А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "История экономической мысли" (страница 17)

   Вопрос 33 «Великий неоклассический синтез» П. Самуэльсона

   В 40-50-е гг. XX в. несколько американских ученых во главе с П. Саму-эльсоном проделали огромную работу, чтобы увязать новую кейнсианскую макротеорию с микроэкономическим анализом неоклассической школы. Макроэкономическая теория очень похожа на классическую политическую экономию. С подачи Кейнса все это вместе долго называли именно «классической» теорией, не проводя границы между «политической экономией» Рикардо-Милля и «Экономиксом» Маршалла с его последователями. Так что в книгах 1940-1950-х гг. встречается по сей день выражение «классическая теория», относящееся ко всему, что было до Кейнса. В то же время сейчас понятно, отчего возникает путаница; что основоположники маржинализма подчеркнуто дистанцировались от «классиков» Рикардо и Милля.
   Кейнс сделал большое дело, он показал, что микроэкономика неоклассиков почти целиком нанизана на макроэкономическую схему классиков. Но доказать этого не мог. И вот Самуэльсон предлагает совместить «классиков» с кенсианством, т. е. макроэкономической схемой Кейнса. Так возникла идея «Великого неоклассического синтеза» (ВНС). Самуэльсон «теорией дохода» называет свой вариант кейнсианства, а «классиками» – неоклассиков. «Основным принципом этого синтеза, – пишет Самуэльсон, – является следующий: разрешая ключевые проблемы денежной и фискальной политики с помощью категорий теории дохода, мы тем самым возрождаем классические истины и придаем им законную силу. Этот неоклассический синтез… ликвидирует разрыв между обобщающим понятием макроэкономики и традиционной микроэкономикой, создавая из них взаимодополняющее единство».
   Характеризуя свою конструкцию, Самуэльсон пишет о ВНС: «Он не имеет ничего общего ни с классической верой в то, что принцип laissez faire сам по себе должен привести к утопической стабильности, ни с довоенным пессимистическим мнением, что классические принципы неприменимы к современному миру. Наш вывод можно достаточно верно назвать “неоклассическим синтезом”. Он показывает, как соответствующая кредитно-денежная и фискальная политика может придать экономической среде такой характер, который подтверждает верность микроэкономических принципов: что общество должно выбирать между различными альтернативами производства на основе высокой занятости, что нельзя позволять, чтобы парадоксы бережливости и логические ошибки объединения частных в целое противопоставляли индивидуальную добродетель и индивидуальный порок общественным (интересам)».
   В этом высказывании можно обнаружить две главные идеи.
   1. Макроэкономика – это не есть что-то отдельное и самостоятельное. Ее функциональные связи формируются из множества микроэкономических событий и процессов. Последние были описаны неоклассической теорией, и это описание, в общем и целом, сохраняет свою силу.
   2. Современная экономическая система (западного типа) может успешно бороться как с безработицей, так и с инфляцией, если в ней удастся совместить два начала:
   • эффективное воздействие государства на рынок как на единое целое;
   • свободу поведения производителя и потребителя.
   Эти идеи Самуэльсона не вступают в противоречие ни с теорией Кейнса (макроэкономика), ни с постулатами неоклассиков (микроэкономика).
   Концепция «смешанной экономики» представляется нам попыткой найти компромисс между государственным началом и субъективным предпочтением, которое отдает западный человек, испытывающий недоверие к коллективизму.
   Больше всего упреков к В НС зазвучало со стороны институционалистов. Такие ученые, как Гэлбрейт, не могли принять концепцию, в основе которой лежит представление о свободном конкурентном рынке.
   Иного рода критика последовала, когда начался процесс переоценки традиционного кейнсианства. Здесь источником критики явилось современное неокейнсианство. Основной упрек – в том, что идеи Кейнса были искажены путем втискивания их в модели краткосрочного равновесия. Экономическая наука не имеет за душой никакой иной микроэкономики, кроме неоклассической, т. е. краткосрочно-равно-весной. Не рискует ли эта теория повиснуть в пустоте или неявно опереться на предпосылки краткосрочно-равновесных моделей неоклассицизма?

   Вопрос 34 Теория индустриального общества Дж. К. Гэлбрейта

   Джон Кеннет Гэлбрейт, родившийся в 1909 г., очень знаменит. Его книга «Новое индустриальное общество» – одна из зрелых работ Гэлбрейта (1961), которая наделала много шума во всем мире, не исключая СССР (книга вышла на русском языке в Москве в 1969 г. с грифом «Для научных библиотек», ее невозможно было купить, что не помешало прочесть ее всем, кто этого хотел).
   В центре концепции Гэлбрейта стоит понятие «техноструктура». Имеется в виду общественная прослойка, которая включает в себя ученых, конструкторов, специалистов по технологии, управлению, финансам и т. д., т. е. по всем специальностям, которые требуются для нормальной работы крупной корпорации, выпускающей десятки или сотни видов продуктов (такой, как «Дженерал моторе», «Локхид», «Дженерал электрик» и т. д.).
   Гэлбрейт исходил из того, что лицо современного рынка определяется крупными корпорациями, выпускающими сложную технику – автомобили, самолеты, подлодки, ракеты и спутники, компьютеры и т. д. От начала изысканий до выпуска первых промышленных образцов обычно проходят годы. Поэтому необходимо не только тщательное изучение рынка (маркетинг), но и прогнозирование спроса, цен на сырье и т. д. И современное промышленное производство тоже требует специальной квалификации от управленцев. С другой стороны, номинальные владельцы таких корпораций – это тысячи акционеров. Все решает техноструктура, мало кто из акционеров может разобраться в специальных вопросах. Те, кто держат акции предприятия, обычно доверяют его руководству и потому на собраниях голосуют так, как им советует дирекция.
   Гэлбрейт делает в своей книге далеко идущие выводы.
   1. В корпорациях реальной властью обладают не собственники, а техноструктура.
   2. Власть эта безлика, так как все решения вырабатываются коллективно, готовятся постепенно и т. п. Директора лишь координируют этот процесс.
   3. Техноструктура вынуждена планировать работу корпорации на годы вперед. Только при таких условиях можно заключать контракты на научные и конструктивные разработки, поставку сырья и т. д.
   4. Планирование требует стабильности, чтобы можно было предвидеть будущий исход решений. Поэтому ни о какой свободной конкуренции речи быть не может. Техноструктура формирует непрерывную и всеохватывающую сеть договоров, которая, переплетаясь с подобными сетями других корпораций, делает рынок управляемым, стабильным и предсказуемым.
   5. Стихийный рынок – с фигурой энергичного предпринимателя-одиночки в центре и отношениями свободной конкуренции вокруг него – давно отошел в прошлое. Современная западная экономика управляется техноструктурой на основе планирования.
   6. Техноструктура преследует совсем иные цели, нежели предприниматель-одиночка. Цель техноструктуры в том, чтобы фирма имела прочные позиции на рынке.[15]
   Подобные высказывания Гэлбрейта привели его к отрицанию свободного рынка в современных условиях.
   В работе Гэлбрейта «Новое индустриальное общество» с разных сторон анализируются изменения, происходящие в обществе. На первый план выдвигаются проблемы экономической власти, управления экономикой, эволюции социально-экономических систем.

   Вопрос 35 Общая характеристика институциональной теории

   В 1899 г. в США вышла книга под названием «Теория праздного класса». Ее написал сын иммигрантов-крестьян из Норвегии Торстейн Веблен (1857–1929), доктор философии.
   Веблен утверждал, что обычная экономическая наука Смита, Рикардо, Маршалла страдает серьезными пороками. Мол, она занимается абстракциями, которые мало соотносятся с реальной жизнью. Теория Веблена все время сворачивает на равновесие, а в жизни имеет место непрерывный процесс эволюции, т. е. изменчивости и приспособляемости к обстоятельствам. Экономисты видят в человеке нечто вроде арифмометра, вычисляющего полезность благ, и не учитывают такие вещи, как престиж, общественное положение и т. д. Веблен разгромил основы обычной экономической науки за то, что она не описывает человека как личность, тем более она не учитывает историческое развитие самой общественной среды.
   Веблену экономическую науку необычного типа создать не довелось, но ему выпало стать основателем одного из течений в современной экономической науке – институционализма. Термин, появившийся позже, основан на понятиях «институция» (обычай, заведенный порядок) и «институт» (порядок, закрепленный в форме закона или учреждения). Впрочем, часто институтами называют и то и другое. Последователи Веблена пояснили, что институты – это совокупность общественных обычаев, в которых закрепился преобладающий образ мышления для группы или всего народа. Под рубрику институтов подпадают такие явления, как государство, семья, моральные и правовые нормы, экономические явления и механизмы. Можно говорить об институтах присяжных заседателей, адвокатуры, общественного мнения, моды, высшего образования, свободного предпринимательства, частной собственности, кредита и т. д.
   Ученые, которые относят себя к институционалистам, склонны рассматривать обычные проблемы экономической науки, принимая во внимание аспекты общественной жизни, а также культурные и исторические предпосылки, не входящие в круг экономических явлений. Вероятно, это течение произошло от названия книги «Институциональная экономика», опубликованной в 1924 г. которая была написана Джоном Р. Коммонсом (1862–1945), автором многих книг, в том числе последней: «Экономика коллективных действий» (вышла посмертно в 1950 г.). По Коммонсу, коллективные действия осуществляют контроль над действиями индивидуумов, примиряя противоречивые интересы. В частности, речь идет о том, как формируются оценки «во всех сделках, посредством которых участники побуждают друг друга к достижению единства мнений и действий», в результате чего образуется «разумная ценность» благ. В особенности Коммонс прослеживает роль трех общественных институтов – корпораций, профсоюзов и политических партий – в установлении согласованности действий индивидов. Он ввел понятие действующего коллективного института как регулятора экономического поведения людей.
   Институционализм долго оставался американским явлением в науке. В русле этого течения работал Уэсли Митчелл (1874–1948), который подчеркивал сильное влияние денег на поведение людей. Его книги «Экономические циклы» (1913), «Измерение экономических циклов» (1946, в соавторстве) и «Что происходит во время экономических циклов» (1951, посмертно) содержат огромное количество статистических данных, а также описание разнообразных явлений, в том числе и человеческого поведения, которые наблюдаются во время подъемов и спадов, анализ движения цен и осторожные теоретические обобщения.
   Институционализм пытался по-своему подойти к тем вещам, которые в тот же период занимали ученых, твердо стоявших на почве неоклассической теории и пытавшихся решать эти проблемы путем развития своей теории. Мы имеем в виду уже знакомых нам А. Пигу, Д. М. Кейнса и т. д.
   В годы Великой депрессии институционалисты могли бы осуществить свои идеи, однако заметного влияния на практику они не оказали. Скорее всего, дело в том, что институционализм не выработал достаточно четких схем – таких, которые давали бы правительству инструменты для проведения фискальной политики.
   После Второй мировой войны чистый институционализм пошел на спад. Но изменилось его место в науке. Из отдельного течения институционализм превратился в элемент экономической теории, с одной стороны, или в метод общего анализа процессов и сдвигов в реальной экономической системе – с другой.
Чтение онлайн



1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 [17] 18 19 20 21 22 23 24 25 26

Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация