени Ник. «Картина у меня, Миша Кравец умеет организовывать такие дела», – припомнились мне слова этого человека, сказанные нервным тоном в телефонную трубку.
   – Черт! Черт! – стукнула я кулаком по крышке «бардачка».
   Я злилась на Марка, кидалась с кулаками, я твердила, что ненавижу его. А он сделал все, чтобы меня сегодня отпустили… Несмотря ни на что. Вопреки всему.
   Решительная, как никогда, я затушила недокуренную сигарету, перебралась на водительское сиденье и повернула ключ в замке зажигания. Я не знала точно, куда нужно ехать, но не сомневалась – я найду Марка во что бы то ни стало!
   Я упрямо вела машину вперед – напрямик по улицам, через скверы и объездные дворы. Я промчалась через весь город и исколесила самые отдаленные спальные районы, прежде чем нашла нужный мне захолустный дворик с размокшей от дождя дорогой, ведущей в сторону гаражей.
   Никаких иномарок во дворе уже не было, но я все равно надеялась. Я остановила «Фольк» у обгоревшего сарая и, позабыв про зонт, выскочила из авто. Скользя по талому снегу и грязи, я помчалась в сторону гаражей. Номера ракушки, в которой остался Марк, я не помнила, бежала наугад: сначала прямо, потом под низкой трубой теплотрассы с вспоротой обшивкой, потом направо. Я бестолково кружилась среди однотипных металлических коробок, кидалась то к одной, то к другой, скользила каблуками в жидкой грязи, едва не падала, но ни разу не остановилась. Я отчаянно и безнадежно искала того, кого ненавидела все это время.
   Найдя нужную дверь, ударила по ней кулаком, изо всех сил потянула на себя ручку, еще раз ударила. Должно быть, в этот момент я была на грани нервного срыва, так как в здравом уме я бы такого не сделала: выхватила из сумочки пистолет, щелкнула взведенным курком и выстрелила в замок. Он тут же слетел с петель, и я рванула на себя дверь гаража.
   Задыхаясь от отчаяния, злости и полной безнадеги, я ворвалась внутрь и замерла как вкопанная. Внутри не было ни души… Только перевернутый стул, неярко горящая электрическая лампочка под потолком, да бурые пятна под ногами напоминали о том, что не так давно здесь были конкретные разборки.
   Я присела на корточки и коснулась кончиками пальцев незасохших пятен на бетонном полу – пятен крови.
   Мне вдруг стало совершенно понятно, почему Колька отвез меня на другой конец города. Давыдов, конечно же, догадывался, что я вернусь сюда, одна или с ментами, но вернусь. И просто выгадывал время, чтобы успеть…
   Я спрятала пистолет обратно в сумочку и поникшая вышла из гаража. Дождь, сырость, слякоть. И на улице, и в душе – пакостнее некуда!
   Не помню, как я добрела до машины, села в салон, включила печку посильнее, поставила «дворники» на автомат и нехотя завела мотор.
   Что делать? Как быть? Где искать Марка? Живого или мертвого – я уже не знала. «И что теперь будет с моей дорогой тетей Милой?» – екало сердце. Я была в тупике.
   Пожалуй, единственным человеком, который мог бы дать ответы на все эти вопросы, был Миша Кравец. Но как отыскать того, о ком ты не знаешь ничего, кроме имени, – задачка не из простых. «А впрочем…» – я так задумалась, что едва не врезалась в затормозивший впереди автомобиль. Водитель иномарки, чудом избежавший аварии, нажал на гудок. Должно быть, он сейчас послал в мой адрес все мыслимые и немыслимые проклятия. Мне было все равно.
   «А впрочем, есть у меня одна зацепка», – размышляла я, втыкая первую передачу и трогаясь с места. Я включила поворотник, свернула на прилегающую улицу и поехала вперед. В голове у меня был вполне четкий и логичный план и не менее конкретный пункт назначения – Соборная, дом пять, квартира тридцать два. Именно по этому адресу проживал небезызвестный господин Мартынов – рядовой художник и случайная пешка в крупной игре Миши Кравца.
   До нужного квартала в центре города я добралась за час, поставила машину во дворе и бегом поднялась на самый последний этаж.
   Трясясь от нетерпения, я нажала на звонок раз, другой, третий. Тишина. Я подождала, позвонила еще раз, тот же результат. Неужели художника нет дома? Позвонила снова. Ждать дольше не имело смысла. Я разочарованно выдохнула и отвернулась – кажется, потеряна последняя ниточка, которая могла привести меня к человеку по имени Миша Кравец. Медленно я поплелась прочь к лестнице, шагнула на одну ступеньку вниз.
   Дзинь! По ту сторону двери послышался приглушенный грохот – как будто обвалилась полка с посудой. Я тут же развернулась и во все глаза уставилась на кожаную обивку двери.
   В квартире кто-то был.
   Не шевелясь, я встала на месте и ждала. Но больше не последовало ни единого звука. Я напряженно прислушивалась, скользя взглядом по запертой двери. «Или не запертой?» – вдруг обратила внимание на чуть отошедшую от косяка створку. Стараясь не цокать каблуками, я приблизилась в двери и толкнула ее. Створка с легкостью открылась – не к добру. Внутри меня шевельнулась колючая тревога.
   Машинально я вытащила из сумочки пистолет, сделала шаг вперед и тихо-тихо позвала:
   – Эд…
   В квартире темно и тихо. Должно быть, художник закрыл все шторы. Такой же бардак, как и в прошлый раз, ничего не изменилось.
   – Эд, – чуть громче окликнула я, заглядывая в кухню. В раковине немытая посуда, на окне свалка, на столе размалеванная клеенка. И здесь все осталось по-прежнему.
   Я снова вышла в коридор и позвала уже в голос:
   – Эд! Ты здесь?
   Под ногами скрипели старые половицы, я наугад шла вперед по длинному коридору.
   Дзинь! – тихо, но отчетливо звякнуло что-то в другой части квартиры.
   Я вздрогнула, обернулась и быстро пошла в ту сторону, откуда донесся звук. Без колебаний толкнула дверь в комнату, вскинула руку с пистолетом, шагнула вперед.
   – Эд… – в ужасе выдохнула я.
   На полу в осколках битого стеклянного столика полулежал художник. В руках он сжимал глиняную статуэтку, а на его белой рубахе растекалось красное пятно.
   Должно быть, у Мартынова уже не было сил, чтобы подняться на ноги и открыть дверь. Поэтому он разбил стеклянный столик тяжелой статуэткой в надежде, что тот, кто звонит в дверь, услышит и придет ему на помощь…
   – Эд! Эд! – я грохнулась на колени перед раненым и схватила его за руку. – Сейчас-сейчас, – приговаривала я, – потерпи чуть-чуть, я вызову «Скорую».
   Я переворошила содержимое сумки, потом вспомнила, что мой сотовый был конфискован подручными Миши Кравца, и чертыхнулась.
   – Эд! У тебя есть телефон? В квартире есть телефон?! – пыталась я расшевелить художника.
   Мартынов открыл тяжелые веки, обвел комнату мутным взглядом, затем остановился на мне, сфокусировался.
   – Ты?..
   – Да, это я. Ты меня помнишь? Эд… Эх, Эд… Значит, Дима не получил мою записку…
   Художник закашлялся.
   – Сейчас я тебе помогу, только скажи, где телефон?
   – Не надо… – одними губами произнес он.
   – Как же?! Врачи тебе помогут! – я попыталась встать, но Эд с такой силой стиснул моей запястье, что я невольно ойкнула.
   – Они не успеют… А я еще могу… – бормотал он.
   – Как же так? Эд! Кто это сделал? Ты видел этого человека?
   – Это все из-за нее…
   – Из-за кого? – окончательно потеряла я нить разговора. Скорее всего у художника просто начался бред.
   – Так пусть никому не достанется…
   – Что?
   Эдд точно бредил.
   – Помоги мне…
   – «Скорую»?! Врача?
   – Нет, – сильно сжал мою руку он. – Мы можем отомстить… Помоги… – просил он.
   – Что сделать? – я поняла, что спорить не имеет смысла.
   – Они наверняка узнают… Рано или поздно узнают…
   – О чем, Эд? О чем узнают?
   – О ней.
   Это был полный абсурд, я ничего не понимала.
   – Они думают, что получили от меня, что хотели, но они ошибаются… – он зашелся то ли в бредовом смехе, то ли в предсмертном кашле. – Когда они узнают… Скажи им…
   – Что?
   Эд говорил все тише и тише, мне приходилось склоняться к нему, чтобы различить слова.
   – Эд, это сделал Миша Кравец? Это он стрелял? Он или его люди?
   – Помоги мне… Сделай, что я прошу… – должно быть, Эд меня уже не слышал и твердил одно и то же. – Запоминай…
   – Кравец? В тебя стрелял Миша Кравец?! – в отчаянии вопрошала я. – Ты знаешь, как его найти? Скажи мне? Умоляю! Он похитил мою тетю!
   – 3… 2… 4… 5… 6… 7…
   – Эд, что это значит?
   – Только… – голос прерывался, он говорил из последних сил. – Пусть они сами получат, что хотят… Ты не трогай! Они сами должны… Сами… Понимаешь…
   – Да о чем ты говоришь?
   – Запомни эти цифры… 3… 2… 4… 5… 6… 7…
   – Что они значат?
   Но художник уже не мог ответить. Остекленевшие глаза безразлично уставились в потолок. Его рука, до этого сильно сжимавшая мои пальцы, разжалась. Я провела дрожащей ладонью по его лицу, закрывая глаза. Невольно коснулась воротника распахнутой рубашки, зацепилась взглядом за окровавленное пятно на груди. Эда не застрелили, не зарезали ножом. Его закололи чем-то длинным и острым вроде шила. От металлического острия на рубашке осталась крошечная дырочка…
   Я отдернула руку, быстро поднялась. Художник умер, так и не сказав мне, где я могу найти Мишу Кравца. А в том, что убийца именно он, я не сомневалась ни на секунду. «Больше некому!» – думала я, убегая из квартиры художника.
   «Это ужасно! Они заставили меня!» – звенел у меня в ушах голос Эда.
   Я миновала один лестничный пролет.
   «Заставили на них работать! Меня убьют, если я что-то сделаю не так…»
   Я перепрыгнула через несколько ступенек и оказалась на площадке третьего этажа.
   «Это все Миша Кравец… Это по его указке…»
   Я съехала вниз по перилам и выбежала вон из подъезда, села в машину, включила двигатель и, подняв веер грязных брызг, стрелой вылетела из безлюдного дворика.
   – Час от часу не легче, – бормотала я, закуривая сигарету.
   Что теперь делать? Звонить ментам? Ни за что! Меня трясло, как в лихорадке. Бандиты убили несчастного художника, им ничего не стоит пристрелить и мою тетю. Ведь она до сих пор в руках у людей, которые пригрозили ее убить, если только я свяжусь с правоохранительными органами. А господин Кравец, судя по всему, слов на ветер не бросает.
   Но все же я остановила машину у ближайшего таксофона и дрожащей рукой набрала запретные «02».
   – Дежурный Федоров. Слушаю, – отозвался бодрый голос на том конце провода.
   – Соборная, дом пять, квартира тридцать два. В квартире труп мужчины. Дверь не заперта, – монотонно надиктовала я и повесила трубку.
   Мне больше нечего было сказать полиции. Для Эда я сделала все, что могла. А с Мишей Кравцом мне предстояло разбираться без чьей-либо помощи.
   Я снова села за руль и поехала к гостинице, хотя и не исключала, что мое появление вызовет некоторое недоумение – наверняка слух о «дружеском» визите людей Давыдова в наш номер не обошел стороной руководство данного заведения.
   Но то ли у меня был такой жалкий вид, то ли у администратора действительно не было ко мне никаких вопросов, но стойку я миновала беспрепятственно. Поднялась на лифте на второй этаж, прошла по коридору.
   Как это ни странно, дверь в номер была заперта, искореженный замок открылся только со второй попытки. Я вошла в комнату и включила свет. Надо заметить, что головорезы уважаемого дяди Семы не стали крушить номер, очевидно, их интересовали исключительно его хозяева.
   Я закрыла дверь. Голова болела так, что хоть застрелись. Единственное, что могло меня сейчас спасти, так это добрая порция виски. Я открыла бар, плеснула в рюмку янтарную жидкость и выпила залпом, тряхнула головой, еще налила, снова выпила. После третьей рюмки я почувствовала, что ко мне возвращается способность соображать.
   Итак, Марк пропал, Эд убит, где искать Мишу Кравца, я не знаю. Единственная зацепка, которая была у меня в руках, так это непонятные цифры, произнесенные художником перед смертью. «324567». Что это может значить? Возможно, номер телефона Миши Кравца?
   Я забралась в кресло с ногами, подтащила к себе телефонный аппарат и набрала цифры, которые никак не выходили у меня из головы, 32-45-67. «Набранный вами номер не существует. Набранный вами номер…» – зачеканил электронный голос. Я повесила трубку на рычаг, задумалась. Возможно, этот номер не Зеленоградский, и нужно набирать его с кодом города. Вот только какого города??? Павловска? Саранска? Петровска? А может, это заграничный номер?
   – Бр-р-р… – затрясла я головой. Пытаться отыскать Кравца таким способом – дело безнадежное.
   Я одним махом проглотила остатки виски из бокала, прикурила сигарету и откинулась на спинку кресла. Минуты текли, я сидела, не шевелясь и не открывая глаза. Спиртное приятно согревало, табачный дым растекался по комнате, и только по ногам чуть сквозило.
   Я резко открыла глаза, насторожилась. По полу тянуло холодком. Я уставилась на закрытую дверь ванной комнаты. Прислушалась…
   Пропади все пропадом, если я ошибаюсь, но я здесь не одна. Кто-то был в ванной.
   Я затушила сигарету, достала из сумочки пистолет и бесшумно соскользнула с дивана. На цыпочках я подкралась к двери ванной, взвела курок и, мысленно отсчитав «раз-два», распахнула ее настежь.
   – Марк?! – тут же выдохнула я.
   Действительно, в ванной комнате был мой попутчик. Потрепанный, помятый, избитый, но живой и относительно здоровый, он сидел на подоконнике и тяжело дышал.
   – Оказывается, спрыгнуть из окна намного проще, чем забраться обратно, – поделился он со мной опытом.
   – Марк!
   Я отшвырнула пистолет в сторону, бросилась к мужику, схватила его за руку и помогла забраться в комнату. Охая и вздыхая, мой горе-попутчик перевалился через подоконник и шлепнулся на кафельный пол.
   – Марк, ты жив! А ведь я вернулась за тобой, но в гараже уже никого не было… И я подумала… Я подумала…
   – Даже не надейся! – беззлобно проворчал Марк. – От меня не так просто избавиться.
   – Как же хорошо, что ты вернулся, – произнесла я. Как это ни странно, в этот момент я действительно была рада видеть ненавистного мужика. – Они тебя отпустили, да?
   – Какое там, – пожаловался Марк, – еле ноги унес!
   – Марк, и что теперь? Ты свяжешься с Кравцом? Мою тетю отпустят?
   – С чего бы? – неожиданно выдал Марк.
Чтение онлайн



1 2 3 4 5 6 [7] 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17

Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация