А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Закрытая школа. Начало" (страница 25)

   Глава 28. Хорошие люди

   На лестнице сидели Надя и Алиса, обе увлеченно обсуждали что-то, склонив друг к другу головы.
   – Секретничаете? – спросила их Маша и подмигнула девочкам.
   – Максим сказал, что все люди плохие, – подняла на нее глаза Надя Авдеева. – А я сказала, что хорошие тоже есть. А он сказал, что таких не знает. И я написала список хороших людей.
   – По алфавиту! – вставила Алиса.
   – Вот посмотри, – Надя протянула ей тетрадку. – Тут есть ты, Виктор Николаевич, Андрюша, Анна Михайловна, Галина Васильевна и Гномик.
   – И я! – снова добавила Алиса.
   – Только… – Надя выглядела немного растерянной. – Только я не знаю, можно ли писать тех, кто умер. Мои мама и папа были очень, очень хорошими.
   Маша улыбнулась, погладила обеих девочек по макушкам:
   – Конечно, пиши.

   В это самое время Андрей смотрел на экран ноутбука и никак не мог поверить своим глазам. Сто тридцать два рубля и семнадцать копеек – все, что осталось на счете его родителей. Кажется, у него появился к опекуну серьезный вопрос.
   * * *
   Она стояла, прислонившись лбом к холодному стеклу. Пустой гроб… Близнецы… Лена тихо застонала. А что, если у нее родятся больные дети?..
   – Лена, ты в порядке? – послышался голос Павла.
   Она повернулась к нему и кивнула, стараясь не смотреть в глаза.
   – Да, все нормально…
   Он подошел совсем близко, обнял сильными руками.
   – Не ври мне. Я тебя слишком хорошо знаю. Что-то случилось.
   С Павлом, а не с Виктором Лена могла дать себе волю. Виктор – слишком умный, слишком хороший, слишком правильный… Он может не понять, Павел поймет все.
   – Паш… У меня был брат-близнец, – решилась она. – Я узнала об этом совсем недавно, отец скрывал от меня. Похоже, что мальчик родился… с проблемами.
   – С какими проблемами? – Павел взял ее лицо в свои ладони, согревая замерзшую щеку теплом своего дыхания.
   – Я не знаю и даже не уверена, что хочу знать, – заговорила Крылова быстро. – Я просто очень боюсь… боюсь за своих детей.
   Павел прижал женщину к себе, оберегая, успокаивая.
   Лене и вправду стало спокойней и легче.
   – У тебя будут прекрасные дети, вот увидишь, – пообещал он и нагнулся, ласково касаясь ее губ своими губами.
   Она ответила на поцелуй, но потом, опомнившись, поспешно отстранилась, коря себя за слабость. Павел – простой, крепкий, надежный… как не искать у него защиты?..
   – Паша, не надо, мы не должны… – прошептала она, избегая взгляда преданных глаз.
   – Я знаю. Прости меня, – отозвался он так же тихо.
   * * *
   В учительской было пусто.
   – Идем, – махнула Юле Вика.
   Девушки бесшумно проскользнули внутрь и устремились к шкафу, где хранилась документация.
   Среди толстых папок обнаружилась и нужная: «Личные дела». Быстро пролистав бумаги, девушки отыскали личное дело Каверина.
   – В какой школе училась твоя Кристина? – спросила Юля, просматривая убористый текст.
   – Двадцать два – одиннадцать, – отозвалась Вика.
   – И пропала в 2009 году?
   – Да, зимой.
   – Забавно, – Самойлова хмыкнула. – Наш Кубик-Рубик как раз работал там преподом с 2009-го по 2010-й.
   Вика ахнула.
   – Значит, Каверин вел у нее уроки! – прошептала она, побледнев.
   – Выживания, – Юля захлопнула папку, – но бедная девочка плохо училась.
   – Не смешно, – отрезала Вика. – Ладно, пойдем отсюда, пока нас никто не засек.
   И девушки, по возможности уничтожив следы своего пребывания, выбежали из учительской, так и не заметив, что все это время за ними кто-то наблюдал.

   Когда новоявленные сыщицы скрылись, Каверин вышел из соседней с учительской комнаты и, подойдя к большому массивному столу, изо всей силы стукнул по нему кулаком.
   * * *
   После того, как нашелся внук Галины Васильевны, Маша освободила комнату, которую занимала напополам с завхозом, – пускай бабушка и внук побудут вместе.
   К счастью, у нее был надежный вариант ночевки.
   – Так и знал, что наступит день, когда ты сама упадешь в мои объятия, – приветствовал ее Володя, увидев на пороге своей комнаты с постельным бельем в руках.
   – Возможно, – Маша улыбнулась, – но не сегодня. Сейчас мне просто спать негде. Галина Васильевна поселила у меня своего внука.
   – Бесподобная женщина! – Володя прижал руку к груди там, где, по его предположениям, находилось сердце. – Подарю ей завтра букет цветов… Ну, проходи.
   – Наконец-то! А я думала, так и станем любезничать на пороге! – Маша прошла в комнату и принялась деловито расстилать постель на полу.
   – Что это ты творишь? – не выдержал Володя. – Неужели собираешься спать на полу?!
   – Нет, – успокоила его Маша, – на полу будешь спать ты.
   – Но почему?!
   Маша встряхнула подушку и посмотрела на Володю. На этот раз взгляд ее был абсолютно серьезен.
   – Не люблю парней с пистолетами. Я их боюсь, – тихо сказала она. – И ты так и не рассказал мне, кто ты, за что тебя хотят убить.
   – Маша!.. – Володя вздохнул и сел на кровать. – Я не говорю для твоего же блага. Чем меньше ты обо мне знаешь, тем лучше. Разве недостаточно, что я с первого дня на тебя запал?
   – Недостаточно, – она отвернулась и расправила складку на одеяле.
   * * *
   – Ну и куда ты дела фотографию?! – Вика налетела на Юлю словно вихрь. – Отдай сейчас же!
   Самойлова, как всегда манерно, пожала худеньким плечиком:
   – Нет у меня никакой фотографии.
   – Не ври!
   – Хочешь, мамой поклянусь? – Юля подняла к потолку голубые глаза. – Хотя она та еще стерва…
   Вика вздохнула, чувствуя, что соседка не врет, и в бессилии опустилась на свою кровать.
   – Фотография была у меня в тумбочке, но пропала… – тихо пожаловалась она. – Наверное, кто-то взял.
   – Стопудово сам герой-любовничек, – заверила Юля.
   – Каверин?
   Вот теперь Вика действительно испугалась.
   – Да не трусь. По-моему, забавно. Я в игре! – Самойлова мельком взглянула в зеркало и послала сама себе воздушный поцелуй.
   * * *
   Регистрация в социальных сетях дала результаты. В ящике лежало первое письмо от какого-то Владимира Благова.
   – Надо проверить айпишник компа, с которого нам написали. На всякий случай. Я, например, уже никому не верю, – сказала Вика, и собравшиеся вокруг нее ребята кивнули.
   Они были здесь все, кроме Андрея. К Авдееву как раз приехал адвокат. Даша знала, что Андрей хочет уехать из школы и сменить опекуна, обокравшего его и Надю. Все это было очень странно. Самой Даше не верилось, что Виктор Николаевич способен на низкий поступок, однако факты – страшная вещь, что с ними поделать?.. В любом случае решение целиком принадлежало Андрею, как бы она ни хотела, чтобы он остался в школе.
   Даша тихо вздохнула и поймала на себе изучающий взгляд Максима.
   Хорошо хоть, что он перестал обижаться и вновь в команде.
   – Есть! – с азартом воскликнула Вика, оборачиваясь к друзьям. – Какой-то московский сервер. Вот адрес: Новоостаповская улица, дом пять, строение три. Это офис… А, вот и ссылка на их сайт. Юридическая контора «Панин и партнеры».
   – Не может быть! – Даша взволнованно подалась к подруге. – Панин – адвокат семьи Авдеевых. Неужели он замешан в этом деле, но тогда…
   – Тогда Авдеевы оказались здесь не случайно, – хмуро закончил Макс.
   Ребята переглянулись.
   И тут Даша вдруг осознала, что именно сейчас, в эту самую минуту, Андрей собирается отказаться от защиты опекуна и целиком попадает в руки к этому самому мутному Панину.
   – Я должна его остановить! – крикнула Даша уже на бегу.

   Панин протянул Андрею ручку.
   – Теперь ты должен подписать заявление, – сказал он, сдержанно улыбаясь.
   – Да, – Авдеев взял ручку и уже занес руку над бумагой, когда дверь вдруг распахнулась.
   – Простите! – в кабинет заглянула Даша. Щеки немного порозовели, а волосы растрепались, словно она бежала. – Андрей, можно тебя?
   – Я сейчас не могу… – он с досадой посмотрел на Дашу.
   – Это очень срочно! – настаивала она.
   Если симпатичная девушка что-то хочет, легче сделать то, о чем она просит, чем объясняться потом, убеждая, что ты – не бесчувственный кретин.
   – Извините, – немного виноватым тоном сказал Андрей адвокату. На Полякова парень даже не смотрел.
   Панин понимающе кивнул, и Авдеев вышел из кабинета вслед за Дашей.
   – Ну и что случилось?
   – Ничего не подписывай! – горячим шепотом проговорила девушка. – Ваш юрист тебе врет! Он каким-то образом замешан в том, что здесь происходит!
   – С чего ты взяла? – удивился Андрей.
   Даша объяснила, и Андрей нахмурился: похоже, положение еще хуже, чем он предполагал.

   Панин уехал в недоумении, на его лице читалось то, что он думает о капризном клиенте, заставляющем сорваться с места и ехать за сотню километров от Москвы, а затем вдруг меняющем свое решение. Но Андрей вздохнул с облегчением.
   Когда они с Виктором Николаевичем остались в кабинете одни, то какое-то время молча стояли друг напротив друга.
   – Надя составила список самых хороших в мире людей. Вы там есть, поздравляю, – наконец хрипло произнес Андрей.
   Поляков нахмурился.
   – Если ты считаешь, что я вор, то почему не подписал документы?
   Андрей невесело усмехнулся.
   – Потому что мой юрист еще хуже, чем вы… Но вы… Только у вас был доступ к этому счету, и на нем сто тридцать два рубля. Что я, по-вашему, должен думать?
   – Ты мог бы поговорить со мной, прежде чем куда-то звонить… Андрей, твой отец был банкротом… Он…
   – Не надо мне мозги полоскать, – прервал опекуна Авдеев, – у отца куча денег. Три компании, квартира, две машины.
   – И долги, Андрей, много долгов. На их оплату ушли все деньги. Кризис подкосил бизнес твоих родителей. Скорее всего они не говорили тебе, чтобы не расстраивать. Если нужно, я покажу документы.
   – Не нужно, – Авдеев сел и опустил голову на скрещенные руки. Мир уже в который раз рассыпался, как выложенная из пазлов картинка. – Постойте, но кто тогда платит за нашу учебу?.. – опомнился он.
   Поляков улыбнулся, и Андрей понял, что был-таки полным, законченным кретином.

   Глава 29. Письмо к Богу

   Среди бумаг, хранящихся в сейфе Савельича, обнаружилась небольшая катушка с кинопленкой, а еще – медицинские карты якобы погибших воспитанниц детского дома. Интересно, зачем их бережно хранили все это время?
   Этот вопрос, впрочем, не требовал незамедлительного ответа: важнее было узнать, что на пленке. К счастью, на чердаке среди прочего хлама хранился старый кинопроектор.
   Ребята собрались вокруг него и включили запись. На белой простыне, висевшей на стене, заскользили страшные кадры. Шла какая-то операция. Оперировали девочку – одну из тех, чью фотографию они видели в конверте. Кажется, ее звали Света Остапенко. Хуже всего, что девочка находилась в сознании и смотрела в объектив широко раскрытыми глазами.
   Камера отъехала, и стало видно, что на соседнем столе тоже кто-то лежит. Еще одна девочка… и еще…
   – Надя! – закричал вдруг Андрей, бросаясь к экрану.
   – Это не Надя, – ухватила его за руку Даша, – это Ира Исаева!
   На экране маленькая Ира с ужасом смотрела на лоток, в котором лежали какие-то вырезанные органы.
   – Боже мой! Не могу больше смотреть на это! – проговорила Вика, зажимая руками рот. – Какой ужас. Но зачем все это?
   – Да, знать бы, что творилось в этом чертовом детдоме, – вздохнул Андрей.
   – Похоже, бесчеловечные опыты, – Макс задумчиво присел на корточки и закурил.
   Чем дальше они копали, тем больше страшных и мерзких подробностей. Да, тут не до шуток.
   – Ладно, – Ромка вынул докрутившуюся пленку из кинопроектора. – Редкая мерзость. Но пойдемте, у нас физра, и лучше не отсвечивать – мы и так вызываем подозрения.
   Ребята кивнули и поспешили вниз.

   Сегодня физкультура проходила на лыжах. Павел Петрович заставил их сделать большой круг по лесу, что было, в общем, даже неплохо, поскольку после увиденных ужасов хотелось отдышаться, хоть немного прийти в себя, а свежий морозный воздух и умеренная физическая нагрузка как раз способствовали этому лучшим образом.
   Когда ребята возвращались в школу, у ворот обнаружилось множество машин, среди которых оказались фургончики нескольких центральных телекомпаний.
   Журналисты всей толпой набросились на недоумевающую Дашу.
   – Дарья! Пожалуйста! Всего один вопрос! – слышалось со всех сторон.
   – Я? Почему я? – удивилась Старкова.
   – Как вы можете прокомментировать случившееся с вашей матерью? – спросил ближайший к ней бородатый дядечка, и Даша оперлась на лыжи, чтобы не упасть.
   – Мама… Что с ней?
   – У Светланы Старковой инфаркт. Сегодня утром ее привезли в институт Склифосовского… – проговорила какая-то журналистка.
   Даша покачнулась и стала медленно оседать на землю.
   * * *
   – Галина Васильевна, это вам! – Наденька протянула листок, на котором большая фигурка держит за руки две маленькие.
   – Это вы, я и Надя, – пояснила Алиса.
   – О, спасибо! – завхоз улыбнулась. – Красота – страшная сила. Повешу у себя в комнате.
   – Вам правда нравится? – уточнила Алиса.
   – Еще бы! – заверила Галина Васильевна.
   – И вы больше не будете грустить, что ваша дочка умерла? – спросила Наденька.
   Завхоз покачала головой, и девочкам показалось, что глаза ее странно заблестели.
   – Я всегда буду грустить по ней… Но вы сделали мне замечательный подарок, и мне стало чуточку легче.
   Алиса шагнула к женщине и прижалась к ней.
   – Если вы сильно по ней заскучаете, можете поцеловать меня или Надю, – щедро предложила она.
   – Точно! – обрадовалась Наденька. – Мы будем вашими дочками!
   Галина Васильевна погладила девочек по голове.
   – Я сейчас вернусь. Только повешу рисунок… – завхоз ушла. Слишком быстро, словно пристроить рисунок было делом чрезвычайной важности. Ни Наде, ни Алисе и в голову не приходило, что «железная» леди может плакать.
   В хозяйственном закутке на кухне остались только девочки и внук Галины Васильевны Денис, который все это время с мрачным видом разглядывал комиксы про зомби.
   – Ты тоже не грусти, – подошла к мальчику Надя, – твои мама и папа сейчас на небе, на звездочке, вместе с моими.
   – Звезды – это раскаленные шары, – хмуро пояснил Денис, даже не взглянув на девочку. – На них нельзя жить. И неба никакого нет – есть только космос, пустота.
   – А где же тогда живет Бог? – не поверила Алиса.
   – Нигде, – отрезал Денис. – Нет никакого Бога!
   – Не слушай его, Надя! – испуганно закричала Алиса. – Конечно, Бог есть, это все знают! Он очень хороший, он может все-все-все!..
   – Нет никакого Бога! – повторил Денис. – Вот кто его видел?!
   * * *
   Он попался по глупости. Слишком понадеялся на стягивающую руки пленника веревку, и вот пожалуйста – сам оказался в таком же положении.
   Лже-связной, или связной – черт их разберет, – умудрился освободиться, напал на вошедшего в сарай Володю, связал его и погрузил в багажник своей машины. Они долго ехали куда-то по плохой колдобистой дороге (Володя пересчитал все кочки собственными боками), затем прибыли в какое-то место, где навстречу вышел… Князь.
   «Вот черт, – удивился Володя, – выходит, этот связной-то не врал!»
   – Что, Илья, ты провалил все дело, – укоризненно покачал головой тот, кто давал Илье Шевцову задание внедриться в школу. – И выходит, выбываешь из игры…
   – Постойте, – поспешно остановил его Володя. – Я уже кое-что нашел, я на верном пути и обещаю исправиться.
   Князь и новый связной переглянулись.
   – Я обнаружил сейф, мне осталось совсем чуть-чуть, – вдохновенно привирал Володя.
   – Ну что же, – согласился наконец Князь, – простим тебя на первый раз, но помни, времени у тебя в обрез!..
   * * *
   Даша лежала на кровати. Слез уже не было. Бедная мама! Ей так плохо, тем более вокруг ее имени поднялась шумиха, словно каждый из журналистов задался целью выплеснуть как можно больше грязи на Светлану Старкову.
   Кто-то сел рядом, осторожно дотронулся до плеча девушки.
   Даша подняла голову – Максим.
   – Маме так плохо… – проговорила девушка и, сев на кровати, прижалась к надежному плечу Макса.
   Он бережно обнял ее, утешая.
   – Твоя мама скоро поправится, и ты забудешь это, как страшный сон… Не бойся…
   – Макс… – Даша виновато отстранилась. – Я такая дрянь… Когда ты мне нужен – ты всегда рядом. А я веду себя как последняя… Макс, прости меня!
   – Нет, ничего. Ты все равно самая лучшая, – он поцеловал ее в затылок, невидящим взглядом глядя куда-то вдаль.

   Когда Даша успокоилась и заснула, Макс вышел из комнаты девочек и решительно направился в сторону кухни. Ему повезло, Маша была одна. С кем поговорить, если не с ней?.. Она ведь не раз давала ему понять, что с радостью поможет, к тому же из-за того случая с побегом уборщица несколько ему задолжала.
   – Мне требуется твоя помощь, – с ходу начал он. Она удивленно подняла брови, приготовившись слушать. – Нужно съездить к отцу в тюрьму.
   – Зачем? – Маша отложила губку и внимательно посмотрела на парня.
   – Поговорить надо, – хмуро бросил он.
   – Нет, вам не нужно встречаться, – поспешно покачала головой Мария.
   Он махнул рукой.
   – Ну вот, я так и знал. Ты целыми днями таскаешься за мной, пристаешь со своей помощью. А когда она реально нужна, ты меня кидаешь. Ладно, без тебя справлюсь.
   Морозов отвернулся, собираясь уходить.
   – Постой! – окликнула она. – Я помогу тебе… только расскажи, зачем тебе это нужно.
   Макс поколебался, впрочем, недолго.
   – Сегодня утром я получил письмо. От своей двоюродной сестры. Она говорила мне, что я не родной ребенок Морозова, и вот прислала доказательство. Посмотри, по этой бумаге я умер шестнадцать лет назад. В общем, мне нужно узнать правду. Я просто хочу знать, кто я такой. И кто, черт возьми, мои настоящие родители?.. Только мой отец… или кто он там… В общем, только этот урод может рассказать мне правду. Так ты поможешь или нет?
   – Я… – Маша в замешательстве замолчала.
   – Понятно, – холодно сказал Макс и вышел из кухни.
   * * *
   – Денис! – Надины глаза сияли. – Виктор Николаевич сказал, что то, что мы не видим, тоже существует! Например, воздух. Ну и Баба-яга… великаны… Гномы… драконы… феи.
   – Сказки, – мотнул головой мальчишка. – Нет ни эльфов. Ни хоббитов. Ни зубной феи.
   – А вот и есть! – обрадовалась Надя. – Зубная фея есть! Ее даже можно увидеть. И я знаю, где она прячет свои подарки. Хочешь, покажу?
   Денис кивнул.
   Девочка привела его к двери в кладовку, отодвинула засов.
   – Вот, посмотри, здесь полно подарков. У тебя же выпадал зуб? Хочешь, возьми любой.
   Денис взял одну из коробок. Сверху к ней был прикреплен конверт, надписанный «Денису». В конверте лежала открытка: «Моему любимому внуку Денису на двенадцатилетие. Бабушка».
   – Так-так, что это здесь творится? – послышался от двери строгий голос.
   На пороге стояла Галина Васильевна.
   – Денис не верил в зубную фею, и я привела его сюда, – сказала Наденька, подойдя к завхозу, и, понизив голос, добавила: – Я не выдала то, что зубная фея – это вы.
   – Умница, – женщина потрепала Надю по голове, – а теперь иди, Алиса ищет тебя по всей школе.
   Надя убежала, и Галина Васильевна перевела внимательный взгляд на внука.
   – Что это такое? – спросил тот, кивнув на коробки.
   – Подарки. Тебе и Оленьке. Твоя мама всегда их возвращала, но я все равно продолжала посылать.
   – Можно я возьму? – спросил Денис, кивнув на коробку, которую держал в руках.
   – Конечно, это ведь твое, – тепло улыбнулась Галина Васильевна.
   * * *
   Максим прав: лучше все решить сейчас. Маша подхватила свой голубой пуховик и решительно направилась к комнате мальчиков.
   – Одевайся, – сказала она лежащему на кровати Максу, – едем.
   – Не надо, – вяло отозвался он. – Я передумал.
   – Но почему? – она села к нему на кровать. – Я понимаю, тебе тяжело и страшно… Но рано или поздно придется это сделать…
   Макс поднял на нее взгляд.
   – У тебя новая должность – уборщица-психолог? Чистишь унитазы и мозги? – иронично поинтересовался он.
   – Я просто хочу тебе помочь. Ты же хотел узнать об этом свидетельстве о смерти…
   – Уже знаю, – он отвернулся к стене. – Созвонился с двоюродной сестрой. Она еще кое-что порассказала.
   – И что же? – осторожно спросила Маша.
   – Отец купил меня. Купил, как собачку, когда их ребенок умер. Узнав об этом, его жена покончила с собой. Но знаешь, кого я больше всех в этой истории ненавижу? – Макс поднялся на локте. – Тех, кто меня продал. Какие-то наркоманы, которым не хватало денег на дозу. Ненавижу! Всех ненавижу!
   Маша замерла. В груди глухо кололо.
   – Послушай, Максим, может, все было не так?.. Может, имелась какая-то причина?.. – робко произнесла она.
   – Пусть подавятся своими причинами! – отрезал Морозов. – Какая мать могла продать своего ребенка? Она – последняя тварь! Недочеловек! Мерзкая гнида!
   Он одним рывком поднялся и, не в силах совладать с чувствами, стремительно вышел из комнаты.
Чтение онлайн



1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 [25] 26 27 28 29 30

Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация