А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Искусство тайцзи-цюань как метод самообороны, укрепления здоровья и продления жизни" (страница 1)

   Искусство тайцзи-цюань как метод самообороны, укрепления здоровья и продления жизни
   Перевод и составление В. Ф. Дернова-Пегарева

   Введение

   В сравнении с классической литературой Китая, представленной в России и странах Запада довольно неплохо, роль воинских искусств в развитии китайской цивилизации освещена значительно более поверхностно, хотя характеризующий их идеал безусловно заслуживает нашего внимания: «равновесие между мирскими доблестями (вэнь) и доблестями воинскими» (у). В основу настоящего анализа вышеназванной проблемы положены работы таких видных исследователей традиционной культуры Китая, как доктор синологии Института фундаментальных исследований Китая, Коллеж де Франс, Катрин Деспье и кандидат исторических наук, востоковед-китаист, профессор Российской академии естественных наук (РАЕН) по отделению военной истории и теории Андрей Олегович Милянюк[1].
   Людям, интересующимся рассматриваемой проблемой, хорошо известно общепринятое деление школ китайских воинских искусств на внешние и внутренние, основанное, главным образом, на различии в методах, положеных в основу соответствующего воспитания, которые могут быть соответственно определены, в самом общем виде, как «физические» и «духовные», хотя, разумеется, подобное деление весьма и весьма условно.
   В самом деле, несмотря на то что являющееся предметом настоящего анализа искусство тайцзи-цюань несомненно представляет собой метод ведения рукопашного боя, относимый в китайском обществе к разряду боевых искусств (у шу), следует сразу же подчеркнуть, что связанные с иероглифом у понятия характеризовались в древности гораздо более широким объемом, нежели непосредственно относящимся к воинскому искусству. В частности, оно включало все относящееся к области ратных дел, включая и подготовительные мероприятия. Во всяком случае, именно в этом смысле он использован в тексте Ежегодника князя Ху «Цюй цюань: „Ты руководишь армией и организуешь все военные приготовления“. Наряду с этим «у» могло означать присущую человеку силу, воинскую доблесть и искусство ведения боя. Так, в «Ши цзин» Чжэн Фэн дает следующую характеристику: «Это человек великой доблести и силы». Но постепенно у стало обозначать метод ведения боя или воинское искусство. Например, характеризуя достоинство воина или героя, в Китае часто говорят: «Он владеет высоким и мощным искусством боя». Часто также принято говорить о владении «18 видами оружия воинского искусства».
   Идеалом использования воинской силы в Китае было не нападение, но защита и восстановление «великого спокойствия» (тай пин) на территории империи.
   Согласно мнению К. Деспье, тема «великого спокойствия» была в китайской истории тем идеалом, который пытались осуществить самые различные коалиции, тайные общества и отдельные индивидуумы, объявлявшие себя защитниками справедливости. Вот почему, наряду с императорским войском, в Китае всегда существовали герои-одиночки, стремящиеся к претворению справедливости (шан и) и готовые принести себя в жертву, если она нарушалась императорской властью. Одна из народных поговорок описывает этих героев так: «Повстречавшись с несправедливостью, они выхватывали мечи, приходя на помощь (пострадавшим)».
   Подобные рыцарские деяния вызывали восхищение и высоко оценивались в народной среде. Народная литература включает в себя множество историй о героях, которым многие старались подражать. В качестве примеров можно привести «Берега (большой) воды» (Шуйху цюань) и «Речные заводи» – знаменитый роман времен минской династии (1348—1644), описывающие подвиги восстанавливающих справедливость бродячих рыцарей и прекрасно передающие положение крестьянства того времени. Не менее известен роман «Троецарствие» (Саньго янь и), рассказывающий о подвигах Чжан Фея, Лю Бэя и Гуань Юя, ставшего позднее «покровителем деревень». Подобная литература «плаща и кинжала» (уся сяошо) получила особое развитие во времена циньской династии (1644—1912), причем выведенные там герои часто обладали прямо-таки сверхчеловеческими способностями. Позднее все эти героические истории послужили материалом для китайского театра.
   Естественно, что эти отважные рыцари, не медлившие вступать в схватку с представителями правительственных войск, всегда вызывали у последнего известные опасения, поскольку частенько смена династий происходила не без их активного участия. Так, Сы-ма Цянь описывает в «Исторических записках» (Щи цзи) две серии биографий подобных героев: «Биографии разбойников» и «Биографии бродячих рыцарей». Причем второй из этих серий он предпосылает следующие слова Хань Фэй-цзы: «Конфуцианцы искажают своими писаниями идею закона, а бродячие рыцари используют свою силу для нарушения запретов; и те, и другие равно достойны порицания».
   Будучи придворным историком, Сы-ма Цянь не имел, разумеется, возможности высказываться по этому вопросу откровенно, однако, судя по данному высказыванию, в глубине души он восхищался этими «преследуемыми официальными властями борцами за справедливость». В «Биографиях бродячих рыцарей» Сы-ма Цянь разделяет последних на три социальные группы: «рыцари-плебеи, рыцари-крестьяне и рыцари-горожане». Однако из источников того времени невозможно понять, представляли ли подобные бродячие рыцари какую-то обособленную социальную группу или нет (1). В самом деле, в соответствующем народном фольклоре довольно редко содержатся сведения как о социальном происхождении образующих подобные формирования людей, так и о том, кто обучал этих рыцарей воинскому искусству. Впрочем, можно говорить почти наверняка, что большая их часть вышла из наименее обеспеченных слоев народа.
   Это положение мало изменилось и с обособлением в XIX в. тайцзи-цюань в качестве специфической дисциплины. Вот почему значительное число учителей не умели ни читать, ни писать.
   Само название этой дисциплины происходит от слов «тайцзи», или «Великий Предел» (что символизирует союз двух взаимопорождающих и взаимоподцерживающих сил, или принципов, китайской космогонии), и «цзи», или «кулак». Таким образом, его можно перевести как «кулак, или бокс, тайцзи», что вполне оправдано существованием таких терминов, как «меч тайцзи» (тайцзи цзянъ) и «сабля тайцзи» (тайцзи дао). Вот почему мы сочли возможным иногда употреблять по ходу изложения такие понятия, как «бокс» и «учителя бокса», несмотря на то что в самом тай-цзи-цюань кулак используется достаточно редко и правильнее было бы говорить о соответствующей технике рукопашного боя. Кроме того, объем китайского слова «цюань» значительно превышает европейское понятие бокса. Вот почему мы предпочитали чаще всего использовать китайский термин «тайцзи-цюань».
   В пользу подобной практики говорит и тот факт, что в настоящее время как на Западе, так и в Китае искусство тайцзи-цюань известно в нескольких разных ипостасях:
   1) в качестве духовной психосоматической дисциплины,
   2) в качестве метода боевого искусства и 3) в качестве оздоровительной дисциплины.
   Авторы двух вышеупомянутых монографий опираются в своих исследованиях как на различные письменные источники, изданные в основном в Китае, так и на некоторые устные сообщения (весьма ценные для понимания некоторых технических терминов), полученные ими от различных учителей, хотя следует признать наличие острого недостатка письменных документов по этому вопросу. Проблема в том, что, несмотря на появление в последнее время множества руководств по этому вопросу, большая их часть представляет простые «перепевы» немногих текстов, ибо руководства, написанные подлинно великими учителями этого искусства, крайне редки и датируются исключительно прошлым столетием. Этот недостаток письменных источников скорее всего объясняется тем, что грамотные люди испытывали известное презрение к занятиям низших сословий народа, тогда как последние (чаще всего и занимавшиеся воинскими искусствами) часто просто не обладали достаточной грамотностью. Во всяком случае, известные нам первые попытки учителей тайцзицюань записать свои знания и опыт относятся лишь к концу XIX – началу XX в. Другой возможной причиной столь печального положения вещей является острое соперничество, развитое между представителями различных школ, ибо вышеупомянутое искусство передавалось обычно лишь от отца к сыну, или, в крайнем случае, в пределах весьма замкнутых сообществ. Причем, в целях сохранения тайны, сама передача учения, как правило, была устной. Пожалуй, единственным исключением из этого правила является Ян Лy-чан, учитель тайцзи-цюань, прислуживавший в семье Чэнь и овладевший искусством подглядывания за занятиями ее членов.
   Что же касается вопроса об истоках искусства тайцзицюань, завоевавшего в последнее время широкую известность во всем мире, то здесь следует отметить, что он вызывает в обширной среде его почитателей множество споров. Как сказал в личной беседе с А. О. Милянюком ведущий историк в области ушу, директор главного архива Пекинской академии ушу профессор Кан Гэу, «...трудно сказать, чего больше, света или лишь путаницы внесли в этот вопрос такие популяризаторы ушу и тайцзи-цюань, как, например, Тан Хо (см. его книгу “Кулачное искусство Великого Предела”) и его сподвижники. Ибо, владея всего лишь минимальным количеством первоисточников и полагаясь часто исключительно на собственные догадки, они создали целый ряд весьма сомнительных схем развития различных направлений ушу, широко распространившихся, к сожалению, не только в самом Китае, но и за его пределами». По словам Кан Гэу, настало время более серьезного подхода к исследованию проблемы возникновения и развития ушу, с тщательным пересмотром всех сделанных ранее сомнительных заключений, включая сюда, разумеется, и проблему возникновения тайцзи-цюань.
   Впрочем, как отмечает А. О. Милянюк, споры о происхождении тайцзи-цюань стали вестись сравнительно недавно, причем возникали они не столько между патриархами различных школ, сколько между их последователями, начавшими вести борьбу за сферы влияния в соответствующей области. В результате подобной борьбы сформировались два лагеря, один из которых был представлен поклонниками тайцзи-цюань стиля Чэнь, а другой – представителями всех остальных стилей, чаще всего связанных с уданской традицией. Мы попытаемся провести предварительный анализ имеющихся в нашем распоряжении фактов, предоставив читателям возможность самим оценить степень их убедительности.
Чтение онлайн



[1] 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26

Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация