А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Не смотри ей в глаза" (страница 19)

   5

   – Достал уже этот холод! И достал этот город! – Стас посмотрел на проносящиеся мимо освещенные витрины и неоновые огни, поежился и отвернулся от окна. – Хочу на юг, – мрачно добавил он.
   Толя Волохов управлял машиной спокойно и умело. Маша считала, что он водитель от бога, но Стас с этим был не согласен и не раз говорил, что Волохову надо управлять танком или слоном, поскольку легковой автомобиль – не его калибр.
   Однако сейчас Данилов ничего такого не говорил. Он был хмур и за последние полчаса не отпустил ни одной шутки.
   – Значит, этот Лайков – гениальный ученый на службе у злых сил, – констатировал Стас, не глядя на Машу.
   – Был когда-то, – сказала она. – Еще в советские времена. А теперь он бизнесмен.
   Стас покосился на Машу и уточнил:
   – Крутой?
   – Смотря что считать крутостью, – резонно сказала она. – Его «Крио-Центр» – единственная в стране крионическая компания. Полный пакет услуг включает в себя «подготовку к нейросохранению», «длительное криосохранение» и «попытку в будущем реанимировать пациента». Цена пакета – десять тысяч американских долларов. Но это – если ты захочешь сохранить только свой мозг. Если захочешь, чтобы тебя заморозили целиком, тебе придется выложить тридцать тысяч долларов.
   Стас присвистнул.
   – С моей зарплатой я накоплю деньги на заморозку только тогда, когда других уже начнут размораживать, – иронично заметил он. – А вообще, есть в этом что-то поганое. Как будто котлету в морозилку кладут, чтобы долежала до конца недели.
   Стас несколько секунд молчал, а затем заговорил снова:
   – Кстати, возможно, в самое ближайшее время нам понадобятся услуги доктора Лайкова.
   – С чего вдруг? – пробасил Волохов, не отводя взгляда от дороги.
   – С того. Если Старик узнает, что мы продолжаем копаться в этом деле, он разрежет нас на части своей расческой для усов. Или выковыряет нам мозги своим чешским карандашом.
   – Если бы Старик был против, мы бы сейчас сидели в конторе и пили чай с баранками, – возразила Маша.
   – Хочешь сказать, что мы действуем с его молчаливого согласия?
   – Да, Стасис, именно так мы и действуем. У полковника есть причины не любить этих парней.
   Данилов покачал головой:
   – Что-то я не разглядел на его лице ненависти, когда он с ними беседовал.
   – Да ну? А ты когда-нибудь видел на его лице какое-нибудь выражение, кроме вежливого участия? Хотя бы раз?
   Стас подумал и усмехнулся:
   – Да, ты права. Что-то на меня затмение нашло. Должно быть, текка-маки в «Восточном дворике» были несвежие, или пельмени с креветками варили не четыре минуты, а три.
   – Это так принципиально?
   – Для меня – да.
   Маша улыбнулась:
   – А я думала, ты буддист.
   – Именно поэтому и принципиально. Кстати, что мы будем делать, если Лайков откажется с нами беседовать?
   – Попробуем спровоцировать, – сказала Маша.
   – Как?
   – Выведем его из себя. Возможно, он и проговорится о чем-нибудь важном.
   – Мне нравится эта идея, – кивнул Стас.
   – Я в этом не сомневалась, – сказала Маша. – Если требуется вывести кого-нибудь из себя, лучшего мастера, чем ты, не найти.
   – Что верно, то верно, – согласился Стас.
   – Ты свой «подкидной телефон» не забыл?
   – Нет. – Данилов хлопнул себя по груди. – Он здесь, возле самого сердца. Кстати, если верить карте, мы почти приехали.

   Апартаменты доктора Лайкова поразили Машу своей роскошью. Середину гостиной занимал шикарный стол из красного дерева в стиле ампир. Вокруг него стояли такие же шикарные антикварные стулья с бронзовыми накладками на точеных ножках и изящно выгнутых спинках. На полу лежал китайский ковер с драконами и цветками лотоса.
   С потолка свисала золоченая бронзовая люстра с тяжелыми хрустальными подвесками, которые переливались всеми цветами радуги. Стены украшали старинные гравюры в богатых рамах.
   Было очевидно, что крионика обеспечивала доктору Лайкову безбедное существование и он знал, как можно со вкусом тратить свои деньги.
   Сам доктор оказался низкорослым, полным мужчиной лет пятидесяти пяти на вид. У него была пышная, тронутая сединой шевелюра и крючковатый нос. Глаза, как заметила Маша, острые и проницательные, но в изгибе полных губ есть что-то безвольное, слабое и – злое.
   – Шикарный у вас дом, – похвалил Стас Данилов, прихлебывая из фарфоровой чашки ароматный травяной чай. – Версаль отдыхает.
   Доктор Лайков прищурился:
   – А вы были в Версале?
   – Был, – ответил Стас. – Года три назад.
   – Отрадно знать, что нынешние полицейские могут позволить себе культурный отдых за границей.
   – Я был там не на отдыхе, а на работе.
   – Вот как?
   – Да. Консультировал иностранных коллег по линии Интерпола.
   – Вот оно что! Звучит солидно.
   Стас и доктор Лайков улыбнулись друг другу, как сердечные друзья.
   Доктор оттянул рукав дорогого восточного халата и взглянул на циферблат «Ролекса».
   – Может быть, начнем разговор по существу? – предложил он.
   – Почему бы и нет, – ответила Маша. – Расскажите нам о своем «Крио-Центре». В двух словах.
   – А почему вас интересует мой центр?
   – Этого я пока не могу сказать.
   Доктор Лайков кивнул:
   – Понимаю. Профессиональные секреты. В нашей работе их тоже хоть отбавляй. Что ж… Начну с главного. На мой взгляд, крионика – одно из самых главных достижений человечества.
   – Разве ее можно назвать достижением? – усомнился Стас. – Ведь никто из граждан, упакованных в ваш рефрижератор, еще не «проснулся». И жизни в них сейчас – не больше, чем в снеговиках. Какое же это достижение?
   – Позвольте вам сказать, что вы не правы, – спокойно возразил доктор Лайков. – Каждый год тысячи младенцев на нашей планете рождаются из замороженной спермы и замороженных эмбрионов!
   – Но это другая тема, – возразил Стас.
   – Отчего же! Это та же самая крионика в действии. Согласитесь, результаты поразительные. Но впереди нас ждут еще более впечатляющие прорывы. В обозримом будущем ученые научатся исправлять практически любые повреждения человеческого организма, включая повреждения, послужившие причиной смерти. Ученые овладеют технологиями омоложения и подарят людям вечную молодость.
   – Ну, это еще когда будет, – пробасил Толя Волохов. – Мы все равно не доживем.
   – Вот для этого и нужна крионика! – с торжествующим видом сообщил доктор Лайков. – Мы даем людям шанс дожить до светлого будущего. Для этого нужно всего лишь заморозить тело человека сразу после смерти и сохранить его в таком состоянии до того времени, когда наука сумеет вернуть его к жизни. И неважно, что его убило: старость или болезнь. Неважно даже то, что технологии замораживания на момент смерти могут быть еще грубыми и несовершенными. Рано или поздно человечество достигнет такого уровня развития, при котором оно сможет оживить и вылечить ранее крионированных людей.
   – Как происходит процесс заморозки тела? – спросила Маша.
   Доктор Лайков улыбнулся:
   – В этом нет ничего сложного, хотя в нюансы я вас посвятить не могу: коммерческая тайна.
   – Ну, хотя бы в общих чертах, – попросил Стас.
   – Что ж… если в общих чертах… После смерти пациента как можно быстрее следует поместить в ванну с ледяной водой, а затем подключить к устройству, которое будет обеспечивать кровообращение, чтобы клетки не умирали. На следующем этапе кровь замещают жидкостью, которая не допускает образования льда в клетках при понижении температуры. Тело перевозят в хранилище, кладут в спальный мешок и помещают в криостат…
   – А это что за зверь? – уточнил Толя Волохов.
   Доктор Лайков улыбнулся и пояснил:
   – Что-то вроде гигантского термоса. Постепенно тело остывает.
   – Я слышала, что тела хранятся в криостате вниз головой, – сказала Маша. – Для чего это?
   – Для того, чтобы голова оказывалась в самом холодном месте, – ответил доктор Лайков.
   Стас усмехнулся:
   – Прямо как вампиры! Они тоже висят в своих пещерах вниз головой.
   – Забавное сравнение! – Доктор Лайков засмеялся. – Оно мне нравится! И в первом, и во втором случае мы имеем дело с вечной жизнью.
   – Да уж, – хмыкнул Стас. – Будущее принадлежит размороженным кровососам!
   Реплика Данилова вызвала у доктора новый приступ смеха. Маша дождалась, пока доктор Лайков отсмеется, и сказала:
   – Евгений Александрович, в советское время, до развала Союза, вы работали лаборантом на секретных проектах.
   Лайков посмотрел на Машу удивленным взглядом. На мгновение ей показалось, что в его глазах промелькнул испуг. Так это было или нет, но доктор Лайков быстро сумел взять себя в руки и проговорил небрежным голосом:
   – Боюсь, что вас неверно проинформировали. Единственный секрет, которым я владею, это секрет вечной жизни.
   – В виде замороженного филе? – подал голос Стас.
   Лайков бросил на него неприязненный взгляд, снова посмотрел на Машу и негромко отчеканил:
   – По телефону вы сказали, что хотите поговорить о крионике. А крионикой я начал заниматься только в девяностые годы. Советского Союза в ту пору уже не было, а значит, и говорить о тех временах не стоит.
   – Хорошо, – сказала Маша. – Я не буду говорить о тех временах, но сперва задам вам один важный вопрос.
   – Важный для кого? – уточнил Лайков.
   – Для нас, – ответила Маша. – И, возможно, для вас.
   Доктор Лайков пожал плечами, обтянутыми восточным халатом:
   – Пожалуйста. Я вас слушаю.
   – Мы располагаем информацией о том, что в восьмидесятые годы работу вашей лаборатории курировал полковник Родионов. Так ли это?
   – Что? – Лайков наморщил высокий лоб. – Я не понимаю, о чем вы говорите.
   – Правда? В таком случае у вас что-то с памятью. Полковник Родионов был вашим непосредственным начальником. В сферу ваших исследований входило изучение возможности ментального воздействия на людей. Кроме того…
   – Мне кажется, вам пора! – резко проговорил доктор Лайков.
   – А мы никуда не торопимся, – с добродушной улыбкой проговорил Толя.
   – Зато я тороплюсь. Если вы не в курсе, я сильно болен! И мне пора принимать процедуры.
   – Пора, значит, пора, – примирительно проговорила Маша. – Мы вернемся к этому разговору позже.
   Лицо доктора Лайкова помрачнело еще больше.
   – Не думаю, что этот разговор мне интересен, – выпалил он.
   – Главное, что он интересен нам, – сказал Данилов.
   Маша поднялась с кресла и подала знак своим коллегам. Они встали. Лайков тоже поднялся.
   – Простите, что не смог ответить на все ваши вопросы, – проговорил он, натянуто улыбнувшись.
   – Ничего страшного, – заверил его Стас. – Мы у вас в гостях уже побывали. Возможно, совсем скоро вы побываете у нас.
* * *
   Выпроводив полицейских из квартиры, Лайков бросился к телефону, сорвал с рычага трубку, быстро набрал номер и прижал трубку к уху дрожащей рукой.
   – Алло! – взволнованно крикнул он после паузы. – Алло, это я!.. Да, доктор Лайков! У меня только что была полиция!.. Что? Не волноваться? Но они обо всем знают!
   Доктор стиснул трубку так крепко, что у него побелели костяшки пальцев.
   – Вы убеждали меня, что секретность не будет нарушена! – проговорил он громким, дрожащим голосом. – Убеждали, что при любом раскладе я останусь в стороне! И… Что?..
   Несколько секунд Лайков слушал своего собеседника, и на лбу у него выступили капли пота.
   – Нет, я… Господи, да нет же, я…
   Он снова замолчал. Помрачнел, ссутулился, а затем проговорил, сильно понизив голос:
   – Да, я хочу жить… Да, я постараюсь успокоиться. Но я хочу знать, что мне делать дальше. Мне нужны четкие инструкции, понимаете? А также гарантии того, что я не сяду на скамью подсудимых.
   Доктор снова замолчал. Несколько секунд он слушал своего собеседника, а потом дряблые щеки его вспыхнули, и он пролепетал:
   – Нет, я не собираюсь в тюрьму и думаю, что вы… Да… Да, конечно! Вы обещаете это? Хорошо. Хорошо, я постараюсь взять себя в руки. Всего доброго!
   Лайков положил трубку и сел на диван. Некоторое время он сидел неподвижно, а затем что-то привлекло его внимание. Он вскочил с кресла и прошел к дивану, на котором двадцать минут назад сидел Стас Данилов, сунул руку в щель между сиденьем и подлокотником и достал оттуда дешевенький телефон.
   Доктор взглянул на экран и похолодел. Затем поднес трубку к уху и осторожно проговорил:
   – Алло? Меня кто-нибудь слышит?
   – Да, милый, я тебя слышу, – ответила трубка насмешливым голосом Стаса Данилова. – И все это время слышал. Передавай привет полковнику Родионову! А на скамью подсудимых ты все-таки сядешь. Это я тебе обещаю.
   Связь оборвалась, трубка запиликала короткими гудками.
   Колени доктора Лайкова подогнулись, и он тяжело опустился на диван. А в двух километрах от его дома Стас Данилов сунул мобильник в карман, взглянул на Машу и торжествующе объявил:
   – Попался! Любимова, ты гений! Кстати, «подкидная труба» вместе с безлимитным тарифом обошлась мне в тысячу двести рублей. Мне кто-нибудь возместит мои расходы?
Чтение онлайн



1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 [19] 20 21 22 23 24 25

Навигация по сайту


Читательские рекомендации

Информация