А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Русские – успешный народ. Как прирастала русская земля" (страница 37)

   В начале 1890-х гг. годовое число переселенцев в Сибирь подошло к стотысячной отметке, достигло 120 тыс. в 1895 г. и 200 тыс. в 1896 г. – в связи с открытием движения по Транссибу и поощрительной политикой правительства. Всего с 1887 по 1897 г., за время первого переселенческого бума, в Сибирь переселилось 842,5 тыс. человек. Более всего поселенцев осело в Томской губернии, где предпочтение отдавалось западной степной части Алтая.
   До постройки железных дорог основной поток переселенцев в Сибирь шел через Тюмень, оттуда растекался по рекам Обского бассейна или уходил по Сибирскому тракту на Ишим, Омск, Томск. Другой путь вел от Самары на Оренбург и далее к Омску. После того как от Перми на Тюмень в 1885 г. прошла железная дорога, по ней прибывало 90 % переселенцев в Сибирь.
   Весной 1890 г. в Тюмени скопилось 15–18 тыс. человек, которые ждали здесь открытия навигации. Временные пристанища были переполнены. Большинство находились под открытым небом. Бедным людям в небольшом городке практически невозможно было снять себе жилье.
   Впрочем, такие картины переселения не были чем-то исключительным. Даже «благополучная Европа» видела более страшные сцены.
   Постреформенные страдания русского крестьянства в общем происходили на фоне мирового наступления капитала на общину и мелкотоварное производство, на присваивающее хозяйство – это сопровождалось многочисленными жертвами.
   Полувеком ранее страшный голод опустошил Ирландию, убив полтора миллиона человек. Он был следствием перехода лендлордов от выращивания зерна к интенсивному животноводству и сгона мелких арендаторов с земли. Правительство самой богатой страны в мире так и не собралось оказать какую-либо существенную помощь своим умирающим подданным. Голод 1845–1846 гг., обусловленный английской капитализацией Ирландии, выбрасывал за пределы этой несчастной страны массы истощенных людей, до трети из которых не могли пережить пути из-за дистрофии и тифа.
   И 1880-1890-е гг. были временем массового выселения из стран, где происходили быстрый переход к товарному сельскому хозяйству и высвобождение излишков сельского населения. По-прежнему пустела Ирландия, началась массовая эмиграция из Италии, Испании, Швеции, Австро-Венгрии. Из Норвегии уехало столько людей, сколько в ней проживало в 1820 г.
   На палубах и в трюмах уплывали они за океаны, и можно представить, каких жертв стоило бы переселение, если бы вместо относительно короткого морского пути европейцам предстояла такая же длинная дорога, как русским.
   Если взглянуть на остальной мир, то в Китае после опиумных войн шла затяжная депопуляция (в 1842 г. его население составляло 416 млн человек, а в 1881 г. – 369 млн[518]). Британская Индия страдала от повторяющихся вспышек голода, что стало результатом политики британских властей по разорению местного ремесленного производства, освобождавшего рынок для английских промышленных товаров, по конфискации и приватизации общинной земли – это вело к последующему развалу ирригационных и других общественных хозяйственных систем.[519] Так, в 1876–1878 гг. голод охватил почти весь Индостан и унес 10 млн жизней.[520]
   Обширный голод поразил и Алжир, где французские власти разрушили общину и провели приватизацию земель. Произошло значительное сокращение населения, люди умирали, потому что им некуда было бежать.[521]
   К чести российского государства, ему удалось довольно быстро купировать ужасы переселения. Комиссия сенатора князя Г. Голицына, исследовавшая жалкое положение переселенцев, и переселенческие чиновники (почти все добросовестные люди) привлекли внимание правительственных верхов.
   Особый правительственный комитет, занимавшийся помощью голодающим крестьянам, стал ремонтировать и расширять бараки в Тюмени, переселенцам пошла продовольственная помощь.
   С 1895 г. начинается движение по Транссибу, и Тюмень теряет значение транзитного пункта.
   За 14 лет, с 1891 по 1904 г., казной было проложено 8180 верст основного пути Транссибирской магистрали. Ее подвижной состав включал 1200 паровозов и 26 тыс. вагонов.
   Создание Сибирской железной дороги не только способствовало переселению, но и придало ему организацию.
   Особый комитет Сибирской железной дороги был учрежден высочайшим рескриптом в 1892 г. Деятельность его наглядно показывает, насколько гуманными могут быть технологические новации.
   Постройка великой магистрали привела даже самых больших тугодумов в верхах к выводу, что дорога имеет смысл и окупит себя лишь при условии заселения Сибири.
   Функции председателя комитета были возложены императором Александром III на цесаревича Николая Александровича, вице-председателем стал Н. Бунге.
   На историческом заседании 8 марта 1895 г. комитет присоединился к мнению министра внутренних дел И. Дурново, что причины выселения «в наблюдаемом в некоторых местностях Европейской России малоземелье, в связи с проистекающим отсюда обеднением сельского населения».
   В распоряжение комитета был предоставлен Фонд вспомогательных предприятий Сибирской железной дороги. Первоначальный его размер был определен в 14 млн руб., в 1901 г. доведен 21 млн, и далее в него ежегодно добавляли 3–4 млн руб. из бюджета. Эти суммы были просто заоблачными по сравнению с тем, что выделялось на переселение за все время с 1861 до 1895 г.
   Комитет не был колониальной компанией в духе британской Ост-Индской или железнодорожным трестом, заботящимся только о прибыли. Он стал одним из высших государственных учреждений Российской империи, причем совершенно на новаторских началах. Подведомственная ему территория пересекала в широтном направлении две трети территории России. Сибирь фактически стала рассматриваться как земля, относящаяся к Сибирской железной дороге.
   Конечно, для министра финансов С. Витте Транссибирская магистраль была новым способом увеличить вывоз сельскохозяйственного сырья, но тем не менее комитет ставил перед собой системную цель – увеличить благополучие сельского населения России за счет заселения Сибири.
   В1896 г. было учреждено Переселенческое управление (вначале в составе МВД) с обширной функцией «заведования переселенческим делом».
   Оно давало разрешения на переселения, заботилось об устройстве поселенцев на местах водворения и распределяло суммы, отпускаемые на переселенческое дело.
   Управление также активно проводило работу по изучению районов, пригодных для земледельческой колонизации, и разрабатывало проекты законов по переселенческой тематике. Важным направлением его деятельности была информационная поддержка переселений. Оно выпускало справочные материалы для должностных лиц и пятикопеечные брошюры для народа со сведениями о Сибири, условиях переезда и устройства на новых местах.
   Закон от 7 декабря 1896 г. давал право на переселение каждому крестьянину, участвовавшему в посылке ходока и сдавшему земельную долю.
   Первым делом комитет Сибирской железной дороги решил обустроить в Сибири и Степном крае (киргиз-кайсацкие степи) всех самовольных переселенцев с отводом им казенной земли и с распространением на них правил о пособиях.
   Размер ссуд на семью переселенцев в 1895 г. был доведен до 100 руб. (стоимость нового дома), увеличен размер бесплатного отпуска древесины с казенных складов; переселенцам стали выдаваться земледельческие орудия, позднее открылись и станции проката сельскохозяйственной техники. На железной дороге был установлен тариф на перевозку в размере 0,3 коп. с версты; дети до 10 лет перевозились бесплатно.
   Началось быстрое приготовление участков для переселенцев во всех уездах и округах, которые пересекала новая трасса.
   Крупные землемерные партии Комитета приступили к землеотводным работам, на которые выделялось почти по полмиллиона рублей в год, в 12 раз больше, чем для его образования. Результатом было около 50 тыс. душевых долей в год, чего было достаточно для водворения свыше 100 тыс. взрослых переселенцев обоего пола.
   Казенные земли предоставлялись в общинное или подворное единоличное пользование – поначалу во временное, а потом и бессрочное. А в Томской, Тобольской губерниях и степных областях – сразу в постоянное.[522]
   Причисленные к обществам (общинам) поселенцы имели лучшее положение, чем непричисленные, то есть единоличники. В Енисейской губернии причисленные имели в конце XIX в. в среднем от 3,9 до 4,6 рабочих лошади и от 12,4 до 15,1 десятины запашки, непричисленные – от 1,6 до 2,4 лошади и от 4,1 до 9,1 десятин. Пребывание в общине давало переселенцам дополнительные шансы увеличить свое благосостояние.
   В районах с непривычными для русских почвами (например, акмолинскими лессами) и существенно отличающимся климатом (Туркестанский край) были начаты исследования по изучению почвенных и метеорологических условий с проведением опытных посевов.
   В Западной Сибири приступила к работе гидротехническая экспедиция Министерства земледелия. Она проводила мелиорационные работы в болотистых районах, например в Барабе, устанавливала водосборные и другие ирригационные сооружения в степях. На ее деятельность отпускалось более четверти миллиона рублей каждый год.
   В Акмолинской области обращалось особое внимание на то, чтобы не нарушить земельные права киргиз-кайсаков, отчего осталась без использования масса годных для колонизации земель. Участки для переселенцев создавались лишь после осмотра, съемки и выяснения прав на эту землю туземных жителей.
   В степях тем не менее продолжались нападения на переселенцев со стороны киргиз-кайсацких удальцов, не забросивших набеговые привычки. Вместо улучшения материального положения крестьянин мог получить кочевой аркан на шею.
   Для сравнения: в США и Аргентине земля просто нарезалась на квадраты – и колонисты занимали их по принципу «кто вперед, тот и берет». Живут ли на облюбованном квадрате американские «киргиз-кайсаки», то есть индейцы, ни в какой расчет не принималось, и к моменту поселения колониста их оттуда уже выбрасывали.[523]
   Во французском Алжире происходила масштабная конфискация «необработанной» земли, то есть пастбищ, лугов, залежи и пара, принадлежащих туземным общинам, после чего она выставлялась на продажу.[524] Коренное население лишилось 24 млн га лугов и земель, поросших низким кустарником, что фактически погубило туземное скотоводство. Затем были приняты законы по обязательной приватизации общинной земельной собственности. Праздник для европейских земельных спекулянтов и местных ростовщиков был обрамлен разорением туземцев. Мелкие туземные собственники быстро теряли свои участки, не имея капитала для подъема хозяйства. Не очень ладилась и европейская колонизация, множество земли скопилось в руках крупных землевладельческих акционерных компаний и латифундистов – так называемых «ста сеньоров». Около трети земли, отобранной для французских колонистов, оказалось в руках двух фирм, сдававших ее в аренду все тем же туземцам.[525]
   В итоге население Алжира только с 1830 по 1872 г. сократилось на 875 тыс. человек, с 3 млн до 2 млн 125 тыс.[526]
   Строительство трансконтинентальных железных дорог в США сочеталось с масштабным присвоением индейских земель. С 1867 по 1883 г. были уничтожены около 14 млн бизонов, иногда из туш вырезали только языки, чаще убивали лишь забавы ради. Впрочем, садистический аттракцион имел геноцидальную подоплеку. Для индейцев прерий наступили очень плохие времена – бизоны были их основным продовольственным ресурсом. Поднявшиеся на борьбу сиу были в массе своей истреблены. Уцелевшие депортировались в резервации – учрежденные в том же году, когда началось истребление бизонов…[527]
   В 1896 г. число переселенцев в Сибирь достигло 200 тыс. человек и продолжало держаться на высоком уровне до 1904 г. Число самовольных переселенцев упало с 80–85 % в конце 1880-х гг. до 26 % к началу XX в.
   На 1897 г. льготы для переселенцев в Сибири были следующие – на 3 года отсрочка от воинской повинности и казенных платежей, следующие 3 года вносилась лишь половина платежей. В Амурской и Приморской областях льготы были традиционно выше: трехлетнее освобождение от земских сборов, двадцатилетнее – от казенных платежей, полное освобождение от воинской повинности.
   В 1895 г. самые активные землеотводные работы шли в Тобольской, Томской, Енисейской губерниях и Акмолинской области. За 1895–1896 гг. на ее земли пришло около 68 тыс. крестьян-переселенцев, что было на порядок больше, чем за год-два до этого. По почвенным условиям и водоснабжению привлекательным для переселенцев выглядел Кокчетавский уезд, поэтому сюда поспешили самовольные переселенцы. Комитет Сибирской дороги никогда не действовал ограничительными мерами, поэтому начал усиленно готовить земли и здесь. В 1896 г. случился бум переселений в Иркутской губернии, в 1899 г. – в Семипалатинской области и Уссурийском крае, в 1901 г. – в Амурской области.
   В 1890-х гг. принимались правительственные меры по заселению района Хабаровска, где появилось семь крупных поселений по берегам Амура и в низовьях Уссури. Более 90 % переселенцев использовало морской путь.[528] А в 1897 г. была закончена Уссурийская железная дорога, переключившая на себя поток переселенцев. Уссурийское казачье войско начало пополняться людьми из казачьих войск европейской части страны.
   В 1900 г. в Приморье насчитывалось около 70 тыс. русских. Среди них 60,2 тыс. крестьян, проживавших в 165 селениях, и 7,8 тыс. казаков, обитавших в 43 станицах. Типичным было хозяйство с 2–3 лошадями и 3–4 головами крупного рогатого скота. Нередки были крупные товарные хозяйства с десятками лошадей и голов крупного рогатого скота, обширными фруктовыми садами.[529] Строительство железной дороги содействовало быстрому росту угледобычи, а благодаря ей здесь одна за другой появлялись тепловые электростанции и росли фабрики. Русские занялись в Приморье не только рыболовством, но и добычей трепангов, крабов, креветок и морской капусты.
   1900 г. оказался для Дальнего Востока беспокойным. Китайские войска «восьми знамен» (кочевники) и «зеленого знамени» захватили Восточно-Китайскую железную дорогу (ее постройка, ревностно продвигаемая Витте, сильно замедлила строительство Амурского участка Транссиба). Русские специалисты, обслуживавшие ее, бежали вместе со своими семьями в Харбин, который был также осажден китайцами. Китайские солдаты вместе с хунхузами, собравшись в Сахаляне, на правом берегу Амура, обстреливали Благовещенск. Но Харбин был деблокирован войсками генерала Сахарова, а отряды сибирских стрелков под командованием Сервианова и Ренненкампфа, пройдя на судах по Амуру, разгромили 22 июля китайское скопище, угрожавшее Благовещенску.[530]
   По данным Большой советской энциклопедии, в 1883–1905 гг. в Сибирь, на Дальний Восток и в Среднюю Азию переселилось 1,64 млн человек. Из них около 740 тыс. осело в Томской губернии, 162 тыс. – на Дальнем Востоке, 230 тыс. – в Акмолинской области.
   В начале XX в. были проведены Алтайская, Кулундинская, Тюмень-Омская, Кольчугинская, часть Ачинско-Минусинской железной дороги; эти пути вели на юг – в хлебные и горные районы.
   Количество бюджетных средств, выделявшихся на ссуды переселенцам, постоянно возрастало, достигнув в 1903 г. 12,1 млн руб. Ссуды к этому времени получили 87 % от всех прибывших на сибирские земли.
   Интересную роль играла Сибирь в русском нациестроительстве. В середине XIX в. кяхтинский градоначальник Ребиндер писал, что «сибиряки сохранили во всей чистоте первобытный русский тип и русские начала. Это служит залогом единства русских по сю и по ту сторону Урала».[531]
   Старообрядцы, ненавидевшие власть в центре страны, на сибирском фронтире закладывали основы русской государственности. В 1905–1906 гг. начинается возвращение на родину и переселение на Дальний Восток старообрядцев из Румынии и Австро-Венгрии.
   В Сибири и Степном крае оказались приверженцы общерусской идентичности – не только относительно малочисленные старообрядцы, чьи предки покинули Россию после булавинского бунта двести лет назад, но также малороссы и белорусы.
   Православные переселенцы, вне зависимости от своего этнического и регионального происхождения, в азиатской части России однозначно относили себя к русским и ощущали свою общность со всей страной куда больше, чем на старых местах обитания…
   К началу XX в. в наиболее доступных районах Сибири стали истощаться запасы свободных и непосредственно годных для заселения земель.
   Под «непосредственно годными» подразумевались в первые очереди так называемые мягкие, побывавшие под пашней земли, не требовавшие усилий и затрат на корчевание леса или первую вспашку. Некоторая выпаханность земли считалась более приемлемой, чем проведение тяжелейших работ по ее освоению.
   Почти вся такая земля принадлежала старым крестьянским общинам, казачьим войскам, туземным родам и племенам.
   Новым переселенцам все чаще приходилось приписываться, по приемным приговорам, к обществам старожилов (а те иногда требовали за приписку большие деньги), арендовать землю у казаков и «инородцев».[532]
   Или идти дальше, в тайгу.
   Преобладающие среди переселенцев выходцы из южнорусских и малороссийских губерний были непривычны к корчеванию леса, да и семьи у южан преобладали небольшие, как правило, с одной парой мужских рук. А смело брались за подъем таежных и урманных участков лишь переселенческие семьи и коллективы с большим числом рабочих рук. Тут бедные могли иметь преимущество перед богатыми.
   Земледелие в Сибири таило для переселенцев из европейской части страны немало сюрпризов. Часто колонисты принимали за чернозем кислый торф, или это был плохой чернозем, не держащий влаги или пропитанный солями. Бывало, старожилы обманывали ходоков, расхваливая дурную землю, чтобы приманить новоселов. Старожилы ведь эксплуатировали неудачливых переселенцев, продавая им задорого скот и хлеб или нанимая их батрачить.[533]
   Крестьяне из европейской части России не знали, что некоторые мелкие озера и реки в Сибири промерзают до дна (а значит, нет там рыбы). Что степные озера могут полностью высохнуть, что есть водоемы с горькими и солеными водами. Что майские и августовские заморозки по утрам (так называемые утренники) гораздо сильнее, чем в европейской части, и температуры падают до -5…-6 °C. Что в Амурском и Уссурийском краях травы обманчиво красивы и высоки, но малопитательны для скота. Стало сюрпризом для многих, что озимые в Сибири вымерзают, а гнус замучивает скотину до смерти.
   С января 1906 г. комитет Сибирской железной дороги перестает заниматься колонизацией и сходит со сцены.
   После реформы, связанной с именем Столыпина и начатой указом от 9 ноября 1906 г., выход крестьянина из общины вместе с наделом не был уже никак стеснен. Подоспела и общая отмена выкупных платежей, которые раньше часто служили препятствием для переселения. Закон предоставлял право «укрепления» душевого надела в частную собственность, с уплатой за излишки сверх нормы по выкупной цене 1861 г. Крестьянин имел право требовать выделения всех своих участков земли к «одному месту» в виде отруба или хутора, то есть с отселением.
   Согласно новым «Правилам о переселении на казенные земли» от 1906 г., организованные переселенцы получали вознаграждение за наделы, оставленные ими в местах прежнего проживания, если то были селения с общинным землевладением.
   Со столыпинским указом общину покинули отнюдь не самые зажиточные, а те, кому терять было нечего.[534]
   С 1907 по 1914 г. в Сибирь переселилось свыше 2,5 млн человек. Вместе с переселенцами в Степной край и Туркестан это число составило 3,1 млн человек. За первые 12 лет XX в. валовые сборы зерна в Сибири увеличились с 200 до 350 млн пудов, до 30 % шло на рынок. На 1917 г., при населении в 7 % от общероссийского, Сибирь давала шестую часть хлеба и 13 % горного производства.[535]
   Основную массу переселенцев в Сибирь во время столыпинской реформы дали Центрально-Черноземный, Малороссийский, Новороссийский, Белорусский, Волжский и Юго-Западный районы – около 92 %.
   В 1911 г. около трети переселенцев почти не имели средств. 60 % переселенцев располагали не более 50 руб.[536] Это показывает, что новый миграционный скачок затронул более всего бедняков.
   Бедой нового переселенческого бума, простимулированного столыпинской реформой, была нехватка удобных земель в Сибири.
   Традиционное землепашество оказалось возможным на 10 % сибирской территории, так что при всех ее размерах ее земельный фонд оказался в 4 раза меньше, чем в европейской части России.[537]
Чтение онлайн



1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 [37] 38 39 40 41

Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация